И я надежду отпустил
И смерть без страха принимаю
В заведомо пустой борьбе.
Но рассказать сейчас желаю
Я о Хранителе тебе».
44
«Об ангеле?» – «О человеке! —
Отец промолвил мне в ответ. —
Ведь память сбережет навеки
Он обо мне… и он – поэт! —
И улыбнулся. – Я вверяю
Тебе историю мою,
И вместе с жизнью оставляю,
В твой ум и в руки отдаю.
Твой брат и ты – вы сохраните
Меня и мать в душе своей.
Пока о нас вы говорите
И помните – мы живы с ней».
45
Мы с ним полночи говорили.
Он мне рассказывал о том,
Как в юности его учили
Ремонту обуви с трудом,
О том, как с мамой повстречался,
Женился, чуть в селе пожил
И вскоре в город перебрался,
Где сыновей двоих растил…
Повествовал отец устало
О непростой своей судьбе.
…А через день его не стало.
Я жизнь его храню в себе.
46
Прошло два года… Я пытался
Вести на фабрике дела,
Но не по силам оказался
Мне этот труд. А жизнь дала
Мне выбор: либо стать известным
На всю державу, либо слыть
Посредственным поэтом местным.
Не мог я дать душе остыть —
И выгодное предложенье
Издателя легко принял,
Его благое настроенье
Я с наслажденьем разделял.
47
Я продал фабрику и сразу
В столицу переехал жить,
Где раньше не бывал ни разу, —
О том издатель стал просить,
Скорее чтоб стихи строчились
И чаще выходили в свет.
Мы с Инной вскоре поженились,
Оберегая наш обет
Быть верными. Моей супруге
Я всё давал, что мог. Мы с ней
Души не чаяли друг в друге,
Черпая радость тихих дней.
48
Нежданно брат ко мне явился
И гневно стал бранить меня
За то, что так легко решился,
Отца усердий не ценя,
Расстаться с фабрикой, при этом
Его согласья не спросив.
«Пойми, я должен быть поэтом.
Отец простил бы, будь он жив…»
Но брат меня уже не слушал,
А напоследок он сказал:
«В одно мгновенье ты разрушил
Всё, что он годы создавал».
49
Я стал работать: мучил строки.
Чтоб вдохновение снискать,
Бродил по городу. Мне в сроки
Непросто было успевать.
Про город напишу огромный,
Хоть и о нем полно стихов.
Оставь словарь свой многотомный,
Здесь будет мало новых слов.
Столица словно муравейник!
…Как рифму выбрать, не пойму.
Репейник… швейник… О! – затейник!
…Хотя и он тут ни к чему.
50
Я слушал жадно, с удивленьем,
Как говорил издатель мне,
Что быть с таким стихосложеньем
Мне популярней всех в стране.
Пришла известность! Много писем
От книголюбов получал,
От их похвал я стал зависим
И ни письма не пропускал.
Я ими был богат духовно