Воины Хаоса наводят порядок (книга I)

– Осень восемьдесят шестого, то есть это было чуть меньше одиннадцати лет назад.

– Да, те годы стремительно пролетели… хаос, сама понимаешь!

– Стоит отдельно отметить, что в начале своего пути Воины Хаоса были стражами порядка, – Мария Сюрр достала из сумки серебряный карандаш и задумчиво покрутила им в воздухе. – Почему вы решили стать милиционерами?

– Хотелось найти применение нашей кипучей энергии! Бороться со злом, наводить справедливость, менять мир к лучшему. Выбор был – стать разбойниками или теми, кто их ловит. Со временем мы осознали глубину своих идеалистических заблуждений, поняли, что не сможем стать частью системы… но, по крайней мере, мы весело провели эти годы!

– Чем вы там занимались и сколько?

– Как известно, рекруты «красных» в мирное время служат три года, первый обучаясь, а потом отрабатывая повинность и стажируясь. Дальше можно идти на контракт, если понравится… Служба в милиции не прошла для нас даром! Мы здорово наловчились ходить строевым шагом, бегать в полном обмундировании и часами стоять на посту. Узнали, как бить людей, чтобы не оставалось следов, как орудовать алебардой, дубинкой, солдатской секирой и шнеппером. Научились оценивать риски и прибыльность мутных дел, обходить закон и манипулировать информацией в непримиримой борьбе с преступностью за общественный порядок…

– Манипулировать информацией? Не слишком ли пафосно для простых стражников?

– Почему бы и нет? – Кэррот развёл руками, и Мария вдруг поняла, что его красная рубаха – действительно милицейская, только очень потрёпанная, со споротыми знаками различия. – Вот смотри, нам известно, кто на рынке торгует запретным товаром. Но уже конец месяца, все показатели по околотку за отчётный период у нас как бы в норме. Мы спокойненько ждём пару недель, а потом уж берём торгаша, чтобы это раскрытие пригодилось на следующий месяц. Всё просто! Контроль и учёт.

– Ваши семьи поддерживали ваш выбор?

– Отчасти. Не скрою, я был изгоем в семье, сорняком. Род Олясиных с основания Сизии занимается фермерством, вся семья – старичьё, мои матушка и отец, две сестры и два брата – и поныне живёт натуральным хозяйством, обеспечивая едой горожан. Ну а мне не сиделось на месте, тянуло на похождения, подвиги. Я ведь рыжим родился, отсюда и Кэррот – это значит «морковный» на старом наречии. А потом посветлел, солнцем выжгло, наверное!

– Так, понятно, – признала Мария. – А Костик, то есть Констанс Изваров, известный как «Костяной Человек»… Вы с ним с детства общаетесь?

Кэррот немного нахмурился.

– Конечно. Родились в один год, я в начале лета, он в середине осени. Но тогда Костик, естественно, не был ещё Костяным Человеком. Семья их интеллигентная, сам он рос книжным мальчиком, и сначала все очень дивились нашему выбору ремесла, мнили, я его в это втянул, как обычно… но ведь это была его выдумка! Костик больший идеалист, чем я, и действительно верил вначале, что из службы в милиции выйдет что-то толковое.

– Ты невесело говоришь. Про милицию ясно, а с Констансом сейчас всё в порядке?

– Ну как может быть что-то в порядке с Воином Хаоса? – возмутился Кэррот шутливо. – Надеюсь, что да. Мы полгода не виделись, он покинул нас и уехал в Азиро, в Академию Волшебства, чем-то там занимается важным. По приезде сюда я послал ему весточку, срочной связи у нас сейчас нет, жду ответа… А тогда, в 286-ом, мы напялили красные рубахи, сапоги с отворотами, взяли в руки табельные секиры и стали стражниками. Обучались, в караулах стояли, тушили пожары, ловили воришек и отгоняли чудовищ от поселений, не забывая сдавать надлежащим образом оформленные отчёты. На третий год это осточертело. Стало ясно, что мы с нашим образом мыслей всегда будем лишними в этой машине! Но пока мы раздумывали, куда после службы податься, система дала нам пару уроков, по итогам которых мы и сделались Воинами Хаоса.

– И что это были за уроки?

– Уже вроде час ночи, я слышал удар часов в общем зале… или это кому-то вломили половником… в общем, так. До утра как раз хватит времени, чтобы мне рассказать, а тебе – запомнить историю, что случилась на третьем году нашей службы. Нас внезапно направили в Спаду стажёрами. Там, мол, демоны буквально полезли из-под земли, в двух шагах-то от приграничного города! Разбираться послали столичных спецов, ну а нас пристегнули им в помощь, мальчиками на побегушках. Там-то всё и началось!

– Спада, 289-ый… там в итоге сменилось правление?

– Ты и вправду мнемоник! Именно. Только мы туда ехали по весне, когда снег ещё только сошёл, ну а задницы с мест посыпались летом, уже по итогам расследования. В Спаде нам с Костиком довелось побывать в самой гуще событий! И демоны, с которыми мы там столкнулись, оказались совсем не такими, как я их себе представлял.

– Просили служебную командировку – вот и катитесь! Инициатива, так сказать, наказуема! – капитан Зямов назидательно оттопырил губу. – Выдвигаетесь завтра с утра, форма полевая, вооружение стандартное, ничего лишнего с собою не брать. Подчиняться будете, значит, непосредственно старшему группы, майору Зебу Коргуну. Он вас и введёт в курс дела. О Спаде чего знаете?

Констанс Изваров задумался на мгновение, а потом заговорил ровным голосом:

– Спада – город в западной части Сизии, у границы с Тарбаганией. Основан в начале второго века, выдержал осаду во времена Тарбаганских Междоусобиц, а во время войны с Роггардом принял множество беженцев с разорённых южных земель. Крупный торговый центр. Через Спаду идёт много купеческих маршрутов, а с ними поток контрабанды и людские миграции.

– И да, оттуда Иссина течёт! – добавил Филис, услышавший слово «поток».

– Отрадно знать, что вы у меня очень умные, бойцы, – без особенной радости в голосе произнёс капитан. Он нахмурился для более весомой подачи информации и продолжил вводную. – Изваров верно подметил, что Спада приняла уйму беженцев после войны с колдунами из Роггарда. Очевидно, среди горемычных скитальцев были сами проигравшие чернокнижники, стремящиеся, так сказать, избегнуть возмездия. Они, значит, попрятались в Спаде, Охранка их долго ловила, но некоторых проморгала!

Капитан грозно посмотрел на стоящую перед ним тройку срочников, будто размышляя, не проморгал ли он сам среди них чернокнижников.

– Потому что с утра пришли вести: хоть с падения Роггарда прошло уже больше ста лет, его тёмные чары по-прежнему действуют в дальних углах нашей родины! Возле Спады минувшей ночью произошёл, так сказать, мощный выброс потусторонней энергии. Контролёры Академии зафиксировали демоническую активность. Число жертв ещё только подсчитывается! Вы ведь знаете, что такое демоны?

– Демоны – это очень плохо, – тактично высказался Костик.

– Так точно. И демоны сами себя, как известно, не призовут! Были найдены, значит, следы проведения незаконных магических ритуалов и прочее. Из Харлоны для расследования направлена экспертная группа, которой для усиления приданы срочники из ближайших районов. Вы и есть эти срочники! Ясно? Вам, бойцы, предстоит ловить призывателей демонов, а вернее, по мере сил помогать тем, кто их будет ловить, и учиться у них, так сказать, новым трюкам. Есть вопросы?

– Разрешите обратиться, – с ленцой протянул Кэррот. – В Спаде есть своя милиция. Эксперты столичные – ладно, но нас-то зачем туда направлять?

– Затем, Олясин, – капитан Зямов нахмурился ещё сильнее и понизил голос, – что по уставу милиционеры разных регионов страны должны помогать друг другу в трудный час! А если у наших коллег в Спаде под боком орудуют колдуны или демоны, это значит одно: ни хрена они со своими служебными обязанностями не справляются.

С утра было холодно. Дорогу исполосовали борозды подмёрзшей за ночь грязи. Три рядовых милиционера селения Горка понуро тряслись под тентом в последней телеге обоза, кутаясь в полевые плащи и казённые одеяла.

– Но всё-таки здорово, что этот Коргун – целый майор, – делился с товарищами Филис. – Сотник, парни! Нами нынче командует сотник!

Фил Гвайкин заметно подрос за последние годы, он стал крупным, одутловатым юношей, и теперь уж никто не звал его мелким Филисом. Ума, впрочем, у него не прибавилось, но для службы в милиции это было скорей преимуществом. В сложных жизненных ситуациях Фила часто выручала его внутренняя простота.

– Быстро реагируют в центре, – заметил Кэррот. Он смотрел на ползущие снаружи пейзажи сквозь разрез в парусиновом тенте. – Прошлой ночью заметили демонов, к вечеру эксперты из Харлоны у нас, в Горке, ещё трое суток пути, и все в Спаде будем…

– На то он и центр, чтоб своевременно реагировать! Должны быть специальные подразделения, ожидающие сигнала, – принялся рассуждать Костик. – Это всё-таки Спада, рубеж королевства… Да и демоны, сколько их не было? Дело серьёзное…

На его худощавом лице отражались тревожные размышления. Как обычно, когда было много вопросов и мало ответов. Накануне Констанс проштудировал доступные материалы о демонах. Информация была разнородной и противоречивой, но вывод из неё следовал однозначный: встречи с демонами не сулили им ничего хорошего.

Три крытых телеги, запряжённые булами, огромными мутантными быками, равномерно тащились сквозь голый апрельский лес по тракту вдоль Иссины. В первой повозке ехал майор с оперативниками, вторую занимали припасы, а в третью впихнули всё, что не влезло в предыдущие, в том числе стажёров. Возничим был длинный жилистый дядька по имени Ойжен, которого свои величали Ужом. Он развалился на облучке, спрятав красную куртку под гражданским плащом, и в пересуды срочников не влезал.

Под командованием майора Зеба Коргуна, сурового седовласого здоровяка, было шесть человек, со стажёрами – девять. В Спаде к ним должны были, судя по разговорам, присоединиться другие участники расследования. Столичные оперативники вели себя сдержанно, на молодых милиционеров посматривали с прохладцей. Филис уверял, что это явление временное.

– Ничего, – храбрился он на привале, когда они собирали в чащобе хворост для костра. – Вот приедем, во всём разберёмся, разгоним всех демонов, и признают нас!

– Не исключено, – вежливо кивнул ему Костик. Потом вспомнил недавнее наблюдение, повернулся к Кэрроту и негромко спросил: – А ты видел, что в нашей телеге под мешковиной хранится? Сзади, в левом углу?

– Я видел, – встрял Филис. – Там разобранные арбалеты, огромные!

– Да, именно. Это не наши рычажные шнепперы. Тяжёлые арбалеты со стальными плечами и реечным воротом! Бьют болтами, я такие до этого лишь на картинках лицезрел.

– И что тебя в них смущает? – приподнял бровь Кэррот.

– То, что это не уставное оружие для «красных»! Его только «синие» используют в войсковых операциях.

– Синие? Королевские войска? – выдохнул Филис. – Во дела…

Местная милиция или «красные», или стражники, как их ни называй, являлись простыми парнями, которые обеспечивали порядок и спокойствие на родной им земле. «Синие», профессиональные солдаты – другое дело. Дисциплинированные бойцы с превосходным вооружением были выучены сражаться в строю, осаждать города, строить укрепления и защищать интересы страны любыми способами, подчиняясь при этом не региональным властям, а исключительно королю и Совету.

– Арбалеты сами по себе ни о чём не говорят, – скептически заметил Кэррот, взвалив на плечо сухое бревно. – Может, наши эксперты ценный груз подрядились пограничному гарнизону доставить с оказией? А ты уже забеспокоился!

Он прошёл несколько метров и обернулся, едва не зашибив бревном товарищей.

– Но если ты всё-таки прав, дражайший Констанс, и дела обстоят интересней, чем нам показалось вначале… это замечательно!

Весь оставшийся день Костик приглядывался к оперативникам Коргуна, но так не заметил ничего необычного. Люди как люди, красные милицейские рубахи на них сидели как родные. Впрочем, сложно вести собственное расследование, когда ты часами трясёшься в повозке, а на привале, как младший по званию, выполняешь с товарищами хозяйственные работы.

На закате, когда их отряд обустроился на ночлег в стороне от дороги, Костик первым услышал вдали нарастающий перестук. Он как раз шёл от реки и раздумывал о географии. Харлона, столица Сизии, и Спада, город на западном краю страны, стояли на северном берегу Иссины. Но вот главный тракт, по которому их отряд ехал в Спаду из столичного региона, тянулся по южному берегу. Изучив карту местности перед отъездом, Костик удивился, почему эту важную дорогу построили в обход, возведя два огромных моста через реку, один между Горкой и Жолвой, другой – в самой Спаде. Теперь же, на берегу, он узнал очевидный ответ: северный берег Иссины был холмистым, овражистым, поросшим густыми лесами, в отличие от пологого южного. Всё оказалось так просто! «Вроде мелочь, но как увлекают такие вот мелочи», – думал Костик, бредя с ведром к лагерю. Он был юн и во всём искал смыслы. И вот тут его уши уловили средь пения вечерних птиц дробный стук лошадиных копыт, приближающийся с востока.

Всадники – нечастое явление в Сизии и по всем обитаемым землям. Хотя поголовье лошадей после Гигаклазма удалось восстановить, их обычно впрягали в повозки, как булов, а не ездили верхом. Лошади оказались чересчур восприимчивы к магии, разлившейся в мире. Даже слабое воздействие могло сделать их неуправляемыми; это похоронило идею кавалерийских отрядов. Вывести породу нечувствительных к чарам скакунов пока не удавалось, каждого приходилось защищать отдельно, это было непросто и дорого. Сопоставив ряд фактов, Костик понял, кто скачет к ним в дымчатых сумерках.

Всадник оказался волшебником.

Он подъехал к лагерю на чёрном, лоснящемся то ли от пота, то ли от притираний жеребце в роскошно вышитой багряной попоне. Сам волшебник, как позволяло понять освещение, одет был в камзол, брюки, плащ и сапоги близкого насыщенно-красного цвета и смотрелся экстравагантно. Следивший за костром Кэррот обернулся. В свете пламени он увидел мужчину средних лет с величественной, даже несколько горделивой осанкой. Из сумрака выступило фактурное лицо с блестящими тёмными глазами, орлиным носом и острой бородкой. Голову волшебника украшала грива зачёсанных назад чёрных волос.

Майор Коргун приветствовал новоприбывшего кивком головы. Для столичных оперативников появление волшебника точно не было неожиданным.

– Привет вам, служивые! – звучным голосом поздоровался тот, улыбаясь. – Вижу новых людей, будем знакомы: Шугарт Хофф, действительный чародей второго класса, эксперт по практической магии. Предстоит совместная работа, посему прошу любить и жаловать, постараюсь ответить взаимностью! Звать меня можно ясно и коротко: Шуга.

– Дык, мы думали, ты нас только в Спаде догонишь, – отозвался возница Уж, не отрываясь от поглощения супа.

– Обожаю быструю езду.

– А конь твой? – хлюпнул супом Уж.

– Ты взгляни на него! Он волшебный! – рассмеялся Шуга. Сойдя с жеребца, он протёр его вышитой тряпочкой и повёл под уздцы привязывать за одной из телег.

– Это что, чародей? – спросил Кэррота сонный Филис. Он успел задремать в телеге.

– Чародей, – громким шёпотом подтвердил подошедший к ним Костик. – Магия в нём аж искрит, ты не чувствуешь разве?

– Насчёт магии я не знаю, – протянул с ухмылкою Кэррот, – но он явно силён, если ездит в глуши в столь пижонском наряде и без охраны.

Как бы услышав его, один из оперативников насмешливо поинтересовался у вернувшегося к костру волшебника:

– Шуга, ты всегда так в командировки катаешься? В роковом алом облике?

Тот за словом в карман не полез.

– Мне сказали, что вся ваша группа наряжена в красное, – с неприкрытой иронией вымолвил он. – Вот и я решил поучаствовать в карнавале.

Когда утром обоз снова двинулся в путь, Костик с Филисом спорили, привлекает ли тракт чудовищ – от голодных волков до блуждающих огров. Информацией Фил не владел, но был непреклонен в своих убеждениях. С Констансом всё было наоборот.

– Не-ет, вот я не хочу, чтобы нам по пути встретилось что-то опасное, – подытожил Филис. – Зачем? Мы на месте успеем ужасов насмотреться!

– Эй, но мы же стражи порядка! – возмутился Кэррот. – Мы как раз и должны защищать остальных от опасностей!

– Должны-то должны, – с кислой миной отвечал тот. – И вот именно это мне в нашей работе не нравится. Если не мы, то кто? А мы… ох.

Филис влил в себя выдохшиеся остатки пива из припрятанного срочниками кувшина и продолжил негромко, чтоб Ойжен не слышал:

– Мне вообще разонравилась эта идея, ехать к демонам на рога! Вот нашли себе командировку! И ночуем в глуши, нет чтобы на постоялом дворе остановиться, как раз проезжали вчера. Гоним куда-то… И зачем? Вот где мы, а где Спада!

– Филис, охолони. Мир велик и полон приключений!

– Не нужны мне приключения, Кэррот. Я хочу стажировку пройти и вернуться обратно нетронутым злобными силами…

Кёрт в ответ только отмахнулся.

– Мы два года скучали на службе. Надо радоваться переменам!

– Кстати, наши оперативники – точно не из милиции, – тихо высказал наболевшее Костик. – Когда сегодня купались в реке, я засёк у троих, в том числе у Ужа, на плечах одинаковые наколки.

– Что там? Бабы голые нарисованы? – оживился Олясин.

– Ну тебя! – обречённо вздохнул Костик. Осмотрелся и зашептал неспокойно. – Скрещенные мечи под девятиконечной звездой. Эмблема ветеранов тяжёлой пехоты, помнишь занятия по особым приметам? Они точно из королевского войска! Не удивлюсь, окажись у других силуэт пустельги в круге, но военные разведчики на себе редко рисуют.

– Ловко! Значит, они «синие». Тогда в чём резон им рядиться в милицию?

– В том и дело, что мне самому непонятно!

– Парни, ну значит, так надо, – Филис вяло развёл руками. – Мнится мне, всё узнаем на месте. А ежели не узнаем, то не нашего это ума дело! Нечего нагнетать. Мы стажёры! Хвосты! Это первая наша командировка.

Кэррот поморщился, кутаясь в одеяло.

– Может, напрямую Ужа спросим, что они тут задумали?

– Не стоит, – с сомнением помотал головой Костик. – Помнишь, Коргун пообещал перед Спадой вводную дать? Послушаем, что он скажет.

Он задумался, вместе с телегой вздрагивая на ухабах.

– Резон может быть в том, что региональные власти не любят, когда из столицы к ним в мирное время шлют королевских военных. А милиция обязана помогать своим подразделениям по всей стране, как нам капитан и напомнил. Возможно, в милиции нет экспертов должного уровня, и собрали такую межведомственную группу под видом «красных», чтоб не вызвать лишних конфликтов.

– То есть это уже как бы политика? – оживился Кэррот.

– Возможно, – повторил Костик, утомлённо потирая ладонями голову.

Казалось, в пути они очень давно, хотя шёл лишь второй день поездки. Кёрт скучал и сычом глядел из-под тента, изучая мир через плечо дремлющего на козлах Ужа. Выдрессированные булы час за часом шагали без устали, неуклонно, размеренно. Дорога вела их по влажной земле, пробуждающейся от зимнего сна, сквозь обжитые территории и лесные чащобы. В пути им встречались крытые повозки и простые телеги, пассажирские фургоны, купеческие подводы, пару раз одинокие всадники проносились мимо, обходя их обоз по обочине. Кэррот видел идущих куда-то крестьян, побродяжек, торговцев, вооружённых наёмников, странствующих монахов и других путников всех известных в Сизии рас, возрастов и полов. Пару раз замечал на дороге коллег, местных милиционеров: это были угрюмые люди с топорами и шнепперами, которых одни только форменные куртки мешали спутать с лесными разбойниками. Днём тракт оживал, и оказывалось, что им пользуется много народу и края вокруг не такие глухие. Куда двигались все эти люди? Что за демоны их влекли?

В этот раз отряд заночевал на отшибе деревни, где всю ночь разносился лай собак и мычание чьей-то коровы. Коргун с парой людей ушёл по делам, наказав остальным не отходить от обоза. Чародей Шуга днём куда-то умчал на своём жеребце и с тех пор не показывался. Стажёры слушали неторопливую беседу оперативников у костра. Коренастый бородач Тревор, таскавший армейский арбалет на заплечном ремне, травил байки о тяготах проживания в поселении Кута на северном побережье.

– Зимой там, конечно, житуха не мёдовуха! Морозы – аж звон стоит, с моря ветры приходят такие, что сосульки не книзу растут, а куда поддувает. Но зато, когда море замёрзнет под берегом, начинается главный тамошний промысел: зверование. Когда местные, стало быть, одеваются в тёплые шкуры и валят на льдище с баграми да гарпунами. В ту пору звери морские приходят, из кожи которых у нас и одежду хорошую делают, и роскошь всякую, сумочки там, обивку для кресел. Дермантины они по-научному называются. Вот там их и ловят!

– Сам-то охотился? – спросил его Ойжен, щурясь от жаркого пламени.

– А то! Выходил, помогал дермантина добыть, здоровущего, шире повозки. И гудит так, и дышит, что печка, и ластами хлопает. Добыли его, стало быть, молодцы, ну а мне это всё разонравилось. Не по мне такая охота, жаль заради обивки для кресел скотину морскую губить! То ж не люди, – и он лихо сплюнул в костёр.

– Мужики, – компанейски обратился к оперативникам Кэррот. – А есть понимание, что за охота нас в Спаде ждёт? Два дня уже едем, и никакого нам инструктажа…

– Завтра, всё завтра майор вам проинструктирует, салаги, – проскрипел в ответ самый старый из группы экспертов, сухопарый морщинистый Роглорн. Судя по разговорам, он числился следопытом. – Что потухли? Охота пуще неволи, её там на всех хватит. И на нас, и на вас, и на прочих стажёров.

– То есть будут ещё стажёры? – уточнил Костик.

– В Спаде подтянутся, – лениво пробасил усатый Нигель, восседавший на мешке с комбикормом для булов. – Со столичного региона не только вас взяли, там из Сытни мальцы да из Бложья. Всем работа найдётся. Ойжен, поделишься куревом?

Уж достал кисет из-за пазухи, и оперативники принялись набивать свои трубки.