Помоги проекту - поделись книгой:
Первым делом Алиса сняла со стены «Ночное небо» и взяла в левую руку. По весу этот клинок почти мог поспорить с «Душистой оливой».
Затем она взяла «Голубую розу», которая была раза в два легче чёрного меча. Дело в том, что внутри этих ножен была лишь половина клинка. Когда-то им владел лучший друг юноши, сидящего в коляске, — молодой блондин, но сейчас его уже не было в живых…
Алиса закрыла глаз, постояла так секунду, затем вернулась к коляске вместе с мечами и положила их на колени юноше. Тот тут же накрыл их левой рукой и вновь свесил голову. Он вообще двигался самостоятельно и говорил, лишь когда просил эти мечи.
— Держи крепко, а то уронишь, — напомнила Алиса, изнывая от боли в груди, которая уже который месяц отказывалась утихать.
Затем толкнула потяжелевшую коляску и прошла с ней через дверь.
От крыльца вниз вёл пологий дощатый спуск. Когда Алиса спустилась по нему во двор, их встретили нежные лучи Солус и прохладный ветерок.
Избушка стояла на поляне в глубине леса. Алиса построила её сама, начиная с рубки деревьев и сдирания с них коры. Жилище вышло не очень красивым, зато крепким, потому что деревья Алиса выбирала с самым высоким уровнем приоритета. А премудростям строительства её обучил старина Гаритта, который без конца повторял, что впервые видит такую сильную девушку.
В детстве эта поляна была тайным местом, куда приходили играть Алиса и Юджио. Увы, сейчас Алиса ничего не помнила о тех временах: ритуал синтеза отобрал у неё все воспоминания о жизни до превращения в рыцаря единства.
Гаритте и остальным жителям деревни она сказала лишь, что обо всём забыла. Однако на самом деле нынешняя Алиса — рыцарь единства Алиса Синтесис Сёрти — не более чем фальшивая личность, живущая в теле Алисы Цуберг, уроженки этих краёв. Если бы она могла, то вернула бы тело настоящей хозяйке, однако воспоминания настоящей Алисы канули в небытие вместе с Юджио.
— Пойдём… — повторила Алиса, отмахиваясь от раздумий, и покатила перед собой коляску.
Мягкая трава покрывала всю поляну в радиусе около пятнадцати меров. На востоке под раскидистой ветвью была свалена целая куча жухлой травы, напоминающая гнездо крупного животного… Собственно, это и было гнездо, только хозяйки в нём не было. Алиса бросила короткий взгляд на кучу травы, решила, что обитатель гнезда, должно быть, где-то играет, и покатила коляску в лес по тропинке, пересекающей поляну с севера на юг.
Метров через пятьдесят дорога раздваивалась. Западная тропа вела в деревню Рулид, где Алиса бывала только по делам. Сейчас она повернула на восток и пошла дальше по пятнам света на тропе.
Близился конец октября, деревья постепенно сбрасывали пожелтевшую листву.
— Тебе не холодно? — на ходу спросила она у юноши.
Он не ответил. Наверное, сейчас даже самая лютая вьюга не заставила бы его подать голос. Алиса нагнулась над его плечом и убедилась, что шнурок на воротнике пальто не развязался.
Разумеется, она могла бы легко согреть его при помощи одного-двух теплородов. Но в Рулиде и без этого хватало людей, которые относились к Алисе с подозрением, так что она старалась не использовать священные заклинания без особой нужды, чтобы не привлекать лишнего внимания.
Минут пятнадцать она шла по протоптанной дорожке, оставляя за собой новую колею. Наконец впереди забрезжил свет. Деревья кончились, и показался невысокий холм. Коляску пришлось катить в гору, но Алиса толкала её без малейшего труда.
Стоило добраться до вершины, как перед ними открылась панорама: на востоке — голубая гладь озера Рул, за ним — бескрайние болота. На юг до самого горизонта тянулся лес.
На севере в небеса упирались заснеженные вершины Краевого хребта. Подзабытым сном сейчас казались ей времена, когда она перелетала через них верхом на драконе.
Иногда ей хотелось посмотреть на эту красоту двумя глазами. Этот край богат на дары Террарии и Солус, так что при желании она легко смогла бы восстановить свой правый глаз, потерянный полгода назад на внешней стене Центрального собора. Но она не хотела использовать священное заклинание, чтобы вылечить одну себя, когда сидящий прямо перед ней парень даже на захватывающую дух осеннюю панораму смотрел безразличным взглядом, словно в пустоту.
Девушка присела рядом с коляской и прислонилась к большому колесу.
— Как тут красиво! Этот пейзаж красивее всех, что украшают стены собора. — Она улыбнулась и обратилась к юноше по имени: — Кирито, это мир, который ты защитил…
С озера взлетела в небо пара белых птиц, оставив на воде несколько расходящихся кругов.
Алиса не знала, сколько времени так просидела.
Вдруг она заметила, что Солус поднялась уже довольно высоко. Нужно было возвращаться в избу и готовить обед. Кирито сейчас ест очень мало, так что любой пропущенный приём пищи может сказаться на максимальном запасе его Жизни.
— Ну что, пойдём обратно? — спросила она, поднимаясь.
Но только она взялась за ручки коляски, как за спиной послышались приближающиеся шаги. Обернувшись, Алиса увидела, что к ним поднимается девушка в чёрных одеждах священницы.
— Сестра! — энергично замахала пришедшая правой рукой, и на её губах засияла девичья улыбка.
Алиса тоже невольно расплылась в улыбке, когда приятный ветерок донёс до неё этот голос. Она помахала в ответ.
Последние меров десять девушка мчалась, почти не касаясь земли. Остановившись, она несколько секунд переводила дух и снова звонко выпалила:
— Доброе утро, сестра!
Следом она прыгнула вбок и бодро поприветствовала юношу:
— Доброе утро, Кирито!
Ответное безразличие её нисколько не задело, но когда взгляд девушки опустился на клинки на его коленях, то в голосе послышались печальные нотки:
— Доброе утро, Юджио… — прошептала она, протянула руку и погладила ножны «Голубой розы».
Вздумай то же самое сделать незнакомец, Кирито попытался бы ему помешать, пусть и вяло, но сейчас он безмолвно разрешил девушке прикоснуться к ножнам.
Закончив с приветствиями, она выпрямилась и повернулась к Алисе.
— Доброе утро, Селька! — ответила та, чувствуя, как в груди разливается удивительное тепло. — А ты молодец, что смогла найти нас.
Больше месяца у Алисы ушло на то, чтобы перестать говорить Сельке «вы».
Полгода назад в Центральном соборе Кирито рассказал Алисе, что у неё есть младшая сестра, и она загорелась мечтой увидеть её снова. Но теперь, когда мечта сбылась и Алиса с каждым днём сильнее привязывалась к Сельке, она всё чаще спрашивала себя, достойна ли называться старшей сестрой этой девушки, ведь сейчас она не Алиса Цуберг, а бывший рыцарь единства Алиса Синтесис Сёрти.
Сложно сказать, замечала ли Селька внутренние метания Алисы. В ответ на её слова она улыбнулась и сказала:
— Не подумай, я вас не заклинаниями искала. Прихожу к дому — вас нет. Думаю: сегодня такая хорошая погода, наверняка вы сюда пошли. Я там оставила на столе парное молоко и свежеиспечённые пироги с яблоками и сыром — как раз вам на обед.
— Спасибо! Ты меня прямо выручила, а то я не знала, что готовить.
— Сестра, ты так готовишь, что когда-нибудь Кирито от тебя точно сбежит! — Селька рассмеялась.
— И не поспорить! — Алиса тоже улыбнулась. — Зато я научилась печь блины, не сжигая их.
— Слабо верится, ведь в первый раз ты зажарила их до углей с помощью теплорода.
За это Алиса попыталась щёлкнуть Сельку по лбу, но та ловко увернулась и прильнула к Алисиной груди. Алиса нежно обняла её спину, прижимая к себе лицо младшей сестры.
«Пусть хотя бы на этот миг с моей души спадёт груз!» — помолилась Алиса.
Как здорово было бы навсегда забыть чувство вины за то, что она забыла про долг рыцаря единства и сбежала подальше от людей в глухие леса. Но Алиса знала, что муки совести её никогда не покинут. Пока она обнимала любимую сестрёнку, с той стороны Краевого хребта к ним неумолимо приближался конец света.
Прошло полгода со дня невероятной решающей битвы в Центральном соборе Церкви Аксиом.
В той схватке Алиса получила такие раны, что едва не растеряла всю Жизнь и до самого конца лежала на полу совершенно недвижимая. Тем не менее она смутно помнила, что именно произошло.
Вооружённый двумя мечами, Кирито сошёлся с Администратор в смертельной схватке.
Первосвященница сгинула, столкнувшись с обратной стороной преданности Верховного старейшины Чуделкина.
Юджио погиб, разрубленный пополам вместе со своим верным клинком.
Кирито до конца ухаживал за умирающим другом. Затем ожесточённо спорил с загадочной кристаллической панелью, появившейся в северной части зала. Алиса почти не понимала, о чём шла речь, но вдруг Кирито дёрнулся, упал на пол… и наступила тишина.
Алиса восстановила в себе достаточно Жизни, чтобы двигаться, когда в восточные окна заглянули первые лучи Солус. Превратив небесный свет в энергию для священных заклинаний, она первым делом исцелила раны Кирито, но он так и не пришёл в сознание и продолжал неподвижно лежать. Тогда Алиса исцелила себя и изучила панель, с которой он разговаривал.
Увы, к тому времени фиолетовый свет кристалла уже потух. И сколько бы Алиса ни прикасалась к нему и ни пыталась с ним разговаривать, он не реагировал.
Она села на пол, не зная, что делать дальше.
Алиса поверила в слова Кирито и сразилась против владычицы мира людей Администратор ради защиты живущей где-то на окраине мира сестрёнки и других людей, хотя на самом деле не верила, что переживёт эту битву.
Когда её пронзило призванное Первосвященницей чудовище по имени «Сорд голем»…
Когда она приняла на себя удар сильнейшей молнии…
Когда самозабвенно бросилась на помощь Кирито, спасая его от смертельного клинка…
Каждый раз Алиса была уже готова умереть, но её всегда защищали: то девочка по имени Кардинал, то загадочная паучиха Шарлотта, то Юджио и Кирито. Они пожертвовали собой, чтобы Алиса выжила.
«Нельзя так безответственно спасать других!» — раз за разом кричала она в лицо Кирито, но юный брюнет так и не открыл глаза. Он словно предлагал ей самой думать и самой выбирать свой путь.
Просидев так, обхватив колени, не меньше получаса, она наконец поднялась.
Похоже, гибель хозяйки комнаты сказалась не только на кристаллической панели: подъёмник тоже отказался работать. Разбив клинком мраморный диск, Алиса спустилась на девяносто девятый этаж, таща Кирито на себе.
Оттуда она спустилась по длинной лестнице и прошла через зал старейшин, которые продолжали бубнить заклинания. Когда Алиса добралась до главной лестницы собора, первым делом она направилась в «Великую купальню», где остался её наставник — командир рыцарей единства Беркули Синтесис Ван.
Лёд, созданный заклинанием «Полное подчинение» клинка Юджио, к тому времени уже почти растаял, и Беркули плавал на поверхности воды в позе звезды.
К счастью, заклинание окаменения, наложенное Чуделкиным, тоже развеялось.
Вытащив мощное тело из бассейна, Алиса стала приводить Беркули в чувство криками «Дядюшка!» и шлепками по щекам. Наконец великан оглушительно чихнул и открыл глаза.
— Что, уже утро? — расслабленно спросил учитель.
Алиса как могла объяснила ситуацию. Разумеется, Беркули немедленно помрачнел. Дослушав ученицу, он кратко подытожил:
— Молодец, Алиса!
Затем командир рыцарей перешёл к быстрым и решительным действиям. Первым делом он собрал в «Коридоре небесного света» на пятидесятом этаже своего заместителя Фанацио, которая, несмотря на победу Кирито, была найдена посреди розария совершенно невредимой, а также Дюсольберта и Эльдриэ, которые, по их словам, тоже превратились в камни.
Беркули рассказал им почти всё: что Первосвященница Администратор сгинула, проиграв двум курсантам академии Северной Центории; что у Первосвященницы был кошмарный план по превращению половины всех людей в чудовищ из клинков; что Палата старейшин, руководившая рыцарями единства, на самом деле подчинялась воле одного Чуделкина, который погиб вместе с Первосвященницей.
Однако Беркули не стал рассказывать рыцарям единства историю их происхождения… вернее, создания. Командир долгое время сомневался в словах Первосвященницы, говорившей, что она призвала их с небес, поэтому смог справиться с потрясением, но решил, что остальным лучше узнавать об этом постепенно.
Впрочем, его рассказ и без того потряс рыцарей единства до глубины души. Ещё бы, им наверняка было тяжело осознать, что их госпожа, обладавшая поистине божественной силой и единолично правившая миром сотни лет, вдруг погибла.
После суматошного обсуждения рыцари решили, что пока будут подчиняться решениям Беркули. Возможно, к этому их подтолкнули не только авторитет и сила командира рыцарей, но и влияние модуля набожности. Несмотря ни на что, рыцари единства оставались преданными слугами Церкви Аксиом, и никто не мог поспорить с тем, что в отсутствие Администратор и Чуделкина именно Беркули стал самым высокопоставленным членом Церкви.
Взяв в руки бразды правления, командир немедленно направил все силы на исполнение изначального долга рыцарей единства — защиту мира людей. Его должны были раздирать сомнения и противоречивые чувства, ведь теперь он знал, что воспоминания о потерянной любви здесь, рядом, на расстоянии вытянутой руки…
Но вместо этого Беркули решил, что тридцать мечей и триста кристаллов «Сорд голема» останутся в покоях Первосвященницы, сотый этаж собора будет надёжно опечатан, а о смерти Первосвященницы узнают лишь рыцари единства. Он поставил на первое место не возвращение памяти рыцарей, включая собственную, а защиту мира людей от грядущего вторжения из Дарк Территори.
Едва восстановив трещавший по швам орден рыцарей единства, Беркули занялся восстановлением и тренировками гвардейских корпусов четырёх Империй — армий, которые до сих пор существовали лишь для вида. Разумеется, Алиса всячески помогала ему. Она летала по всей Центории, не снимая с правого глаза повязки, которую дал ей Кирито.
Но Алиса не могла оставаться в столице вечно. Некоторые рыцари единства и не слышавшие о смерти Администратор священники настаивали на казни мятежника, восставшего против Церкви, — впавшего в кому Кирито.
Более-менее разобравшись с делами, Алиса оседлала дракона и вместе с Кирито покинула Центорию. К тому времени после окончания кровавой битвы прошло уже две недели.
Но оказалось, что трудности только начинались. Даже во время непривычных для Алисы ночёвок на открытом воздухе Кирито не приходил в себя, поэтому она решила, что ему нужны крыша над головой и тёплая постель. Однако у неё не было денег на городские гостиницы, а пользоваться своим авторитетом, чтобы устроиться на ночлег, она не хотела.
Именно тогда на ум пришло слово «Рулид» — название деревни, которую Кирито упомянул на внешней стене собора.
Пускай сама она уже не помнила Рулида, но, может, жители деревни, где родились Алиса и Юджио, окажут им тёплый приём? Ухватившись за этот лучик надежды, Алиса направила своего дракона на север. Она летела небыстро, опасаясь за Кирито, поэтому ушло целых три дня, чтобы пересечь территорию Империи Нолангарт и добраться до деревушки у подножия Краевого хребта.
Алиса приземлилась в лесу, чтобы не пугать жителей. Поручив дракону охранять груз, девушка пошла в деревню пешком, неся Кирито на себе.
Выйдя из леса, она пошла огородами. Люди, встретившиеся по дороге, не заговаривали с ней, а лишь смотрели с удивлением и недоверием.
Когда она дошла до возвышенности, на которой стоял Рулид, и попыталась пройти через деревянные ворота, из сторожки выскочил какой-то здоровяк. Он перегородил Алисе дорогу, и его веснушчатое лицо налилось кровью.
— Стоять! Посторонним вход воспрещён! — прокричал он и для пущей важности даже положил ладонь на рукоять меча на поясе. Затем стражник увидел Кирито на спине Алисы, и на его лице появилось недоумение. — Погоди-ка, разве это не… — пробормотал он и вновь всмотрелся в лицо Алисы. Вдруг его глаза округлились. — Ты?.. Не может быть, ты?..
Алиса ощутила облегчение. Похоже, даже спустя восемь лет этот стражник сумел вспомнить её.
— Я — Алиса, — ответила она, тщательно подбирая слова, и продолжила: — Я хочу, чтобы ты позвал старейшину Гасуфта Цуберга.
Возможно, ей надо было назваться Алисой Цуберг, но она не смогла. К счастью, неполного имени хватило: стражник вмиг побледнел и убежал в деревню, хватая ртом воздух. Он не сказал Алисе ждать у ворот, поэтому она вошла в деревню и отправилась следом за ним.
Был уже полдень, деревня гудела, словно осиное гнездо. По обеим сторонам узкой улочки стояли десятки людей. При виде Алисы они не скрывали своего удивления.
Однако на их лицах не было радости от возвращения односельчанки. Более того, люди взирали на облачённую в доспехи девушку и спящего на её спине Кирито с недоверием и даже опаской.
Дорога шла в гору и заканчивалась круглой площадью.
В самом центре находились фонтан и колодец, а к северу — небольшая церковь с символом в виде креста и круга на крыше. Когда Алиса остановилась у входа на площадь, жители встали поодаль и нервно перешёптывались.
Поделиться книгой: