Помоги проекту - поделись книгой:
— Дело не в том, что мы не способны управлять планетой, — мрачно сказал Картер на восьмом и, вероятно, последнем месяце существования Временного Правительства. — Мы знаем, как это делать. Но народ не способен подчиняться.
— Мы должны были сразу понять это, Джослин, — сказал Ономодзе. — Надо было созвать всех региональных губернаторов и...
— Забудь об этом, — перебил Картер. — Сейчас уже поздно говорить мне, как стоило поступить. Даже если бы мы все сделали правильно, у нас бы ничего не вышло.
Он взглянул на Холлистера, только что вошедшего в кабинет.
— Что на этот раз?
— Мы потеряли Чикаго, — сообщил Холлистер. — Герцог Ричард выгнал наших солдат из города.
— Герцог Ричард, — повторил Картер, улыбнувшись против своей воли. — Герцог Ричард из Чикаго. А что, мне нравится, — сказал он. — Вся чертова планета разделилась на герцогства, графства, земли помещиков и бог знает что еще. И мы ничем не лучше. То, что мы со смехом называем Временным Правительством — такое же герцогство, как и все остальные, только самое амбициозное.
Ономодзе развернул карту на столе.
— Вот, — сказал он. — Взгляните на эту шахматную доску. — Он указал на разноцветные точки, усеивающие карту — все они представляли собой города или районы, являющиеся крошечными независимыми королевствами не подчиняющимися правительству Картера. — Пока все обстоит таким образом, мы можем продолжать смеяться, — сказал Ономодзе.
— Нет! — выпалил Картер. — Нет. Не смей считать это шуткой. Это настоящая трагедия, Келвин, даже более страшная, чем захват планеты сслесорами. Потому что мы снова предоставлены сами себе и все равно терпим неудачу.
— Прости, — сказал Ономодзе. — Я не хотел шутить на этот счет.
Картер встал и подошел к окну.
— Мы нигде не ошиблись, — сказал он. — Мы все сделали правильно. Когда велки улетели, мы взяли власть в свои руки и объявили, что морская пехота Соединенных Штатов теперь и есть новое Земное Правительство. Затем мы создали административный аппарат.
— Вот тут у нас, — сказал Холлистер, махнув рукой на скрепленную копию конституции, предложенной Картером, — свод законов, который должен принять народ. Только вот никто не хочет его принимать.
— Мы тут ни при чем, — сказал Ономодзе. — У нас есть прирожденный лидер — Джослин. Он знает, что и как надо делать. Но это, как в покере, когда у одного флэш-рояль, а все остальные сбросили карты еще до того, как он успел сделать ставку. Наш флэш-рояль — это Джослин, но чтобы сыграть, у одного из противников тоже должна быть какая-нибудь хорошая комбинация. Нельзя заставить людей принять наше правительство.
— Это не наша вина, — сказал Картер. — Все эти графы и герцоги скоро поймут то же, что и я.
— Что они поймут?
— Послушай, сслесоры правили нами почти тысячу лет, говоря что нам делать на каждом шагу, — сказал Картер. — Мы стали зависеть от них — так сильно, что теперь все земляне убеждены, что Землей могут править только великодушные рептилии с другой планеты. Сслесоры так хорошо справлялись с задачей, что наш народ уже не верит, что мы можем править не хуже. Все герцоги и графы скоро поймут это. Так же, как они отказались слушаться нас, подданные перестанут выполнять их приказания, что, кстати, уже началось. Герцогства будут постоянно разделяться на все более мелкие части. Наш друг герцог Ричард из Чикаго через месяц окажется герцогом восьми-девяти кварталов, а затем и одного.
— Это значит, что нас ждет анархия, — сказал Ономодзе.
— Все верно, — сказал Картер. — Когда у людей окончательно снесет крышу, надо быть готовыми бежать отсюда.
Глава пятая
Спустя несколько недель все стало гораздо хуже. Нью-Йорк превратился в поле разрозненных боев за Статен-Айленд между графом Манхэттена и Повелителем Восточного Бруклина. Картер с Временным Правительством укрылись в здании администрации сслесоров, с тревогой ожидая развязки и пытаясь понять, какая группировка доберется до них первой.
О претензиях на господство над всеми землянами пришлось забыть. Временное Правительство было мертворожденным, потому что население планеты не смогло принять мысль о том, что земляне были способны успешно занять место сслесоров. Картер никогда не обладал контролем над местными правительствами.
— Позвать сслесоров будет не худшим вариантом, — сказал Картер. — Нас ждет славная война, где все будут сражаться против всех, не понимая, за что умирают.
— Вернуть сслесоров мы уже не сможем, — заметил Ономодзе. — А велкам не до нас. Так что мы сами по себе.
— Ну, по крайней мере с этой задачей мы справились, — с горечью сказал Картер. — И быстро возвращаемся в средневековье. Но мы не можем опускать руки! — внезапно воскликнул он с яростью.
— Почему же? — настойчиво спросил Ономодзе. — Для нас уже все кончено. У нас была возможность сделать Землю лучше, но мы все испортили. Теперь можно расслабиться и наблюдать за фейерверком.
— Вот как раз этого нам и нельзя делать, — выпалил Картер. — Только мы способны привести Землю в порядок: ты, я и командование морской пехоты. Мы знали это еще до того, как сслесоры покинули планету. Мы все еще можем исправить ситуацию.
— Но нас никто не станет слушать, — возразил Ономодзе.
— Кажется, у меня есть одна идея. — Картер какое-то время помолчал. — Давай-ка начнем сначала, — предложил он. — Надо все проанализировать еще раз.
Правительство Картера было формально распущено неделю спустя. Разумеется, особого смысла это не имело, но именно так нужно было действовать в соответствии с протоколом. Эта новость вызвала ликование сотен тысяч местных правителей.
Когда прилетели кумиши, на Земле официально господствовала анархия.
Их огромный блестящий корабль без предупреждения сел на Статен-Айленде на огромной площади перед руинами здания администрации сслесоров. Умело заложенная бомба сравняла с землей штаб-квартиру как сслесоров, так и Временного Правительства, но Картер и его команда заблаговременно где-то укрылись.
Таким образом, только горстка землян, привлеченная видом корабля, садящегося на Статен-Айленд, стала очевидцами появления кумишей.
Кумиши были высокими крепко сложенными инопланетянами с зеленой шерстью, тонкими фиолетовыми губами и сверкающими глазами. На уставших от войны землян они произвели гораздо большее впечатление, чем ящероподобные сслесоры или трудноописуемые велки.
Кумиши вышли из корабля, и не обращая внимание на пару десятков любопытствующих землян, спокойно занялись делом и соорудили какой-то сложный непонятный аппарат высотой в два с половиной метра. Затем самый высокий и самый величественный инопланетянин подошел к аппарату и заговорил в него на незнакомом языке.
— Народ Земли, — перевела машина речь кумиша для уже весьма большой и заинтересованной толпы землян. — Ваши беды закончились. Мы прибыли с другой звезды, чтобы помочь вам.
После такого смелого заявления толпу охватили тревожные шепотки. Затем глава кумишей объяснил, что машина называется переводчиком мыслей, преобразующим язык кумишей на английский и наоборот, затем потребовал, чтобы ему привели лидеров местных правительств.
Когда новости дошли до герцога нижнего Манхэттена и императора Астории, они начали переговоры. В конце концов правители решили встретиться с лидером инопланетян вместе.
— Меня зовут Терраг Броз, — представилась огромная фигура, покрытая зеленой шерстью, когда герцог с императором пришли на встречу. — Ожидая вас, я успел подучить ваш язык — удивительно грубый, должен заметить.
Император представил герцога, затем себя.
— Я так понимаю, что вы правите этой областью, — сказал Броз.
Император с герцогом кивнули.
— Могу я поинтересоваться, сколько подданных в вашем распоряжении?
Двое правителей обменялись встревоженными взглядами. За последние недели их сферы влияния уменьшились в несколько раз. Когда император Астории вышел из состава Квинса, он мог похвастаться четырьмя тысячами верных подданных. Но когда образовалось Свободное Государство Лонг-Айленда, это число несколько уменьшилось, а республика Внутренней Астории продолжила начатое. Герцог Нижнего Манхэттена столкнулся с похожей ситуацией.
— Ваше молчание подсказывает мне, — сказал кумиш, — что в последнее время вам приходилось нелегко. Короче говоря, со времени внезапного и, я бы сказал, нежеланного освобождения ваша планета быстро скатывается в полную анархию.
— Все совсем не так! — начал герцог, но император толкнул его локтем, и он замолчал.
— Это правда, — признал правитель Нижнего Манхэттена — низкий седоволосый мужчина с короткой стрижкой, какое-то время проработавший управляющим при правительстве сслесоров. — Осмелюсь предположить, сэр, что через пару лет у меня останется только один подданный — я сам. Сейчас все хотят быть королями, — вздохнув, сказал он.
— Совершенно верно, — широко улыбнулся кумиш. — Именно поэтому мы и прибыли. Мы предлагаем вам сильное эффективное правительство, централизованное управление и объединенную планету. Поддержите нас, и мы позаботимся о том, чтобы вы оказались в верхних эшелонах власти — разумеется, не выше, чем будет вообще позволено землянам.
Пошептавшись, двое правителей согласились признать власть кумишей.
К наступлению ночи в руках у кумишей был весь Нью-Йорк за исключением непокорной части Бронкса.
Через неделю их уже провозглашали спасителями Соединенных Штатов, пока герцоги, один за другим, добровольно уходили со своих постов, принесших им сплошные неприятности.
Спустя два месяца земляне полностью передали потрепанную планету кумишам. Даже самые упрямые поняли, что лучше подчиняться великодушным инопланетянам, чем воевать друг с другом. Вообще, большинство землян и не сомневались в этом.
Быстро шла работа над возведением огромной центральной штаб-квартиры новых правителей Земли.
С тех пор как сслесоры неожиданно покинули Земли, сюда впервые вернулось здравомыслие.
Орвид Кемрон свирепо уставился на Террага Броза.
— Ну ладно, — сказал он. — Вы воспользовались моментом и завладели Землей. Вы дождались, пока Временное Правительство не настиг полный провал и Земля не погрузилась в хаос. Все эти овцы... — он сделал всеобъемлющий жест, — ...были безумно этому рады. Они думали, что земляне могут выжить, только если ими будет править горстка галактических повелителей. Причем неважно, какая именно.
— И вы восстали, — сказал Броз. — Так же, как Джослин Картер восстал — или попытался восстать — против сслесоров. Но даже если бы Картеру действительно удалось свергнуть правительство сслесоров, произошло бы то же самое. Земля не была готова — как, впрочем, и сейчас — к тому, чтобы управлять собой самостоятельно после такого долгого периода беспрекословного подчинения. Дело не в том, что население лишилось отваги и энергии, просто оно почти тысячу лет полагалось на внешнее правительство и забыло, как существовать без него. Словно полный сил потенциально гениальный ребенок внезапно лишился родительской опеки и стал вынужден присматривать за собой сам, так и человеческая раса перестала понимать, как жить самостоятельно, — закончил Броз.
— А что если бы наше восстание прошло успешно? — спросил Кемрон.
— Случилось бы тоже самое, — ответил предводитель кумишей. — Землю снова охватила бы анархия. Я определенно согласен с тем, что со временем человечество вернуло бы утраченные позиции, но возможно это случилось бы слишком поздно. Зачем тратить тысячу лет, чтобы заново обрести то, что у вас есть сейчас?
Кемрон закрыл глаза и потер переносицу большим и указательным пальцами.
— Кажется, это значит, что земляне уже никогда не смогут править своей планетой, — медленно сказал он. — А еще то, что меня пристрелят.
— И то и другое неверно, — улыбнулся Броз. — Земляне будут править самостоятельно. И мы уж точно не причиним вам вреда. Вы нужны нам, как и все те, кто хочет сделать Землю единой. Но, как вы сами заметили, еще слишком рано для восстания.
— Слишком рано?
— Именно так, — кивнул кумиш. — Как и Джослин Картер, вы подняли бунт, не имея поддержки всего населения. Один только Картер со своей морской пехотой ненавидел сслесоров. Только вы и ваше движение ненавидите нас. Вы делаете ту же ошибку, что и Картер, вот почему мы вытащили вас из постели посреди ночи. Завтра у вас бы не получилось прогнать нас с планеты. Подождите, пока не наступит подходящий момент — затем нападайте.
— Я не понимаю, — сказал Кемрон, его мысли растерянно заметались.
— Все очень просто, — продолжал Броз. — Если мы заставим остальное человечество ненавидеть нас, оно будет готово беззаветно следовать за лидером группы, изгнавшей нас с планеты. Вы понимаете меня?
— Да, — поколебавшись, ответил Кемрон. — Да, кажется я вас понимаю, но зачем вам это нужно? Почему вы хотите, чтобы вас изгнали? Разве вы не желаете править Землей? Я поступил бы не очень разумно, поверив в то, что кумишами движет лишь один альтруизм.
Терраг Броз ухмыльнулся.
— Я рад, что не переоценил вас. Вы... — Дверь в кабинет открылась, и он замолчал.
Кемрон услышал за собой шаги. К столу Броза подошел еще один кумиш и положил пачку бумаг на твердую блестящую поверхность.
— Что там насчет альтруизма нашей расы? — с улыбкой спросил вошедший.
Броз посмотрел на Кемрона.
— Думаю, вы знаете нашего вице-управляющего Накомона Горника?
Кемрон рассеянно кивнул, взглянув сначала на одного, потом на другого.
— Уверяю вас, — сказал Броз, — наша раса наименее альтруистична — в этом смысле — среди всех трех рас, о существовании которых нам известно. И тем не менее, если так можно выразиться, мы...
Он не успел закончить. Кемрон вскочил на ноги, и, как ни странно, автоматика не пристрелила его.
— Три расы! Вы! Я понял! Я все понял! — Он хлопнул себя по лбу ладонью. — Боже мой! Почему я раньше не догадался? Почему до сих пор никто этого не понял?
— Потому что никто не мог этого представить, — объяснил Броз.
— Люди были не в состоянии, — добавил Горник. — Они даже не могли заставить себя признать, что существует такая возможность.
— Кто вы такой? — резко спросил Кемрон.
— Я Джослин Картер, — ответило существо с зеленым мехом. — А это Келвин Ономодзе.
Кемрон кивнул.
— Но к чему этот безумный маскарад?
— Тут нет ничего безумного, — ответил Броз-Картер. — Это самое разумное из всего, что мы сделали. Мои предыдущие действия были основаны на ложной предпосылке, что одна решительная, способная группа людей при умелом руководстве может управлять Землей. Я ошибся. Тысяча лет правления сслесоров позаботилась об этом. То что мы пытаемся сделать, займет тридцать лет переобучения. Чтобы свести на нет анархические тенденции землян, нужно было сделать очевидное — самим стать инопланетянами. Чтобы хорошо править, нам пришлось дать Земле то, что ей хотелось.
— Понятно, — сказал Кемрон. — Ловко придумано. Но если земляне, как вы говорите, не способны управлять планетой самостоятельно, с чего вы взяли, что когда-нибудь у них это получится? Разве не может быть так, что со временем все станет только хуже?
— Нет, это невозможно, — покачал головой Броз-Картер. — То, что анархия чуть не покончила с нами, отлично доказывает это. Если бы наша раса действительно была в упадке, то мы с легкостью правили бы планетой. Даже сейчас различия между отдельными группами позволяют им ссориться друг с другом. И это обнадеживает.
— Зачем же вы мне все рассказали? Как я вписываюсь в эту картину? — спросил Кемрон.
— С одной стороны, чтобы обеспечить себе безопасность, — признался Картер. — Мы не хотим погибать от рук бунтовщиков. С другой стороны, чтобы восстание удалось, нужно тесное сотрудничество между лидерами обеих фракций. С кумишами во главе все идет очень гладко. Мы восстановили порядок практически с нуля, но нам нужна помощь, чтобы поддерживать его. Никто кроме вас не знает, что мы всего лишь земляне, покрытые зеленым мехом. Но мы не хотим править Землей тысячу лет. Нас должны свергнуть — и чем быстрее, тем лучше. Но не прямо сейчас, а когда все население захочет этого. Все население, а не только небольшое подпольное движение, как ваше. Мы ждали вас, Орвид. Мы установили специальную ловушку, чтобы вовремя заметить подготовку к восстанию. Вам придется вырасти — создать международную организацию, чтобы свергнуть нас. Выгоните нас со своей планеты! Заставьте нас собирать вещички! Но не сейчас. А только, когда наберетесь сил. Хотя это будет нескоро.
— Я чувствую себя так, словно нахожусь в рушащемся здании, — сказал Кемрон.
— То же самое было и со мной, — признался Картер. — Первый раз — когда сслесоры неожиданно покинули Землю, затем — когда велки сказали, что не будут вмешиваться в нашу политику, и, наконец — когда Временное Правительство оказалось совершенно недееспособным. Я очень надеюсь, что это чувство вернется ко мне — уже в другом виде, — когда Орвид Кемрон ворвется в это здание с армией землян за спиной и скажет, что теперь он тут главный.
— Сколько же мне ждать? — спросил Кемрон с заблестевшими глазами. — Когда начинать?
— В соответствии с моими расчетами — лет через тридцать. Тянуть дольше мы не смеем.
— К чему такая спешка? — внезапно нахмурившись, спросил Кемрон.
Зеленое лицо Картер помрачнело.
— Велки, — ответил он. — Они обещали вернуться. Кроме того существует возможность, что сслесоры обратно отвоюют эту часть галактики. А может, сюда прилетит еще одна раса. Человечество никогда не летало на другие звезды, и похоже на то, что нас ждет чертовски много сражений, если мы все-таки попробуем выбраться за пределы нашей системы. Я не думаю, что нас кто-то сможет победить, если мы объединимся и будем добиваться цели сообща. Если у нас будет все необходимое, мы победим. — Картер указал пальцем на Кемрона, чтобы подчеркнуть свою мысль. — Но помоги нам бог, если, когда прибудут велки или кто-нибудь еще, мы окажемся в том же состоянии беспомощности, что и тысячу лет назад.
Поделиться книгой: