Выбор судьбы

– Я же говорил, что вы зря беспокоитесь, – он махнул рукой.

– Д-да… Видимо, вы были правы, – глаза цвета сапфира опустились в пол.

– Больше не смею вас задерживать. Если у вас, конечно, нет никаких вопросов, – дружелюбно отметил врач. – Вы рады?

– Безмерно, – рыжая сымитировала улыбку.

Натаниэлю нравилась работа в комитете. Несмотря на то, что он более не был допущен к миссиям вне жилых комплексов – то есть как боевая единица – он считал деятельность этого учреждения невероятно увлекательной. Чаще всего его направляли помогать с уже давно разрабатываемыми проектами. Некоторые из них были связаны с поисками элементов, другие – с правильным расходом боевых сил. Иногда нужно было подумать даже над протоколами безопасности, которыми занимался целый отдел. Так или иначе, все эти задания были связаны с поиском каких-либо закономерностей или решением логических задачек.

Когда Гринфайера младшего направили в пару к Антуанетте, он был несказанно рад – девушка работала под руководством самой леди Констанции Браунхол. Каково же было его разочарование, когда он осознал, что его подруге было поручено собрать различные архивные материалы и затем разложить их в свободном доступе к сотрудникам комитета. Нейт молча ходил за Леруа с тележкой, полной различных документов и файлов, пока она раскладывала их по всему зданию. Он уже успел поговорить с ней обо всех их знакомых и друзьях и даже обсудил погоду. Скука одолевала его на каждом шагу, в то время как рыжая, кажется, чувствовала себя вполне сносно.

– Как ты только это делаешь, – стонал он.

– Что? Не ною? – усмехнулась чародейка. – Если тебе так невмоготу – можешь заняться своими делами. С тележкой я и сама управлюсь.

– Раз меня направили к тебе, значит, я больше нигде не нужен, и тогда смысла в твоей затее маловато…

– И то верно, – она пожала плечами. – Тогда говори со мной, задавай какие-нибудь вопросы.

– Я уже поговорил с тобой обо всем, о чем только можно поговорить.

– А ты спроси что-нибудь из ряда вон выходящее, – девушка хитро сощурила глаза.

Он задумался.

– Я никогда не спрашивал у тебя, почему ты так рвешься убить Люциана, – спокойно промолвил юноша.

От шока Тони даже задержала дыхание на несколько секунд:

– А я бы тебе и не ответила, – она улыбнулась и направилась к книжным полкам.

– Я думал, что мы все друг другу рассказываем, – он следовал за ней.

– Ну, думать тебе полезно…

Натаниэль фыркнул, помогая рыжей переставлять книги. Она умиленно на него взглянула:

– С тобой когда-нибудь бывало такое, что кто-то поступил по отношению к тебе очень нехорошо?

– Что ты имеешь в виду? – он нахмурился.

– Ну, я не знаю, – она засмеялась, – обозвали в школе, украли твой ланч, нагрубили без повода?

– Да, конечно, – на лице Гринфайера появилось недоумение, – с кем такого не случалось?

– Ну вот, – Леруа многозначительно кивнула. – Обычно, в подобных ситуациях первой реакцией бывает обида – тебе хочется сделать этому человеку что-то плохое в ответ.

– Ты к чему-то клонишь, да? – Нейт нагнулся, чтобы поднять с пола упавшее чтиво.

Девушка вновь рассмеялась:

– Хорошие люди говорят, что нужно быть выше этого. Выше мести, выше обиды. Если тебе дали пощечину – подставь вторую щеку.

– Сомнительное удовольствие, – подтрунивал юноша.

– Да, я тоже так думаю… – улыбка постепенно начала сползать с ее лица. – Не все люди хорошие. И иногда, сколько бы тебя не убеждали в том, что самым правильным решением будет отпустить случившееся, ты продолжаешь прокручивать это в голове, размышляя над тем, как человек мог поступить с тобой таким ужасным образом и остаться безнаказанным? И если он остался безнаказанным, не твой ли долг это исправить? Если сама вселенная и боги не стали вмешиваться, это же не значит, что не могу вмешаться я?

Натаниэль настороженно слушал монолог своей спутницы. Она стояла неподвижно, более не трогая ни единой книги. Кончики ее пальцев касались стеллажа, но она сама будто провалилась в некую бездну. Бездну воспоминаний. Таких страшных, к которым никогда не следует возвращаться.

– Время идет, и вот ты понимаешь – что эмоции отпустили тебя. Но от этого не стало легче. Более того, теперь ты просчитываешь свои действия абсолютно холодным разумом. Здесь нет места пощаде, пониманию или раскаянию. Тебя все это не волнует. Интересно лишь одно – как заставить обидчика испытать всю ту же боль и отчаяние, что он заставил испытать тебя? Хуже всего, что иногда ты просто не в силах придумать. И тогда ты находишь единственный подходящий теперь вариант…

Гринфайер младший сглотнул:

– И это убийство?

Антуанетта наконец-то начала двигаться и повернула голову к своему собеседнику, печально улыбнувшись:

– Знаешь, самые великие умы находят способ не отомстить, а добиться справедливости, – чародейка, как ни в чем не бывало, продолжила раскладывать книги. – Правда, это возможно не во всех ситуациях. Но я все равно восхищаюсь такими людьми!

– У тебя есть подобный пример? – с любопытством спросил юноша.

– О да, – радостно воскликнула рыжая, – моя главная героиня!

Нейт нахмурил брови:

– Твоя главная героиня?

– Да, моей книги.

Теперь он широко распахнул глаза, радужки которых покрылись золотым налетом:

– Так вот, что ты пишешь? Книги?

– Книгу, – поправила его Леруа.

– Ты не говорила об этом!

– Я много о чем не говорю, хоть в это и сложно поверить…

– И о чем твоя книга? – юноша принялся с энтузиазмом расхаживать вокруг подруги.

– О жизни, – Тони пожала плечами.

– А можно чуточку подробнее? – саркастично молвил он. – Самую малость.

– О землянке с непростой судьбой, – нехотя отвечала чародейка.

– Ничего себе, ты пишешь о землянке! С чего бы это?

– Ну, несмотря на то, что в Чарме идет война, Земля все еще даст ей фору в несправедливости и ужасе.

Гринфайер младший закатил глаза:

– Ну ладно, в чем же суть непростой судьбы твоей героини? – размышлял он. – Она сирота? Может быть, ее травят в школе…

– Может быть, ты удивишься, но нет. Не всегда сложность твоего пути заключается в каких-то ключевых масштабных событиях. Иногда это маленькие, на первый взгляд незначительные детали, которые приводят к хаосу и разрухе. Помимо этого, многие проблемы этой девушки кроются в ее голове. Она с самого детства была непохожа на других… Будто бы она не из этого мира, а потому совсем не приспособлена к нему.

Натаниэль улыбался, слушая рассказ своей подруги. Невооруженным взглядом было видно, как сильно ее увлекала эта история, и как она всей душой за нее болела. Видя эти беснующиеся искорки в позеленевших от счастья глазах, юноша думал о том, что Антуанетта, сама того не осознавая (а быть может, и осознавая) пишет о себе. А точнее о той, кто безумно сильно на нее похож. Он надеялся лишь на то, что это действительно заставит ее освободиться от тех внутренних демонов, что тяготили ее на протяжении уже очень долгих лет. Нейт больше не решился спросить, что это за демоны и откуда они взялись. Но было совершенно ясно, что дело было далеко не в одном Люциане Браунхоле, на которого чародейка так отчаянно пыталась спустить всех собак.

– Что ты от меня хочешь? – Антуанетта раздраженно копалась в бумажках в главном зале комитета, пока простокровный бегал за ней по пятам.

– Мне очень важно знать, есть ли какие-то известия о Феликсе…

– Ты же понимаешь, да, что все, что происходит в стенах этого заведения – как бы конфиденциальная информация?

– Тони, ну пожалуйста!

– Если бы что-то было известно, это бы сразу же сообщили леди Минтвуд, а ты практически живешь у них, так что это бы не прошло мимо тебя. А теперь отстань! Почему сюда вообще пускают гражданских…

– Эй, что за проблемы? – Натаниэль вышел из коридора, настороженно поглядывая на парочку.

– Твой брат меня достает, – возмутилась чародейка. – Займись им сам.

– Тони… – все еще умолял паренек.

– Так, ладно, Бен, – Гринфайер младший похлопал брата по плечу, – у нас напряженный день. Подождешь у выхода? Сходим на обед.

– Как скажешь, – Бенджамин печально вздохнул, после чего покинул ребят.

Нейт перевел взгляд на Леруа, которая все еще была на взводе.

– Чего он хотел?

– Феликс, Феликс, Феликс, – тараторила она.

– Войди в его положение, – снисходительно начал юноша, – он волнуется.

– А ты нет? А я нет? А еще десятки людей? Мне некогда пытаться успокоить каждого из вас. Лучше бы занялись чем-то полезным.

– Ты сегодня злее, чем обычно, – констатировал Натаниэль. – Что-то случилось?

– Ох, кусни меня, – рыжая закатила глаза.

Недолго думая, Гринфайер младший перехватил запястье чародейки и действительно впился в него зубами.

– Какого… – Тони ударила его по лбу, не сумев сдержать смешок.

– Так что случилось? – он выжидающе смотрел на спутницу, и той на мгновение показалось, что она сейчас расколется.

Внезапно дверь зала распахнулась, и туда ворвалась Кайла Руссо, на лице которой отражалась невероятная радость:

– Это Минтвуд, его нашли!

Антуанетта и Натаниэль нетерпеливо переглянулись и тут же направились к члену комитета, к которой уже спешил Бенджамин Уорд, все это время стоявший у выхода. Стоило Леруа сделать пару шагов, как она почувствовала, что из ее носа течет кровь. Быстро отвернувшись, она отстала от своих спутников, чтобы привести себя в порядок.

– Феликс? – переспросил Нейт. – Это точно?

– Абсолютно! – девушка воодушевленно потрепала его по плечу.

– Он в порядке?! – взволнованно выдал простокровный.

– Ну, он, конечно, не в лучшей форме… – Кайла вздохнула, а также слегка приподняла бровь, осознав, что не знает, с кем имеет честь говорить.

– Это мой брат, – отмахнулся Гринфайер младший. – Так где его нашли?

– Где-то в тайге осеннего региона…

– Как он там оказался, – задумчиво произнес юноша.

– Вероятно, сумел сбежать, – от неожиданного появления Тони троица слегка вздрогнула.

– Его доставят сюда с минуты на минуту, пойду оповещу Констанцию, – с этими словами Руссо покинула ребят.

– Сюда? – с надеждой промолвил Бен. – Мы увидим его?

– Он жив, – Леруа облегченно выдохнула.

– Напишу остальным, – Натаниэль достал из кармана линк и принялся ускоренно щелкать по сенсорному экрану.

Не прошло и пары мгновений, как в здание вошла группа патруля, ведущая под руки колдуна с челкой. Его одежда была грязной и разорванной в некоторых местах, а на лице красовалась засохшая кровь. Глаза были совсем черными под влиянием полнейшего истощения и усталости. Шокировано охнув, троица подлетела к другу.

– Феликс, – Антуанетта, улыбаясь, коснулась его запястья.

– Рад вас видеть, – едва слышно откликнулся парень, часть лица которого была сокрыта за слипшейся челкой.

– Теперь все будет хорошо, – приободрял его Нейт.

Бенджамин взволнованно ютился между парочкой, неловко касаясь пиджака и предплечья потерпевшего. Не успев набраться смелости, простокровный лишь беспомощно наблюдал за тем, как Минтвуда увели в другое крыло комитета.

Бенджамин заранее предупредил Пенелопу и Шерилин о своем приходе, а потому, когда он появился у порога поместья Редлоков, нервно стуча в дверь, парочка незамедлительно открыла дверь:

– А вот и ты! – русая широко улыбнулась, делая вид, будто бы она совсем не караулила его под дверью последние пару часов.

– Привет, – простокровный смущенно махнул рукой, Леруа в этот момент потянулась, чтобы поцеловать его в щеку.