Мистер Деньги. Флойд Мейвезер

Карьера входившего в олимпийскую команду 1996 года Фернандо Варгаса развивалась хорошо. В возрасте всего лишь двадцати трех лет он неплохо проявил себя во время «Поединка года» с Тринидадом. Его послужной список: 20—1(18). Он победил таких приличных боксеров, как ловкий Винки Райт и ганский громила Айк Кворти. У боксера наилегчайшего веса Эрика Мореля, над которым висело боксерское проклятье маломерка и который, таким образом, часто оказывался под прицелом спортивных СМИ, показатели были 29—0 (16) и звание чемпиона WBA.

Золотой Мальчик олимпийской команды США 1996 года Дэвид Рид тем не менее получил болезненное поражение от Тринидада, перенес несколько хирургических коррекций нависшего века и так и не смог адаптировать свой любительский стиль к ведению профессионального боя.

Мастерство других членов олимпийской команды, включая Захира Рахима, Дэвида Диаса и Роши Уэллса, росло, но оставалось непроверенным. Тяжеловесу Лоуренсу Клей-Бею было тридцать пять, и он изо всех сил старался заявить о себе, в то время как Нейт Джонс только что проиграл вполне приличному, хотя и непримечательному Фрайдею Ахунанье. А еще один бронзовый медалист Терренс Каутен с показателями 18—1(7) стал откатываться назад после своего первого поражения[61]. Один член олимпийской команды, Альберт Гуардадо, ушел из спорта, победив в пяти из семи профессиональных поединков.

Похоже, дела у Мейвезера складывались согласно стандарту: вслед за взлетами шли провалы. Раскол в отношениях с отцом, несмотря на кратковременное примирение в день поединка с Корралесом, теперь, казалось, ликвидировать было невозможно. Флойд-старший тренировал Оскара Де Ла Хойю в Биг-Бэре (Калифорния). Но отец не был счастлив.

– Мой сын может катиться ко всем чертям, – рычал он. – И вы никогда не слышали этого от меня. Впрочем, не имеет значения, поскольку он так или иначе сукин сын.

Я разговаривал с сыном дважды после того (поединка с Корралесом), но все это было дерьмом собачьим, – продолжал отец. – Ни хрена больше не происходит, с того дня ничегошеньки не происходит. Он потворствует врагам, он лжец и лицемер.

Мейвезер решил не отправляться в удаленный тренировочный лагерь и вместо этого предпочел тренироваться в Лас-Вегасе.

В день поединка, в ходе которого Флойду предстояло защитить свой титул, сражаясь с Карлосом Эрнандесом, толпа неодобрительно гудела, и Мейвезер скривился в агонии. Ничего особо сложного в жестком сальвадорце Эрнандесе, который выбился из Беллфлауэра, пригорода Лос-Анджелеса, с его послужным 33—2 (21), казалось, не было.

Но боль в руках Мейвезера была настолько острой, когда он дрался 26 мая с мексиканцем на глазах у 9160 зрителей на арене «Van Andel» в Гранд-Рапидсе, что в шестом раунде, досылая свои кулаки в претендента на титул чемпиона WBC, он в агонии упал на пол. Позже он скажет, что никогда прежде не испытывал такой боли, что она простреливала ему спинной мозг.

Не подумайте, что бой был на равных; таковым он не был. В нем был только один боевой конь, но этот конь был скомпрометирован с самого начала. Мейвезеру потребовались болеутоляющие инъекции в обе руки еще до первого гонга, для того чтобы довести бой до конца.

Некоторые воздали должное Мейвезеру, причем с лихвой, за победу, несмотря на то что он явно испытывал страшную боль. Другие считали, что он одурачил болельщиков, ведя бой, будучи не в состоянии устроить шоу, за которое они, особенно земляки из родного города, заплатили. «Выступление было настолько плохим, что оно было похоже на то, будто на концерте Лучано Паваротти вместо певца появился рэпер Ванилла Айс, – написали в «Boxing News». – Спустя пять лет после Олимпийских игр и несмотря на абсурдную шумиху вокруг него, Мейвезер не тот боец, которым он должен быть».

Найджел Коллинз, сидя в редакторском кресле журнала «Ринг», был возмущен тем, что Мейвезер решил выйти на поединок с больными руками. Он считал, что Мейвезер, заработавший около $2 млн (по сравнению с $210 тыс., полученных Эрнандесом), и компания «Top Rank» должны возместить ущерб болельщикам, заплатившим за то, чтобы увидеть бой. «Совсем другое дело, когда боксер получает травму во время боя. Но когда он выходит на ринг с такими серьезными хворями, как у Мейвезера, это не что иное, как обман потребителей, – написал Коллинз. – Болельщиков в Гранд-Рапидсе, которые выложили за билеты хорошие деньги, нагрели, как и подписчиков канала НВО… Команда Мейвезера и компания «Top Rank» ушли с внушительной прибылью, а спорту, который все это оплатил, был нанесен удар, никакой необходимости в котором не было».

Неофициально добавим, что один промоутер со смехом сказал тогда: «В НВО думали, что они приобрели «Ролекс», а на самом деле им всучили «Таймекс».

А начиналось все довольно хорошо. В то время как Майкл Баффер представлял его публике, Мейвезер, одетый в красно-белые шорты, был встречен какофонией приветственных возгласов, так что он прикрыл уши перчатками, реагируя на поддержку болельщиков так, как это, бывало, делал борец Халк Хоган.

Фактор комфортности вскоре сошел на нет. Эрнандес привел с собой знаменитого аргентинского тренера Амилкара Брусу (тренировавшего величайшего аргентинского боксера-средневика Карлоса Монсона), чтобы присматривать и направлять его во время поединка. Но Эрнандес обнаружил, что Флойда тяжело достать ударом, что было типичным в поединках с ним. Мейвезер обрабатывал корпус соперника джебами и крюками, возможно, направляя свои уязвимые руки в более нежные места. Во втором раунде у него наметился также некоторый успех с ударами правой, в результате которых возбудились зрители, а над глазом Эрнандеса возник отек.

В третьем раунде от удара ведущей правой Эрнандес, похоже, чуть было не покатился под откос, но он с упорством бойца окопался и отстреливался, не отступая, когда Мейвезер к концу раунда вломил ему серию левых крюков. У Флойда шла кровь из носа, и Роджер сказал ему больше двигаться головой в ближнем бою.

Флойд с большей неохотой завязывал бой в четвертом раунде, предпочитая выбрасывать одиночные удары. Он боксировал, избегая причинять боль рукам. В пятом раунде он боксировал в правосторонней стойке, пытаясь прикрыть левую руку. Но повреждены были обе руки, и в то время как руками он работал меньше, его ноги трудились больше. Эрнандес наседал, идя вперед, и те, кто находился рядом с рингом, неожиданно стали замечать, что у Мейвезера с руками проблема. В ближнем бою он провел в цель правый и левый крюки, но боль в руках была настолько мучительной, что Мейвезер фактически свалился, когда его перчатки коснулись пола, поэтому рефери Грейбл стал считать. Мейвезер немедленно встал и правой перчаткой показал на левую, оправдываясь, как получился так называемый «нокдаун».

В следующем раунде он получил предупреждение за то, что наносил панчи открытыми ладонями, но разрыв в классе был настолько велик, что даже несмотря на то, что Эрнандес пытался ускорить темп боя, он не мог приблизиться по очкам к Флойду. Согласно статистике, Эрнандес выбросил 60 ударов в сторону Мейвезера, и лишь 31 достиг цели.

«Моя правая рука убивает меня», – сказал Флойд одному из своих секундантов, Леонарду Эллербу, оказавшись в своем углу перед началом восьмого раунда.

Флойд свел поединок к быстрым наскокам и отскокам, оставаясь в восьмом раунде в левосторонней стойке. Толпа еще вроде бы терпела такое, но начинала роптать. А после того как он провел почти весь девятый раунд, боксируя, как левша, неодобрительное гудение стало нарастать по мере роста недовольства. Эрнандес с отеком на переносице, который на глазах превращался в чудовищную шишку, в десятом раунде стал применять грубые приемы, включая отталкивание в клинче головы Мейвезера назад, и получил предупреждение за недопустимое ведение боя от рефери Дейла Грейбла. Он решил испытать судьбу и потерял очко в двенадцатом и заключительном раунде за удар локтем, когда рубил обеими руками, в то время как Мейвезер оставался для него слишком увертливым.

С ударом гонга Мейвезер приветствовал толпу и, морщась от боли, отошел в свой угол. Эрнандес с шишкой на лбу, которой мог позавидовать человек-слон, попытался, подняв руки, предъявить претензию на своего рода моральную победу. Лицо Мейвезера исказилось от боли, когда у него снимали перчатки.

– Это был один из тяжелейших поединков в моей карьере, – признал Мейвезер после того, как были объявлены судейские результаты: 119–110, 117–110 и 116–112 – все в его пользу, подтверждая его седьмую успешную защиту титула.

– Мои руки были не в порядке дольше всего, – сказал Мейвезер, признав, что не успел их как следует залечить после боя с Корралесом. – Я хотел устроить для болельщиков битву за их деньги. Но не смог показать своим фанатам приличный бой, потому что мои проклятые руки убивали меня. Я хотел устроить нокаут в своем стиле, но – я был травмирован. Я был серьезно травмирован.

И вновь были высказаны сомнения относительно его тренерской команды. «К десятому раунду стало ясно, что Флойду нужен тренер получше, – комментировал журнал «Boxing News». – Когда ваш подбородок высоко задран, а вы не слушаете, что вам говорит тренер в промежутках между раундами, пора приниматься за дело строгому начальнику».

Один репортер даже сказал, что к седьмому раунду стало ясно, что кубинский левша Хоэль Касамайор, чемпион WBA в легком весе, справился бы с Мейвезером и что он «будет гореть желанием сразиться с ним».

Трудно сказать, действительно ли они так думали. Или же настолько лично восприняли выходки Мейвезера, который пренебрежительно отнесся к первоначально предложенной сделке НВО и закорешился с Принсом.

Это был вопрос денег, который, похоже, вызывал больше всего желчи у критиков. Когда Мейвезер сказал: «Я все еще учусь», не надо было быть гением, чтобы понимать, что гонорар свыше $2 млн за поединок – это не ученическая стипендия.

Вокруг Мейвезера было множество людей, но лишь одному из них он доверял – Майку Тайсону. Бывший король бокса в тяжелом весе приближался к завершению своей бурной карьеры, тогда как в засаде уже сидел Леннокс Льюис. Однако все такие, как Мейвезер и молодые подающие надежду боксеры, включая Фернандо Варгаса и Заба Джуду, время от времени обращались к Майку за помощью и советом. Мейвезер, который за пару лет до этого попросил Тайсона сняться в фотосессии, пояснил, что стареющий тяжеловес дал ему такой совет, который он больше нигде не смог бы получить.

– Меня спрашивали, почему я общаюсь с такими, как Майк Тайсон, – говорил Мейвезер о человеке, который провел в 1990-х гг. три года в тюрьме по обвинению в изнасиловании. – Мне говорят, что он – животное и позор для бокса и все такое. Но если это так, то есть масса парней, чья биография хуже, чем у Майка Тайсона. Майк Тайсон всегда благожелательно относился ко мне, всегда был для меня хорошим парнем. Никогда у меня не было с ним проблем. И все, о чем Тайсон говорил мне, было правдой. Подростком я и думать не смел, что когда-нибудь узнаю Майка Тайсона так, как я знаю его сегодня. Я просто сажусь в машину и запросто еду к нему домой. И он всегда называл меня чемпионом, даже до того, как я им стал. Тайсон – мой друг, и я никогда ничего у него не просил. То, чего не могут понять люди, это – многие пытаются получить что-то от Тайсона. Он говорил мне, когда я достиг определенного уровня, что я должен соблюдать правила игры. Тайсон сказал мне, какой станет моя жизнь, когда я начну зарабатывать положенные деньги. То, что он сказал, оказалось правдой.

Наука жизни давалась Тайсону тяжело. Когда дела обстояли для него плохо, то они действительно были очень плохи. Когда дела были плохи у Мейвезера, они тоже были из рук вон плохими. Он должен был встречаться в октябре с мексиканцем Хесусом Чавесом, однако на Флойда подал в суд 31-летний Грег Бедфорд, утверждавший, что боксер разбил о его голову бутылку шампанского в ночном клубе «Утопия» в Вегасе в 2 часа ночи 19 июня.

Друг Мейвезера, Леонард Эллерб, ставший постоянным членом его окружения, от имени Флойда отверг обвинение и встретился с Арумом, чтобы обсудить ситуацию.

– Леонард рассказал мне совершенно иную историю, – сказал Арум. – Леонард сказал, что (Бедфорд) подошел, схватил за цепочку, висевшую на шее у Флойда, завязалась драка, но Флойд даже не участвовал в ней. Предпочитаю думать, что я разбираюсь, когда кто-то мне лжет. Я склонен верить Леонарду.

В боксе, если вы проиграли однажды, вас съедят и уничтожат.

В иске говорилось об угрозе действием и нанесении физического ущерба с использованием предмета, смертельно опасного для здоровья, и Бедфорд требовал возмещения ущерба в размере где-то между $750 тыс. и $1 млн. Рапорта о нападении у полиции не было, хотя адвокат Бедфорда, Джон Моран III из Лас-Вегаса, утверждал, что полицейские выезжали на место столкновения для расследования. Арум сообщил, что Моран звонил в штаб-квартиру компании «Top Rank» за день до подачи иска, чтобы обсудить досудебное урегулирование дела с выплатой $350 тыс. компенсации. Моран, несомненно, полагал, что у него, вероятно, что-то получится.

Один журналист высказал предположение, что Моран считает Мейвезера новым «опаснейшим человеком на планете», навешивая на него бирку, унаследованную им от дикого тяжеловеса Тайсона. Он утверждал, что от Мейвезера, уже бывшего условно осужденным на полгода, а также оштрафованным на незначительную сумму в 3000 долларов и приговоренным к сорока восьми часам общественных работ по обвинению в домашнем насилии, нечего ждать, кроме неприятностей. Подобный вывод делался на основании стычки, имевшей место между ним и матерью его дочери, Мелиссой Брим, утверждавшей, что он постоянно бил ее кулаком в лицо. Флойд согласился на сделку с признанием вины и закрыл разбирательство, получив домашний арест на двое суток.

– Благодаря своим деньгам Мейвезер никогда не нес ответственности за многие инциденты, в которые бывал вовлечен, – заявил Моран газете «Las Vegas Sun». – У меня на рассмотрении три дела, возбужденные против него, и мне известно о сотнях рапортов полиции Лас-Вегаса о причастности Флойда Мейвезера-младшего к противоправному поведению. Отмечено бесчисленное множество случаев, когда он угрожал пистолетом, кого-то избивал или пинал ногами, когда человек лежал на земле. Просто у города либо не хватает денег, либо людских ресурсов, чтобы проводить расследование по всем инцидентам. Меня действительно удивляет, что Атлетическая комиссия штата Невада позволяет и санкционирует участие боксера в соревнованиях, когда он уже зарекомендовал себя настолько неоправданно опасным для общества.

Помимо дела о Мейвезере и бутылке шампанского, Моран занимался также гражданскими исками, поданными г-жой Брим, матерью дочери многодетного Мейвезера, которая добивается компенсации в размере миллиона долларов за нападение и нанесение физического ущерба, и иском, касающимся отца г-жи Брим, Джеймса. Кроме того, юрист занимается обвинением, выдвинутым против Мейвезера и связанным с угрозой действием и нанесением физического ущерба еще одному человеку.

Сразу же вспомнились обвинения Мейвезера в адрес Корралеса по поводу домашнего насилия, который в конце концов угодил в тюрьму и томился за решеткой четырнадцать месяцев.

В то время как Мейвезер ухаживал за своими руками, следуя советам терапевта и применяя новый метод бинтования, удаление четырех зубов мудрости привело к задержке его следующего поединка.

Хесус Чавес, выигравший по очкам 12-раундовый бой в андеркарте у Хосе Ариаса перед основным поединком дня – между Мейвезером и Эрнандесом, – узнал, что их встреча, первоначально назначенная на 6 октября, переносится на 10 ноября.

– Стоматолог опередил, сделав работу за меня, – пошутил Чавес, будучи уверен, что победа ему уготована судьбой.

– Меня он совершенно не воспринимает всерьез, – говорил Чавес. – Это обидно, потому что я – самый изголодавшийся боец в дивизионе. Я слышал от людей, что он не тренируется, что он даже не ходит ежедневно в тренировочный лагерь. Если Мейвезер думает, что я собираюсь прогнуться, если он думает, что я уйду из-за мелких игр, в которые он играет, то он не знает, с кем имеет дело. Моя моральная стойкость круче, чем у Мейвезера, ему о такой остается лишь мечтать.

Одновременно с возбуждением против Флойда гражданских исков и слухами о том, что он не тренируется должным образом, Роджер Мейвезер сообщил Грэму Хьюстону, что привычки его племянника стали меняться.

По всей видимости, Принс вызвал Флойда на тренировки в его тренажерном зале в Хьюстоне, но боксер отказался, предпочитая делить время между Вегасом и еще одним спортзалом в Фениксе.

– Выглядит он хорошо, но он не заботится о себе, – сказал Роджер. – Флойду не хватает дисциплины. Стремление у него есть, но он молод и думает, что все, что ему надо, это – сила и скорость. Он позволяет себе выходить из формы в перерывах между поединками. Он все еще не уяснил, что это очень дурно сказывается на теле.

Чавес за шесть лет не проиграл ни единого боя (всего 31) и на протяжении трех лет оставался на вершине дивизиона или рядом с ней.

Как обычно, перед боем масло подливалось в огонь. Чавес заявил, что не верит в то, что Мейвезер – один из ведущих боксеров-профи.

– Его переоценили, – сказал претендент. – Он считается одним из лучших «паунд-фор-паунд»-бойцов в мире, но я его таким не считаю.

– Вне сомнений, я лучший спортсмен в мире, – бросал в ответ Мейвезер. – Есть спортсмены типа Коби Брайанта[62]; у него может случиться неудачная игра, но он все равно остается великим Коби Брайантом. Тайгер Вудс может проиграть десять турниров по гольфу и все равно будет оставаться великим Тайгером Вудсом. В боксе, если вы проиграли однажды, вас съедят и уничтожат. Ваши гонорары сокращаются, вы теряете свой контракт. Но сейчас я доминирую над всеми, кого бы они против меня ни выставляли, и делаю это с легкостью. Я не бахвалюсь, это – правда. (Чавес) заявил, что меня переоценили. 10 ноября я дам ему шанс, чтобы он показал, что меня переоценили. Хесус может выбрать, как бы он хотел покинуть ринг, – лицом об пол или на спине.

В «Bill Graham Civic Auditorium» в Сан-Франциско пришло 7000 человек, чтобы это выяснить, и они убедились, что Флойд вновь в своей блестящей форме боксера-нокаутера. Чавес стал двадцатой жертвой Мейвезера в результате досрочной остановки боя (из общего числа проведенных им победных двадцати семи боев). Публика была вознаграждена его выступлением. Оно почти полностью оправдало то, что реклама преподносила как величайший поединок в городе после того, как в 1962 году Дик Тайгер победил Джина Фуллмера на стадионе «Candlestick Park».

Мейвезер начал с демонстрации жестокого величия, красиво боксируя, пробивая беспощадные панчи. У Чавеса не было ответа, но, следуя инструкциям своего тренера Ронни Шилдса, он попытался во втором раунде прижать Мейвезера к канатам. Он пытался быть жестче, оттесняя Флойда, хотя уже начал получать апперкоты правой в голову и корпус. Контрудары Мейвезера были изысканными, и он, казалось, постоянно заставлял Чавеса платить за каждую свою атаку, которую он пытался провести или же только намеревался предпринять. В средних раундах Чавес, похоже, пытался изо всех сил довести до цели тяжелые удары, тогда как Мейвезер боксировал как бы сам по себе и все же умудрялся сдерживать агрессию главного претендента на титул WBC. В четвертом раунде Чавес в поте лица отбивался от десятков панчей, Мейвезер оставался начеку, и тело его раскачивалось из стороны в сторону, будто оно почти никак не было связано с происходящим. Чавес не мог бы бросить в челюсть Мейвезера и пригоршню песка.

Настроенная промексикански толпа недовольно гудела и освистывала односторонний характер поединка, в то время как Мейвезер решил скорее перебороть Чавеса, а не просто перебоксировать его. Он мог бы сделать и то, и другое. По мере того как в шестом раунде Мейвезер стал двигаться еще больше, удары Чавеса, выглядевшего все более неуклюже, стали попадать в цель еще реже. Он получил предупреждение за толчок Флойда, тогда как его отчаяние становилось все более явным. Толпа загудела еще сильнее. Болельщики требовали войны, а не рафинированного боксерского представления. Когда Чавес напоролся в начале седьмого раунда на приличный удар правой, это лишь побудило больше действия со стороны Мейвезера, что дало повод толпе стать более громогласной от возмущения, поскольку поединок потерял признаки борьбы двух противников. А Чавес между тем продолжал замедлять темп.

Он не испытывал недостатка в храбрости или физической подготовке, но ему требовалось нечто большее. В восьмом раунде он лез из кожи вон, но за минуту до конца девятого Флойд обрушил на него град сильнейших ударов, и Чавесу ничего не оставалось, как нарываться на них. Теперь публика уже ревела, наблюдая за происходящим. Она стала свидетельницей настоящей битвы, идеального сочетания мастерства и силы воли.

Мейвезер вернулся в свой угол. Чавес, спотыкаясь, направился в свой.

– Ты хорошо выглядишь, малыш, – сказал катмен Кассиус Грин, обрабатывая отек над правым глазом Флойда. – Каждый раз, когда ты наносишь ему удар низом, ты причиняешь ему боль.

Между тем на противоположной стороне ринга Чавесу задавали трудные вопросы.

– Ты согласен со мной или нет? – спрашивал его тренер Ронни Шилдс, готовясь остановить бой. – Ты стал получать слишком много ударов.

Чавес, прилично избитый, безнадежно кивнул. Он знал, что победить не сможет. Все было кончено.

Как только эта новость распространилась, Мейвезер вспрыгнул на канаты, а ему навстречу понеслось гудение публики. Затем он по прямой бросился к команде НВО, где сказал Лэмпли, Мерчанту и Джорджу Форману, что заставил Чавеса выбить дух из самого себя, а затем растерзал его. И это было похоже на правду.

Флойд пересек ринг, чтобы посочувствовать еще одному побежденному претенденту, и Чавес встал, чтобы обняться.

Статистика ударов (далеко не все принимают ее на веру, как Евангелие) была экстраординарной. «CompuBox» зафиксировала, что Чавес выбросил 925 панчей, а Флойд – 456. Однако было учтено, что Мейвезер довел до цели 197 ударов против 182 эффективных ударов Чавеса, что означало: коэффициент атаки у Флойда составил 43 % от общего числа нанесенных ударов, в то время как у Чавеса (проигравшего второй бой против тридцати пяти побед) – всего лишь ничтожные 20 %. Как напишет «Boxing Monthly», Мейвезер низвел его до положения «ошеломленной живой мишени». Чавес, по мнению журнала, «начинал чувствовать себя между молотом и наковальней».

Прошло немного времени после того, как с Чавесом было покончено, и стали обсуждать следующего противника для Мейвезера. Журнал «КО» гадал, кто победит, если Флойд поднимется до категории легкого веса, чтобы бросить вызов отличному мексиканскому боксеру Хосе Луису Кастильо. Ходили даже слухи, что Мейвезер может подняться до категории первого полусреднего веса, продвинувшись сразу на два дивизиона, чтобы встретиться с австралийцем Костей Цзю[63], но чемпион – уроженец России с мощными панчами – был боксером на договоре с каналом «Showtime», поэтому такой поединок всегда казался маловероятным.

В любом случае казалось, что у Мейвезера не только истощился запас боксеров второго полулегкого веса, делающих честь, но что он сам созрел для перехода в более тяжелый дивизион.

– При весе 135 и 140 фунтов я намного сильнее. Для того чтобы участвовать в этом бое, я в течение последних четырех дней ничего не ел, – признался он. – Единственное, что я мог себе позволить, это съесть немного салата и какой-нибудь небольшой фрукт. Четыре дня я не мог ничего пить. Мой вес сразу подскочил, как только я возобновил тренировки, поэтому мне пришлось контролировать свою диету.

– Я выждал и решил довериться своему опыту, – говорил Мейвезер. – Я знал, что он будет силен в первых раундах, но я также знал, что, если я пробью ему в солнечное сплетение, он обмякнет, а затем, в последующих раундах, я разовью свои комбинации.

– Я доволен своим выступлением, – прозвучал ответ Чавеса. – Флойд – боксер лучше меня. Я отдал этому бою все лучшее, что у меня было, и, надеюсь, лучшие времена впереди. Мой тренер посчитал, что поединок надо остановить, потому что я пропускал удары. Я с ним согласился. Безопасность должна быть на первом месте. Я знал, что должен отдать победу Флойду. Теперь я его фанат номер один. Я все обдумаю, а потом вернусь…

Чавес продолжил свою успешную карьеру. Четыре года спустя он завоевал титул чемпиона в легком весе по версии IBF, победив Левандера Джонсона из Атлантик-Сити, получившего во время боя фатальные повреждения. После этого Чавес провел еще семь боев, но его сердце больше не лежало к этому образу жизни. В 2015 году он работал делопроизводителем в некоммерческой организации в Далласе, занимаясь проблемными детьми. Его участие в спортивной жизни завершилось.

– Я дрался с целым рядом по-настоящему, действительно хороших боксеров, – сказал Чавес, который также обменивался панчами с такими чемпионами мира, как Майкл Кацидис, Дэвид Диас, Умберто Сото, Эрик Моралес и Карлос Эрнандес. – Флойд безусловно занимает высшее положение. Я бы сказал, что он лучший, исходя из его послужного списка, абсолютно лучший. Я дрался потом с довольно жесткими противниками, как и перед встречей с Флойдом. С точки зрения защиты он – лучший боксер из всех, с кем я когда-либо бился. Если вы посмотрите на стиль и на то, как я дрался с Флойдом, то увидите, что это – в значительной степени похоже на план того, как надо с ним драться. Если будет такая возможность, я поступлю совершенно так же. Я лишь жалею о том, что наш бой был остановлен так преждевременно. И я совершенно горд, что дрался с одним из лучших в мире боксеров. Да, я с гордостью говорю, что проиграл лучшему из них.

Флойд сказал, что теперь ему надо чаще боксировать.

– Я все еще молод, мне всего 24 года, – сказал он. – Всем, кто в списке «паунд-фор-паунд»-боксеров, за тридцать.

– Однако это мой последний бой в весовой категории до 130 фунтов, – продолжал он. – Больше я не могу сохранять такой вес. Я с нетерпением жду, когда смогу подняться до 135 фунтов и сразиться с Полом Спадафора, Хосе Луисом Кастильо. И надеюсь, что достигну веса в 140 фунтов и проведу бой с Костей Цзю.

С этим, разумеется, были проблемы. НВО подобрал для него дату – 20 апреля, когда он ожидал встречи с мексиканцем Кастильо, чемпионом в легком весе по версии WBC, который считался лучшим в дивизионе. Мейвезер, однако, сказал, что хотел бы разогреться в более высокой категории, и указал на уже довольно потрепанного Алехандро Гонсалеса только для того, чтобы НВО и Арум отвергли эту идею. Они хотели для него более грозного соперника.

И все же, пока Мейвезер говорил одно, он оставлял открытой возможность для того, чтобы сделать что-то иное. Он появился на пресс-конференции после боя, в котором бразилец Аселино Фрейтас победил по очкам кубинца Хоэля Касамайора, который рассматривался как второй после Флойда в категории второго полулегкого веса.

– Я уложу нокаутом любого из этих парней в течение первых шести раундов, – сказал он. – Я мог бы побить Касамайора в своем десятом профессиональном поединке. Корралес убил бы любого из этих парней. Они не подходят к этой лиге.

– Если Флойду придется оставаться в прежней категории, чтобы встретиться с большим панчером Фрейтасом, то это легкие деньги для Флойда, вот что это такое, – считал Принс. – Нам надо будет решить, куда мы движемся. Но если они хотят предложить Флойду кучу денег за то, чтобы он согласился на серьезную порку, мы пойдем на это с ними.

Однако то обстоятельство, что у этого Фрейтаса был контракт с каналом «Showtime», а у Мейвезера – с НВО, делало этот бой практически невозможным.

Больше ничего не оставалось в категории второго полулегкого веса, чтобы что-то доказывать. Но очень многого можно было добиться – и заработать намного больше денег, – перейдя в более тяжелую весовую категорию. Вопрос заключался в том, на кого он нацелится после этого.

Глава 7

Победители и побежденные

Хосе Луис Кастильо подумал, что он побил Флойда Мейвезера, и так подумал не он один.

«Скорее, звоните по 911, – написал Джим Брэди, который решил, что новый король WBC в легком весе переборщил. – Состоялось ограбление! К сожалению, полицейские не смогли достаточно быстро прибыть в комплекс «MGM Grand» в Лас-Вегасе. В противном случае у Хосе Луиса Кастильо не отняли бы титул чемпиона в легком весе по версии WBC».

– Это не бой, то, что мы видели, – сказал Джим Лэмпли после того, как было объявлено судейское решение и каскад недовольного гула устремился потоком на ринг.

В конце вечера болельщики подняли Кастильо высоко на руки и на плечах пронесли через большое казино «MGM Grand», празднуя «победу».

Только он не победил.

Не в этом дело. Многие из тех, кто был среди зрителей, полагали, что победил именно он. В СМИ мнения разделились. А судьи – что наиболее важно – единогласно решили, что законный победитель – Флойд Мейвезер.

Оказался ли предположительно великий Мейвезер не таким великим? Или же он просто не стал еще боксером легкого веса?

Кастильо не только выиграл один или два раунда, он давил на Флойда до самого конца.

Кевин Иол, пишущий для журнала «КО», полагая, что Мейвезер все-таки победил в равной схватке, откровенно сказал:

– Вряд ли можно утверждать, что он превосходил противника, как того многие ожидали.

С другой стороны, Кастильо показал такой бой, что Боб Арум кипел от злости из-за решения, в то время как комментаторская команда НВО чесала затылки, глядя на учетные судебные карточки.

А толпа? Она просто глумилась, шикала и свистела.

Джордж Форман о решении судей – 115–111 (двое судей) и 116–111 – сказал: «Надеюсь, он (Флойд) не забыл поблагодарить».

Некоторые согласились с официальным решением. Марк Ратнер, исполнительный директор Атлетической комиссии штата Невада, сказал:

– Думаю, Флойд провел обалденный оборонительный бой. Это была одна из лучших демонстраций его способностей защищаться. Возможно, лучшая из всех.

Да, угождать всем и все время невозможно.

«Boxing News» высказался, что Мейвезер продемонстрировал более трусость, нежели мастерство.

«Он смотрелся как школьник во время потасовки на детской площадке, который постоянно «уклоняется», боясь, что получит удар», – написал Брэди.

На этот раз статистика, представленная «CompuBox», не была однобокой в пользу Мейвезера. Коэффициент атаки у Кастильо оказался явно выше, число дошедших до цели ударов у него составило 203 (у Мейвезера – 157), или 40 % к общему числу нанесенных ударов (35 % у Мейвезера).

Поединок и ощущение, оставшееся после него, не помогли популярности Флойда.

Его дебюта в новой весовой категории ожидали с нетерпением, и Брайану Кенни, ведущему шоу «Бои в пятницу вечером» на телеканале ESPN, удалось передать настроение заядлых фанатов, когда он сказал:

– Этот поединок – грандиозный, потому что Кастильо, как я считаю, – настоящий чемпион в легком весе, и я советую Флойду немедленно вызвать его на бой. Вместо того чтобы выбирать кого-то, кого он может победить с легкостью, Мейвезер выступит против настоящего чемпиона в этой категории.