Царица львов-оборотней

«После ее побега. По запаху вещей» — значит, мама была гордой и ничего ему не сказала.

«Где ты меня нашел?» — важный для меня вопрос.

«Северные хребты».

Все аут! Далеко же мою мамочку занесло, туда неделя пути, если самолетами-вертолетами, а потом непроходимые джунгли пешком, потому что посадочной площадки просто нет. А еще потом в горы взбираться. Вот, чтоб моей мамочке поближе не прятаться было? ведь все равно отец меня нашел.

«Что он говорит?» — Гарда.

«Что нашел меня в Северных хребтах» — ответила.

«Забудь. Маленький котенок не выжил. Тебя спасли — считай, повезло» — ответила Гарда.

Сначала на меня навалилась тоска. Как представила, что сестра осталась в логове и погибла от голода — слезы навернулись на глаза. А потом разозлилась на отца.

«Зачем он женился еще раз?» — раздраженно тыкая в буквы, спрашивала подружку.

«Мар, он царь. Ему положено жить в прайде» — пыталась успокоить меня Гарда.

Но мое негодование за маму, за сестру поднималось со страшной силой. Я уже едва себя сдерживала. Постепенно становилось понятным негодование мамы на новую женитьбу. Она была из свободной стаи, ее не могли выдать замуж насильно, как это пытается сейчас сделать мой отец, используя в своих грязных и кровожадных играх.

Прием тем временем шел полным ходом, но мне уже было не до него и развлекаться уже совсем не хотелось. Теперь меня заботила одна мыль — как сбежать из этой ситуации.

— Царевна Марлис, сейчас начнется церемония, — раздался тихий голос рядом со мной.

— Я не пойду! — возмущенно выдала.

Хочу на свободу!

— Марлис! — рыкнул отец рядом.

— Я сказала: нет! — рявкнула отцу в ответ, и мои слова услышали во всей зале.

— Что это значит? — угроза прозвучала в голосе царя.

— Это значит, что ты убил мою мать, а теперь я не желаю погибать из-за твоих планов! Я свободна! — мой рев огласил торжественный прием.

Треск ткани, я обернулась и широкими скачками понеслась к распахнутому окну.

— Марлис! — понеслось мне в след от отца.

Прыжок и я вылетаю в окно, а там два этажа в низ. Ловко приземляюсь на дорожку всеми четырьмя лапами.

— Мар! — рык Гарды сверху и она летит вслед за мной.

— Марлис! — рычит отец из окна. — Будет лучше, если ты сейчас же вернешься!

— Ни за что! — прорычала ему в ответ и огромными скачками стала удаляться от замка в сторону того плато, на котором были утром с Гардой. Подруга мчалась со мной нос в нос.

На плато мы остановились. День начинал клониться к закату.

— Ты чего рванула? — спросила Гарда.

Вот что значит друг, сначала сбежала со мной и лишь только после спрашивает причины.

— Не пойду замуж. Маму угробил своими планами и мной, как куклой играет. Я свободная! — мой рев потряс округу.

— Да? И куда дальше собралась со своей свободой? — подколола Гарда.

— Северный хребет, хочу найти следы сестры. Вдруг она жива? — не очень уверенно сказала подруге.

— Ну-ну! Прогулка по лесу мне тоже нравиться, — сказала Гарда и шлепнула хвостом по моей спине.

— Рау! — ответила ей.

Мы в припрыжку стали спускаться по склону. Знакомый парк санатория встретил нас.

— Куда дальше? — спросила Гарда.

— Нужно найти старую Хару, расспросить о маме как можно больше, — ответила ей.

Обернувшись людьми, мы стали расспрашивать встречный персонал, нам указали на служебные домики. На террасе перед одним в качалке сидела старая повитуха.

— Хара, здравствуйте, — поздоровалась вежливо, подходя к ней.

— А, дочь Марис, — улыбнулась добродушная старушка.

— Расскажите про маму? Почему она убежала от отца? — стала расспрашивать.

— Убежала? Потому что гордая была. Львицы из свободных племен выбирают себе пару на всю жизнь. Марис, конечно, знала, что у царя будет прайд, но не смогла смириться с этим. Не хотела отдавать своих девочек царю. — Морщинистое лицо стало печальным.

— Куда она направилась? — продолжала расспрашивать.

— Домой, — пожала плечами старая оборотниха.

— Куда?

— В горы, она из горных львов.

— Северный хребет?

— Что ты, наш дом в другой стороне. Висаилин — страна горных львов, — с гордостью произнесла старая Хара.

— Спасибо тебе, — поклонилась почтительно оборотнихе из рода свободных горных львов.

— Гард, а тот, что раненый он оттуда? Из Васаилин? — спросила подружку, когда мы покинули уютную террасу Хары.

— Возможно. Так что идем к нему? — уточнила Гарда.

— Нам нужен будет проводник. Отец солгал мне на счет Северного хребта. Мог солгать и об остальном, — с горечью пробормотала чуть слышно.

— Мог, — согласилась Гарда. — Ты так сильно не переживай. Думай теперь как от погони уйти. Ты же понимаешь, что тебя сейчас все охотники ищут? — Улыбнулась Гарда.

— И ты не волнуешься? — удивилась ее спокойствию.

— А с чего волноваться? Это место с тобой никак не связано. Сейчас они шерстят все злачные места, где тебя обычно видели. Пока сунуться в санаторий им в голову не пришло, но торопиться нужно. — Гарда стала собранной и решительной.

Знакомый вольер, льва не было видно на прежнем месте. Решительно открыла дверь в дом. Мужчина сидел за столом, перед ним стояла тарелка аппетитного рагу, но он даже не притронулся к нему.

— Привет! Помнишь нас? — радостно произнесла парню.

Оборотень медленно повернулся в нашу сторону, видимо рана не позволяла делать резких движений, хотя наши врачи могли и вколоть успокоительного. Все же на царевну напал.

— А мы к тебе с вопросом, — продолжала, не дождавшись ответа.

И снова никакой реакции, посмотрим, что будет дальше.

— Ты из Васаилин? — спросила льва, и он снова бросился.

Теперь он прижал меня к стене, и его кисть обхватила мое горло.

— Тебе помочь? — с интересом спросила Гарда. — Или вы уже начали свои игры и мне выйти?

— Слушай, а что он молчит все время? Он что немой? Или по нашему не понимает? — прохрипела полузадушено я подружке.

— Рычал, значит, не немой, — с интересом поддержала беседу Гарда.

Я же уперлась ладонями в грудь льва и пыталась отодвинуть его от себя. Какое там! Стальные мускулы под тканью говорили, что мне не под силу сдвинуть с места этого самца. Утешало лишь одно — в глазах не было зелени. А вот ненависти было через край.

— Зачем ты его вообще на арене спасла? Кроме как получить собственного убийцу ничего не добилась, — приглядывалась к нам Гарда.

Несмотря на ее спокойный тон, я видела насколько подружка напряжена. Мы с ней понимали, что доверия просто так от льва не добиться, а уж силой заставить и подавно не сможем. Приходилось поддерживать этот легкий тон.

— Я не убийца, — произнес оборотень.

Ухты! Заговорил!

— На любовную прелюдию это не очень похоже, — ответила уже почти нормальным голосом, потому что он ослабил хватку.

— Отпусти ты ее. Мы же не нападать пришли, а поговорить, — миролюбиво произнесла Гарда, положив руку на плечо парня.

Потом наклонилась и вдохнула запах льва.

— Хм, — хмыкнула Гарда и приподняла бровь.

Лев кинул на девушку быстрый взгляд, увидел, что она отошла к столу, и отпустил хватку на моей шее.

— Оборотень недоделанный! — возмущенно бурчала я, потирая шею. — У меня же теперь синяки будут, как я жениху покажусь?

— Ты же со свадьбы сбежала. — с хитринкой прищурилась Гарда.

— Сбежишь тут с вами. Только хотела на родину мамы податься в Висаилин, так путь начался с того, что меня пытается придушить не добитый оборотень. — Бурчала дальше. — Вот точно тонального крема теперь понадобится тонны в ближайший день.

— Столько взять не сможем — самолет не взлетит — пригвоздила меня Гарда.

— И как я? — захлопала на нее глазами.

— А кроме твоей шеи и тонального крема ничего не беспокоит? — Хитро улыбалась Гарда.

— Например, — спросила ее, чувствуя подвох.

— То, что ты в свадебном платье, тебя не смущает, это я поняла. Но хотя бы карточки с собой взяла? Чем собираешься расплачиваться? — хотя тон был веселый, вопросы мне задавались отнюдь не шуточные.

— Зубы гризли! — прорычала я.

— Вы оборотни? — прервал наш разговор лев.

— Оборотни, — отмахнулись от него.

Зашагала по комнате и присела за столик, запах от тарелки с рагу шел аппетитный. В задумчивости взяла ложку и сунула в рот рагу.

— Нет! — крикнул мне лев.

— Чего? — ответила ему полным ртом, пережевывая. Вот жадина!

— Там успокоительное. Я тоже съел первую ложку, только потом распробовал, — услышала, как сквозь вату в ушах, и изображение стало медленным-медленным.

— Сколько раз говорить — не ешь подозрительную пищу, — измененным голосом ругалась Гарда. — Надолго ее?

— Меня на полчаса вырубило. Слоновью дозу дали, не меньше, — булькатило в ушах.

— Побег удался, только не долгий был, — раздался рядом со мной голос подруги.

Гарда потянула меня со стула и взвалила на себя, пол заплясал перед глазами. Что-то без почтения меня несет.

— Растолстела-то как! — возмущалась Гарда. — Ничего сейчас в горы отправимся, ты у меня на кузнечиках и паучках быстро похудеешь!

И ведь, знаю, что эта живодерка выполнит свое обещание. Дорожки под ногами плясали, голоса доносились сквозь дымку, но постепенно стала оживать. Что ж они там такого не пожалели горному льву, что так вырубило сразу? Теперь понятно, почему он так медленно поворачивался, когда мы вошли.

— Давай сменю тебя, — раздался голос льва.

— Ты ранен, — отмахнулась Гарда.

— Ничего, на сколько-нибудь меня хватит, — проговорил лев, а я уже почти нормально себя чувствовала.

Меня сняли с плеча, который впивался в живот, и приняли в стальные объятия. Я уютно устроилась, прислонив голову к груди. Идти я все равно еще не могла, а вот вдыхать аромат оборотня было очень даже приятно. От него пахло лесом и легким возбуждением, голова потихоньку начала кружиться уже от этого запаха.

— Теперь пусть сама идет! — вырвали меня из сладостных грез, где я уже откровенно представляла … ну много чего представляла.