«Идите и надругайтесь над местом жертвоприношений — надругайтесь над огнём, сделайте ядовитыми воды, отравите воздух и убейте богов. Они лишили меня Сати, давайте лишим их жизни», — приказал Шива.
Вирабхадра взял свой трезубец и призвал целую армию, гогочущую орду демонов, чудовищ, драконов, духов, призраков, привидений, гоблинов и уродов-извергов — ганов Шивы. Они зашагали в сторону жертвенного зала Дакши, сопровождаемые пронзительными воплями Бхадракали.
Предзнаменования беды начали появляться во дворце Дакши. Грифы кружили над жертвенным алтарём, завывали волки. Страх возник в каждом сердце в мироздании.
Сотни тысяч бешеных собак ворвались во владения Дакши, неся на своих спинах чудовищ гнева. Эти монстры и уроды прыгали на богов и терзали их с такой яростью, что все они начали биться в конвульсиях и харкать кровью.
Затем со зловещим боевым воплем Вирабхадра и его свирепая армия обрушились на место действия. Они крушили и разрушали всё: священные сосуды были разбиты, гобелены были разорваны, а шатры в павильонах — сожжены.
Когда боги стали улетать, демоны схватили и зарезали их всех… Бхадракали выпивала их кровь.
Мудрец Бхригу использовал свою магическую силу и попытался вызвать духов, которые спасли бы жертвенник. Но духи отказывались появляться, когда слышали вой Бхадракали. Те же, кто пришёл, были расчленены ганами Шивы.
Наконец, Бхадракали приволокла за ноги Дакшу к огненному алтарю. Вирабхадра взмахнул своим топором и обезглавил Праджапати. Оторванная голова была брошена в пламя.
После этого Вирабхадра хохотал, и Бхадракали танцевала. Она использовала головы богов как бусины для своей гирлянды, тогда как Вирабхадра украсил своё тело их внутренностями. Ганы присоединились к кровавому пиру. Жертвенный зал был захвачен и подчинён Шивой. Он стал известен как Хара, захватчик, насильник (второе значение — вызывающий восхищение, третье — уносящий).
Вместе с этим ярость Шивы улеглась. Лишь печаль осталась.
Шива прошёл в жертвенный зал Дакши, и перед ним предстали последствия кровавой расправы: пир для волков, грифов и упырей. Сожаление,
Выжившие в этой резне упали к его стопам, моля о пощаде. Он улыбнулся. Вдруг ароматный свежий ветерок пронёсся через пространство. Чудища затихли. Мёртвые боги поднимались, как будто просыпаясь от глубокого сна. Их раны зажили, сломанные кости срослись, отсутствующие органы восстановились.
Шива нашёл обезглавленное тело Дакши и оживил его, заменив его голову головой козла.
Затем Шива даровал ему город Бхогья: «Это город безграничного удовольствия. Я создал его для Сати. Там я предавался всевозможным удовольствиям и стал бхоги. Теперь Сати больше нет. Мне незачем использовать Бхогья. Я дарю его тебе».
Дакша был раздавлен великодушием Шивы. Козлоголовый Праджапати стал петь молитвы Шиве. «Ты — Шанкара, благосклонный, милостивый бог», — сказал он.
Дакша завершил своё жертвоприношение. На этот раз он отдал Шиве должное — его законные права. Шива перестал быть отверженным богом, изгоем. Он был принят, обожаем и почитаем с благоговейным трепетом. Он стал частью небесного пантеона.
Только Сати оставалась мёртвой.
Шива забрал безжизненное тело Сати и ушёл из зала жертвоприношений. Он не мог заставить себя сжечь его. Тело было всем, что осталось напоминать ему о его возлюбленной. Он отказывался расставаться с ним.
Обезумевший, он скитался по всему космосу с телом Сати в руках, слёзы катились по его щекам. Его ганы следовали за ним в молчании, не зная, как утешить своего Повелителя. Его скорбный плач пронизывал галактики и потрясал богов.
«Это надо остановить, — сказал Брахма, — иначе весь космос погрузится в агонию Шивы».
Вишну поднял палец, чтобы раскрутить могущественный диск, сударшан-чакру, и запустил его в полёт. Его острые края разрезали тело Сати на 108 частей. Они упали в разных частях Джамбудвипы, континента-предшественника Индии, и стали
С уходом тела не осталось ничего, напоминающего Шиве о Сати, кроме воспоминаний. И воспоминания потускнели.
Сати научила Шиву всему, связанному с удовольствием, кама. Её уход научил его тому, что связано с гневом, кродха. Вместе кама-кродха (желание и ненависть) заманивают человека в ловушку сансары.
Шиве уже было достаточно этой жизни. Он ушёл в ледяные пещеры Гималаев. Он снова стал затворником.
Божественная Мать, причина воплощения всего, никогда не находится в покое. Она постоянно в состоянии текучести, движения. Её смерть была просто трансформацией; Сати ещё вернётся в другой форме.
Боги знали об этом. Шива тоже знал.
На протяжении северных границ Индии стоит гряда пиков Гималаев. Химаван был их царём. Его жена Мена родила прекрасную дочь, Уму, также известную как Парвати, дочь гор.
Парвати была перерождённой Сати, самой Божественной Матерью, ей было предназначено снова стать супругой Шивы.
Каждый день по возвращении после купания она пересекала холодные горные долины и приходила в пещеру Шивы с дарами из фруктов и цветов. Иногда она подметала пол и разводила огонь, надеясь, что он обратит внимание на неё.
Он никогда не делал этого.
Большую часть времени он медитировал. В иные же часы он курил свою трубку, чи- лум, и терялся в наркотических видениях.
Парвати знала, что она хочет стать женой Шивы. Но как она могла завоевать его сердце, если он никогда не смотрел в её сторону?
Боги решили протянуть Парвати руку помощи. Индра, царь богов, послал за Камой, богом желания.
«Иди и наполни сердце Шивы страстным желанием к Парвати. Вынуди его оставить свой тапас, пусть он вместо этого примет принцессу гор».
В компании самых восхитительных
Попугаи кричали, пчёлы жужжали, птицы распевали песни любви, а нимфы радостно танцевали. Вдохновлённый, Кама поднял свой лук и выпустил стрелу любви, способную вызвать страсть в тысяче смертных. Она прошла через сердце Шивы.
Апсары захлопали в ладоши и поздравили Каму. Он совершил то, что должен был сделать. Так они думали.
Тело Шивы, которое когда-то покинуло желание, почувствовало тоску по наслаждению. Но его спокойный ум не имел намерения плясать под дудку плоти. Он решил подавить искушение, разрушить самый его источник… хладнокровно, без гнева.
Шива пробудил свою аджна-чакру, центр умственного различения, чтобы разрушить желание. Он обратил своё внимание на Каму. Виновнику нужно было преподать урок.
Шива открыл свой третий глаз и выпустил огненный поток. Он сжигал красивое тело Камы до тех пор, пока всё, что осталось от бога любви, не стало горсткой пепла. После такого грубого разрушения желания космический мудрец возвратился к своей медитации.
«Что ты наделал?» — вскрикнула Рати, любимая апсара Камы.
«Без желания бык откажется от коровы, жеребец от кобылицы, пчёлы от цветов. Не будет дома, семей, мужчина и женщина не будут любить друг друга. Общество придёт в упадок, и жизнь потеряет свою сущность, смысл».
Рати продолжала: «Желание может быть причиной страданий; но также это причина, вызывающая удовольствие. Что есть жизнь без него? Существование без вкуса. Так оно становится страданием.
Что в этом такого ужасного? После страдания возвращается радость. Всё проходит в природе, всё является непостоянным, включая печаль».
Скорбь Рати тронула Шиву. Также он увидел мудрость в её словах.
«Я разрушил тело Камы, но не его дух. Он будет жить как
Шива осознал, что полное отречение от мира не имело большого смысла. Жизнь имеет свою цену — страдание, также она имеет свою награду — радость. Каждое из них приходит вместе с другим. В совокупности они дают причину продолжать жить.
Уход Сати принёс печаль. Но сейчас есть Парвати; её появление несло обещание радости. Возможно, он женился бы на принцессе гор, если бы её любовь была настоящей. С её помощью он бы нашёл баланс между йогой и бхогой.
Парвати поняла, что она должна доказать серьёзность своих чувств, если желает быть супругой Шивы.
Она сосредоточила свой ум на Шиве. Она не думала ни о чём, кроме него. Она ничего не ела, ничего не пила, она только повторяла его имя. Она сидела настолько неподвижно, что муравьи начали ползать по её коже, и ящерицы пробегали по её членам, считая её скалой. Мудрецы были впечатлены решимостью принцессы гор. Они собрались вокруг и благословили её. «Она — Апарна, женщина которая отказывается съесть даже листья», — сказали они.
Шива появился перед Парвати в образе молодого парня и сказал: «Шива — грубый варвар с сомнительными друзьями. Такой прекрасной девушке как ты необходим обаятельный мужчина в качестве мужа, кто-нибудь вроде меня, например». Парвати проигнорировала его и продолжала думать о Шиве.
Тогда Шива появился в обличие старца. «Дорогое дитя, перестань страстно желать Шиву. Он йогин, безбрачный аскет, строгий и скучный. Он не сделает тебя счастливой; он будет целыми днями не замечать тебя. Он тебя не стоит. Выйди замуж за кого-нибудь умного, как Вишну, или сильного, как Индра».
Парвати проигнорировала его и продолжала думать о Шиве.
Тогда Шива появился в форме уродливого карлика.
«Если Шива достаточно хорош для тебя, то, очевидно, ты не очень разборчива. Почему бы вместо этого тебе не выйти замуж за меня? Я не буду таким требовательным, как Шива; я буду всегда угождать тебе».
Парвати проигнорировала его и продолжала думать о Шиве.
Настойчивость Парвати была изумительна. Шива был впечатлён. Он согласился жениться на ней.
«По традиционному обряду!» — потребовали боги.
Шива согласился.
Нищий, в сопровождении собаки, появился перед дворцом Химавана с грохочущим барабаном в руке. Он начал танцевать под ритм этого барабана. Он танцевал так красиво, что царь и царица гор были поражены. Все были поражены. Они никогда не видели ничего подобного.
Они предложили нищему одежды и пищу. Он от всего отказался. Они предложили ему драгоценности, но от них он тоже отказался.
«Что же ты ищешь? — спросил король. — Попроси, и это станет твоим».
«Я желаю твою дочь Парвати», — сказал нищий.
«Что?!»
«Да, твою дочь. Ты должен позволить ей выйти замуж за Шиву, великого йогина».
До того как Химаван смог озвучить свой протест, нищий исчез. Он был не кем иным, как Шивой, Бхикшатаном, высшим нищенствующим. В соответствии с традицией он попросил руки своей невесты.
«Мы передадим свадебное приглашение жениху», — сказали Вишну, Брахма и семь космических мудрецов, сапта риши, перекрывая протест Химавана. Прежде, чем он попытался остановить их, они уже были на пути к Кайласу.
Это должно было стать величайшей свадьбой эры. Химаван ничего не сделал для того, чтобы сделать свадебную церемонию успешной.
Священные диаграммы были расположены на полу и стенах. Священники читали молитвы в соответствии с наставлениями священных текстов, Грихасутр.
Каждый обряд был соблюдён поминутно в деталях.
Парвати была умащена душистыми маслами и выкупана в ароматных водах. Благоприятствующие символы были нанесены на её тело, и она была украшена любовными талисманами-брелоками. Она выглядела прекрасной, сияющей невестой, счастливой от мыслей о свадьбе с тем, кого она желала.
Пришло известие, что жених с сопровождением достиг царского холма и уже был на пути ко дворцу. Мать Парвати, Мена, и её служанки стояли на входе ворот с гирляндами и благовониями, встречая жениха. Везде царило волнение. Никто никогда не видел Шиву. Всем было интересно, как же он выглядит.
Он был ужасен.
Спутанные волосы, измазанное пеплом лицо, змеи вокруг шеи и на одежде, подпоясанный хоботом слона, — Шива выглядел безобразно, просто отвратительно. Он держал трезубец в одной руке, барабан в другой и ехал на быке. Казалось, что он находился в состоянии опьянения.
Вокруг него находились его друзья, ганы, банда непристойных хулиганов. Они били в барабаны, дудели в трубы, создавая ужасную какофонию звуков. Сопровождение жениха, казалось, состояло из самой смертоносной и зловещей нежити, из всевозможных дьявольских тварей, жаждущих крови. Духи, уроды и гоблины, гномы и цыгане — распутные, обитающие в притонах на окраинах гор. Процессия была возглавляема ведьмами, колдунами и упырями, аферистами и мошенниками, призраками и привидениями.
Как и Шива, все ганы пили бханг (наркотическое зелье из каннабиса) и с каждой минутой становились всё более неуправляемыми. Они вопили и визжали, танцевали и прыгали повсюду.
«Слава Шиве, слава Шиве!» — кричали они, бросая вместо цветов черепа, кости и всевозможных ядовитых пресмыкающихся.
Шок был невыносимым. Мена упала в обморок.
«Кто это чудовище?» — спросил Химаван.
«Это — Шива», — сказал Вишну.