Помоги проекту - поделись книгой:
Юджио оставил поиски и посмотрел вперёд. В центре головы вдруг снова дал знать о себе зуд. Холодная боль пульсировала, постепенно усиливаясь. Видимо, время было уже на исходе, но он должен совершить задуманное, перед тем как превратится в рыцаря единства телом и душой.
Через несколько шагов он оказался возле кровати и после недолгих колебаний опустил «Голубую розу» на пол. Когда правая ладонь рассталась с рукоятью верного меча, Юджио почувствовал себя беззащитным, но нельзя было допустить, чтобы Администратор что-либо заподозрила.
Выпрямившись, Юджио глубоко вдохнул и помолился, чтобы его голос не дрогнул:
— Госпожа Первосвященница.
Секунды тишины превратились в вечность. Наконец он услышал тот самый голос:
— С возвращением, Юджио. Ты выполнил мою просьбу?
— Да, — невыразительно ответил он.
Хотя у него плохо получалось притворяться, в Рулиде Юджио несколько лет жил, подавляя все эмоции. Сейчас ему просто нужно было стать тем, кем он был до встречи под ветвями Гигас Сида с удивительным брюнетом.
— Умница. Значит, ты заслужил награду. Иди ко мне на кровать! — послышался нежный сладкий призыв с той стороны занавеса.
Юджио вновь ощупал грудь левой рукой, затем отыскал край занавеса и приоткрыл. Его встретили непроглядная фиолетовая тьма и знакомый манящий сладковатый запах.
Он взобрался на гладкий белый шёлк и пополз вперёд. Несмотря на впечатляющие размеры кровати, продвинуться нужно было всего-то меров на пять, но, сколько бы он ни полз, перед глазами была лишь тьма. Пальцы ничего не находили.
Юджио знал, что, если начнёт нервничать или подаст голос, Первосвященница мигом поймёт, что он стал самим собой. Поэтому он продолжал упрямо и сосредоточенно двигаться вперёд.
Вдруг где-то наверху загорелся белоснежный огонёк. Юджио не слышал никаких заклинаний, но это был именно светород, а не лампа. Крупица чистого света висела в воздухе, мягко разгоняя густую тьму.
Опустив взгляд, Юджио увидел в паре меров перед собой долгожданную улыбку и невольно вытаращил глаза. Спохватившись, он мигом стёр со своего лица изумление и поклонился.
Девушка в тончайших фиолетовых одеждах с длинными серебристыми волосами и непроглядными зеркалами вместо глаз. Бесконечно прекрасная хозяйка этого мира.
Первосвященница Администратор.
Девушка возлежала на покрывале и не сводила с Юджио глаз, в которых отражался серебристый блеск светорода.
— Ну же, Юджио, ещё ближе. Я дам тебе то, чего ты так хочешь, — любовь, которая будет только твоей.
— Да… — едва слышно ответил Юджио и начал пододвигаться к девушке, не поднимая головы.
Подползти на мер — затем наброситься на неё. Левой рукой зажать рот, чтобы не дать защититься заклинанием, правой выхватить припрятанный на груди предмет и ударить. На всё про всё хватит и пары секунд, но даже такая битва кажется слишком долгой, когда речь идёт об Администратор.
Когда Юджио прокрутил в голове план нападения на Первосвященницу, боль вонзилась в него ото лба до глубины головы. Но Администратор не должна заметить. Юджио двигался как можно медленнее, как можно расслабленнее…
— Но сначала… — услышал он вдруг шёпот Администратор, когда до воображаемого рубежа оставалось каких-то десять санов, и замер. — Юджио, дай мне ещё раз как следует рассмотреть твоё лицо.
Неужели она обо всём догадалась? Если так, то срываться с места уже поздно. Лучше просто делать, что велено.
Юджио медленно выпрямил спину и посмотрел на девушку с каменным выражением на лице. Он не собирался смотреть ей в глаза, но серебристые зеркала манили к себе с чудовищной силой. Они сверкали отражением света священного заклинания и пронизывали насквозь, в то же время надёжно скрывая внутренний мир Первосвященницы.
Спустя несколько секунд, показавшихся Юджио вечностью, губы девушки сдвинулись:
— Я нашла в памяти идеального размера дыру и вставила модуль именно туда. Возможно, зря я так поторопилась…
Она шептала, будто обращаясь к самой себе, и Юджио не сразу разгадал истинный смысл этих слов.
Она «нашла» дыру в памяти? Значит, Юджио потерял часть памяти ещё до того, как Чуделкин приволок его в эту комнату? Но в воспоминаниях Юджио о прошлом не было ни одного белого пятна. Конечно, дыра — она на то и дыра, чтобы чего-то не помнить, но, с другой стороны, на ум пришли слова Кардинал.
Мудрая девочка сказала, что модуль набожности можно вставить, только предварительно лишив человека важного фрагмента воспоминаний. Как правило, убирается память о самом любимом человеке.
Вспоминая разговор в библиотеке, казавшийся событием из далёкого прошлого, Юджио мысленно шептал:
«Мой самый любимый человек — Алиса Цуберг, которую восемь лет назад забрал у меня рыцарь единства.
Я никогда не забываю о ней. Как только закрываю глаза, в памяти мигом появляется отражение полуденных лучей от золотистых волос, глаза цвета летнего неба и сияющая улыбка.
Если не упираться в любовь, то, помимо Алисы, у меня есть ещё один дорогой человек — мой напарник. Загадочный юноша, с которым мы познакомились два года и два месяца назад в лесу к югу от Рулида. Приблудыш Вектора с чёрными глазами и волосами, как у жителя Восточной империи. Мой лучший друг Кирито, вытащивший меня из деревни и приведший в Центральный собор… Вспоминая о нём, я вижу словно наяву его озорную улыбку.
Алиса и Кирито… Возможно, я больше никогда их не увижу. Но даже если мне придётся расстаться с жизнью здесь и сейчас, я не забуду их до самого конца.
Я так хотел вернуть воспоминания Алисы, а затем вместе с ней и Кирито вернуться в Рулид, но… у меня больше нет права мечтать об этом. Я поддался соблазну Администратор, отдал ей душу и предал моих друзей».
Когда Юджио снова напомнил себе о случившемся, его глаза немного дёрнулись. Заметив это, Администратор задумчиво склонила голову, словно делая какие-то выводы.
— Видимо, я права: модуль до сих пор чуть-чуть шатается. Ничего не поделаешь, придётся синтезировать заново. Юджио, награда будет попозже, — сказала она, вальяжно поднимая правую руку.
Казалось бы, вот она — идеальная возможность, но, как только тонкие пальчики потянулись к Юджио, случилось нечто, чего он никак не ожидал: тело онемело настолько, что у него отнялся даже рот, не говоря уже о руках и ногах.
В следующий миг странное чувство пронзило его голову ото лба до затылка.
Ледяной шип, источник беспрестанного зуда, вытаскивали из него — медленно, но уверенно. Юджио не чувствовал боли; при каждом движении шипа перед глазами сверкали искры и мелькали мутные обрывки пейзажа.
Зелёная листва, шелестящая от ветерка. Нежный свет, пробивающийся сквозь листья.
Он бежит по земле и смеётся.
Перед ним сверкают длинные золотистые волосы.
Сбоку упруго прыгают короткие, чёрные как ночь.
Маленький Юджио повернул голову вправо, однако улыбка бегущего рядом друга растворилась во вспышке белого света…
Сильнейшее потрясение выдернуло Юджио из наваждения и вернуло на кровать в полумраке. Он застыл, выгнувшись дугой, а из его лба вылезло нечто странное — прозрачная трёхгранная призма, излучающая фиолетовый свет.
Точно такая же появилась изо лба рыцаря единства Эльдриэ, когда он в ходе боя в розарии растерялся, услышав имя своей матери. Однако призма Юджио была крупнее и ярче. И загадочных надписей на гранях тоже было больше.
Юджио безмолвно смотрел на происходящее, удивляясь, как такая огромная вещь уместилась у него в голове, и ужасаясь силе священных заклинаний Администратор.
— Хорошо… пока не двигайся… — вкрадчиво прошептала сребровласая девушка, ухватилась за фиолетовую призму левой рукой и медленно вытащила её из Юджио.
Как только инородное тело покинуло голову, сознание опустело, и Юджио бессильно рухнул на кровать.
Первосвященница обхватила призму пальцами, посмотрела на неё с нежностью и сказала:
— Это улучшенный модуль, я закончила его совсем недавно. Записала в него не только верность мне и Церкви, но и усилитель воображения. Если применить его в ходе синтеза, человек мигом научится использовать Инкарнацию, и неэффективные тренировки уже не понадобятся. Пока что этот модуль ограничен лишь самой простой Инкарнацией, но…
Юджио не понимал даже половины её слов, но кое-что было ясно как день. Эта призма, она же модуль набожности, захватила мысли Юджио, превратила его в рыцаря единства и заставила сразиться с Кирито. Безусловно, Юджио сам впустил призму внутрь себя, но теперь, освободившись от власти фальшивой преданности, мог наконец-то исполнить свой долг. Только сейчас он заметил, что назойливый ледяной зуд ушёл из его головы.
Однако с той самой секунды, как Администратор протянула к нему руки, он не мог пошевелить даже пальцем, причём извлечение модуля на это никак не повлияло. Его тело снова отказалось подчиняться разуму.
Если бы только Юджио мог двинуть правой рукой! Тогда он достал бы спрятанный на груди предмет, обрушил его на Администратор и…
Но он лишь сидел на кровати, низко свесив голову и отчаянно пытаясь пошевельнуться. Бледная рука вновь потянулась к нему.
Скосив взгляд, Юджио увидел, что Первосвященница придвинулась настолько, что их колени почти соприкасались. Девушка с модулем в левой руке нежно приблизила к себе голову Юджио, и тот, не в силах сопротивляться даже этому нежному касанию, упал вперёд. Щека Юджио легла на согнутые в коленях ноги Администратор.
— Покажи мне ещё раз свою память, — прошептала она, лаская кончиками пальцев кожу возле волос. — На этот раз я вставлю этот предмет в самое ценное воспоминание, и после этого у тебя уже не будет болеть голова. Более того, ты навсегда освободишься от горя и страданий и забудешь о своей жажде.
Белые пальчики скользнули вниз и прикоснулись к губам. Со рта Юджио сошло онемение.
Девушка убрала руку, сладко улыбнулась и приказала:
— Повтори заклинание, которому я тебя научила.
Ожившие губы Юджио беззвучно вздрогнули. Он почти не помнил, что именно случилось до и во время битвы с Кирито, но три заветных слова, произнесённых в тот раз, отпечатались в памяти навсегда:
«Римув кор протекшн».
Раньше он не слышал про это заклинание и не знал, что означают слова, но кое-что было совершенно ясно: эта короткая фраза открывает настежь ту дверь, которая от рождения защищает душу человека.
Вот как Администратор заглянула в воспоминания Юджио, увидела в них дыру и вставила в неё модуль. Но, если верить её словам, синтез получился шатким, так что теперь она собирается его повторить.
Судя по тому, что Юджио по-прежнему сохранял рассудок, в эту минуту дверь его души заперта. Либо она запирается сама спустя какое-то время, либо Администратор по одной ей известной причине закрыла её за собой. Чтобы провести повторный синтез, Первосвященнице нужно, чтобы Юджио вновь прочитал то заклинание.
И если он это сделает, то потеряет последнюю возможность вернуть воспоминания Алисы и окончательно превратится в рыцаря единства.
С другой стороны, если он откажется, Администратор узнает о его измене.
Вот он, момент истины! Именно сейчас, когда Первосвященница обнажила перед ним свою беззащитную кожу, у него появился первый и последний шанс. Всё, что от него требуется, — сдвинуть онемевшую правую руку и вонзить в девушку потаённое оружие.
Администратор сумела обездвижить его одним движением руки. Более того, она так создала висящий над ними светород, что Юджио даже не услышал слов заклинания.
Юноше и до этого доводилось видеть силу, которая творит чудеса без помощи священных заклинаний. Во время встречи с командиром рыцарей единства Беркули Синтесисом Ваном в «Великой купальне» древний герой и один из основателей Рулида призвал далеко лежавший меч движением руки.
И даже это ещё не предел. Если на то пошло, Кардинал из Великой библиотеки закрыла проход и призвала стол простыми взмахами посоха. Скорее всего, люди, достигшие таких высот, способны усилием воли вызывать силу, сравнимую со священными заклинаниями.
В отличие от них, Юджио лишь непродолжительное время изучал заклинания в стенах академии. Ему ни за что не сравниться не то что с Администратор или Кардинал, но и с учениками заклинателей Церкви Аксиом.
Тем не менее…
Сейчас он должен был напрячь свой разум, чтобы с его помощью разбить незримые оковы.
Однажды Кирито сказал ему: в этом мире очень важно решить, что именно вкладывать в меч. Смысл этой фразы в том, что каждый мечник наполняет и усиливает свой клинок силой, рождённой в душе. Но если душа способна помочь мечу, то и заклинаниям тоже, да и вообще всему, чем занимаются люди.
«Двигайся, — приказал сам себе Юджио, приоткрывая губы и медленно вдыхая. — Двигайся, моя рука. За свою жизнь я совершил много ошибок. Я не помог Алисе, когда её забирал рыцарь единства. Я много лет не мог решиться и отправиться спасать её, а когда наконец дошёл до конечной точки путешествия — сбился с пути. Теперь я должен расплатиться за свою слабость».
— Дви… — хриплый голос покинул горло Юджио. — Дви… га…
Улыбка Администратор, смотревшей на него сверху вниз, быстро померкла. Фиолетовые глаза прищурились, пытаясь разгадать замысел Юджио. Теперь назад дороги не было. Юджио сосредоточил все свои душевные силы в правой руке.
Но рука по-прежнему не приходила в чувство. Казалось, будто она вся истыкана иголками, которые не дают ей пошевельнуться. Но Юджио был готов на всё, чтобы она сдвинулась. Пускай потом её разорвёт в клочья или она больше никогда не сможет сжимать меч, здесь и сейчас она должна…
— Дви… гай… ся! — прокричал Юджио сдавленным голосом.
В следующий миг лежащая на простыне правая рука Юджио тускло засветилась. Этот тёплый, мягкий свет словно размывал всю боль и мучения. Ледяные иглы, впившиеся в плоть и кости, вмиг растаяли.
— Что ты?.. — вопросительно прошептала Администратор, пытаясь отодвинуться.
Однако к тому времени рука Юджио уже вырвалась на свободу, залезла под рубашку и схватилась за вещь, висящую на тонкой цепочке.
За маленький нож тёмно-рыжего цвета.
Юджио взял его обратным хватом и бросился на белоснежную грудь Администратор, видневшуюся в глубоком вырезе одежды.
Он не мог промахнуться. Администратор сидела практически вплотную к нему, и, хотя лезвие ножа было всего около пяти санов в длину, Юджио с лёгкостью дотянулся. Но в тот самый миг, когда похожее на иглу остриё должно было коснуться кожи Администратор, случилось нечто неожиданное.
В комнате вдруг раздался громоподобный грохот, и перед остриём появилась и разлилась волной во все стороны фиолетовая плёнка.
Эта тончайшая светящаяся преграда состояла из убористого текста на священном языке. Бесплотный барьер не давал ножу продвинуться дальше.
— Гхх!.. — Юджио стиснул зубы и напряг всю силу воли, сопротивляясь отдаче.
Кардинал дала им два ножа: один достался Кирито, а второй Юджио как раз держал в правой руке. Нож казался безвредным, но, если воткнуть его в человека, Кардинал сможет дотянуться до него священным заклинанием.
Юджио взял этот нож, чтобы с его помощью усыпить рыцаря единства Алису.
В свою очередь, нож Кирито предназначался как раз для победы над Первосвященницей Администратор, но вместо этого он воспользовался им, чтобы спасти жизнь заместителя командира рыцарей единства Фанацио Синтесис Ту, с которой сражался на пятидесятом этаже собора.
Как только он это сделал, Кардинал обратилась к ним сквозь разделяющее их пространство: «Администратор, скорее всего, находится без сознания у себя в комнате. Если успеете добежать туда до того, как она очнётся, то сможете избавиться от неё и без ножа». Но Юджио не успел: Администратор уже проснулась. Поэтому сейчас нож был единственной возможностью победить эту девушку, равную по силе Кардинал.
Когда-то Юджио мечтал лишь о том, чтобы вернуть воспоминания Алисы и возвратиться вместе с ней в Рулид. Но теперь ему казалось, что, поддавшись, пусть и ненадолго, на уговоры Администратор, надев броню рыцаря единства и обратив клинок против Кирито, он потерял право даже мечтать об этом.
Если у него и есть возможность искупить вину, то она состоит в том, чтобы пожертвовать собой и всеми своими желаниями, посвятив себя высшей цели.
Одиннадцатилетнюю Алису забрали из родной деревни, чтобы запечатать её память и превратить в рыцаря единства.
Ни в чём не повинных Тизе и Ронье унизили, пользуясь правами аристократии.
Поделиться книгой: