Портрет психопата. Профайлер о серийных убийцах

Все 36 жертв, или, как на допросах утверждал сам Михасевич, – 43, были только женщинами. «Я не считаю женщину человеком. Я любил свою дочь из-за того, что она носит имя Лена, имя девушки, с которой я дружил», – заявил он на суде.

Типаж его жертвы – девушки и женщины в возрасте от начала полового созревания до угасания сексуальной привлекательности. Маленькие девочки, пожилые женщины и тем более мужчины в круг его интересов не входили.

Что касается суицидальных наклонностей, то, как и, например, Чикатило, Михасевич подумывал наложить на себя руки. Но не стоит забывать, что он был психопатом и, как многие из них, нарциссичной личностью: лучше уничтожать других и получать от этого удовольствие, чем страдать самому.

Вместе с тем замечу, что Михасевич не планировал свои преступления. По крайней мере, никаких сведений, подтверждающих обратное, не сохранилось. Из анализа же допросов и из следственных экспериментов становится понятно, что в спонтанном нападении, иногда на несколько жертв за день, он видел особую прелесть. Маньяк действовал импульсивно и без замысловатых орудий убийства, специальных приспособлений или долгого подбора жертвы. Он использовал, что под руку попадется: обычную веревку, шарф, пояс, ремешок от сумки, жгут из травы и собственные руки. Просто гений убийственного экспромта.

«Если я душил женщину стоя, то после того как я опускал руки, она падала. Вторично на земле я не душил. Петлю на шею или кляп в рот потерпевшей я делал, потому что мне это нравилось, а также для надежности, чтобы не отдышалась… Давить руками я мог только однократно»*, – говорил он во время одного из многочисленных следственных действий.

Михасевич старался отправить жертву на тот свет ровно за две минуты. Лишь однажды он потратил не две, а три минуты, потому что ему попалась женщина довольно плотного телосложения.

Вы спросите, почему он именно душил? Почему предпочел такой способ убийства? Исчерпывающего ответа на этот вопрос в случае Михасевича нет – лишь некоторые фрагменты допросов, где он пояснял выбор этого способа расправы. Но серийные убийцы зачастую проявляют очень выраженную любовь к мистике. Задушить – это был его ритуал, сакральное действо. Он полагал, что руками забирает жизненную силу своей жертвы, и считал, что это помогает ему справиться с болью. «Был сам себе врач», – как позже Михасевич говорил на допросе.

Из стенограммы протоколов допросов:

«– В тот момент, когда вы давили женщину, что вы испытывали?

– Наступало облегчение. Будто я, как во сне. Кажется, этого и не было ничего. Сон какой-то мне приснился.

– Испытывали когда-нибудь сожаление, что вы задушили?

– Нет… Мне даже самому не верилось потом»*.

Он выходил на «охоту», когда его накрывала волна ненависти, той всепоглощающей мести, перед которой он не мог устоять, как наркоман не может устоять перед новой дозой наркотика.

На окраинах Витебска, на проселочных дорогах Михасевич искал и находил женщин. После расправы рылся в сумках, забирал все ценное. Однажды из обручального кольца одной из жертв он сделал жене золотые зубные коронки, периодически дарил ей вещи, найденные в сумках убитых. Маньяк делал это не из любви к супруге. По его собственному признанию, он мало разговаривал с женой, только помогал по хозяйству. Да и неоткуда было взяться любви у этого зверя – одна только видимость.

Как и для многих маньяков, вероятнее всего, вещи убитых служили для Михасевича неким фетишем. Так, Андрей Чикатило вырезал половые органы жертв и уносил их с собой. Анатолий Сливко, заслуженный учитель и мучитель, снимал кинохронику убийств, а потом, просматривая видео, частично снимал стресс. Каждый охотник или рыболов со мной согласится: с охоты принято возвращаться с трофеями. В жизни убийцы, охотящегося на людей, трофей играет особую роль. Когда начинается «ломка» в ожидании очередной вылазки, контакт с фетишем продуцирует своего рода суррогат эмоций от процесса убийства, становясь временной отдушиной.

В случае расследования «Витебского дела» украденные вещи, вероятнее всего, сбивали следователей с толку. В то время такая картина преступления однозначно свидетельствовала о наличии корыстной составляющей в действиях преступника. Проще говоря, поначалу самой перспективной версией казались убийства ради ограбления. Никто не мог представить, что похищение ценностей не было целью.

Геннадий Михасевич и Тед Банди

Изучение биографий преступников, в большей степени маньяков и серийных убийц, а также их преступлений – обязательная составляющая для поддержания достаточного уровня профессиональной компетентности. Так вот, анализируя биографию Михасевича и обстоятельства совершенных им преступлений, я обратила внимание на его некоторое сходство с Тедом Банди. Конечно же, не на сто процентов, но все же. Полагаю, об этом интересно было бы порассуждать. Судите сами.

Семидесятые годы прошлого века – почти пятьдесят лет назад. Советский Союз и США. Две совершенно разные социально-политические системы, буквально два разных мира, два разных уклада жизни. Но в один и тот же период у нас и у них появляются жестокие серийные убийцы, маньяки в «масках» обаятельных парней. Высокие, статные шатены с вьющимися волосами и очаровательной улыбкой.

Оба почти ровесники, оба ненавидят и презирают женщин, убивать которых им так же не жалко, как тараканов. Разве что Михасевич головы никому не отрезал, как Банди. Но постмортальное изнасилование практиковали и тот и другой. Никто из них ничуть не сожалел о содеянном. Оба нарциссы и имели опыт неудачной первой влюбленности, ставшей спусковым крючком.

У Михасевича – 36 доказанных убийств, и в таком же количестве жертв признался Банди. Хотя многие эксперты склонны полагать, что на счету обоих было гораздо больше убитых женщин. Михасевича расстреляли, когда ему было сорок. Банди отправили на электрический стул в сорок два. Любопытная параллель, верно? Что же дальше?

В Америке после «столкновения» с Тедом Банди появляется отдел поведенческой науки ФБР. А в Советском Союзе, как принято считать, наконец констатируют, что в стране есть не только секс, но и серийные сексуальные убийцы.

В противоположных концах планеты одновременно выросли и сформировались два похожих друг на друга девианта, погубивших не один десяток людей. Почему это произошло? Вероятно, оправившись после ужасов Второй мировой войны, выдохнув пару десятков лет, мир снова начал стремительно аккумулировать агрессию, эгоцентризм, злость, жадность. Рассуждения в таком ключе могут показаться достаточно вольными для эксперта. Однако с уверенностью можно сказать еще об одной общей детали между Михасевичем и Банди: социокультурные и политические аспекты не оказали определяющего влияния ни на формирование их как серийных убийц, ни на выбор способа совершения преступления. Чего нельзя утверждать о более поздних душегубах, выбиравших способ убийства и вдохновляясь продуктами массовой культуры.

Банди винил во всем порнографию, но, учитывая то, как он говорил об этом на своих допросах и в видеоинтервью, это, скорее, удобное оправдание, попытка снять с себя ответственность. У Михасевича наверняка возможности вдохновляться таким «контентом» не было, и тем не менее убийства совершались.

Вот слова Михасевича из стенограммы протоколов допросов: «К мужчинам у меня никакой злобы нет, даже если они меня обидят. А женщины, я так считаю, виновны во всех неполадках моей жизни».

Тед Банди, дважды сбегавший из тюрьмы и составивший для женщин простенькую инструкцию – как защититься от сексуального маньяка, так объяснил свою роль:

«Я думаю, что общество нужно защищать от меня и мне подобных. Это так. Однако я надеюсь, что из нашего разговора будет понятно, что общество нужно защищать от себя самого. Как мы уже говорили, в этой стране свободно пропагандируются порнография и насилие, и люди, с одной стороны, осуждают действия Теда Банди, но при этом проходят мимо ларька с журналами, из-за которых их дети и становятся как Тед Банди. В этом и ирония…

Но сегодня на улицах играет множество других детей, которые завтра или послезавтра будут мертвы из-за того, что другие молодые люди сегодня читают и смотрят по телевизору»*[17].

На последний завтрак Тед Банди заказал себе стейк, яйца, картофельные котлеты, тосты с маслом и желе, а также молоко и сок. Кажется, что и в этом есть своего рода психопатическое спокойствие: ни волнения, ни эмоций, ни сожаления.

Смогли бы вы в такой момент с удовольствием позавтракать? Перед вратами вечности…

Михасевичу перед расстрелом завтрак на выбор никто не предлагал, более того, на видеозаписях следственных экспериментов заметно, как тяжело следователю Игнатовичу сдержаться, чтобы не привести еще не вынесенный приговор в исполнение, при виде того, как негодяй, улыбаясь, рассказывает об убийствах.

Красный «Запорожец»

Михасевич виртуозно умел менять маски. Он женился, переехал в маленькую деревню Солоники под Полоцком. У него родились двое детей. По воспоминаниям односельчан, маньяк вел себя как заботливый отец. Почти не пил, не курил, смущался, когда при нем рассказывали пошлые анекдоты. Михасевич считался одним из лучших слесарей по ремонту сельхозтехники. Его фотография висела на доске почета, он был секретарем партийного комитета. Как и Чикатило, Михасевич выступал активным общественником и дружинником, помогая ловить самого себя.

Из стенограммы протоколов допросов:

«Днем в обеденный перерыв я искал и душил женщин, а потом спешил вернуться на работу… Пытался как-то сдерживать все. Даже я потом пойду в туалет, из крана открою, на лицо попрыскаю, как остужусь, как говорится. Обычно в день, ну даже подвозил там женщин, у меня иной раз даже никакого желания такого не появляется. Высадишь, пошел. А периоды такие появляются, что надо найти кого-то, потом рыщешь как волк голодный, как говорится, покуда не найдешь…»*

Вскоре Михасевич обзавелся машиной «Запорожец» красного, обращающего на себя внимание цвета. Теперь он мог охотиться за жертвами с полным комфортом. Напомню, что в те времена личный автомобиль был не средством передвижения, а роскошью. Умелая беседа приятного мужчины за рулем открывала перед изощренным негодяем огромные возможности. До «Запорожца» маньяк использовал служебные автомобили.

Однажды Михасевич предложил своей попутчице заехать в лес. Остановил машину и, довольно улыбаясь, наблюдал, как девушка собирает букет полевых цветов. А потом, насытившись предвкушением добычи – как правило, он был не слишком терпелив, – схватил ее за руку и потащил вглубь леса. Изнасиловал и задушил. Именно этот эпизод использован для знакомства зрителя с одним из персонажей сериала «Метод». Да и в целом весь образ антагониста одной из серий списан с Михасевича.

И вот вам, уважаемый читатель, еще одна параллель Михасевич – Банди: «Фольксваген-жук» американского маньяка стал таким же опознавательным знаком Мистера Смертельное Обаяние, как и «Запорожец» советского душегуба. В обоих случаях личные автомобили сыграют немаловажную роль в поимке убийц. Светло-бежевый «Жук» выставлен в Национальном музее преступления и наказания в Вашингтоне. История красного «Запорожца» Михасевича неизвестна.

Признаваясь в злодеяниях, Михасевич поражал всех своей феноменальной памятью. Он с достаточной точностью указывал места совершения преступлений, почти ни разу не ошибившись, несмотря на менявшийся ландшафт в некоторых точках; с поразительной детальностью описывал обстоятельства совершения убийств.

Многие удивляются памяти некоторых душегубов. Но, если разобраться, ничего странного здесь нет. На фоне их серого, малоэмоционального существования жестокое убийство – самое яркое пятно. Это, возможно, звучит странно для нормального человека, который, пытаясь вспомнить самые волнующие события в своей жизни, назовет, допустим, первый прыжок с парашютом, свадьбу, чтение стихов ребенка со школьной сцены или потерю близкого человека. Но у психопата, если угодно «эмоционального импотента», другие воспоминания.

В 1985-м – последнем для него году на свободе – Михасевич убил 12 женщин.

Из стенограммы протоколов допросов:

«Когда потерпевшая сопротивлялась, царапала меня, во мне появлялось что-то нечеловеческое. Мне было приятно, что она меня царапает. И хотелось этого еще больше, так как усиливалась моя ненависть»*.

К этому моменту, спустя почти 14 лет с момента первого убийства, он уже чувствовал себя богом, неуловимым гением с короной на голове. Это не такая уж редкость для преступников, которых долго ловят. Как правило, это становится причиной совершения ошибок и необдуманных действий и, как следствие, приводит к их поимке.

В случае с Михасевичем появилась важная зацепка: один из очевидцев видел, как девушка, найденная потом убитой, садилась в красный «Запорожец». Это позволило несколько скорректировать подход к поиску преступника, и следователи начали проверять всех водителей красных «Запорожцев». Как внештатный милиционер, командир отряда добровольных дружинников, Михасевич одним из первых узнал об этом. И забеспокоился. Это заставило его написать письмо в газету «Витебский рабочий». В послании говорилось, что в областном центре якобы действует организация, которая борется с несправедливостью. Подтверждение – два женских трупа в Бешенковичском районе.

После этого он начал ловить самого себя. Помните, как Чикатило занимался тем же, да еще и подсмеивался над нерасторопностью следствия? Михасевич вел себя аналогичным образом. Тщательно проверял водителей фургонов и красных «Запорожцев». Собирал у них образцы почерка, ведь правоохранители уже реагировали гораздо быстрее на появляющиеся дополнительные улики и приняли решение о проведении почерковедческой экспертизы по «газетной записке». Именно для нее требовались образцы почерка.

«Запорожцев» в Витебской области было на тот момент около семи тысяч. Проверили и автомобиль Михасевича, но подозрительного ничего не обнаружили. Репутация у него была из ряда вон благонадежная.

И все-таки Михасевич волновался. Успокаивало его только то, что за совершенные им убийства постоянно кого-то арестовывали. Когда за его преступления начали приговаривать к разным срокам случайных людей, он исправно посещал судебные заседания и внимательно следил за процессами. Это позволяло ему понимать, в каком направлении работает следствие и как заметать следы, если придется.

Тайна почерка

Письмо редактору газеты «Витебский рабочий» от имени так называемых «патриотов Витебска» – это, прежде всего, попытка запутать следствие. Выдуманная Михасевичем организация якобы состояла из обманутых мужчин, которым изменили жены. И теперь они будто бы мстят своим женщинам с помощью изощренных убийств. Более того, он сообщил, что это организация фашистского толка, которая активно борется с существующим режимом. Выглядит довольно креативно – разве что слова такого не было в те годы.

На тот момент опасное дело уже было под личным контролем главы государства. Тогда им являлся бывший председатель КГБ Юрий Андропов. Перед следствием поставили задачу – немедленно изучить почерки почти у всего взрослого населения Витебска. В качестве образцов использовались заявления в отделах кадров и в паспортных столах, а также множество других документов. Но все было безрезультатно.

Тем не менее Михасевич, чувствуя, как круг сужается, и продолжая опасаться, что к нему могут подобраться слишком близко, делает последнюю и роковую ошибку. Совершив очередное убийство и задушив женщину головным платком, он вложил в ее ротовое отверстие записку: «За измену – смерть. Борьба с легавыми и коммунистами». И подпись: «Патриоты Витебска».

Свой почерк он, разумеется, постарался изменить. Но вот в чем секрет. Я часто сталкиваюсь с этим по работе. Многие преступники, когда у них берут образцы для почерковедческой экспертизы, пытаются принять неудобное для письма положение, изменить наклон руки, писать более широко или, наоборот, более мелко. В общем, предпринимают всяческие попытки для искажения собственного почерка. Однако это, мягко говоря, малоэффективно. Пишет не рука, а мозг. И те, кто думают, что можно изменить свои константные показатели почерка, глубоко заблуждаются. Уверяю вас, как бы вы ни старались, те особенности, на которые обязательно обратит внимание хороший эксперт, скрыть практически невозможно.

Следствие установило, что почерк, которым были написаны анонимное письмо в газету и записка на трупе, совпадал. Это и стало триггером новой мощной проверки по всей Витебской области. Были проанализированы более 500 тысяч образцов. Для такой огромной работы подключили даже специалистов КГБ. Трудились эксперты-почерковеды со всей страны. Представляете, какой объем работы для поимки не банды, а одного-единственного человека? Если его, конечно, можно назвать человеком.

Зададимся вопросом: почему Михасевич отправил свое письмо в газету, а не в милицию? Ответ, на мой взгляд, лежит на поверхности. Он сделал это в попытке подобраться к желанной славе, указать в очередной раз на свое величие. Дескать, вы мелкие, заурядные люди, а я не бандит с большой дороги, на которого можно легко расставить силки. Я Великан, и вам до меня не дотянуться.

Из стенограммы протоколов допросов:

«Я записку оставил, чтобы разыграть милицию. Потому что они плохо работают. Ведь не могли найти меня раньше. Столько лет. Я их не боялся»*.

Арест

9 декабря 1985 года Геннадия Михасевича арестовали. Он вместе с семьей скрывался у родственников в соседнем селе. Оформил на работе отпуск, собирался в Одессу. Когда за ним пришли, рядом с кроватью были обнаружены упакованные чемоданы. Убийца был невозмутим и с голым торсом. На вопрос следователя: «Так вы и есть патриот Витебска?» – ничего не ответил.

Позже, давая показания, он с гордостью и самодовольной усмешкой рассказывал о своих преступлениях и был уверен, что его ждет всесоюзная известность.

Из стенограммы протоколов допросов:

Следователь: «Должен предупредить, что допрос будет производиться с применением видеозаписи. Вы против этого возражений не имеете?»

Михасевич, улыбаясь: «Я даже рад, что меня так покажут где-то в Союзе <…> пойдет по всему Союзу смотреть, что за человек был»*.

Михасевич не гримасничал на суде, как Чикатило, и не пытался симулировать невменяемость, чтобы сохранить жизнь, как делают некоторые душегубы. Напротив, он много и подробно рассказывал – очевидно, в надежде оставить след в истории. Хочу снова повторить: недолюбленный и недооцененный, он жаждал признания любым способом. Но – вот парадокс – слава первого маньяка досталась Андрею Чикатило, который об этом совсем не мечтал.

Судя по сохранившимся записям следственных действий, запечатлевшим Михасевича, попав в руки следствия, он успокоился. Очевидно, двойная жизнь здорово выматывает, даже молодого и сильного.

Из стенограммы протоколов допросов:

«Если я нахожусь в лесу, меня пугает шелест листвы. А в следственном изоляторе я чувствовал себя, как на свободе: читал, веселился, пел»*.

Трусость – еще один частый спутник серийных убийц и маньяков. Чувствуя силу в момент убийства, в обычной жизни они могут бояться собственной тени.

Письмо прокурору

Как вы наверняка знаете, многие, находясь под следствием, пишут письма в высшие инстанции. Содержание этих посланий однотипно: просьбы о помиловании, заявления о неподобающем содержании, жалобы на сотрудников правоохранительных органов, признания в невиновности. Но письмо Михасевича Генеральному прокурору Советского Союза было особенным:

«Я осужден к исключительной мере наказания, к смертной казни. Ставлю вас в известность, что при вынесении мне приговора суд снял с меня три убийства женщин и одно покушение на убийство. На следствии я все рассказал и при выезде на места указал их. Расхождения произошли оттого, что местность там за это время сильно изменилась… Написать все это меня понудило чувство человеческого долга перед другими людьми, которые из-за меня могут невинно пострадать»*.

Пожалуйста, не подумайте, что маньяк раскаялся и в нем неожиданно взыграла совесть. Нет, конечно. Просто это еще одна возможность прокричать о себе на весь мир. По крайней мере, на всю страну.

Здесь хочу сделать небольшую ремарку относительно недоказанных убийств.

В официальной хронологии преступлений Михасевича было пять перерывов, каждый из которых длился от нескольких месяцев до почти двух лет.

Но чем больше людей погубил маньяк, тем короче перерывы между совершением убийств. Например, если в начале достаточно было убивать раз в полгода, чтобы унять разыгравшийся аппетит, то со временем периоды между преступлениями становятся все короче. Не зря я уже сравнивала их с наркоманами, которым сложно самостоятельно отказаться от зависимости. Постепенно дозы становятся все больше, а количество дней трезвости между ними все меньше.

Обычно серийные убийцы на длительное время прекращают свои зверства по объективным причинам: переезд, болезнь, заключение под стражу[18]. Информации о такого рода обстоятельствах в биографии Витебского Душителя не сохранилось, а, учитывая тягу Михасевича к убийствам, делать такие паузы добровольно он вряд ли был способен. В связи с этим, как бы странно это ни звучало, я вынуждена согласиться с Михасевичем в том, что жертв его преступлений было гораздо больше.

Анализ хронологии его преступлений показывает еще одну интересную тенденцию. Большинство жертв было убито в достаточно теплое время года: апрель, июль, август, сентябрь, октябрь, реже – май и ноябрь. Лишь одно, по всей видимости, совершено в январе. О причинах сейчас рассуждать довольно сложно, но, вероятнее всего, ответ кроется в способе убийства: в весенний и осенний периоды проще найти подручные средства для удушения, а на жертве нет большого количества одежды, что облегчает доступ к телу и, самое главное, к шее.

Я ухожу к своим женщинам

С моей точки зрения, Геннадий Михасевич не был сексуальным маньяком в чистом виде. Хотя его убийства и сопровождались сексуальным насилием, «высшее» удовольствие он получал от самого процесса.

Из стенограммы протоколов допросов:

«Я не являюсь каким-то исключением. Миллионы людей не живут по существующим правилам, совершают преступления. Это из моей теории. Я не хочу о ней рассказывать, потому что вы будете смеяться. Для вас это незаконно, а для меня законно, так как я достиг своей цели. Мне все равно – потерпевшая женщина негритянка, русская или белоруска – я их душил, и этим снимал с души тяжесть»*.

Еще раз о главном

Как показывают практика и мой профессиональный опыт, любой маньяк и почти всякий серийный убийца на поверку оказывается личностью слабой, заурядной, неспособной противостоять животным проявлениям, действующей в большинстве случаев лишь в своих интересах. Древние говорили, что человек, рожденный на земле, прежде всего воин. Его главная задача – победить зло в себе и в окружающем мире. Ибо только добро есть эволюция, то есть движение вверх. В случае наших антигероев зло безоговорочно побеждает. Это не то зло, которое показывают в кино, – масштабное, черное, идеологически оправданное, а другое – мелочное, нелепое, изредка из-за укрытия огрызающееся на суровую действительность, прячущееся при появлении малейшей опасности. Зло – удобная дорога вниз. Идти под гору легче. Маньяк движется только в этом направлении.

Страх, одиночество, ложь, жажда мести – ворота, через которые вирус зла забирается в человеческую душу. На нашей планете, к моему великому сожалению, этот вирус давно уже превратился в пандемию, вакцину от которой никто не изобрел и не собирается изобретать. Но пандемия такого рода иссушает душу намного раньше, чем умирает тело.

Дневник профайлера

Клетка

Город Н.

2014 год, октябрь