Сделка с дьяволом

Столько противоречий вызывала у меня эта тема. И я тоже думала обо всем этом. Я не смогу признаться Егору, что отчаялась на второго ребенка для его спасения. Это было неправильно по отношению бы к обоим детям. Но от правды в итоге не скрыться и не уйти.

— Я ничего не говорила, — растерянно ответила я и всю мою злость на Артура сняло как рукой. Никак не ожидала, что он затронет такую сложную тему. — Честно не знаю, что ему скажу. Я даже не рассчитывала, что ты поможешь мне, узнав нашу ситуацию с сыном, и так далеко не загадывала…

— Поэтому у нас есть еще время подумать. Ошибок в прошлом было допущено много и я не готов терять недавно обретенного ребенка. Завтра в девять утра я буду ждать на парковке. Врач из клиники хочет встретиться с нами и поговорить.

— И ты наверняка знаешь тему на какую будет идти разговор? — я недоверчиво посмотрела в лицо Артура.

— Нет, даже не догадываюсь, — Артур пожал плечами. — Скорее всего готовы наши анализы, а с нами хотят провести напутствующую беседу, обсудить пункты договора. Твоя авария внесла небольшие коррективы.

— Хорошо. Если на этом все, то я бы хотела вернутся к Егору… — Артур задержал на мне взгляд и потом кивнул.

— До завтра, — попрощался он.

Мужчина развернулся и уверенной походкой направился на выход. Само спокойствие и непоколебимость. Мои гордо расправленные плечи ныли от напряжения. Я отошла от окна и прислонилась спиной к стене, смотря ему вслед, и размышляя над всеми словами, что прозвучали несколько мгновений назад. Прожигала его глазами, ощущая все тот же странный трепет. Ведь это нормально, — спрашивала саму себя, — что я трепещу от одного его вида? Я почти физически ощущала, как его магнетизм давил на меня, приводя в смятение все мысли. Поэтому иной раз я несла бессмыслицу и не могла дать ему правильного отпора.

Весь вечер я думала об Артуре и его словах. Егор уснул, пока я шла на рекорд и третью ночь подряд не могла сомкнуть глаз. Лежала и смотрела в потолок, вспоминая сцену в лифте и как его дочь приняла меня за его погибшую жену. Рядом со мной находился не мужчина, а человек-загадка: сдержанный, хладнокровный и почти отстраненный. Но глаза… Они горели все тем же огнем, как много лет назад. И с каждым днем я лишь сильнее убеждалась в том, что Артура влекло ко мне. Стоит мне немного его спровоцировать… Так стоп, Вика! О чем я только думала? О какой провокации, глупенькая? У такого как он — циничного и влиятельного — имелся штат любовниц, гарем, и каждая норовила оторвать другой волосы, чтобы он уделил ей хоть каплю внимания. А у меня были совсем другие интересы. И ничье место я занимать не собиралась.

Глава 19

Мы позавтракали вместе с сыном и успели даже немного почитать его любимую книгу, я все время поглядывала на часы, и без десяти девять спустилась вниз, чтобы не заставлять Артура ждать. Его машина уже стояла на парковке. Водитель вышел мне навстречу и открыл для меня заднюю дверцу. Забравшись внутрь я погрузилась в облако знакомого аромата и скользнула взглядом по идеальному виду мужчины. Наши глаза встретились, а мое сердце затрепетало. Любая другая на моем месте была бы рада отведенной роли и довольствовалась малым. Даже, может быть, вдохновенно ловила каждое слово и взгляд одинокого и богатого вдовца. Но только не я. Наши взаимоотношения с Артуром пускали глубокое корни в прошлое и сейчас мы объединились ради общего сына. Будущего у нас больше не было, да и быть не могло. По крайней мере именно это и давал мне понять Артур. Он был готов дать мне ощущение стабильности, но ровно на определенный срок времени, который будет длиться всего лишь девять месяцев.

— Доброе утро, — сдержанно поприветствовал меня Артур, заметив на себе мой пристальный взгляд.

— Привет, — отозвалась я и украдкой облизала пересохшие губы, выдывая себя этим едва заметным движением. Уголки его губ приподнялись, а я поторопилась отвернуться к окну.

Нужно постараться сконцентрироваться на новом дне и насущных делах. Марина мне не звонила эти дни и телефон подозрительно не разрывался от звонков клиентов. Необходимо заехать на работу, чтобы узнать как обстояли дела в конторе. Может быть той уже и не было с подачи Багрова, а меня ждал новый сюрприз?

В клинику мы вошли вместе с Артуром и со стороны наверное выглядели как пара имеющая проблемы с зачатием. А на деле проблем никаких и никто из нас не имел. Я понимала, что могла забеременеть сама без экстракорпорального оплодотворения и прохождения всех процедур, уколов, поддержания беременности. Понимала и тем не менее не представляла другого развития событий. В нашем с ним случае секс означал… Ничего не означал, и был невозможен.

Нас приняли сразу же. Артур вел себя уверенно и раскрепощенно, так словно до меня, как минимум, заходил в этот кабинет с толпой девиц. Я же опасливо оглядывалась по сторонам и сильно нервничала, хотя уже посещала ранее этот кабинет и не понимала зачем наш репродуктолог вздумала тянуть время лишними разговорами. Его и так было немного.

— Доброе утро, — поздоровалась женщина, окинув нас по очереди внимательным взглядом.

Благо Кольцова Елена Юрьевна была преклонного возраста и не пыталась заигрывающе стрелять глазками при Артуре как та молоденькая медсестричка на входе в кабинет, вносившая наши данные в картотеку посещений. Мне все казалось еще чуть-чуть и она протянет свою руку с визиткой и вложит ее в карман пиджака Артура и томно прошепчет «Позвони мне».

— Я не стану на долго отвлекать вас от ваших дел, особенно зная ваш напряженный график, — обратилась она к Артуру с серьезным лицом. — Я в курсе вашей сложной ситуации с первым ребенком, и так же ознакомилась с договором, в который внес поправки ваш юрист, — я опасливо поглядела на Артура. Он дал ей почитать этот бред, который вынудил подписать меня? — И тем не менее, мне хочется дать вам шанс естественного зачатия. Такие случаи не редкость. Большинство пар даже с патологиями в процессе подготовки к экстракорпоральному оплодотворению узнавали, что находятся в положении. Виктории Александровне пока не назначали никаких уколов и не проводили никакой стимуляции. Но уже на днях будут вводиться гормональные препараты. ЭКО это всегда большой стресс для организма, и хоть ваши шансы высоки на положительный результат, я не могу дать стопроцентной гарантии, что беременность наступит именно в следующим цикле и после всех проведенных манипуляций выйдет толк. В прошлый визит Виктория Александровна дала категорический отказ и даже не стала меня слушать о вреде ЭКО и что она здоровая и молодая женщина в состоянии забеременеть сама без угроз, рисков и любого вмешательства с нашей стороны. Но вас двое и будущий ребенок равнозначно будет принадлежать обоим родителям, даже несмотря на то что вы не живете вместе, а решились на него, чтобы помочь общему сыну при серьезном заболевании.

— Что вы предлагаете? — на лице Артура не дрогнул ни один мускул. Все это время он внимательно слушал женщину.

— Мы уже буквально с сегодняшнего дня начнем следить за ростом фолликулов, — женщина задумчиво поглядела на Артура, когда тот непонимающе свел брови. — А потом весь материал заберем в лабораторию, чтобы попытаться получить хороших эмбриончиков, — мягким и вкрадчивым голосом объясняла она.

Это я уже изучила всю информацию от и до и знала, что если у меня заберут сейчас все созревшие яйцеклетки, тогда никакой естественной беременности не наступит. Сперматозоидам Артура просто нечего будет оплодотворять внутри меня.

— Елена Юрьевна, изъясняйтесь короче и по-существу, — с нажимом произнес Артур.

Насколько я успела его изучить, он был близок к тому, чтобы сказать женщине какую-нибудь колкость, чтобы она перестала говорить загадками и держать интригу. Для него как для мужчины все эти фолликулы, яйцеклетки и прочая терминология ровным счетом ничего не значила.

— Я предлагаю естественное зачатие. На крайний случай есть инсеминация. Она практически ничем не уступает естественному зачатию…

— Вы сказали о побочных эффектах и осложнениях при ЭКО. В чем они заключаются?

— Из побочных эффектов при естественном зачатии или даже инсеминации может случиться разве, что двойня, больше ничего. Мы всегда подбираем правильную дозу всех вводимых препаратов, но иногда организм преподносит сюрпризы…

— Исключено, — оборвал ее Артур. — Никаких двоен и двух эмбрионов. Мы не располагаем временем, чтобы в случае неудачи снова проходить весь путь с нуля. Или перечитайте договор, — серьезно сказал Артур.

С таким расчетом и его хваткой меня можно было не приглашать в этот кабинет. Они прекрасно вели диалог без меня, будто я стояла за дверью этого кабинета.

— В случае ЭКО какие осложнения ждут Викторию? Почему вы так категорично настроены против него? — медленно говорил он.

Я сидела в кресле нервно теребя ручку своей сумки и смотрела на свои колени. Конечно, с точки зрения профессионализма репродуктолог предлагал нам стоящие вещи, а с точки зрения наших отношений с Артуром… практически невозможные.

— Для женщины это в первую очередь гиперстимуляция яичников, — ответила она Артуру. — Я не буду вникать в перечень осложнений и перечислять их, говорить незнакомыми для вас терминами. Вика, — репродуктолог перевела на меня взгляд, — вы просто задумайтесь, что собираетесь делать с абсолютно здоровым организмом. А если ЭКО не получится с первого раза и понадобится новый курс гормональный стимуляции? Допустим, сейчас мы вступим в короткий протокол и с минимальной поддержкой, затем в крио. Но в следующий раз придется увеличить дозу и срок поддержки… И затем по нарастающей, а если придется прерываться на возникшие осложнения? У нас отличная клиника и мы всегда гарантируем результат, но я не могу сказать вам со стопроцентной уверенностью, что вы получите его с первого раза… Никому не могу дать такой гарантии. Я говорю о рисках, опять же учитывая вашу непростую ситуацию.

Кажется пришла моя пора сказать свое слово? Набрав в легкие воздуха, я поднялась на ноги и посмотрела на Елену Юрьевну.

— Я уже говорила в прошлый свой визит и повторю сейчас — мне важен результат. И я в него верю. Я не разбираюсь во многих тонкостях этой процедуры, потому что прочитать в буклете или на форуме это одно, а пережить все на себе совсем другое, но еще ни у одной забеременевшей через ЭКО женщины я не видела негативного отзыва в сторону врача подарившего ей возможность стать матерью.

— Эти женщины, как правило, приходят с таким анамнезом, что это их единственный шанс…

— Один протокол или два, хоть десять! Я готова через это пройти. Вы выбрали не самый подходящий момент для разговора. Но я очень ценю ваш профессионализм и индивидуальный подход. Но времени у меня на эксперименты нет!

— Как раз экспериментами хотите заняться вы. Но хорошо, — женщина кивнула и опустила глаза в документы, что лежали перед ней. — Я просто хотела с вами поговорить и предложить варианты. И это конечно же не мое дело почему вы не хотите попробовать зачать ребенка, как все обычные пары или путем инсеминации, на крайний случай… Но у вас к тому же еще и отрицательная кровь, у Артура Сергеевича положительная. Как вижу из вашей карты: абортов после первых родов и последующих беременностей не было, и ребенок взял положительную кровь отца. Вы в курсе чем может быть чревата сорванная беременность?

Господи, неужели это все необходимо было обсуждать при Артуре?

— Спасибо, — я сделала несколько шагов в сторону выхода, не в силах оставаться в этом кабинете. — Мое мнение по-прежнему не изменилось. Я уверена, что все будет хорошо.

— Виктория Александровна, — окликнул меня женский голос у самой двери, — через пятнадцать минут вас будут ждать в кабинете УЗИ. После я жду вас у себя, чтобы расписать новые дни посещений исходя из этих данных.

Я думала Артур останется в кабинете женщины на длительную консультацию и та введет его в краткий курс анатомии женского организма и расскажет ему подробнее о будущем зачатии, яйцеклетках и их оплодотворении, но Артур вышел следом за мной и остановил меня уже у кабинета УЗИ.

— Все в порядке? — окинул меня пристальным взглядом, схватив за руку. В его голосе слышалось напряжение.

— Да… Просто когда на меня давят временем и говорят о возможных рисках, когда я и так все понимаю и осознаю… Это тяжело. Мне еще предстоит выносить этого ребенка. А если потом окажется, что он не подойдет для Егора… Или мы не успеем… — на моих глазах выступили слезы, но я не позволила себе плакать и придала голосу уверенности и твердости: — Ты знал, что она затронет эту тему с естественной беременностью? Сначала наводящие слова, что ты собираешься контролировать мою личную жизнь, а теперь…

— Какой смысл контролировать то чего нет? — оборвал меня Артур на полуслове, и я гордо вскинула подбородок. — Мне показалось, что в прошлый твой визит вы обо всем договорились с репродуктологом. Я ничего не знал о ее желании предложить нам естественную беременность или инсеминацию. У меня хватает других забот, чтобы так досконально вникать в процесс подсадки эмбриона.

— Какая жалость! Ты бы мог снова обвинить меня, что я умышленно расставляю для тебя ловушки и пытаюсь вернуть твое расположение таким способом. А договор… Ты показывал ей этот бред об отказе от детей, который вынудил меня подписать? — я сморщила лицо, представив в каком изумлении пребывала женщина, когда прочла эти строки.

Он оглядел меня неторопливым взглядом, и на его твердо очерченных губах мелькнула холодная улыбка.

— Договор на оказание и проведение медицинских услуг. Я внес несколько пунктов, один из них как раз и заключается в том, что я категорически против подсадки двух эмбрионов и беременности в целом с более чем одним ребенком. И если бы ты была немного внимательнее и смотрела, что подписывала в прошлый раз у врача в кабинете, то заметила это и поняла о каком договоре идет речь.

— Думаешь, что этими договорами ты обезопасишь себя? — я неверно облизала пересохшие губы, а глаза Артура стали совсем черными.

— Пока проколов не случалось. Это ведь и риски клиники. В случае неудовлетворительного результата кто-то же должен нести ответственность…

— Хорошо, — выдохнула я. — Значит продолжим с того, что данного разговора у нас не было. И за все в случае всех неудач ответственность буду нести я. Так и можешь прописать это во всех своих договорах отдельными пунктами! — прошептала я дрожащими губами.

Из кабинета УЗИ показалась медсестра. Она окинула нас с Артуром заинтересованным взглядом.

— Виктория Александровна? — я напряглись, когда девушка скользнула по мне пренебрежительным взглядом и перевела глаза на Артура, а в тех зажегся неподдельный огонь восхищения и интереса. И она туда же! Я закатила глаза и сделала шаг в сторону двери, но Артур остановил меня, схватив за руку.

— Одну минуту, — сказал он разрумянившейся девице и развернул меня к себе. Девушке хватило ума скрыться в кабинете и мы остались одни. — Мне пора ехать на работу. Твой новый водитель с завтрашнего дня в твоем распоряжении. Никита отвезет меня в офис и вернется в клинику за тобой. В районе семи вечера я заеду за тобой в больницу, мы немного побудем у сына и поедем домой.

— Что? Зачем? Я хочу остаться с Егором! Я не буду ночевать в твоем доме…

— Катя отлично справляется со своими обязанностями, Егор с ней дружен. Переливание крови у него через два дня. Не вижу причин, чтобы сегодня не уделить мне внимания и не поговорить обо всем в спокойной обстановке.

— Что-то не припомню подобного пункта в договоре про внимание и разговоры… — мой пульс подскочил, и я вырвала свою руку из мужской хватки, делая шаг назад.

— Будем считать с сегодняшнего дня он там есть. А теперь иди, — приказал он и кивнул в сторону двери, вложил руки в карманы брюк. Его лицо было серьезным и я, как никогда, мечтала узнать о чем он думал в этот момент. Неужели о естественном зачатии?

С ворохом бумаг на руках я вернулась обратно в кабинет врача после проведенного ультразвукового исследования. Елена Юрьевна сидела за столом и заметив меня, кивнула в сторону кресла, чтобы я присаживалась. Я молча протянула ей заключения УЗИ и рассматривала женское лицо, пока она изучала бумаги.

— Ну вот же… все отлично! Не вижу смысла торопиться с ЭКО. Если все так критично в ваших отношениях с будущим отцом и о естественной беременности не может идти речи, то я назначу для начала инсеминацию. Не стоит так торопиться подрывать свое женское здоровье, — женщина внимательно поглядела в мое лицо и ободряюще улыбнулась.

— Елена Юрьевна, в прошлый раз я вам без подробностей, но попыталась донести эту информацию, что как раз естественная беременность в данном случае исключена, а мы не в тех отношениях, чтобы вступать в интимную близость с Артуром Сергеевичем. Зачем вы вызываете нас обоих и пичкаете, ладно меня, но мужчину, который не смыслит и в половине озвученных терминов, всей этой информацией?

Женщина отложила бумаги в сторону и поднялась на ноги.

— Наша клиника одна из лучших в Москве. Я столько пар повидала за свою работу. Многие из них ушли от нас с детьми и благодарностями, а другие с расшатанным здоровьем и нервной системой после множества неудач. Нет, — она тут же заверила меня, увидев, как округлились мои глаза и задрожал мой подбородок. — Я верю, что в данном случае все получится, но честно, не понимаю вас. Виктория, вы здоровая, молодая женщина и так рьяно мечтаете его подорвать! И Артур Сергеевич… С таким мужчиной грех не заниматься сексом ради детей, простите уж за прямолинейность.

— Вы не знаете многих нюансов, чтобы говорить о таких вещах. И все же я настроена…

— Вика, послушайте, — перебила меня женщина и присела на край стола, смотря на меня сверху вниз. — Вы мне еще потом спасибо скажете. Я никогда не лезу в личную жизнь своих пациентов, но человек составляющий подобные договора, который я недавно взяла в руки и прочитала — не так неуязвим каким хочет казаться на самом деле. И кстати никаких запретов на естественную беременность там не указано, — саркастически заметила она. — Или, например, на инсеминацию. Это куда более щадящий способ зачать малыша в вашем случае.

— Я вас услышала. Но пока я не намерена менять своих планов, — категорично заявила я.

— Тогда следующий визит назначаю вам через два дня, продолжим следить за ростом фолликулов, я выпишу вам препараты для небольшой стимуляции, и как яйцеклетка созреет проведем инсеминацию.

— То есть…

— Если созреет больше яйцеклеток мы конечно же возьмем пункцию и будем пробовать ее оплодотворить в лаборатории для следующего цикла и протокола. Но без тщательной подготовки, воздействия многих гормонов и уколов на ваш организм может ничего и не произойти… Это вмешательство извне и я, увы, не даю никаких гарантий, — я сдерживалась из последних сил, чтобы не повысить голос. Ведь мы платили деньги, я подписала кучу бумаг, сдала тонны анализов. И имела полное право требовать то, что оплатила! — Инсеминация в вашем случае идеальный вариант, если полового акта произойти не может, — сказала женщина. — Но и она не дает стопроцентных гарантий. Думайте, Виктория и принимайте правильные решения.

— Спасибо, — я поднялась на ноги, понимая, что спорить не имеет смысла. Наверное лучше довериться ее опыту и знаниям. Взяла в руки все выписки и расписание последующих посещений и вышла из кабинета.

В одном Артур был прав, когда поставил меня перед фактом, что скоро мне придется оставить работу на определенный срок, потому что думать о чем-то еще я вскоре уже буду не в состоянии. А когда на меня давили подобными разговорами внутри закрадывались сомнения и вопросы, — а действительно ли все я делала правильно?

Глава 20

На работе я провела несколько часов и вскоре убедилась, что с новым распорядком дня и всеми обследованиями в клинике мне предстоит отказаться от многих клиентов, чтобы не подводить людей. Я не смогу физически держать под контролем сразу несколько сфер своей жизни без сильных энергозатрат. Чем-то в итоге все равно придётся пожертвовать, а мой выбор окажется очевиден.

К Егору я приехала в районе пяти вечера и застала в палате Катю. Она с самого начала ассоциировалась у меня больше со старшей сестрой Егора. И я не представляла как бы справлялась без нее.

— Все нормально, Вик? — спросила она, заметив мой удрученный вид. Катя была еще совсем молодой девушкой, пришла к нам работать на последнем курсе университета.

— Да, вполне, — отозвалась я и слабо улыбнулась.

Только сейчас, глядя на Катю, вспомнила, что так и не позвонила Лене. Взяла в руки телефон и написала ей короткое сообщение, что сегодня никак не получится встретиться, попросила перенести встречу на завтра или на другой удобный для нее день. Катя засобиралась домой, сказав Егору, что уходит, но вернется около девяти вечера и останется с ним до утра. Мы проводили ее до лифта и вернулись в палату. Весь день я провела за ворохом бумаг и телефонными переговорами, очень устала и хотела просто посидеть рядом с сыном в обнимку. Мне уже давно не хватало этих спокойных дней, которые были у нас с ним до его болезни, наших прогулок и всей размеренной жизни.

— А папа сегодня приедет? — спросил Егор.

Папа… Так непривычно было слышать это слово из уст своего ребенка. Как же все быстро переменилось и встало с ног на голову.

— Приедет, — спокойным голосом ответила я.

Весь день я думала о нашем утреннем визите к репродуктологу и вчерашнем разговоре с Артуром о моей будущей беременности… Ситуация медленно, но уверенно выходила из-под моего контроля. И Артур уже за моей спиной потихоньку составлял свой особый распорядок дня для нас двоих. Наверняка и Катя прониклась к мужчине симпатией и тоже шла на уступки, соглашаясь на ночевки с Егором… Но Артур не разлучал нас с сыном и не вмешивался в наши с ним отношения — и на том спасибо.

— Играть я не хочу, — сказал Егор, заметив, что я достаю шахматы и в подтверждение своих слов покачал головой.

— А что же ты хочешь? — удивилась я.

— Ничего не хочу, мам. Давай просто посидим и поглядим в окно? — грустно понурил плечи Егор. — Там опять дождь? Хочу на улицу…

— Пасмурно, но дождя нет. Как вернется тепло, мы обязательно выйдем, — заверила я его.

Поставила два стула у окна и мы обнявшись сидели так какое-то время. Даже маленькому ребенку требовались минуты тишины для каких-то своих раздумий, то что уж говорить о взрослом человеке. Да, я имела сейчас в виду себя. Я утопала в бездне противоречий, у меня слегка болела голова от всей навалившейся на меня информации и ответственности.

— Папа сказал, что в детстве боялся высоты и летать на самолетах, — вдруг сказал Егор. — Я тоже боюсь высоты, но летать мне не страшно.

— Подумываешь о профессии летчика? — удивилась я.

— Нет, — улыбнулся он, — ты же знаешь мне вода ближе. Я мечтаю стать пловцом. А как вы познакомились с папой? — вдруг спросил Егор.

— Ты маленький хитрец, да? — я слабо улыбнулась, повернувшись в его сторону. — Хочешь узнать и мою версию нашего знакомства? Наверняка у него уже все расспросил? — я знала каким любопытным иногда мог быть мой сын.

— Хочу, — серьезно сказал Егор. — Просто вы такие разные. Я не представляю вас вместе… Он старше тебя. Намного?

Эти слова отразились болью в сердце, но Егору было и правда интересно, и я немного помолчав, ответила:

— Старше, да, но не на много. Мы познакомились давно, Егор. Я училась в школе и заканчивала одиннадцатый класс, а Артур уже учился в университете и приезжал на лето домой. Такой красивый и ухаживал за мной как за принцессой. Я влюбилась. Но жизнь потом нас разлучила. Артур уехал в другой город. В жизни так происходит, увы…

— А это правда что у него есть дочь, моя сводная сестра?

— Правда.

— Я бы очень хотел с ней познакомиться. Она красивая?

— Она красивая маленькая девочка. Но у тебя ослаблен иммунитет, а любое воздействие из внешней среды несет для тебя риски, нам категорично противопоказаны всякие осложнения. Со знакомством придется повременить, пока ты не выздоровеешь. А почему ты не спросишь сам у папы про эту маленькую девочку?

— Я не знаю… — задумчиво протянул Егор. — Я иногда его стесняюсь. А почему ты сегодня не останешься ночевать? — сын завалил меня вопросами, а я спокойно на них отвечала и никуда не торопилась. Мне нравились такие мгновения единения и его бесконечные «Почему?».

— Потому что мне еще предстоит вечером обсудить кое-что с твоим папой и завтра мне необходимо быть рано утром по делам в одном месте.

— А ты познакомилась уже с этой девочкой? — Егор взял мою руку в свою. Он с детства любил игру в Сороку-белобоку и в моменты, когда сильно переживал или о чем-то задумывался, брал мою руку в свою и выводил на ней кончиком пальца круги.

— Она маленькая, Егор. Я видела ее всего лишь один раз, — ответила я, вспоминая детское личико.