Помоги проекту - поделись книгой:
— Не больше пары-тройки минут, — покачал головой старик. — И то не факт. Ворон Велеса слишком силен…
— Пара минут против волколака-двоедушника, старый? — Олег тут же оборвал Богшу и нахмурился. — Откуда столько сил? Ты что, злыдней опять кому-то в жертву принес?
Настя впервые видела, чтобы почтаря практически трясло от злости. Хотя она прекрасно его понимала — именно такие вот моменты, когда ради самой важной для тебя цели ты переступаешь через правила и начинаешь идти на поводу у темных богов, как раз и могут толкнуть человека на путь колдуна.
«А из Богши Храброго получился бы очень опасный колдун…» — невольно мелькнула у девочки мысль. А вот сам бывший ведун только рассмеялся.
— Пара минут — не потому, что я силен, а потому, что он слаб, только на силу полагается, а за оружие при этом схватился. С таким на мечах я хоть сейчас выстою, при условии, конечно, что твоя маленькая подруга заблокирует идол Велеса… Впрочем, я в ее способностях ни капли не сомневаюсь.
«Да как же я это сделаю, когда даже простейший наговор срывается!» — воскликнула было Настя, но Богша тут же улыбнулся ей в ответ, и слова возражения так и не сорвались с ее губ.
— О вождьБош’Шат! — раздался в этот момент тонкий крик одного из злыдней. — Ты слишком великодушен к этим людям! Скоро полночь, а они еще живы!
— Заткнись, Хоп’Падан! — оглушительный голос вожака не заставил себя долго ждать. — Я знаю, что делать, а ты не подвергай сомнению слова своего вождя!
Остальные, перестав швыряться камнями, наполнили поляну оглушительным гомоном, лая и мяукая, а Олег недобро усмехнулся, чем сильно удивил Настю. Замерший Третьяк в это время достал из-за пояса второй кинжал и оскалился. Он стоял всего в десяти метрах, и пара молниеносных бросков решила бы все, но он почему-то по-прежнему медлил. И тут девочка поняла, что заставило почтаря так отреагировать. Вожак-злыдень и его подданный обсуждали ситуацию на человеческом языке! Какой им смысл так делать?
— Догадалась? — подмигнул почтарь девочке и зашептал. — Это была только демонстрация силы. А вот теперь за нас примутся всерьез, поэтому медлить нельзя. Вы с Богшей отвлекаете этих тварей, а я ловлю Рум’Сабана, чтобы завладеть свистком…
— Но как? — у Насти от волнения даже ее тяжелая коса запрыгала будто пушинка.
Олег только улыбнулся в ответ, и девочка почувствовала, что действительно упустила какой-то очень важный момент, но окончательно догадаться ей помешал каркающий голос самодовольного вождя Бош’Шата.
— Итак, Локов, — проговорил он, и слова его четко выделялись на фоне воя и скуления других злыдней. — Как насчет того, чтобы я все-таки дал тебе шанс? Почти как ты меня изначально и просил… Ты еще можешь отдать нам девчонку, и проваливайте со стариком куда пожелаете. Обещаю, вас никто не тронет.
Вновь злыдни разразились одобрительным воем, поддерживая мудрость своего вождя. А тот, упиваясь своей силой перед загнанным противником, продолжал.
— Кровь четырех простых людишек и одного ведуна была хорошей заготовкой для ритуала. Но кровь юной служанки Даждьбога гораздо, гораздо лучше!..
У девочки от этих слов закружилась голова. Хотя, возможно, это произошло от нестерпимой вони разгоряченных тел злыдней и их зловонного дыхания. Как бы то ни было, она собралась с силами, сделала глубокий вдох и, успокоившись, внимательно посмотрела на Олега.
— Слушайся Богшу, — сказал тот. — Он все объяснит и подскажет. А у тебя все получится.
Сразу после этих слов Олег бросился в сторону Третьяка, будто бы в безумной попытке накинуться на того в ближнем бою, а потом, в самый последний момент, рванул влево, совершил кувырок и тут же вскочил на ноги. Охотник повернулся к нему, примериваясь к удару, но почтарь быстро выбросил вперед руку, и в сторону его противника полетел белесый ком, рассыпающийся прямо в воздухе на мельчайшие частицы. Секунда — и вот Третьяка словно бы заволокло густым молочным дымом.
— Мука, обычная мука с порошком из рогов оленя без всяких ведовских усилений — вроде бы просто, а взгляд застилает будь здоров. И, главное, нюх отшибает так, что даже волколак сейчас не скажет, где сейчас его противник, — объяснил Богша, что сейчас произошло, хватая Настю за плечи и разворачивая к себе. Все внимание злыдней было теперь приковано к Олегу и охотнику, и старый ведун этим воспользовался. — А теперь, девочка, вся надежда на тебя. Ворон Велеса блокирует любые наговоры, но если кто-то достаточно близкий Прави или Нави бросит ему вызов, то он может откликнуться. И при этом к самому вызову переходить вовсе не обязательно, просто говори с ним, пытайся ослабить влияние…
— Я не справлюсь, — голос девочки дрогнул. — У меня самый простой наговор сбивается, а тут…
— А тут как раз проще, поверь, — улыбнулся старик. — Начни читать любой наговор на разговор с ним, и он ответит, сам… А потом, пока вы с ним будете выяснять, кто в чем прав или виноват, я придержу охотника, облегчим задачу Олегу. Поняла?
Настя кивнула, и Богша, довольный таким ответом, оглушительно свистнул, шустро для своего возраста бросившись в сторону Третьяка. Тот как раз выбрался из облака муки и пытался дотянуться до так и не успевшего оторваться от него Олега. К счастью, опытный Богша успел вовремя — плеснув водой из фляги, он, словно забыв о своем возрасте, кувырнулся в воздухе над только что созданной лужей и через мгновение, превратившись в крупного черного тура, с разгона врезался в волколака, сбивая его в сторону.
«Круто! — выдохнула про себя Настя. — Вот это концентрация! Несмотря на идола провести такое превращение. Недаром, этот Богша в свое время с конунгом ходил…»
— Девочка, наговор! — крикнул Богша, снова принимая человеческий облик и выдергивая Настю из завороженного наблюдения.
— Силы Яви и Прави, будьте свидетелями и помощниками! — молодая ведунья достала булатный нож и прикрыла глаза, представляя прямо перед собой идола и стараясь не думать, каким изможденным был наставник Олега после одного-единственного превращения. Этак они и на самом деле без нее не справятся. — Как люди говорят друг с другом, так и я обращаюсь к тебе, ворон Велеса! Чти Договор, заключенный между Навью и великим князем, прекрати поддерживать беззаконие в Приграничье! Взываю к тебе, ворон Велеса!
«Не мешай, девочка, — таинственный шепот раздался словно бы в голове Насти. — Приграничье — территория Нави, смирись с этим!»
— Как Явь, Навь и Правь способны договориться, так и я, ведунья Даждьбога, предлагаю тебе перемирие, ворон Велеса! — продолжала маленькая ведунья, хотя от голоса идола у нее душа уходила в пятки.
«За кого ты вступаешься, девочка? — продолжал шептать ворон в ее голове. — За детей Яви или несущих в себе печати?»
Настя повторила наговор с перемирием, затем еще раз, не обращая внимания на шипение идола, и краем глаза увидела Богшу, который схватил две пригоршни земли, воздел над собой руки и прокричал:
— Мать сыра-земля, помоги детям своим, задержи навье отродье, как я удерживаю часть твоего тела!
И в ту же секунду, едва Богша сдавил куски почвы в своих ладонях, Третьяка словно бы кто-то схватил за ноги. Он споткнулся, чудом удержав равновесие, затем снова дернулся, с силой потащил правую ногу, будто вытаскивая ее из болота…
«Получилось! — радостно подумала Настя. — Я все же отвлекла идола на себя, значит, поэтому Богша смог прочитать наговор и задержать двоедушника! И как ловко придумал — обычные слова на такую тварь не работают, так он догадался не напрямик действовать. Задержал ее с помощью земляной ловушк, а вот я и не вспомнила, что рядом с таким идолом почва будет достаточно сильна, чтобы сдержать даже волколака. А ведь еще и Олег теперь сумеет использовать свои почтарские штуки и зелья!»
«Прекрати это бессмысленное противостояние, девочка, — шепот ворона был заунывным, но все равно пугающим. — Дай детям Нави и несущему печать достойно сразиться…Пусть пробудится…»
— Да что это еще за «несущие печати»? О ком он? — вслух пробормотала ведунья и продолжила зачитывать наговор, уже явно действуя идолу на нервы.
— А-а-а-а-а! — громко заорал Богша, высыпая остатки неожиданного загоревшейся и превратившейся в пепел почвы из ладоней и резко наклоняясь, как будто чтобы набрать новую порцию и повторить ритуал. Но все это был лишь обманный маневр.
— А вот, наконец, и ты! — пока волколак выпускал во все стороны волны тумана, готовясь отразить новый наговор, оказавшийся неожиданно таким действенным, Богша воспользовался этой паузой, чтобы подхватить ползущего мимо ужа.
Девочка определенно видела желтые следы над ушками, так что не сомневалась в том, кого именно схватил старый ведун. Но вот волколак и злыдни в отличие от нее находились в слишком неудобных позах, чтобы даже со своим зрением суметь разобрать хоть какие-то детали. Так что, когда Богша поднял свою добычу словно знамя и уверенно двинулся с ней на двоедушника-волколака, тот не выдержал и шагнул назад.
— Чуешь свою погибель? Правильно! — Богша играл столь убедительно, что никто ни на мгновение не усомнился, что к тому по какому-то тайному зову приползла кувшинка, и теперь в любой миг может превратиться в страшнейшее для подобных существ оружие.
«Хорошие у тебя друзья, девочка, сильные, — в голове у Насти снова раздался голос ворона Велеса. — А старик-то каков… Не зря я уже два раза предлагал ему свою силу и защиту. Но нет, он все отказывается, слишком печется о такой глупости как человеческая свобода… Ну да ничего, в третий раз предложу тогда, когда он уже не сможет сказать мне „нет“. А пока смотри, что дает своим слугам поддержка темных богов».
С этими словами ворон как будто на мгновение отлучился из головы Насти, и в тот же миг змея в руках Богши растворилась в воздухе… Растаяла, превратившись в самый обычный туман.
Глава 9. Полуночный бой 2
В наших законах с изначальных времен прописана банальная мудрость. Человек — выше всех других существ этого мира, и именно ему принадлежит право определять, каким он будет дальше. В свете этого становится очевидным, что хоть наши правители благородно признают пользу от Великого договора, на самом деле он не более чем предательство рода человеческого.
— Это не кувшинка! — тут же среагировал на проявление силы своего покровителя Бош’Шат. — Бейте его!
Вот только среагировал не только он. Богша с самого начала рассчитывал на фокус со змеей лишь как на способ выиграть время и как на возможность добраться до злыдня из свиты вождя, на поясе у которого висел так нужный старому ведуну меч. Обычный, не способный ранить того же двоедушника, тем более с темной душой волколака — но зато это оружие блокировало удары нечисти, помогая прикрывать Олега, успевшего юркнуть за спину своего учителя.
Сам Локов тоже зря времени не терял и не только уворачивался от ударов, но и раскидывал по всей поляне свои почтарские секреты. Защита от ворона-идола, конечно, не позволяла их активировать, но зато и злыдни не обращали на них особого внимания, давая Олегу возможность дождаться момента, когда Настя все-таки ненадолго снимет пелену Велеса с поляны.
«Ну, и где твоя сила, ворон? — тем временем мысленно закричала девочка, переходя в наступление. — Все, что ты смог — развеял обманку, которой и так оставалось жить лишь пару секунд! А твои слуги? Да они пустое место по сравнению с моими друзьями!»
«Ты еще не все видела! — ворон Велеса был явно недоволен таким обращением к себе, но пока держался. — Следи за тенями…»
Он замолчал, не давая больше никаких подсказок, но Настя и так все увидела. Десятки темных змеек — совсем, как та, что еще недавно Богша сжимал в руке — скользили из тени в тень, приближаясь со спины к старому ведуну.
— Осторожно! — хотела крикнуть Настя, но голос отказался ей повиноваться.
«Я же сказал, смотри, а не разговаривай, — шепнул девочке ворон в ее голове. — Вот, что могут темные боги — обратить то, что другие считают лишь шуткой, в правду. Причем самую ужасную из возможного…»
Настя изо всех сил пыталась перебороть волю ворона, но у нее ничего не получалось. Ей хотелось кричать и реветь одновременно, но ничего не менялось. Змеи все приближались, и их совсем не призрачные зубы уже тянулись к спине Богши, который, увлеченный боем с волколаком, ничего не подозревал.
«Или я зря так беспокоилась о самом Богше Храбром?..» — Настя сжалась в комок в ожидании смертельного укуса, когда наставник Олега прямо на ходу вытащил из кармана сушёную змеиную кожу и, словно спичку о коробок, зажег ее о шершавую рукоятку своего временного меча.
Шкура вспыхнула, и все темные духи-змеи мгновенно исчезли. Словно были связаны с ней какой-то невидимой нитью…
— Ну что, ворон? — довольно заорал Богша. — Неужели ты думал, что сможешь взять меня приемом, который уже однажды использовал? Не для того я столько лет ходил по морям, чтобы так легко тебе даться! Если я что-то использую против своих врагов, то всегда готов к тому, что они смогут сделать ответный ход. А вот ты как будто начал считать себя слишком умным и сильным! Не слишком ли рано для того, кто совсем недавно отрастил свои третью и четвертую лапы?!
Насте показалось, что старый ведун уж слишком нагло разговаривает с самим зверем Велеса. Как бы тот не наказал его за дерзость, воспользовавшись малейшей ошибкой с его стороны… Но тут яростное карканье в голове девочки показало, что ворон на самом деле в ярости, а значит, ответить на ход Богши, специально подставившегося именно под ту атаку, которую есть чем отразить, хозяину идола было просто нечем.
«Кстати, а не воспользоваться ли этим моментом для атаки? — Настя неожиданно осознала, что ее старшие товарищи без возможности использовать простые наговоры и зелья пока умудряются лишь не умереть. Но сами при этом никак не могут нанести удар. — Ну, это ненадолго!»
— Получи, пернатый! — Настя не стала больше разговаривать с вороном Велеса, а попробовала хорошенько вдарить по тому своим натренированным ведунским сознанием.
Это было как просить о помощи Даждьбога, только вместо просьбы — оплеуха. И, кажется, у девочки получилось. Не нанести сильный удар, способный как-то навредить даже части сознания такого существа как один из зверей Велеса — но отвлечь внимание. На считанные секунды ворон сосредоточился только на Насте, словно хватая ее невидимыми когтями и разрывая на части.
— Ааааааа! — девочка не выдержала навалившейся боли и, рухнув на колени, сжалась в комочек.
Ей очень хотелось, чтобы эта пытка поскорее прекратилась, и вместе с тем она ждала, как этой паузой воспользуются Богша с Олегом. И те её не подвели.
Почтарь все это время специально держал за щекой ягоду клыковицы. Сорная, ядовитая — здесь рядом с идолом она тоже не могла на него подействовать, но вдруг Олег почувствовал на языке легкую горечь и тут же догадался, что это может означать.
— Семнадцать корней перунова дерева! — почтарь на ходу прокричал Богше, напоминая, что именно тут все это время раскидывал, а потом перекинул ему еще кусок деревяшки, чтобы старому ведуну было проще на них настроиться.
«Корни перунова дерева? — несмотря на уже ускользающее от нее сознание, Настя невольно задумалась над услышанным. — Так называют отростки лесных великанов… Молния бьет в столетние дубы и сосны — что-то помельче сгорит без следа, а вот от таких гигантов кусочки могут и остаться. И если их собрать да правильно вложить силу… Будет взрыв! Но что он даст? Идол слишком далеко, ворон уже через пару мгновений снова накроет все своей силой… Что задумал Олег?»
Девочка так и не смогла найти ответа на последний вопрос. Она только успела увидеть, как Богша подхватил брошенную ему почтарем деревяшку и рухнул на колени, начиная произносить быстрый наговор, совершенно не беспокоясь о волколаке, уже замахнувшемся, чтобы снести ему голову.
«Что-то они не додумали…» — только и мелькнуло в голове Насти, прежде чем она потеряла сознание.
Вот только на самом деле у Олега и его учителя все было под контролем. Богша, не думая об опасности, как и предполагала молодая ведунья, взорвал корни грозового дерева, разбросанные до этого почтарем по всей поляне. Раздался громкий визг попавших под ударную волну злыдней, ночное небо озарилось яркими вспышками словно от ярмарочного фейерверка. И в этот момент, воспользовавшись всеобщим замешательством, Олег настиг Рум’Сабана, не ожидавшего, что целью уже почти загнанных в угол людей окажется он сам, и, сунув злыдню в губы свисток, резко ударил того по животу. В итоге резкий звук магического артефакта остановил удар волколака, когда его острые когти почти коснулись незащищенной шеи Богши.
— Было близко, — снова подхватив свой меч, старый ведун отпрыгнул в сторону и вместе с Олегом принялся пятиться к лежащей без сознания Насте.
— Вы все равно ничего не добились! — Бош’Шат оглядел разрушения от накрывших поляну взрывов и неожиданно не обнаружил ничего страшного в их последствиях. — Только оттянули свою кончину! А ваши наговоры?! Вы так старались их провести, а что в итоге? Ни один из моих злыдней даже не пострадал!
— А деревья? — ехидно уточнил у вождя Олег, указав на три огромных сосны, вокруг которых и была сосредоточена большая часть зарядов. Благодаря вложенной Богшей в ритуал силе сейчас лесные гиганты начали опасно крениться, и было видно, что еще немного, и все три рухнут на землю.
— Что деревья? — Бош’Шат оценил новую опасность. — Думал уронить их на мой идол? Не выйдет! Я даже это учел! И ни одно из растущих поблизости деревьев не сможет его достать!
Вождь злыдней действительно предусмотрел подобную опасность для доставшегося ему идола, где смог пробудиться дар Велеса. Он много чего предусмотрел: молнии Перуна, стальные стрелы, волю княжеских дружинников… Никто не должен был добраться и осквернить его сокровище! Никто и ничто! Вот только эти люди как будто не собирались в это верить.
— Смотри не на макушки, а вниз, — почтарь махнул рукой, указывая Бош’Шату на показавшиеся из-под земли огромные корни. И в тот же миг раздался пронзительный скрип умирающей древесины.
Огромные стволы не просто падали сами по себе, они выворачивали то, что до этого десятилетиями держало их на ногах. Три лесных гиганта, три огромнейшие корневые системы — когда одни рухнули, а другие взметнулись вверх, это привело в движение все вокруг. Трещины пронзили почву на десятки, а то и сотни метров, взметнув в воздух тончайшую пыль. И большая часть из нихожидаемо задела и идол злыдней. Ничего серьезного, на том даже царапины не появилось, но закопанный в глубину буквально на полметра он просто не устоял и тоже с глухим стуком рухнул на землю, а потом прокатился пару метров вниз по склону лесной поляны.
— Ну вот, все, как всегда, — повисшую над лесом тишину нарушил голос Олега.
— Согласен, — так же в тишине ответил ему Богша. — Думал, когда-нибудь эта нечисть научится нормально трудиться и копать поглубже. Но нет, раз за разом одни и те же ошибки.
— Ну, их можно понять, — продолжил этот странный диалог почтарь. — Велес никогда не любил, чтобы его подземным богом называли, вот и его звери эту привычку переняли. Не хотят, чтобы их идолы далеко от поверхности уходили.
— Но при этом обижаются как дети, — фыркнул Богша. — Раз дали уронить мой столб, нечего больше рассчитывать на мою помощь — так ведь, злыдень?
Старый ведун внимательно посмотрел на замершего без движения Бош’Шата, но даже и без его реакции было ясно, что вся сила идола ворона Велеса пропала без следа. Впрочем, и лишенную его помощи маленькую, но организованную нечисть не стоило сбрасывать со счетов.
— А что это здесь происходит? — в этот момент Настя пришла в себя и открыла глаза, оглядывая последние изменения на поле боя.
— А это мы вас убивать будем! — все-таки очнулсяБош’Шат и дико завопил, созывая к себе все свое племя.
Злыдни, до это просто-напросто впавшие в ступор после падения своего идола, пришли в себя и принялись снова дико прыгать и вопить во все горло. Маленькие, черные, облезлые — они словно набирались решимости, чтобы броситься на людей и погрести их под своими телами.
— Может быть, попробуем убежать? — Настя медленно поднялась на ноги, стараясь не сильно опираться на протянутую ей подошедшим Олегом руку.
— Побежим — загонят и убьют, тут уж без шансов. Бить тех, кто их боится — в этом злыдни мастера, — почтарь все еще таскал за собой пойманного Рум’Сабана и был готов в любой момент вновь заставить того свистнуть, если вождь снова решит натравить на них волколака. — А вот лицом к лицу они уже чувствуют себя неуверенно… Так что ничего, продержимся. Тем более что с главными опасностями мы разобрались, а наша кавалерия уже близко.
И тут же, будто в продолжение слов Олега, из леса долетел сначала строенный совиный крик, а потом донесся грохот лошадиных копыт и треск брони, пробивающей путь своим хозяевам через лесной бурелом.
— Дозорные! — заверещал Бош’Шат, обнаружив заметавшимся по поляне взглядом, что все отправленные им на дальние подступы злыдни тоже собрались здесь. Недаром Олег предпочел появиться на этой поляне с шумом и блеском, так что никто из этой любознательной нечисти не смог сдержать своего любопытства и остаться на посту.
— Именем князя! — в этот момент из леса выскочили два десятка княжеских конных дружинников во главе с Хотеном.
Насте сначала показалось, что новый сотник взял с собой слишком мало людей — особенно, если бы Олег с Богшей не успели решить проблему с идолом да волколаком — но потом присмотрелась к его снаряжению, и все встало на свои места. Это была не старая броня и меч, что раньше носил приехавший из степи десятник — нет, теперь на каждом элементе экипировки Хотена можно было легко рассмотреть знак пикирующего сокола. А каждый знает, что именно этим знаком, получающимся из слияния семи защитных северных рун, отмечает свои вещи князь.
«С таким мечом и щитом он бы просто призвал волю князя — и все, даже идол ворона бы не помог, — облегченно выдохнула Настя. — Я вот, может быть, не все столичные порядки понимаю и люблю, но не признавать мощь того, чей род посчитала равным себе сама Навь, просто нельзя!»
— Идол обезврежен, волколака не бить, часть злыдней за нас! — Олег быстро выдал Хотену самое главное.
«Стоп! — растерялась Настя. — А когда это часть мелких засранцев успела перейти на нашу сторону?»
И тут она вспомнила — все последнее время Олег не просто таскал за собой Рум’Сабана, но и что-то усиленно ему втолковывал. И вот, похоже, правильные слова да в правильных обстоятельствах принесли свои плоды.
— Братья! — заголосил старший злыдень, еще недавно мечтающий о смерти поймавших его людей. — Бросайте Бош’Шата-предателя! Те, кто за свободу и справедливость, давайте поможем людям защитить Договор!
Заполнившие поляну злыдни, как и Настя недавно, моментально замерли в ступоре, но большая часть очень быстро сориентировалась и небольшими кучками тут же принялась перебираться на сторону будущих победителей.
«Этак мы ведь в итоге и не убьем никого?» — Настя неожиданно осознала, что еще недавно стоявший в центре преданного воинства Бош’Шат остался почти один, а выполнение испытания опять откладывается.
— И ради чего ты сюда меня вытащил? Сотник против одного злыдня? — Хотен тоже с сомнением оглядел изменившуюся обстановку. С одной стороны, ему было приятно, что его идея по принуждению Приграничья и его жителей к совместной работе начинает действовать. А с другой — ведь смеяться будут. Правда, есть еще волколак, да к тому же какой-то странный. И пусть почтарь сказал, что он не опасен, но кто знает…
— Со злыднями, как ты и просил, мы все решили мирным путем, — Олег сделал вид, что еще недавно тут на поляне никто и не пытался убить друг друга во что бы то ни стало. — А вот для чего нужен был представитель князя, так это чтобы спасти этого человека от проклятья Нави.
Почтарь махнул рукой в сторону все еще покачивающегося в трансе Третьяка, и Настя неожиданно вздрогнула. Она ведь даже и не подумала, что того еще можно будет освободить от подсаженного захватчика, а Олег… Держал это в голове с самого начала и несмотря на все сложности не собирался бросать одного из своих. Хороший поступок. Сильный!
— Нечисть не спасти, — Хотен тем временем отрицательно покачал головой в ответ на предложение почтаря. — Как бы он ни получил свою силу, без его согласия ничего бы не было.
Поделиться книгой: