Тайна Нотингер

— Нет, пусть уж лучше я останусь с тем, что есть, — отверг я его предложение и положил руки на крышку последнего и самого нового саркофага.

Рабор застонал увидев, что лежало в нём, даже блеск азарта в глазах исчез, после того как я вынул из ножен клинок. Оказавшись в моих руках, меч словно заговорил со мной, успокаивая и заверяя, что с ним мне не страшен ни один враг.

— Эй, ты уснул что ли? — Рабор толкнул меня кулаком в бок, привлекая внимание.

— Что? Нет, не уснул, просто задумался, — я поднял глаза и понял, что мир снова стал цветным, только краски были какими-то блёклыми, словно выцвели под лучами солнца.

— Посмотреть дашь?

— Держи, — я протянул ему меч.

— Ух, хорош, думаю, он из звёздного металла сделан, лёгкий очень, если с обычным сравнивать.

В саркофаге помимо меча ещё была книга, сделанная из очень странного, почти прозрачного материала. Рабор посмотрел на неё, полистал страницы и собрался выбросить, — тут даже ни одной буквы нет, зачем её надо было с ним хоронить? Чтобы покойник в неё свои сны записывал?

— Не думаю, дай посмотрю, — я протянул руку и как только мои пальцы коснулись книги, мир для меня опять стал чёрно-белым. От такой резкой перемены я испуганно отдёрнул руку.

— Ты чего? Нет в ней ничего такого, книга как книга, только пустая и немного странная.

Вторая попытка привела к тому же результату, как только я касался книги, мир терял краски. Привыкнув немного к таким переходам, я открыл книгу, чтобы убедиться, что она действительно пустая. Всё оказалось, совсем не так как говорил Рабор, страницы не были чистыми, текст тут был, он светился бледно фиолетовым цветом, так же как светились Песчаники. Как только выпускал книгу из рук, текст исчезал, снова показывая всем чистые страницы. Рабор светящихся букв не видел, а о том, что эти буквы вижу я, решил ему не говорить. Того языка, на котором была написана книга, я конечно же, не знал, буквы были такими же как на саркофаге и это был не эльфийский алфавит. Эльфы писали своеобразно, словно узоры рисовали, а тут были именно буквы, только какие-то странные. Надеясь на то, что когда-нибудь смогу узнать, что написано в книге, мне захотелось оставить её себе.

— Рабор, если я эту странную книгу себе оставлю, ты не будешь возражать?

— Да, мне всё равно, найденное же делить будем, вот в свою кучу её и положишь, — его настроение стало заметно хуже, после того как мне достался меч.

Наши с Рабором факела догорали и нам нужно было поторапливаться, иначе останемся в этом склепе совсем без света. Сложив всё найденное в один мешок и освещая дорогу обратно последним, почти погасшим факелом, мы покинули склеп.

На небо медленно поднималось солнце, дул сильный ветер, поднимая с земли пыль, песок и прочий мусор, лежащий на улицах брошенного эльфийского города.

— Плохо, песчаная буря скоро поднимется, нужно искать другое место, где её можно будет переждать, — Рабор перебирал золотые украшения, раскладывая их на две приблизительно равноценные кучи. Мечи в эти кучи не входили, их в склепе нашли только два и уже сразу там поделили. Мне достался, наверное, самый лучший меч в мире и, наверное, самый дорогой тоже, если Рабор не ошибся с металлом, из которого он был сделан. При свете дня я ещё раз осмотрел свой меч и был очень удивлён, увидев, что лезвие стало почти чёрным под лучами утреннего солнца. Рабор такую перемену в цвете тоже заметил и от этого ещё больше расстроился. Я даже стал опасаться его завистливых взглядов и старался не поворачиваться к нему спиной. Кто знает, о чём он думает, глядя на меч у меня за спиной, вдруг попытается забрать его силой, убив меня и забрав не только меч, но и всё золото. Количество этого самого золота, любого человека может заставить, совершить ужасный поступок, а бывшего раба тем более. Наверное, только я не был готов убить человека ради небольшой кучки жёлтого металла, жизнь не стоит этих украшений и монет, что сейчас лежали передо мной.

— Если Рон ещё жив, и мы с ним встретимся, не показывай ему свой меч, не доверяю я ему. Он со своим другом Шоном не первый раз в мёртвые земли ходит и никогда ещё его отряд в полном составе не возвращался. Когда мало находят, людей в живых больше остаётся, а если находят много, они чаще всего возвращаются только вдвоём. Понимаешь, о чём я говорю?

— Хочешь сказать, они сами убивают тех, кто с ними ходит в мёртвые земли, и забирают себе всё, что там нашли?

— Да, так что будь начеку и спи вполглаза, если хочешь, живым вернуться. Я хоть и страшно завидую твоему мечу, но тебе не нужно меня опасаться, я никогда не ударю друга в спину. Ты моложе меня почти вдвое, но ты мне друг, не раз уже спасал мне жизнь.

— Спасибо.

— За что?

— За честность.

— А я всегда честен, даже с врагом, если говорю врагу, что убью его, значит так и будет. Ты мне другом стал, а друзей у меня мало, и разбрасываться ими, я не собираюсь. Идём, ветер усиливается, нужно успеть вон до той башни добраться, — Рабор показал на ещё не развалившуюся высокую башню, стоящую почти в центре города. — Там дыр в стенах вроде бы меньше, от бури можно укрыться. Можно, конечно, вернуться в склеп, но мне что-то не хочется в темноте сидеть, факелов-то у нас больше нет. Собрав все драгоценности, мы вышли из полуразвалившегося здания и остановились на ступенях парадного крыльца. На площади где мы вчера оставили несколько мёртвых пауков и двух Песчаников, трупов не было, они исчезли, даже следов не осталось.

— Кирит, ты как думаешь, их съел кто-то или они ожили и ушли?

— Ожить они точно не могли, мы их на куски порубили, а у одного паука ещё и лапы съели, так что я думаю, их куда-то унесли, чтобы доесть то, что мы не съели. А если их унесли, у нас серьёзная проблема, тот, кто это смог сделать, должен быть большим и сильным, ну и голодным, конечно же, тоже. Меня не их отсутствие беспокоит, а то, что следов не осталось, словно их по небу унесли.

— Хочешь сказать, тут кто-то большой летает?

— Пока не знаю, но думаю, вверх смотреть надо чаще.

До башни мы добирались бегом, и успели в неё попасть до начала бури. Рабор даже успел заложить камнями единственное окно в комнате на самом верху башни, чтобы песок и пыль не попадали внутрь. Он оказался прав, башня была хорошим укрытием, в ней сохранились не только каменные ступени и межэтажные перекрытия, но и каменная крыша, до сих пор ещё не имеющая дыр. Буря бушевала до вечера, завывая и шурша песком о стены башни. Под такие не очень приятные звуки мы пытались выспаться, получалось плохо, но отдохнуть от трудов тяжких, всё же смогли. Возвращаться домой, решили утром, искать сокровища дальше, было опасно не только из-за монстров, у нас закончилась и крупа для каши, и вода. Ближайший ручей находился в половине дня пути от города, а до него ещё надо дойти и желательно живым. За границей города монстров бегало больше и есть они хотели ничуть не меньше, чем их более крупные собратья, живущие в городе.

— Кирит, ты со своей частью найденного золота, что делать собираешься?

— Пока не знаю, наверное, куплю дом, коня и буду тихо и мирно жить дальше. Правда, пока не знаю, в каком городе жить буду, а ты что делать собираешься?

— Друзей из рабства выкуплю для начала, а там посмотрим, может быть, ещё разок сюда загляну, здесь же и другие склепы должны быть, — Рабор похлопал ладонью по своему мешку, намекая, что золота много не бывает, и оно имеет свойство быстро заканчиваться.

— И как много у тебя друзей в рабстве и где?

— Семеро в Вуширхоре, ещё троих искать придётся.

— Не боишься обратно в Вуширхор возвращаться?

— Нет, тот гад у кого я рабом был, уже в могиле лежит, правда у него сын есть, но он ещё маленький тогда был и вряд ли меня помнит.

— А потом, после того как выкупишь друзей, сходишь за золотом?

— Потом? Я на далеко вперёд не думаю, надо сначала это сделать.

С первыми лучами солнца мы отправились обратно и вскоре добрались до окраины города. Здесь целых зданий совсем не было, из земли и песка торчали куски стен, отшлифованных песком до состояния полной неузнаваемости. Иногда было не понятно, часть стены перед тобой или обычная скала, каких в каньоне были сотни тысяч. День выдался жаркий, отсутствие воды вынуждало нас, чаще останавливаться на отдых и желательно в тени.

— Всё, это последние городские камни, можно считать, что из города мы выбрались, — Рабор устало опустился на большой каменный куб и сбросил с плеч мешок. Золота в нём по весу было не так уж и много, всего-то с четверть пуда, но и с таким весом не очень-то побегаешь, у каждого из нас при себе было по два меча, да ещё и броня на теле. Я сел рядом прямо на землю, идти к другому такому каменному кубику, было лень. Только я сбросил свой мешок с плеч, послышался крик, кричал явно человек, а не монстр.

— Ты слышал? Кажется, это был Керк, кричал где-то там, — Рабор показал направо. — Он тоже сейчас где-то на окраине города, может, сходим, вдруг помощь нужна. По взгляду Рабора я догадался, что помогать Керку он не очень-то и хотел, но вот посмотреть, что у того в мешке появилось, был совсем даже не против. Особенно, если Керк к этому времени, будет уже мёртв. Отнимать найденное золото у живого, Рабор не собирался. Подобрав мешки, мы побежали в ту сторону, откуда доносился крик Керка.

Добежали быстро, но самого Керка нашли далеко не сразу, вначале мы нашли труп Шона, его убил какой-то большой монстр, почти пополам разорвал. На работу Песчаника это было не похоже, у него когти были намного меньше, чем у того, кто Шона убил. На том месте, где лежал Шон, остались странные следы, словно кто-то на ходулях ходил. Спустя некоторое время мы нашли и самого Керка, он тоже был мёртв, вот только убил его не монстр, а арбалетный болт. В нашем отряде арбалет был только у Шона, но возле его тела сейчас никакого арбалета не было, а это значит, что стрелял не он. Керк лежал между двух больших камней, продолжая сжимать в руке лук. Колчан со стрелами лежал чуть в стороне, рядом лежал пустой мешок и пустая фляга для воды.

— Так я и знал, это Рон решил всё себе забрать. Наверно, они смогли найти много золота. — Рабор подойдя к Керку, выдернул из его груди толстую и короткую стрелу. — Кирит, ты из лука когда-нибудь стрелял?

— Да, приходилось.

— Тогда бери его лук и стрелы, они нам могут вскоре пригодиться. Эта тварь по имени Рон, точно будет нас поджидать на обратном пути. Здесь он сидеть не будет, зачем, если мы сами донесём золото до границы с Эйвенхардом.

Я поверил словам Рабора, подобрал лук и почти полный колчан со стрелами. Дорога назад стала намного опаснее, чем поиск сокровищ в покинутом городе. Здесь мы хотя бы были уверены в том, что у монстров нет ни луков, ни арбалетов, у них вообще никакого оружия нет, кроме собственных когтей и зубов. Дальность полёта арбалетного болта была меньше, чем у стрелы, выпущенной излука, и в этом у нас было преимущество, но это не могло нас уберечь от выстрела в спину.

Лук Керка понадобился намного раньше, чем мы думали. Как только мы достигли границы городских руин, появился монстр. Это был какой-то новый вид Песчаника, скрещенного с пауком. Из паучьего тела в том месте, где у него должна быть голова, выросла половинка Песчаника, с обычной головой, но с более длинными руками и увеличенными когтями. Я увидел его лишь благодаря своей способности видеть обычных Песчаников, так как эта тварь была тоже не видима обычным зрением. Именно этот монстр разорвал Шона пополам и сейчас готовился напасть на нас. После того как я выстрелил в него из лука и попал, он стал видимым, и предстал перед нами во всей красе. От его вида Рабор невольно закричал, и чуть было не пустился наутёк, но вовремя опомнился, поняв, что от этого монстра не убежать, он догонит. Выпущенная мною стрела попала в одну из его лап и теперь мешала передвижению.

— Кирит, на стены, на земле мы с ним не справимся!

Бросив мешки с золотом, мы чуть ли не по голой стене, быстро залезли на самый верх. Сидя наверху, я стал обстреливать этого монстра из лука. Стрелял до тех пор, пока стрелы не закончились. Из двадцати стрел в теле монстра застряло только шесть, остальные пролетели мимо, уж больно вёрткий новый вид Песчаника нам попался. С шестью стрелами в теле, он стал медлительным и Рабор, не предупредив меня, спрыгнул со стены, чтобы его добить. Напрасно он так поступил, нужно было немного подождать, когда монстр станет совсем обессиленным.

Он добежал до него, но ударить мечом по лапе не успел, монстр сохранил достаточно сил на пару быстрых ударов. От неминуемой смерти Рабора спас кожаный доспех и надетая под него золотая цепь с большим медальоном. Именно в этот медальон и попал монстр своими когтями. Воспользовавшись тем, что всё внимание монстра было направлено на Рабора, я спрыгнул со стены прямо на спину странного Песчаника. Мой новый меч прошёл сквозь его тело без какого-то бы то ни было сопротивления, словно паучье тело было совсем пустым. Тварь громко заверещала и, не сумев, достать меня когтями, удалила локтем. От удара меня отбросило на несколько шагов, прямо на стену, с которой я только что спрыгнул. В глазах потемнело, из груди выбило весь воздух, а от боли я не мог вдохнуть. Песчаник в это время повернулся ко мне и поднял сразу две лапы, чтобы меня добить. Сил чтобы отпрыгнуть в сторону, у меня не нашлось, и я приготовился умереть. Рабор спас меня в последний момент, он запрыгнул на монстра сзади и одним ударом снёс ему голову. Песчаник сразу же упал и, ещё раз дёрнув лапами, затих.

— Кирит?

— Жив я, кхе-кхе, — ответил я и наконец-то смог вздохнуть.

— Это что за тварь такая, я о таком даже никогда не слышал?

— Кхе, не знаю, я об обычных-то тварях только недавно узнал, кхе-кхе, — поднявшись на ноги, я подошёл к Рабору и зачем-то посмотрел вверх. Там в небе в нашу сторону летела птица, и чем ближе она подлетала, тем меньше она становилась похожа на птицу. Это был ещё один монстр, только с крыльями.

— Рабор прячься, с этим мы точно ничего сделать не сможем, — я показал на подлетающего монстра. Через мгновенье, забыв о том, что у нас есть оружие, мы забежали за стену и легли. Двигаться было опасно, монстр мог нас заметить, но любопытство победило страх, и я осторожно поднял голову, посмотрев на него сквозь трещину в стене. Тварь была большой, почти как лошадь, только похожа на ящерицу с крыльями как у летучей мыши. Приземлившись, он или она, покрутила головой, высматривая нас и не заметив никого, взлетела, прихватив с собой труп убитого нами странного Песчаника.

— А это ещё что за зверь? — на этот раз уже я спросил у Рабора.

— Не поверишь, да, я и сам не верю в то, что только что видел. Это Виверна, я думал, что их не существует, что их люди выдумали, чтобы непослушных детей ими пугать, а тут вот она, живая, в десяти шагах от нас находилась. Не, я сюда больше ни ногой, золота мне и этого хватит.

— Я с тобой согласен, мне тоже сюда ещё раз лезть не хочется, к тому же мы ещё и не вышли пока из этих мёртвых земель. Там, где-то впереди, нас Рон поджидает, а он не менее опасен, чем все эти монстры.

— Да, тут ты прав, Рон ещё та сволочь, к тому же умный гад и хитрый как лис.

Глава 6

До места, где мы должны были встретиться с остальными членами отряда, а сейчас только с Роном, добрались уже в темноте. Света от костра не заметили, а это могло означать, что Рон либо нас поджидает, для того чтобы убить, либо его там просто нет. Он, получив золото Шона и Керка, мог двигаться к границе Эйвенхарда без остановок, лишь бы скорее оказаться в безопасности.

— Знаешь Кирит, не знаю, как ты, а я ночью по паучьему каньону гулять не собираюсь. Пусть без костра, но отдохнуть надо.

— На тот подоконник полезем, где прошлый раз останавливались?

— Нет, там может Рон сидеть, надо другое место выбрать.

— Здесь больше нет таких мест, если только на высокий камень влезть, — предложил я, показав на огромный валун слева от нас.

— Не получится, слишком высоко, у меня есть другое предложение. Спать будем по очереди прямо на этом месте. Один спит, другой его охраняет, до рассвета как-нибудь протянем, до него не так уж и много времени осталось, сейчас ночи короткие.

— Согласен, кто будет дежурить первым?

— Могу я, всё равно сразу заснуть не смогу, мне вначале отдышаться нужно, — Рабор сбросил с плеч свой мешок и достал меч. — Тому, кто дежурит, садиться нельзя, заснуть можно.

— Понял, я иду спать, как только тебя начнёт клонить в сон, буди меня.

Положив мешок под голову, а меч поближе к руке, я почти мгновенно заснул. Мне снилось, что мы опять лезем в какой-то склеп, чтобы ограбить его, но скелеты не желали отдавать своё золото и нападали на нас. Я отбивался от них, как только мог, а Рабор в этот момент сбежал. Мне было обидно до слёз, ведь он говорил, что я ему друг и друзьями он не разбрасывается. На самом деле он оказался трусом и сбежал. Он предал меня! От этой мысли я пришёл в ярость и проснулся, сжимая в руке рукоять меча. Рабор никуда не делся, он стоял в двух шагах от меня спиной ко мне и даже не обернулся, когда я встал. Вокруг было темно и подозрительно тихо, даже ветер не завывал, попадая между плотно стоящих высоких камней.

— Рабор, тебе не кажется, что как-то подозрительно тихо? — в ответ мне была тишина. — Эй, Рабор! — позвал я его шёпотом. В ответ опять была тишина, а он как стоял спиной ко мне, так и остался стоять. Заподозрив неладное, я обошёл его и посмотрел в лицо. Рабор спал, стоя спал, держа в руке меч. — Эй! — я тронул его за плечо, но прежде отошёл в сторону. Как оказалось, я это правильно сделал, потому что он ударил мечом вперёд раньше, чем проснулся.

— Где вы гады! — сонным взглядом он пытался, увидеть хоть что-то перед собой.

— Они не знаю, а я тут, — тихо сказал я, одновременно делая шаг назад. От моего тихого голоса Рабор вздрогнул, и чуть было не снёс мне голову с плеч.

— Фух, это ты! Я что спал?

— Да, причём стоя.

— Это плохо, даже не ожидал от себя такого. Надеюсь, — больше он ничего сказать не успел, на нас напали. Нападавшими оказались крысы, большие, размером с кошку и лысые. Их было много, на первый взгляд не меньше сотни, они вылезали из земли повсюду и с каждым ударом сердца, их становилось всё больше и больше. Только одним мечом отбиться от них уже не получалось, и я достал второй, тот что нашёл в склепе. После первого же удара этим мечом на его лезвии фиолетовым цветом засветились буквы, такие же я видел и на саркофагах, и в книге. Крысы отпрыгнули от меня словно от огня и вновь нападать не решались. Рабор это тоже увидел и встал ко мне ближе.

— Что происходит? — спросил он и я понял, что он не видит светящихся букв на лезвии моего меча. — Не знаю, наверное, они поняли, что добыча оказалась не по зубам, — я решил не говорить ему о том, что вижу эти странные буквы. Чтобы убедиться, что такое странное поведение крыс связано с появлением в моей руке древнего меча, сделал пару шагов вперёд. Крысы словно по команде отступили ровно на такое же расстояние. Рабор глядя на меня, тоже сделал шаг вперёд, но крысы и не подумали отступать, они напали на него. Пришлось к нему приблизиться, чтобы отогнать крыс.

— Странные твари.

— Да, есть такое дело, я таких лысых крыс ещё не видел.

— Я не об их виде говорю, а о поведении, — пояснил Рабор и вытянул вперёд ногу. Одна из крыс тут же прыгнула на его ногу, но укусить не успела, Рабор разрубил её ещё в полёте.

В окружении нескольких сотен крыс мы простояли до рассвета, а с его наступлением, крысы попрятались в своих норах. Оставшись посреди нескольких десятков крысиных трупов, мы наконец-то смогли сесть и отдохнуть.

— В одном хорошо, мясом мы с тобой запаслись на несколько дней вперёд, — Рабор поднял с земли крысиную тушку и осторожно понюхал. — Нормальное мясо, думаю, есть можно. Утро уже наступило, пора позавтракать. Я мясо подготовлю, а ты поищи дров для костра.

Пока я ходил по округе и собирал сухие коряги, Рабор успел освежевать четыре крысиные тушки. После поедания паучьих лап, мясо крыс не вызывало у меня никакого отвращения и я с удовольствием съел двух хорошо прожаренных крыс. В дорогу прихватили ещё по две крысиных тушки, чтобы не искать, что съесть вечером. Рон так и не появился, он либо ушёл далеко вперёд, либо погиб, чего нам обоим хотелось. До полудня на нас никто не нападал, несмотря на то, что по пути в город в этих местах на нас нападали пауки.

— Не нравится мне эта тишина, не сдохли же они все разом, за то время что мы в городе были, — Рабор всё время вертел головой по сторонам, ожидая очередного нападения.

— Какая разница, куда они делись, не нападают и ладно, быстрее до Эйвенхарда дойдём, — проговорил я и сразу же увидел паука. Паук вышел из-за камня слева от нас и остановился, нападать на нас не решался.

— А вот и первый, — Рабор достал меч и побежал к пауку, чтобы успеть убить его пока он один. Обычно пауки сами нападали, не чувствуя страха, но не этот. Паук попятился назад, а потом вообще убежал.

— Не понял, это ещё чего такое? — Рабор остановился в недоумении. — Мы теперь что, за ними бегать должны? — Я посмотрел на отбежавшего от нас паука, потом осмотрел всё вокруг и тоже остался в недоумении. Пауков вокруг нас было много, не меньше двадцати штук, но ни один из них не приближался к нам ближе, чем на пару сотен шагов. Они сидели на камнях, у камней, между камней и просто наблюдали за нами.

— Я догадываюсь, почему они не нападают, — сказал я и решил проверить свою догадку. Сбросил мешок с плеч, рядом положил лук с уцелевшими тремя стрелами и оба меча. Оставив всё это около Рабора, пошёл на встречу к ближайшему пауку. Паук даже от безоружного меня убежал.

— Ну и в чём дело, я что-то не понял смысла в твоей прогулке?

— Мы для них из добычи превратились в опасных хищников. Мы же в городе их ели и они это сейчас каким-то образом чувствуют, не хотят они быть съеденными. Это почти также, если бы они были, так скажем овцами, а мы волками, — пояснил я и подобрал с земли свои вещи.

— Если это так, я готов попробовать мясо всех тварей что тут водятся!

— Со змеями это не пройдёт, они твари одиночные, хотя кто их знает, я пауков тоже безмозглыми считал, а оно вон как вышло.

Дальнейшее передвижение по территории мёртвых земель до самого вечера, было даже в какой-то степени скучным. На нас никто не нападал, пауки, увидев нас, прятались, а змеи, которых тут должно было быть много, вообще не появлялись. В такой спокойной обстановке прошли чуть ли не треть пути, от покинутого города Аркахита до границы Эйвенхарда. На ночлег остановились на берегу ручья, коих тут было не так уж и много, и это на краю мёртвых земель, в центре никакой воды совсем не было. В самом Аркахите даже глубокие колодцы были сухими, дождь был единственным источником воды, но ждать его приходилось по несколько месяцев. Здесь у ручья мы смогли вдоволь напиться чистой воды и помылись немного. Покрытые пылью и кровью разных монстров с ног до головы, мы сами были на них похожи, да и воняло от нас сильно.

— Кто будет дежурить первым? — спросил я, облизывая пальцы после того, как съел последний кусочек крысиного мяса. Рабор посмотрел на меня виновато, ведь в прошлый раз он уснул, и нас чуть не съели из-за этого.

— Чтобы уж точно не заснуть, буду ходить вокруг костра, — заявил он, давая понять, что первым дежурить опять будет он. Как и в прошлую ночь, я положил рядом с собой меч, а под голову мешок с золотом. Заснул мгновенно и в этот раз, мне совсем ничего не снилось, я, словно провалился во тьму.

— Кирит, просыпайся, твоя очередь вокруг костра ходить, — Рабор тряс меня за плечо. Просыпаться мне совсем не хотелось, но он был настойчив и добился своего.

— Я же только что заснул, — мне показалось, что спал я всего лишь чуть-чуть.

— Ага, только что, — усмехнулся Рабор, — до рассвета осталось всего ничего, я даже заснуть не успею. Поверив ему, я нехотя встал, а он тут же улёгся на моё место, заменив мой мешок своим. После меня земля ещё сохранила капельку тепла, и Рабор уснул также быстро как я. Под звук его храпа, я стал гулять вокруг костра. Вскоре мне это надоело, и я сел ближе к костру, подложил туда дров и достал из мешка найденную в склепе книгу. С первого её открывания, ещё там, в склепе, ничего не изменилось, я видел светящиеся буквы, но ни одной знакомой мне и сейчас не нашёл. — Странно всё это, почему я их вижу? Может всему виной проглоченный мною камень? Он до сих пор так и остался где-то у меня внутри, я в этом уверен, ведь отходы своего организма всегда проверял. — Закрыв книгу, я достал мамин портрет. Мне нужно было оставить его где-нибудь в укромном месте на территории Эйвенхарда, чтобы он не помялся за это время, но я не смог этого сделать. Хотелось, чтобы мама, пусть даже на этом портрете, всегда была со мной. Бережно расправив помятый лист, я положил его между страниц книги, так больше шансов не помять его снова. Положив книгу обратно в мешок, достал меч из ножен. Буквы на нём всё ещё светились, уже не так ярко, как в бою с крысами, но светились. Чтобы их запомнить решил нарисовать их на земле, у меня лучше получалось запоминать, когда я записывал какое-нибудь трудное слово. Подобрав прутик, аккуратно переписал надпись на земле и как только поставил последнюю закорючку, буквы засветились. Они засветились на земле, от чего я испугался и отпрыгнул от них, словно от ядовитой змеи.

— Ну и дела! Что же это за буквы такие? — подумал я, и в мою голову пришла догадка, от которой мне стало ещё страшнее. — Это магия, а буквы не что иное, как магическое заклинание, вот только что оно означает? — После этой догадки в голову пришла другая мысль, ещё более страшная, чем эта. — Простой человек не может заставить буквы светиться, а это значит, что я маг, ну, пусть не маг в прямом смысле этого слова, но обладаю магическим даром. Рабор резко перестал храпеть и перевернулся на другой бок, лицом ко мне. Я подумал, что он просыпается и быстро стёр написанные на земле буквы. Он на самом деле вскоре проснулся, но спросонья к моему счастью не увидел надпись на земле.

— Что, уже утро?