Помоги проекту - поделись книгой:
— Тогда, я вот… М-м-м… — он замялся и попытался шаркнуть ножкой, но густота волосяного покрова коня помешала исполнить задумку. — Готовая моя к диалогу-то, — он преданно посмотрел на меня.
— Хорошо, — я прикоснулся к виску и прикрыл на минутку глаза, типа, занимаюсь концентрацией внимания. — Можно, я тебя только один раз спрошу, и больше не буду?
— Да-а, аднака, — деспот насторожился и стал внимательным и серьёзным.
— Скажи мне, а зачем ты Тимкин подарок скормил грифону в подземельях бастиона? — я перешёл сразу к делу. — Что тебя сподвигло, мне просто понять очень хочется, — уточнил я и приготовился слушать откровения.
Чукча понял, что ответ мне очень нужен и набрал побольше воздуха…
— Аднака, хозяина, тут такая заковыка произошедшая, Э-ээ… — начал он тоном оправдывающего и развёл лапы в стороны, кроме тех, что накруткой волоса Братанской гривы заняты. — Как начали все преображением заниматься, в смысле, своеобразно помирать-то начали, то-о… То моя так разнервничалась за начальника, что Чукче, мне то бишь, сразу захотелося всё-привсё отдать Вжиксу…
— Вжику, — поправил я усатого. — И-и-и? Что потом случилось? Почему не всё из ранца своего скормил?
— Да-да, Вжику, аднака, — согласился ответчик, опасливо покосившись на мордочку грифона. — Он слопал и улетел, а в той кромешной неразберихе всё сразу заработало. Разноцветные линии в воздухе заискрили… Все перестали кричать и… и моя не стала искать, догонять и кормить Вжика, — он эмоционально выдохнул. — Аднака, моя так боялась, и горестно плакала из-за всех вас… ф-фь… — Чукча выразительно всхлипнул, и его усы задрожали.
— Ну-ну… Всё-всё, — я поспешил его успокоить. — Вот видишь, Чукча ты бестолковая, что не всё человеческое в тебе умерло от страха, и ты хороший фамильяр, — завершил я, и улыбнулся ранимому таракашке.
— Ф-фь… А моя потома и не говорила тебе про то подземельное ужастие, аднака, — Рыжий начал потихоньку отходить от неприятных воспоминаний. — Волновать твою начальнику не хотела моя, — завершил он и резко преобразился в готового к бою фамильяра.
Чукча моментально обернулся и устремил взгляд куда-то вперёд, а мой боевой конь встал, словно его к земле приковали. Грифёнок сделался таким напряжённым, что я почувствовал ком каменных мышц у себя за пазухой, сменивший теплоту и мягкость пушистого крылатика.
Все насторожились и приготовились к встрече с чем-то явно опасным. Потянулись долгие секунды напряжённого ожидания.
А вот завершилось оно совершенно непредсказуемо.
Мы все увидели девочку с лукошком, не спеша приближающуюся к нам вдоль кустарника с какими-то там ягодками красного цвета. Их маловато осталось, кстати.
Чукча и Вжик проявили бдительность и затаились под пологом непроницаемости, врубив функционал отвода глаз на полную мощность. Наверняка, мои
Одето чудо лесное в тулупчик и тёплую шапку, из-под которой выглядывает платок, повязанный на голову. Чудо это сразу остановилось и улыбнулось нам с Братаном, не испытывая ни страха, ни даже удивления нашему появлению перед собой. Бесстрашная прямо какая-то, кнопка лесная.
Стоим и оценивающе разглядываем друг дружку.
— Так вот вы какой, Феликс Игоревич, — обескуражила она меня вступительным предложением.
— Я имею честь быть с вами знакомым? — не скрывая удивления, поинтересовался я, а Братан навострил уши.
— Пойдёмте за мной, — заявила в ответ незнакомка. — Не бойтесь, тут вам ничего не угрожает, — чудо лесное улыбнулось.
Девочка развернулась в противоположном направлении, и, не глядя, поманила нас за собой. В том смысле, что не оборачиваясь.
Вполне естественно, что после предупреждения об отсутствии опасности и демонстрации знания моего имени, мы двинулись за ней.
— Хозяина, а хозяина Феликс? — обратился ко мне Чукча.
— Ну?
— Твоя пусть осторожная станет, ведь оная не одна тут, — предупредил рыжий, а я мысленно отмахнулся.
Ну, мало ли, какие ещё тут сюрпризы? Ей же не страшно. Да и готов я к сюрпризам, так как и свой полог защитный не забыл поставить.
Нагнать малышку, неспешно ступающую по неприметной тропке, Братану труда не составило, и мы с ней поравнялись.
— И не страшно вам, красна-девица, вот так тут одной-то бродить? — я первым завязал непринуждённую беседу.
Такой вводной я заодно зондирую почву предупреждения, прозвучавшего от Чукчи.
— Да я и не брожу, а сбором собираюсь. Некоторые лесные дары только в зиму студёную силу набирают, и вся польза зимой проступает, — она повернулась ко мне и взглянула снизу вверх. — И не захожу я далеко от своего дома, — девчушка вновь озадачила меня.
— Х-м, понятно, — я пожал плечами и огляделся. — А зовут вас как? — я продолжил общение, гадая о том, где тут может быть спрятан её дом. — Тем более, что меня вы уже знаете, а я вас пока ещё нет.
— Нет ничего проще, — девчушка пожала плечами. — Но разве вы не желаете спешиться перед знакомством? — она меня прямо смутила таким намёком, прозвучавшим с неким укором.
— М-м, прошу прощения, — я начал слезать с Братана, и именно «слезать», хотя и был порыв соскочить. — Нет ничего прос… — я попытался вернуть ей её фразу, и зацепился за что-то на седле своей шпагой. — Ай!
Моя заминка вызвала заливистый смех, ворвавшийся в тишину снежного леса, и даже, вызвал падение снега с ближайших елей. Вот я неуч! Зато, развеселил малолетку.
— Ха-а-ха-ха… — завершила она. — Надежда Бестужева я, — как-то невзначай прозвучало и её имя.
Я слегка опешил, так как вспомнил кое-что из ближайшего прошлого. Точнее сказать, то с начала моего появления в этом мире.
Память услужливо подсказала мне слова Артура, когда он что-то там цитировал: «…это вторая шпага от Великих Князей Бестужевых, единственную дочь которых вы умудрились спасти как-то, сражаясь с вепрем».
Но, к моему сожалению, я не вспомнил имя той девочки, а жаль. Хотя…
Я присмотрелся к девчушке-лесовичке более внимательно. Ну, нет! И по возрасту они не подходят друг другу. Та, что у Артура потом в антикварной лавке реабилитировалась, гораздо младше была, однако, Артуровских волков она очень полюбила. Они их даже купили. Вроде бы.
— Вот и жилище моё, — Надежда протянула руку в сторону поляны, раскинувшейся на склоне посреди лесной чащи.
— Ого! — вырвалось у меня.
Мало того, что поляна появилась очень уж внезапно, так и сам домик оказался симпатичным. Почти как маленький теремок. Ну… Это я думаю, что теремки такими должны быть.
Да и дворовые строения вокруг классно смотрятся. Все снабжённые толстыми сваями или скошенными цоколями, для выравнивания уровня горизонта. Также, как и основное здание композиции, как «хуторок, потерянный в лесу». Или в здешних местах это «заимками» называют? Да без разницы.
— Милости просим, — произнесла Бестужева, намекая на затянувшийся осмотр. — Коня вашего можно вон там определить, — она указала на строение, отведённое под конюшню.
— Отлично! — я перехватил повод поудобнее. — А вы тут одни живёте? — проявил я любопытство. — В смысле, одна?
— Ага, — ответила мелкая хозяйка.
— И как же справляешься? Ой! Простите, а можно на «ты» перейти? — я спохватился и исправился.
— Уже перешли! Можно, — весело отозвалась девчонка, заходя на небольшое крылечко. — Не задерживайтесь, иначе всё остынет. Я Вас, ой… Тебя, господин Феликс, в аккурат к обеду поджидала, — добавила она мне новый ребус и скрылась за дверями.
— Не понял… — пробормотал я, вводя Братана в сарай. — Побудь тут, лады? А я скоро! — добавил я и похлопал коня по шее. — Не бедокурь тут, но если что, то топочи и ломай подворье в щепки! — я вдруг забеспокоился.
Ну, правда? Откуда она всё знает? Снова бог, демон или кто-то ещё тут бывает?
— А моя говорил хозяине, что всё тута странное, аднака, — Чукча подлил в огонь моего смятения ещё порцию свежего масла.
— Да ладно тебе, — я вновь успокоил себя, играя роль бравого героя. — Главное, Рыжий, чтобы мухоморов и всякой непотребщины галлюциногенной в меню не входило. Кстати, а что она за ягодки по-зиме собирала, ты не проконтролировал? — спохватился я, заодно зарекаясь от употребления компота в этих лесах.
— Мою другое интересовало, кто на нас из лесу подсматривает постоянно, — заявил усатый. — Клюква, или какой-нибудь боярышник, — добавил он.
— Не волчьи? — я решил проявить себя в области знатоком лесных ягод.
— А я почём знаю, аднака? — взбрыкнул нервничающий Чукча. — Моя не флорист!
Пока я размышлял, причём тут мастера-дизайнеры по составлению букетов и каким боком они к ягодам относятся, мы подошли ко входной двери дома.
— Ныкайтесь! — отдал я короткое распоряжение чудикам, и взялся за дверную ручку.
Не заморачиваясь поиском ответов на накопившиеся вопросы, я вошёл в дом, который встретил меня уютом и теплотой.
Первое впечатление я отнёс к положительному. Всё вокруг чистенько, скромно и опрятно. На полу расстелены дорожки из грубой, самотканой холстины и радуют глаз незамысловатым рисунком. На окнах шторки есть.
Печка — белая и без сажи над дырой, куда дрова кидают. Рядом с ней — столик, где что-то готовится радушной хозяйкой, как ею лично, так и без. Сразу подумал о бытовой магии, повсеместно используемой в Порубежье. Ну, правильно, как без неё обходиться-то?
А вот сушёных гербариев и всяких травок, развешенных веничками, я не нашёл. Однако, по зимнему сбору подумывал об их присутствии. Зато несколько дверей увидел в стенах.
Одна из них расположена прямо напротив входа, и, наверняка, там есть дополнительная комната с выходом на задний двор. Причём, размер того помещения не уступит этой комнате. Я габариты теремка уже прикинул в уме, автоматом, так сказать. Остальные комнатушки маленькие получаются.
— Раздевайтесь, не стесняйтесь и рассаживайтесь, — проговорила хозяюшка и указала на накрытый стол, во главе которого стоит самовар.
А ещё оттуда пахнут стандартные пироги, которые тут популярны. Аромат мяса меня обрадовал, так как исходит и из печи. Поесть нам удастся, и это радует.
— Спасибо, — я не стал капризничать. — А почему я во множественном числе звучу? — пришлось уточнить эту промелькнувшую детальку. — Э-м, раз мы на «ты» договорились общаться. И откуда ты, Наденька, меня знаешь? — не удержался я от напоминания.
— Так вас трое, — она обернулась и одарила меня улыбкой. — Грифон, и фамильяр, которые прячутся, — пояснила она, как ни в чём не бывало. — Я, вон, приготовила и зайчиков парочку, — Надя кивнула на маленький столик, который я не заметил сразу.
Там лежат две свежих тушки.
— Спасибо тебе, ещё раз, — среагировал я сдерживая эмоции. — Так откуда? Я про…
— Да вот так вот, — девчонка пожала плечами, как бы извиняясь. — От природы такая, посему и живу одна. Вижу я всё, что припрятано под защитою магическою, а сама прячусь хорошо.
— Ты лесная… — тут я осёкся, чтобы лешим её не назвать или ещё кем.
— Обычная, просто гонят отовсюду, — с радостью добавила хозяйка и поднесла к столу запеченую зайчатину. — Старатели заходят частенько, когда им поправить руны на защитных артефактах нужно, — продолжила она, садясь и сама. — Знаю про тебя, так как, поди, все уже знают в двух городках, как ты с цифрами дружишь. Про одинокую башню все знают, — она прервалась. — У меня тоже есть тайна, как у тебя.
— Я заметил, — наконец-то мне удалось выдохнуть.
— Не всё, — улыбнулась хозяйка, наливая чего-то травянистого в кружку. — Ты за окно глянь, туда, где тын начинается, — девчушка обозначила ориентир.
— Угу, благодарствую, — вначале я принял напиток. — И что там? — тут я повернулся и глянул в указанном направлении…
— Ё-моё! Наденька?
С этими словами я выронил чашку, а руки потянулась к револьверу и шпаге.
Вжик мгновенно вылетел к окну и оскалился, ну, а Чукча приготовился к схватке не на жизнь, а насмерть… Точнее, он захотел попробовать свою ударную магию фамильяра, чьему хозяину грозит гибель…
— Нет, не надо… — Прозвучали ласковые и спокойные слова от Наденьки. — Они не кусаются…
Я выполнил просьбу, отменил назревшую атаку и убрал всё оружие, но не отводил взгляда с улицы.
Глава 10. Городок… Опять эти… А, хотя?
Я… Нет, не я, а мы…
Короче, наша троица гостей просто впились взглядами за окно в сторону пары кусков тына, из тех многих, которые торчат тут и там из сугробов. Посему, я и не обратил внимания на эту плетёную изгородь при первоначальном осмотре.
Странный зверь спокойно рассматривает нас.
Внешность исчадия такова, что я никогда не смогу угадать названия этого хищника. Но оно точно не ягодами питается. Сходство есть с волками или с гиенами, покрытыми длинной шерстью у шеи, и постепенно теряющую густоту к задним конечностям и хвосту. Хвост толщиной с ногу, если что.
Однако, в дополнение ко всему, этого волко-гиену прародители украсили шипами дикобраза. Очень красиво окрашенными и густо торчащими у шеи. Ну, и плавный переход к иголочкам наблюдается, как и у шерстяного покрова, к хвосту. Расцветка, или масть этого творения неизвестных похожа на тигриную. Морда вытянута. Пасть… Э-м-м… Пасть — достойная и клыкастая.
Насмотревшись на нас, это животное глянуло на снег, аккурат под себя.
Естественно, что мой взгляд устремился туда же. Эге! Вот те да! Там выводок из таких же, только мелких очаровашек. С мамой играются, или с папой. Если логику подключить, которая наотрез отказывается сотрудничать с мозгами и сейчас работает с перебоями и техническими паузами.
Я взял себя в руки, ведь оно не кусается, исходя из полученной информации от Бестужевой.
— Наденька, а кто это такое? — задал я единственно уместный вопрос в такой ситуации.
Девчушка встала с места, подошла к окошку, помахала животному через стекло и тихонько задвинула занавеску. Вернулась к столу.
— Колючий демон, Волочья Ехидна, — прозвучал ответ, не делающий мою жизнь легче. — Вы пироги-то кушайте, — Бестужева подвинула мне плетёную тарелку. — Они безобидные у своего логова, что рядышком, в подземельях. Кусаются, конечно, и лютые в битвах, стрелять иглами могут, — она прервалась, чтобы отхлебнуть чая. — Вот, от летней спячки очнулись недавно, да и потомство вывели на свет из пещер. Но в этот раз их много больше из глубин разлома поднимается. Наверное, что-то нехорошее готовится в Великих Хребтах…
— Да уж, — поддакнул я, гадая о существах, впадающих в спячу летом. — М-м-м… Надежда, тут слушок прошёл, что готовится осада городов и бастиона, — продолжил я, и глянул на Вжика. — Не слышала ничего из этой серии?
Крылатый львёнок совсем успокоился. Наверное, ему эти еноты не страшны, раз грифёнок плотно занялся сырыми зайцами.
А вот новость об осаде девчушку расстроила, что она не смогла скрыть своим умением маскироваться. Или не успела.
Кстати, я припомнил, что пока не увидел у девочки вязи рун, полагающихся к любым заклинаниям. Даже чего-то заготовленного не заметил, как у Деда Ермака и Василисы. Врождённое, может? Думаю, что это предположение не лишено логического обоснования.
— Серия, а это как? — удивлённо переспросила хозяйка, а я укорил себя за употребление незнакомого слова.
— Из чреды таких же слухов, — я поспешно поправился. — Может, старатели чего-то там упоминали, когда навещали тебя, про некоего Рафаэля?
— А-а-а… — протянула хозяюшка и наморщила лоб, глядя перед собой. — Нет, ничего такого, — Надежда расстроилась. — И, как же я буду тут? — она развела руками и оглядела комнату с тоскливым выражением, словно прощается.
— Что случилось? — мне передались её чувства тревоги.
Поделиться книгой: