Белоснежка, 7 рыцарей и хромой дракон

- Уже вижу, - медленно улыбнулся мужчина, улыбка буквально проявлялась на его губах, как у чеширского кота, - знаешь, Саша, забудь про мои вкусы. Я сейчас понял, что готов по-новому взглянуть на девушек. Впервые вижу «девушку-конструктор». В этом что-то есть. Прямо открываю для себя новые возможности.

Дура из меня всегда получалась отменная. Очень похоже, что руководство решило «подкатить», а в отношениях «босс-подчиненная», наученная опытом с профессором Дунаевым, я предпочитаю сразу расставлять акценты. Только недавно я почувствовала себя взрослой девушкой, еще год-полтора назад многие друзья воспринимали меня исключительно как хорошего приятеля, и я никак не могла привыкнуть ко всем этим томным, раздевающим взглядам. К тому же я не добрая самаритянка, не планирую возлюбить ближнего. Я еще выбираю.

Поэтому наивно закивала:

- Рада, что наши рабочие отношения не омрачает непонимание, теперь вы все обо мне знаете.

Игорь хохотнул. По-моему, мои мысли сейчас просчитали и не приняли во внимание. Похоже, Сухоревский принимал всерьез только свои желания и интересы. Я впервые задумалась, нужен ли моей карьере этот конкурс, не на скользкую ли дорожку я ступаю.

Стилист пододвинул планшет к себе и застрекотал:

- Не знаю, как она в парике, но напоминаю вам, босс, что девочки будут тщательно проверяться на натуральность. Поэтому ни быструю пластическую поправку, ни покраску волос мы использовать не сможем. Даже не просите! Только косметические улучшения. Бриллианту можно сделать огранку и менять оправы, но выдавать за него другой камень – прямое нарушение условий конкурса. А какой парик она раньше носила?

- Брюнеткой была, - услышала я задумчивый голос Сухоревского, - и весьма яркой. Засада в том, что я ее уже в списки занес, под кодовым «Белоснежка». За белокожесть и темные волосы.

Николя опал на стул и застонал.

Глава 5. Маски скрывают лица или наоборот

На следующий день я торжественно въезжала в Асташево, старинное дворянское поместье в два крыла, соединенное центральным парадным корпусом.

Чтобы подъехать ко входу, машина по длинной ровной дороге пересекла весь усадебно-парковый ансамбль, горделиво мелькающий фонтанами и белыми беседками через зеленые ухоженные насаждения. Все дышало недавней реставрацией, деликатной, любовной и очень, очень щедрой.

Я практически прилипла к окну спонсорского мерседеса, восхищенно вздыхая и представляя, как буду гулять здесь по утрам.

- Белое платье в мелкий рисунок веночками, - попросила я осторожно управляющего машиной Николя, - сшей мне такую красоту для утренних променадов, пожалуйста.

- Венки тебе еще рано, - пробурчал он беззлобно, настроение у стилиста было отменным. - Идея отличная, но! Игорю - ни слова. Конкурсанткам запрещено иметь собственное мнение, чтобы не была нарушена чистота спора. Все вещи, детали заказывают сами спонсоры на свой вкус, лично. Я аккуратно подброшу Игорю идею, первый и последний раз, дорогуша. И не дай бог, при ком-нибудь про "заказ" ляпнешь. Мгновенная дисквалификация, нас пинками отсюда турнут, звезда моя.

Совсем забыла, что я здесь кукла для нарядов. «Музыку» заказывает спонсор, Николя со своей командой дизайнеров и стилистов – исполнитель, а я только красиво хожу туда-сюда. Отличная работенка.

Николя по дороге рассказал, что его команда подтянется только часа через два после нас. Еще докупают материалы и инструменты. Поместье Асташево, где будет проходить конкурс «Мисс Бриллиант» находится слишком далеко от города, поэтому лучше закупиться с запасом.

- Как говорил мой лейтенант – «Ефрейторский запас карман не тянет», - пыхтел Николя, впихивая мою сумку между своими баулами при отъезде. Потом замер, бросил искоса на меня подозрительный быстрый взгляд и уже манерно добавил: - Ох уж эти вещички, размножаются сами, что я могу поделать.

Я начала примечать небольшие странности за своим стилистом-куратором. Забываясь, он становился менее жеманным. Будто истинная природа пыталась пробиться через профессиональную деформацию. Эх, Николя-Николя. Что с хорошими мальчиками мода и жажда известности делает.

У белой парадной двери он вышел из машины, встряхнул цветными шкурками своей кацавейки и распахнул мне дверцу.

- Мы первые, - оглядывая тихую усадьбу, вынес вердикт Николя, - это замечательно, выберем тебе комнату с лучшим видом.

Створка двери внезапно грохнула, широко распахиваясь, и на ступеньку вылетела идеальная старушка. В сине-белом костюме от Шанель и такого же стиля светлом плащике с игривым платочком, завязанным узлом набекрень.

- Милый, - сказала она звонким, взлетающим голосом, оглядываясь назад и не замечая нашу замершую в изумлении пару, - этот Сухоревский – отъявленный козел. Загонный. Как он посмел заявить свою лахудру в последний момент? Мои безопасники не успели ничего собрать. Даже не думай, Вадя, его оправдывать. И немедленно позови ко мне Артема. Я ему выскажу пару…

Она повернулась к выходу и обнаружила наше присутствие.

- Ой, какая хорошенькая! – бабушка всплеснула руками. – Ты чья, красавица? У кого такой великолепный вкус?

Я, признаться, потеряла дар речи. Она серьезно рассчитывает, что я ей назову своего спонсора? От пожилой леди, словно сошедшей со страниц английского клубного журнала, никак не ожидаешь такой грубой хватки. Кроме того, меня терзали сомнения, не она ли только что ножкой, лично, пнула дверь?

- Агата Вадимовна, - с укоризной произнес выходящий из дома молодой человек, - совсем запамятовали, что конкурсантки не могут имя спонсора называть? А все ваш ранний кофе слишком нервы будоражит. Между прочим, он категорически запрещен вам врачом.

- Это тебе, Вадя, категорически надо запретить рот открывать, - недовольно пробурчала бабушка. - Из-за тебя девушка не успела успехом своим девичьим похвастаться. Она взрослая, красавица, кой-чего точно повидала, иначе бы ее сюда не пригласили. Не то, что ты, неликвид неопытный.

Юноша учтиво кивнул мне, ухитрившись ловко при этом подмигнуть. Что-то не похож он был на того, кто ждет весны, чтобы увидеть девичьи ножки. Недооценивала бабушка своего спутника. Или меня вводила в заблуждение.

- Доброе утро, - поздоровалась я и разулыбалась как китайский болванчик, - рада сообщить, что я собственная. А вам, значит, опытные нравятся?

Агата Вадимовна резко вытянула цыплячью шею и щелкнула челюстью. В прошлом году, когда мы семьей отдыхали в Таиланде, с точно таким же звуком хлопали пастями крокодилы на местных фермах с рептилиями.

- Вадя, - строго сказала дама, - с этой больше не говори. Ни слова. Она тебя съест и кости не выплюнет.

И они двинулись мимо.

- Всего доброго, - вежливо произнесла я вслед.

Неожиданно для меня, старушка резко остановилась и пробурчала:

- Всего доброго.

А молодой человек поклонился и уже за спиной показал большой палец.

Так, надо про эту парочку Сухоревскому сказать. Если старушка - спонсор, то ее ставленница точно не окажется наивным цветочком. Бабушка, скорее всего, выбрала вариант погорячее и повреднее.

- Ничего себе ты сразу в бой, - хмыкнул до этих пор молчавший Николя, - извини, дорогуша, обслуга не имеет права мешать разговорам со спонсорами, тут тебе придется держать удар самой.

Он поправил на мне идеально торчащий острыми углами вверх воротник блузы и прошептал:

- Я еще не успел разобрать файлы, которые перекинул нам… спонсор. Но эту миленькую бабушку-божий одуванчик помню по конкурсным интервью прошлого года. Она глава строительного концерна, лично по объектам разъезжает.

Я немного слышала от отца про строительные бизнесы и невольно поежилась. Вот это начало знакомства со спонсорами. Если здесь старушки такие…

Когда Николя зашел в дом поискать кого-нибудь из сотрудников усадьбы-отеля, с низенького парапета у боковых кустов поднялся мужчина, до сих пор остававшийся незамеченным. Это было вдвойне странно, потому что не заметить такое чудо природы я могла только от действительно серьезной растерянности. Он был красив. Потрясающе, умопомрачительно красив. Мой тип.

В фильмах иногда показывают, как приближаются девушки-видения, волшебные, воздушные, в дымке романтического флёра. Так и этот «герой романа» шел, заставляя сердце биться чаще. Есть такие мужчины, у которых каждый жест красив.

Уже вблизи я узнала лицо, эти фирменно падающие пряди светлых волос, удлиненный разрез русалочьих глаз. Денис Волчко. Не просто красавчик, а известная медиа-личность, телевизионный гуру-ведущий. До этой минуты в моей памяти – просто движущаяся по экрану фигура в идеально сидящем костюме, да и нынче тоже ах, в серой клубной двойке.

Мои глаза еще отказывались его узнавать, но мозг уже танцевал ламбаду. О! Я расплывалась в улыбке. Как же мне повезло!

Денис снисходительно прищурился, понимая, что его узнали.

- Аве, сладкая. Рад, что с тебя начинается утро.

- Взаимно! Для меня честь познакомиться с вами, - я тянулась на носочках, чуть не подпрыгивая.

- Даже так? И на многое готова ради моего внимания? Думаешь обо мне?

Он подошел практически вплотную к центральному крыльцу, где я стояла, и поставил ногу на ступеньку рядом. Я не низкая ростом, но он был значительно выше. Спортивно сложенный, одуряюще пахнущий чем-то европейски-цветочным.

На многое ли готова? Да практически на все в рамках законности, приличия и здоровья. Работать в его команде – мечта наших университетских преподавателей, не говоря уже обо мне, простой студентке.

- Конечно думаю! Вы – потрясающий профи. Говорят, набираете мастер-класс телеведущих. Я обязательно запишусь. Меня зовут Саня Бузикова, студентка журналистики.

Всю мою тираду этот монумент профессионального восторга простоял замерев, а потом расхохотался.

- Ну, Сашенция, ну зажгла. Репортерша значит. Говоришь, только профессиональный интерес? А знаешь, ты мне нравишься. Мне ассистентки не хватает, сначала по сути принеси-подай, но кухню - изучишь, а потом посмотрим. В зависимости от того как подавать будешь.

И усмехнулся белоснежными идеально ровными зубами. Звучало грубовато, но наша братия не из тех, кто склонна расшаркиваться. Поэтому прямые формулировки от такой знаменитости звучали словно: «Добро пожаловать в цех! Тебе чертовски повезло, детка».

Я… расстроилась, вряд ли конкурсантке разрешат ассистировать ведущему, а, скорее всего, Волчко пригласили сюда вести конкурс. Эх, какая вакансия мимо пролетает.

- Вот она, Артем Демидович!

Из дома выскочил Николя, а за ним спешил сам Артем, директор конкурса собственной персоной. Я невольно поежилась и сделала шаг назад. В его присутствии, еще со времен знакомства в ресторане, мне было почему-то некомфортно.

- Эй, - лениво сказал ведущий, прикрывая меня плечом, - все нормально, она может здесь находиться, я дал девочке работу.

- Ей все работу дают, - покачал головой Артем, - как бы не перетрудилась, пчелка трудолюбивая.

Он остановился прямо перед нами и попробовал заглянуть за спину ведущего.

- Показывай Александру, - потребовал он. - Мне сообщили, что внешность – удивит, прямо с ног собьет.

- Нормальная у нее внешность, - сообщил Денис, явно не любитель делиться, - меня устраивает. Худовата немного, но я раскормлю.

- Что?! Да у нее масса лишних, совершенно не симпатичных сантиметров! – взвился пораженный в самое сердце стилист. - Она сегодня же садится на диету!

- Симпатию не считают в сантиметрах! – вякнула я, категорически не согласная голодать, из-за спины ведущего.

Меморандум о сантиметрах почему-то понравился присутствующим, мужчины опустили глаза и одобрительно закхекали.

Красавец ведущий приложил руку к сердцу и прочувствованно произнес:

- Темыч, ты знаешь какая у меня нервная работа, как глаз иногда дергается. Сигналит, что ему на чем-то нужно отдыхать.

- Деня, - также проникновенно продолжил за ним директор, - не ты ли мне говорил, что только зеленью с циферками успокаиваешься. Ты уж выбери, пока косоглазие не получил. Не зли меня. Бывают такие дни, когда хочется убить кого-нибудь, аванса лишить или даже, да простит меня шоу-бизнес за святотатство, физиономию чью-нибудь смазливую попортить. Так вот, у меня сегодня такой день, что прямо три в одном.

Денис вздохнул и начал, предатель, медленно отходить, открывая засмущавшуюся меня.

- Твою мать! Белобрысая!

О. Ну вот. Я сжала губы и подняла глаза, встречая заинтересованную глубокую синеву. И – несколько секунд глаза в глаза.

На внезапный звук приближающегося мотора мы все оглянулись. Я лично – с облегчением. К центральному корпусу подъезжала ярко-розовая машина. Словно увеличили детскую игрушку. Обнаружив, что место у самого входа перекрыто нашим мерседесом, автомобиль истошно загудел.

Дверца резко распахнулась, из недр салона выглянула нога. Одна. В сапоге на фантастической по длине шпильке. Замерла. Покрутилась, красуясь.

Директор рядом со мной хмыкнул.

Наконец нога ступила на мостовую и вытянула из машины пластиково-прекрасную брюнетку в облегающем платье и белой горжетке.

В университете у нас преподавала мировую историю искусств интересная дама. Однажды она пришла на занятие с идеально ровным лбом, видимо, после уколов ботокса. Смотрелось красиво, хотя и несколько излишне величественно, потому что лоб перестал работать. Через пару месяцев у преподавательницы оказались «отключены» глаза, они не включались при улыбке, даже щурились неестественно. Потом перестали нормально двигаться щеки. Парни держали пари до какого уровня парализации дойдет дело. Особенно отчаянные с пеной у рта утверждали, что слышали, как ботокс колют до подмышек. На наших глазах симпатичная женщина, необычайно похорошевшая на первом этапе небольших улучшений, вскоре перешла черту, кардинально меняясь и превращаясь в прекрасную безвозрастную куклу. Жаль, что ей никто не посоветовал вовремя остановиться.

Приехавшая девушка пыталась нахмуриться, но лоб ее не слушался. Увидев Артема и Дениса, она стремительно просветлела и зацокала к нам.

Странно, Николя говорил, что пластика запрещена. Значит, или ботокс сочли мягкой косметической процедурой, или кто-то решил ввести в заблуждение организаторов.

- Регина, доброе утро. Хорошо ли доехали? - мягко произнес Артем. Он почему-то не шел навстречу брюнетке, а, наоборот, дернулся подняться на ступеньку выше.

- Это было так утомительно, - произнесла с придыханием красотка, - просто ноги не держат.

Она неудачно споткнулась и начала падать. Грубиян директор ловко отступил, даже не пытаясь поддержать девушку. В итоге Регина взмахнула руками, озадаченно вскрикнула, и мы с Денисом еле успели ее подхватить.

Я поддержала девушку под локоток, помогая выровняться, но она недовольно скривилась и практически отбросила мою руку, яростно воззрившись на Артема. Мужчина делал вид, что ничего не произошло, оставаясь дипломатично-вежливым.

- Проходите в здание, дорогая, там вас ждут и покажут дорогу в личные комнаты.

Его голос сохранял мягкость, а глаза – холодность. Красотка дернула плечиком в белоснежной горжетке, досадливо фыркнула и зацокала наверх к дверям. За ней потянулись два помощника, нагруженные сумками.

А ко входу уже подъезжали новые машины. Скоро здесь будет не протолкнуться.

- Было! Я видел! – заявил Денис.

- Не было! – склочно возразил Артем. Куда только подевалась профессиональная дружелюбность. Он пыхтел как мальчишка. – Ты не смотрел, а я успел отпрыгнуть.

- Мухлюешь, почти поддержал! – Волчко запрыгал по ступеням наверх. – В прошлом году одна из девушек по приезду упала прямо на руки Артему. И в итоге выиграла конкурс. Распространился слух, что директор любит потрогать девушку, чтобы удостовериться в качестве. И первая же, оказавшаяся на его руках – сорвет джекпот. Провернуть это надо, не теряя лица, изящно и случайно. Так что готовь, Темыч, ручки. Приметы в нашем бизнесе отлично работают.

- Наглая ложь, - забурчал Артем Демидович, спеша за нами, - в смысле, готовности рук. Нет, потрогать девушку я люблю, я нормальный, но при чем тут конкурс? И мне не нравится, когда меня используют. Поэтому пройдемте быстрее в дом. Мы с Денисом поспорили, что…

От приехавших машин к нему уже неслись две рыжие прелестницы.

- Артем!

- Артем Демидович!

- Да твою мать! – тихо простонал директор. Ему шага не хватило до холла.

Девушки, подобно обученному спецназу, действовали сообща. Одна дернула директора за руку, словно здороваясь, останавливая его в дверном проеме. Другая начала изящно «спотыкаться», изумленно ахая.