Минута Славы. Ромфант для проснувшихся творцов

– Как я вас всех люблю, – тоже плакала Слава. – Если б не одно дело в городе, никогда б вас не оставила. – И обнимала-обнимала счастливых родителей, искоса посматривавших на ведьму, хранившую молчание и спокойствие.

– Василина, если что… то, ты… то есть Вы. Сразу. Без всяких экивоков. Поднимем по первому… Достанем даже, если… Принесут на белом блюдечке с голубой каемочкой, – и сам не зная почему, Семен схватил руку молодой женщины и крепко от души поцеловал ее. – Спасибо за все. Век тебя помнить буду.

– Будешь, Семен. Не волнуйся, не меньше века проживешь. Еще правнуков в институты устраивать придется, – вещала Василина, принимая благодарности. – За Солнышко свое не беспокойся, она в надежных руках.

– Я так и думал, – быстро проговорил тот и, зная, что больше не в силах сдерживаться, побрел с вокзала, пряча слезы, которых сам у себя не видел целую жизнь. За ним побрели остальные.

А дружная команда в полном снаряжении села в обустроенный вагон, готовая отправиться в нежданные и негаданные приключения по спасению Славика и заодно планеты земля, а может быть, даже и всей Вселенной.

Глава 8. Столица

Папа и крестный не подвели. И вагон, груженный коровой и утварью, непонятной уразумению простого обывателя, встретили, что называется, по-королевски: делегацией из грузовиков и автобусов, довезшей с ветерком до домика в деревне, находящегося «рукой подать» до знаменитой Останкинской телебашни, где крутились-вертелись звезды и звездочки всех мастей, вспыхивая на горизонте и тут же угасая по мановению волшебной палочки или чьей-то злой воли или по велению госпожи Фортуны.

Но не только от удачи зависела траектория полета звезды, а, как правильно выразился Семен, «от связей». Связи были вовремя прозвонены и проинструктированы, а вот удачу надо было еще настроить. Ибо знающие люди и ее держали в ежовых рукавицах.

Целая неделя дороги не прошла даром для Славы, которая осваивала науки, так необходимые в жизни любого нормального человека, даже школьника: утерянную историю планеты Земля, а заодно других обитаемых планет, астрологию, астрономию, руны, базовые принципы химии, физики, а также самые главные и нужные в будущем для карьеры певицы – это вежи и яги, позволяющие соединить то, ради чего человек рождается на этом свете.

Слава не успевала восхищаться, удивляться и потихоньку привыкать к новой жизни волшебницы. Однако посреди всех этих чудес, которые вдохновляли и вселяли надежду девушку преследовал один вопрос, который однажды повис в воздухе тяжелым облаком и так не нашел ответа для ее светлой головки. Василина тоже чувствовала смятение девочки, поэтому в подходящий момент, под мерный шум колес их вагончика, проезжавшего самую большую и самую богатую страну мира, завела разговор сама.

– Послушай, Слава, я знаю, что ты боишься спросить меня… Что случится, когда ты станешь настоящим зеркалом, и зачем мне нужно, что бы ты похоронила меня.

Слава робко кивнула, холодея.

– Видишь ли, жизнь – это игра. Настоящая игра, которую придумали те первые жемчужины, про которых я тебе рассказывала. И чтоб игра была еще интересней – в ней установили правила. Ну, знаешь, как в компьютерных играх, где надо собирать монетки, чтоб продлить жизнь, которая может длиться вечно… – Василина указала на себя, выглядевшую на тридцать лет, а ведь недавно ей стукнуло ровно сто пятьдесят. В это Слава до сих пор не могла поверить. Тем временем наставница продолжала. – Побеждать врагов, спасать принцесс или принцев, – женщина хихикнула. – Завоевывать новые территории, чтобы там строить новые королевства. Кое-какие правила грубо нарушены, и именно за этим мы едем, чтоб восстановить их. Но кое-какие до сих пор действуют. И их выполнение, сложность, причудливость зависят только от нас самих, – она пальцем указала на голову, намекая, что все находится там. – Например, какую игру выбрать: борьба с ветряными мельницами, с несуществующими драконами, скучная игра в валяние на диване, игры в жалобы на всех и вся, игры в болезни и старость, в нищету и немощность, во власть и жестокость, или игры по поиску приключений, понимаешь? – подмигнула ведьма.

– Но главное помнить, те первые жемчужины и есть мы, и каждый день благодаря этому мы продолжаем играть. Так вот переход на следующий уровень возможен только, если ты исполнил свою миссию здесь. Сделал то, ради чего тебя придумали. На это уходят иногда десятки и сотни жизней.

Слава обескураженно помотала головой, лишь смутно догадываясь о том, что пыталась донести Василина.

– Ты хочешь сказать, что мы как эти виртуальные игроки, в которых играют первые выдумщики? Они где-то сидят за пультами управления и через наши глаза, как через мониторы, смотрят на эту нашу жизнь, что мы придумываем прямо сейчас?

– Да! Ты угадала! И есть незримые правила, которые даже они не могут изменить, ведь именно они их и установили.

– Они спрятали потайной клад и ключик к нему, и нужно потрудиться, чтоб его найти, да?

– Точно! И от каждого из нас зависит, видим ли мы их подсказки, ищем ли их стрелочки, следуем ли правилам игры, которая каждый день открывает нам одни двери и закрывает другие, – Василина улыбнулась догадливости девочки. – Так вот переход на самый высокий уровень возможен – если ты исполнил свою миссию и нашел свою любовь.

– Любовь? – округлила глаза Слава и покраснела.

– Да! Настоящую любовь. И только вдвоем можно перейти на этот этап игры. Тот самый, который разграничивает миры. В одиночку это совершить невозможно. Там тупик, – она чуть печально поджала губы. – Моя любовь умерла более ста лет назад в последнюю катастрофу. Его звали Андрей. Скорее всего, он застрял между мирами, как и моя семья. Поэтому единственный выход отыскать их в этом обличье, – она указала на себя, – это перейти на следующий уровень самостоятельно, применив волшебные артефакты, например, твою чудесную силу. Но я не могу оставить все те сокровища, что хранятся у нас дома. А еще теперь у меня есть ты и твой Славик. Я должна вам помочь. Когда ты появилась у меня на пороге, выяснилось, кто ты и что значишь для этого мира, я сразу поняла, почему все это время не отчаивалась, почему продолжала работать и ждать знака, что моя жизнь кому-то нужна. Не смотря на то, что светлое будущее остального мира практически потеряно. Моя миссия в этой игре – помочь тебе и научить тебя тому, как проходить ее зигзаги лучше всего. Рассказать о ее правилах, тупиках, подсказках, волшебных дополнительных жизнях… Но когда тебе исполнится шестнадцать лет…

– Шестнадцать лет… – тихо повторила девочка.

– И начнется твоя миссия, где я тебе уже не понадоблюсь… Я прошу завернуть меня в эту красивую плащаницу, которую вышила специально для этого случая. Так делали наши предки, – молодая женщина раскрыла невероятной красоты покрывало, все украшенное образами цветов и райских птиц и узорами, которые можно было рассматривать часами.Они изображали какое-то действо, сказку, наверное ту, что должна будет пройти Василина, – уложить в склеп, где хранятся мои родные и любимый, оставить там, чтоб свершилось мое превращение. Схоронить – означает отдать тело на хранение в руки Хрона, бога времени, на кладбище, где хранятся клады – тела и души наших любимых. Нет ничего важнее и ценнее этих сокровищ.

Она задумалась, представляя себе этот момент.

– Пройдет, возможно, не один десяток лет, прежде чем я найду выход из того коридора туманностей, ведущего на следующий этаж. Но я уверена, меня там ждут. И без меня никто не двинется дальше.

– То есть ты не умрешь? – с надеждой спросила Слава. – Не исчезнешь совсем-насовсем?

– Конечно, нет, моя девочка. В этом мире вообще ничего не проходит бесследно. Поэтому тебе не нужно страшиться этого момента. Я готовилась к нему и ждала его слишком долго. Я ждала тебя, – и они крепко обнялись, понимая нерушимую связь друг с другом.

– Чтобы встретиться с тобой, Правовея, мне нужно было расстаться со Славиком, с папой и мамой… И хотя это грустно, но я б никогда и не за что не поменяла б прошлого, лишь бы не пропустить встречу с тобой. Ты подарила мне мир, полный волшебства и магии…

– Тогда ты правильно понимаешь правила игры, Славушка. Это и есть жизнь.

Глава 9. Минута Славы

Связи заработали быстро, и уже с началом первых осенних листочков Славу, Василину и Марфушу везли в долгожданные земли, утыканные локаторами и антеннами всех мастей, вещавшими на близкие и дальние расстояния любимые и нелюбимые передачи всех жителей огромной страны.

– Ты волнуешься? – спросила Василина.

– Чуть-чуть, – прошептала Слава.

– Я буду рядом.

– И я-яя-я-а-а, – промычала Марфуша.

***

– Так, сегодня будет особенная запись, – проворчали слева. – Какие-то деревенщины притащили в студию корову?!

– Надеюсь, охрана хотя бы заставила их оставить свои соленые помидоры, которые они привезли, чтобы задаривать жюри?

– Задаривай – не задаривай, а сегодня выступает дочка сами знаете кого, и, надеюсь, в этот раз вы возьмете ее некрасивое личико с левого ракурса, как просила мамаша. Иначе следующего раза для вас не будет!

– Внимание! Жюри выходит на сцену! Приготовились. Возьми толстого в анфас, остальных фриков пока не показывайте. Только мельком. У нас все-таки интеллектуальная передача…

– Жюри готово. Теперь зал. Покрупнее девочек-блондинок и бабуль. Надо разжалобить публику перед выборами. Пусть прослезятся, может, забудутся.

– Выступили три. Это все, что вы накопали за неделю? А по школам искали? По музыкальным, идиот?! У них должен быть хотя бы слух, а не только милые мордахи и влиятельные папаши и мамаши.

– Боже, одиннадцатая по счету хочет выйти с коровой. Надеюсь, вы не разрешите?

– Про что песня?

– Собственного сочинения «Моя жизнь похожа на сказку».

– Бред какой-то. А куда смотрели костюмеры, это что за язычество?! Староверы что ли? Они может и деревянного истукана с собой притаранили?

– Да, приехали из глубинки, но за ними какая-то шишка стоит… Поступили указания свыше. Будьте аккуратны, можно зарубить на третьем куплете или смазать концовку. Помните, кто сегодня должен победить. Но чтоб все чисто было.

– Пусть об этом помнит жюри, они за это деньги получают. Наше дело – малое.

– Эти не помнят мать родную, а день зарплаты помнят, как Отче наш…

– Внимание! Слава Волобуева, готова?

– Готова.

– Родственников просьба ждать с ведущими в указанной комнате. Корову куда?! Куда ты ее та-а-а-ащишшь… дур-а-а… Да, да… да, я помню. Да, я понимаю. Да, я вижу, что есть разрешение. Конечно, уважаемая, конечно. Проходите, не стесняйтесь. Может быть, прохладительные напитки желаете? Или коровке что-то нужно?

– Я позову, – холодно бросила Василина, следуя за ведущим в специальную комнату. Специалист поклонился в пол так, что хрустнуло в спине и коленях, а из уха выпал наушник, в котором орали: куда корову, дурак?!

Слава вышла на сцену и улыбнулась.

– Здравствуйте, мои хорошие! – крикнула она, и зал неожиданно разулыбался милой девчонке со светящимися от счастья глазами.

– Откуда ты к нам приехала, девочка? – спрашивали ведущие.

– Из далекого-предалекого города нашей необъятной родины.

– И какую же песню ты нам приготовила?

– Мы сочинили ее с моим другом, когда еще вместе жили в детском доме в Крыму…

Зал нехорошо зашептался.

– Она называется «Моя жизнь похожа на сказку».

– Ну хорошо, начинай.

Заиграла музыка. Та, которую они сочинили с Василиной по дороге на купленном синтезаторе, в который был встроен самоучитель, научивший девочку выдумывать и записывать музыку с разными современными выкрутасами.

– Психофизика – наука, с инструментами которой можно научиться чему-угодно буквально за один сон. Достаточно знать, чего ты хочешь, – рассказывала про воспитанницу Василина, когда Слава запела на маленьком экране, установленном в комнате.

– Так поют только ангелы…

– У нее ангельский голос…

– Идеальные данные…

– Она просто принцесса!

– Но про какую сказку она поет?! Ведь эта девочка из детского дома, у нее не было ни мамы, ни папы, она выросла в глухой деревне, никогда не ходила в нормальную школу с компьютерами и электронными досками. У них даже нормального торгового центра нет поблизости?! Разве это счастье? Глупенькая… Бедняжка…

– Да, родители у нее приемные, но какие-то непростые… Весь интернет гремит про какого-то Семена Волобуева: «Местный глава взбунтовался против власти».

– Родителей в студию! Немедленно! Это будет бомба.

– Она здесь с опекуншей, типа продюсер ее. А родители дома, в захолустье своем остались.

– Тогда по громкой связи, по скайпу их вызовите!

– Так она не выиграет все равно! Зарина должна выиграть!

– Ах, черт! Точно! Я совсем забыл… Такой материал пропадает… черт! Тащите ее после этой поганой передачи на третий канал. Попробуем там ее раскрутить с папашей…

– Там дочка у заместителя главы администрации выиграть должна, а второе место – за сынком прокурора. Они еще перед сезоном аванс внесли.

– На третье сместите. А потом, когда кудахтанье с воем у чиновничков уляжется, детки их наиграются в селфи с призами – на нее ставку сделаем… Надеюсь, что только папашу ее раньше не посадят. Хотя, даже если посадят, это будет вообще в масть! Есть у меня пара зарубежных спонсоров, которые захотят в такую бомбу замедленного действия вложить бабки.

Зал ликовал. Кричал. Плакал. И аплодировал.

– Про какую сказку она поет, ребят? – утирала слезы одна из жюри, размазывая тушь и накладные ресницы по курносому лицу, – она вроде из приюта.

– Как такую красавицу могли бросить, не понимаю?

– Я уверена, это ошибка или случилась катастрофа или еще какие-то непреодолимые обстоятельства. Любой бы мечтал иметь такую дочечку.

– Да уймите людей в зале! Черт бы их побрал! За что им деньги платят?

– Зал просит повторить песню… Не отпускает эту, как ее там, старовершу с коровой…

– У нас прямой эфир, дебил! Если дать повторить, значит, она выиграет. А если она выиграет – считай, у тебя нет работы.

– Понял. Уймите зал! Охрана! Охрана!

– Славочка, а про какую же сказку ты поешь? Ведь, наверное, тебе совсем не сладко жилось в детском доме? Там ведь не рай…