Сделка с дьяволом

— Конечно, приеду, — заверила я его. — А скоро уйду с работы и буду проводить с тобой много времени…

С содроганием представила знакомство Артура и Егора. И ощутила как скрутило желудок от волнения.

— Правда? — радостно воскликнул мой сын.

— Правда, — ответила я и услышала, как рядом притормозила машина и из нее вышел молодой человек, облаченный в черный классический костюм.

— Виктория? — услышала, как меня окликнул уверенный голос. Повернула голову и встретилась с незнакомым мужчиной и даже не успела запаниковать, как незнакомец продолжил: — Я от Артура Сергеевича. Меня зовут Леонид и на весь срок действия договора я ваш личный водитель и помощник.

На срок действия договора… Теперь мне каждый раз будут напоминать об этом?

— Я вызвала такси и оно с минуты на минуту должно подъехать, — ответила я.

— Садитесь, — он открыл дверь. — У меня указание отвезти вас домой, чтобы вы взяли необходимые вещи на первое время и я отвезу вас в ваш новый дом.

Вот как… Забыл уточнить ваш новый дом на срок действия договора!

Что же в этой жизни все могут допустить ошибки и отступиться. Моя слабость и страх в итоге стоили мне баснословно дорого. Но разве мои прегрешения были такими ужасными, как условия сделки, что предлагал мне мужчина?

Глава 11

Единственное, чего я на самом деле желала, так это того, чтобы этот ужасный вечер наконец закончился. Я забралась на заднее сидение, поставив рядом с собой сумку с вещами, которые взяла на первое время из своей квартиры. Вытянула гудевшие от усталости ноги и прикрыла глаза, пока машина с водителем везли меня в неизвестность. Небо озарили яркие вспышки молний и прозвучали первые раскаты грома. Гроза нас настигла по дороге в дом Багрова. Я открыла глаза и смотрела, как капли дождя стекали по стеклу. Ветер за окном едва ли не сбивал с ног прохожих. Но эта буря была ничто в сравнении с той какая происходила сейчас внутри меня. Наш уютный маленький мирок, в котором мы жили с Егором долгое время одни, разлетался сейчас в щепки. Но другого пути на свет не было, — напомнила я себе, когда попыталась вспомнить почему же так быстро согласилась на абсурдное предложение Артура. Просто знала, что у меня не хватит сил и ресурсов затевать с ним войну. И в отличие от него я не собиралась ничего и никому доказывать. Я преследовала другие цели. И вполне смогу мирно сосуществовать с этим мужчиной на одной территории, если он не будет оказывать на меня морального давления.

Машина остановилась возле огромного двухэтажного дома больше похожего на красивый дворец. Я вновь пожалела, что никогда не позволяла себе интересоваться жизнью Багрова; я и предположить не могла, что из обеспеченного мужчины, тогда, несколько лет назад он превратится в такого богача. Нет, в его богатстве не было ничего плохого, учитывая данную ситуацию с Егором. Но с точки зрения возможностей и связей Артура… Меня и без всякого договора могли лишить родительских прав по одному его щелчку. И никакие знания и опыт мне не помогли бы в данном вопросе отстоять свои интересы. И все это могло значить только одно: Артур затеял какую-то игру и намеренно загонял меня в угол. Но ради чего, неужели лишь, для того чтобы посмотреть на мою реакцию? Или потешить свое эго? Гроза почти выдохлась и начала стихать, но, если бешено колотящееся сердце меня не обманывало, буря в моей жизни только начиналась.

Не успела я переступить порог дворца, как навстречу нам вышла женщина преклонного возраста, представилась Глашей и сообщила, что она всегда находится на первом этаже в комнате обслуги и готова прийти на помощь. Почти как служба 911… Леонид, видимо, напарник этой самой единой службы спасения на дому, помог отнести мне мою сумку на второй этаж и показал комнату в какой я буду жить, внес в мой телефон свой номер, и пока мы поднимались наверх, бегло показал где и что находится в доме.

— Артур Сергеевич уже дома? — поинтересовалась я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно. Нет, мне встречаться с ним не хотелось, телефонного разговора вполне хватило, но я была уверена, что мужчина появится сегодня на пороге моей комнаты с напутственной речью.

Жаль на входе мне забыли выдать корону. Потому что осмотрев свою комнату, по размерам походившую на приличную однокомнатную квартиру, да еще и с отдельной ванной комнатой, я именно так себя и ощутила: принцессой, которую заточили в высокую башню, чтобы она как минимум провела там насколько лет своей жизни. И даже в этом жесте Артура я уловила скрытый подтекст. Он давал мне понять, что все это могло быть в моей жизни, если бы я тогда от него не сбежала? А теперь будет насильно пичкать этими благами, пока меня не затошнит от всего шика?

Только ведь дело было далеко не в деньгах и роскоши. Не припомню за собой отчаянного рвения к такому богатству. Все что я делала в жизни было только ради Егора и его благополучия.

Вещи я не стала разбирать, и сразу направилась в душ, мечтая поскорее лечь в постель. Я почти не спала два предыдущих дня и сегодняшняя командировка, а затем последующая встреча с Артуром и наш разговор отняли все мои силы. Я вышла из ванной комнаты, закутавшись в махровое полотенце, влажные волосы сушить феном не стала, решила дать им возможность высохнуть самим. Я совершенно не ожидала, что в мою комнату кто-то войдёт, потому что я точно помнила, что закрывала ее на ключ перед тем как отправляться в ванну! Но в кресле, что стояло в углу комнаты вальяжно расположился Багров.

Я опешила от его внезапного появления, замерла на месте и смотрела на него несколько секунд, ощущая как под его пристальным взглядом покрываюсь мурашками. В сумраке его красивые янтарные глаза блестели как у хищника, готовящегося к прыжку.

— Как тебе твоё новое жилье? — с непроницаемой маской на лице спросил он. Артур сидел в расслабленной позе, но глаза его смотрели внимательно.

— Спасибо. Но я предпочла бы остаться в родных стенах, — гордо вскинула подбородок, выдерживая его взгляд.

Лучше худой мир, чем добрая ссора, вспомнила я избитые слова. Правда этот самый худой мир могло нарушить любое неосторожно произнесенное слово и даже взгляд. Ах да, и договор, на котором я поставила свои подписи…

— Это исключено, — уверенно заявил мужчина. Его взгляд задержался на моих голых плечах, и я судорожно втянула в себя воздух, напоминая себе, что передо мной сидел не прежний Артур, а совершенно незнакомый и чужой для меня человек.

— Напрасно смущаешься и строишь из себя скромницу. Я уже сказал, что и пальцем к тебе не прикоснусь. В единственном случае. Если ты сама меня об этом не попросишь, — на его лице не дрогнул ни один мускул и я тоже поторопились взять себя в руки, чтобы не быть блеющей овцой. Достаточно того, что я уже подписала бумаги. На этом моя миссия по покорности была исчерпана.

— После договора, что ты оставил сегодня в моем кабинете это исключено, — я подошла к столу и взяла в руки черную папку. — Ничего кроме отвращения к тебе испытывать не получится, — повернулась и посмотрела ему прямо в глаза.

— Это хорошо, что ты его прочитала. Надеюсь, вопросов не возникло? — мужчина явно чувствовал свое превосходство и упивался своей победой. И мне так захотелось поправить эти лавры победителя на его голове!

— Нет, лишь подтверждение того, в какое чудовище ты превратился, — я что было сил швырнула кожаную папку в его грудь. — Мне по-прежнему плевать на твои условия. У меня болен сын! А ты занимаешься глупостями и пытаешься налепить пластырь на свои синяки, когда на мои кровоточащие раны впору накладывать швы… Думаешь, что все покупается и продается? Думаешь, что имеешь надо мной власть? Какими бы страшными не были мои прегрешения в прошлом, ты не имеешь права в данной ситуации диктовать свои условия. Я ощущаю себя такой же преданной, как и ты. И в чем действительно искренне раскаиваюсь, так это в том, что нам снова пришлось встретиться! Но ради Егора я готова на многое. Жизнь моего сына, поверь, стоит дороже этих подписей.

На красивом лице Артура мелькнуло нечто подобие улыбки, он поднялся, спокойно положил папку обратно на стол и подошел ко мне. Поднял руку и провел пальцами по моим голым плечам. Смотрел при этом тёмным взглядом мне в лицо. Меня обдало жаром от такого легкого прикосновения и я отвернулась, чтобы не выдавать своего трепета и волнения.

— Что неизменно так это твой дерзкий язык и темперамент… — все ласки прекратились. — На завтра и послезавтра у тебя назначен ряд анализов и встреча с врачом, который будет проводить ЭКО и вести твою беременность. Я тоже подъеду. Хочу убедиться лично в твоих идеальных анализах.

Значит навел справки уже и на эту часть моей жизни? Я потихоньку готовилась к ЭКО, надеялась на гуманность Артура, когда он узнает об общем сыне. И теперь он решил убедиться во всем лично сам? Я препятствовать не стану. В конечном счете это будет ведь и его ребенок.

— Подразумеваешь, что эти годы я вела бурную личную жизнь? — но от колкого вопроса не удержалась.

— Даже не собираюсь этого выяснять. Я уже сказал тебе, что как женщина ты меня больше не интересуешь.

— И тем лучше для тебя, потому что это обоюдное желание! — наверное во мне говорили остатки смелости вызванной парами алкоголя, что еще не выветрился из моей крови.

Все меня возмущало в словах и поведении Артура. Но его холодность и сдержанность задевали меня больше, чем обидные оскорбления. А если бы я его больше не интересовала, то меня здесь не было. В янтарных глазах мужчины вспыхнуло нечто необъяснимое, я собиралась отвернуться, но Артур перехватил мою руку и заглянул мне в глаза.

— Не надо со мной играть и показывать свою неприязнь, — в его глазах загорелся хищный огонь и я отпрянула назад. Сердце забарабанило в груди от лёгкого соприкосновения наших тел.

Предостерегающие слова прозвучали словно жгучие пощечины. Он прав, конечно прав, все осталось в далеком прошлом и, возможно, ничего кроме отвращения он ко мне больше не испытывал, как и я к нему в этот момент. И мне не стоило обо всем этом думать, нельзя провоцировать его. Потому что моей главной целью был Егор и его выздоровление. У Артура наверняка имелся штат любовниц, вот они пусть и думают об играх и утешениях этого мужчины.

В последнее время все чаще я представляла о том каково это будет снова вынашивать ребёнка Артура. Я очень надеялась на то, что подсаженный эмбрион приживется с первого раза и поможет Егору избавиться от недуга. И Артур наконец во всем разберётся на мой счёт и мы хотя бы сможем спокойно общаться. Потому что теперь я была абсолютно уверена, что Багров-старший сильно меня оболгал, и Артур ослепленный злостью и обидой, причинял мне боль.

— Ты… очень изменился. И… мне больше не приятны твои прикосновения! Нет никакой игры. Я презираю тебя!

Я конечно же лгала, и отчасти нет. Но… Я подписала договор и это означало, что у человека напротив больше не было сердца. А может быть и вовсе никогда его не было, поэтому Бог отвёл меня от него много лет назад. И сейчас я не собиралась повторять ошибок юности и подпускать к себе этого человека.

— Сейчас я нисколько не жалею, что так все сложилось, а наши пути разошлись. И если бы не болезнь Егора я бы никогда не заявилась к тебе на порог, а ты не узнал о его существовании! — я бросалась этими словами в надежде причинить ему боль, но больно становилось мне. Лицо Артура исказила лишь наглая усмешка.

— Но теперь я знаю, — он говорил спокойно и неторопливо.

— Егор любит меня. А ты, вынудив подписать этот чудовищный договор, наказываешь не только меня, но и нашего сына. Детям нужна мать. И может быть, я возлюбленной была плохой, но матерью — нет! И если ты рассчитываешь меня впоследствии устранить как ненужный элемент декора в твоей идеальной жизни. То от темных пятен так просто избавиться не получится… — угрожающе прошептала я. — Егор уже не маленький мальчик и будет сам выбирать с кем ему остаться…

— Это очень хорошо, что жизнь хоть чему-то тебя научила и теперь ты заботишься о чужих чувствах.

Артур приблизился и его горячее дыхание опалило мне щеку. Он провёл пальцами по моим губам, очерчивая их контур.

— У тебя есть только один выход из этой ситуации, но и тот обречён на провал. Ты могла бы приотвориться, что до сих пор любишь меня, но, увы, я знаю твою фальшивую сущность. Однажды ты уже сыграла на моих чувствах и исчезла из моей жизни… В этот раз ты тоже из нее исчезнешь. Но одна. Без детей…

— Ты наказываешь меня за то, что я бросила тебя много лет назад? — в груди все сжималось от его непреклонного голоса и твёрдых намерений лишить меня самого ценного. Это снова сбивало с мыслей, оглушало меня. — Я как-никак адвокат, если не смогу сама отстоять свои интересы, то найду лучшего защитника в этом городе и тогда…

— Ты ничего не сможешь сделать, — моё сердце упало куда-то вниз, а влага собралась в уголках глаз. Но плакать перед ним — последнее дело.

— Я ненавижу тебя… — прошептала я смотря в его лицо стеклянным взглядом. — Ненавижу!

— А вот это уже больше похоже на правду, — хрипло проговорил он, поглядев на меня сверху вниз и одним рывком вжал меня в себя.

В следующую секунду его рот уже терзал мои губы, подчиняя себе в требовательном поцелуе. Я задохнулась от захлестнувшей меня волны удовольствия и попыталась вразумить себя, что так неправильно. Что человек загнал меня в ловушку, поставил перед чудовищный выбором и я не должна так реагировать на его ласку. Но я упивалась этими секундами, в которых растворялась моя ненависть и появлялись щемящие чувства в груди. Мужские руки с силой сжали мою талию и кусок махровой тряпки соскользнул с моего тела. Он все теснее прижимал меня к себе, пока я не ощутила все контуры твердого тела даже сквозь его одежу. К моим ногам прилила теплая волна и колени задрожали. Артур издав глухой рык оттолкнул меня от себя, словно я была кубком с отравленным питьем. Демонстративно вытер губы и развернувшись направился прочь.

Глава 12

Привычный мир давно пал руинами к моим ногам после диагноза Егора, а в эту минуту его сотрясало новое землетрясение и последняя прочная стена, которая сдерживала оборону, получила ощутимые увечья и вот-вот грозилась рассыпаться у ног Багрова. У тех самых ног, которые собирались меня растоптать.

Я забралась под одеяло и долго ворочалась в кровати не в силах заснуть. Прислушивалась к тишине и боялась, что Артур снова появится в моей комнате. Но время шло и ничего не происходило, а я ворочалась с боку на бок. Дождь монотонно стучал по стеклам и в итоге я уснула, проснулась, когда уже наступил рассвет. Мне даже ничего не снилось.

Леонид дал о себе знать в начале восьмого утра, постучал в мою дверь и не открывая ее, сообщил, что будет ждать в машине внизу. Я быстро собралась и облачилась в деловой костюм, скрыла тональником следы бессонной ночи, придав лицу свежий вид и вышла из комнаты. В доме стояла оглушительная тишина, словно в нем не обитала ни одна живая душа. Обычно ведь когда в том живет хотя бы один ребенок все иначе? В нашей квартире повсюду лежали игрушки Егора, на стенах висели его картины, которые он рисовал и наши общие фотоснимки. В доме же Артура была стерильная чистота, как в музее и такая же гробовая тишина.

Я спустилась по лестнице на первый этаж и сильно вздрогнула, услышав голос:

— Доброе утро! Завтрак уже на столе, — женщина передвигалась бесшумно и если бы она не подала голоса, я бы ее не заметила.

— Доброе утро. Я тороплюсь… — сказала, смотря в женское лицо и слегка улыбнулась. — Спасибо.

Быстрым шагом я прошла через гостиную и вышла из дома. Уверена в клинике из меня выкачают несколько пробирок крови для анализов, часть из них предполагал забор крови натощак. Перекушу в столовой в больнице у Егора. Одна мысль, чтобы остаться в доме, где я чувствовала себя сковано и неуютно заставляла быстрее перебирать ногами. Вдруг Артур еще не уехал на работу? Мне не очень хотелось с ним встречаться. Дождь на улице не прекращался и лил стеной. И лишь когда я оказалась в салоне машины и та выехала за ворота я немного перевела дух. Я пока еще не решила как вести себя дальше с Багровым, чтобы лишний раз не провоцировать его. И желательно реже с ним пересекаться… Но я обязательно что-то придумаю.

В клинике я провела почти два часа. И без того напичканная всей информацией по искусственному оплодотворению, я покинула стены задания с легкой головной болью и новым расписанием посещения врача. В следующий раз я должна буду приехать через четыре дня, чтобы отследить наступление овуляции и провести забор яйцеклеток в естественном цикле без гормональной подготовки. Если овуляции не наступит или качество взятого материала будет низким, а такое вполне возможно, то мне назначат гормональную стимуляцию. Из всех доступных методов оплодотворения я настаивала на ЭКО. У меня не было времени на эксперименты, мне необходим был результат. И желательно высокие шансы на то, что ребенок окажется полностью здоровым. На счет последнего стопроцентных гарантий никто не давал, но я верила, что все получится.

Когда я выходила из клиники, мне показалось, что на парковке я заметила машину Артура. Врач несколько раз упомянула при нашей беседе, что Багров тоже сдает сегодня стандартный перечень анализов, который необходим для подготовки к ЭКО. Я не хотела пересекаться с мужчиной и поторопилась забраться в машину, чтобы отправиться к сыну.

Оказавшись в теплом салоне автомобиля, я потянулась к сумке и достала телефон, собираясь предупредить Марину, чтобы она перенесла с обеда все встречи на завтрашнее утро, потому что сегодня я уже не успею никого принять. Я почти толком не была эти дни с Егором и сильно соскучилась по сыну. Мне хотелось провести время с ним и возвращаться ночевать в дом Багрова я не собиралась. Внезапно дверца распахнулась и Артур забрался в салон, присаживаясь рядом на заднее сидение. Меня окутало запахом его парфюма и я сильнее сжала в руках телефон. Мужчина выглядел уставшим, но его лицо по-прежнему оставалась непроницаемым, и меня жутко раздражало, что я не могла его читать, как открытую книгу. Ну или хотя бы предугадывать его следующие шаги. Все больше отношения между ними напоминали партию в шахматы. И пока я ни разу не одержала победы и не сделала правильного хода. В отличие от него.

— Ты едешь к Егору? — спросил он, повернув голову в мою сторону.

— Да, — я мельком посмотрела на него и сосредоточила внимание на телефоне, проверяя почту в приложении. Совершала все действия на автомате. Каждый мой нерв оголялся в присутствии этого мужчины. Особенно после вчерашнего поцелуя. Я запрещала себе о нем вспоминать, но всю прошлую ночь не просто так прислушивалась к звукам в тишине. Я боялась, если Артур переступит порог моей спальни и продолжит, что так стремительно сам вечера оборвал, то я не смогу найти в себе сил и противостоять его напору.

— Завтра днем я намерен познакомиться с сыном. Я уточнил у врача его распорядок дня. Как раз в этот день у него не будет никаких важных процедур…

— Уверен, что тебе это необходимо? — перебила я и повернула голову, внимательно всматриваясь в его красивое лицо. Казалось еще чуть-чуть и я просто лопну от возмущения. Артур снова вел себя так, будто я была его собственность! Он не спрашивал разрешения, он ставил меня перед фактом.

— Уверен, — серьезным тоном ответил он.

Я понимала, что от этой встречи впоследствии будет многое зависеть и искренне хотела, чтобы Артур и Егор подружились, даже не смотря на все разногласия между мной и Артуром. Сын желал этого знакомства, это я поняла еще в прошлый раз, когда мы заговорили о его папе. Я на секунду задумалась над тем как же преподнести Егору данную информацию…

— Хочу заранее предупредить, если ты осмелишься хоть как-то показать сыну свое пренебрежение, наподобие того, какое волнами исходит от тебя сейчас и все предыдущие наши встречи, то лучше сохранить нейтралитет и не расстраивать мальчика. Ему сейчас необходимы приятные переживания. А не наоборот. В том месте, где он сейчас обитает вся энергия и жизненная сила на борьбу с недугом поступают ему от меня. Нарушишь это равновесие и тогда… Тогда… — я не могла даже думать о продолжении.

— За чувства сына можешь не переживать. А ты… Будем считать все эти года ты получала на него алименты. А вопрос с твоим лицемерием и ненасытностью к деньгам на время закрыт.

Я не успела ничего спросить или сказать, Артур открыл дверцу и вышел на улицу под усилившийся дождь. Но я крепко задумалась о его словах и поняла, что Багров-старший наплел ему, что дал мне отступных? Выставил дешевкой, продавшейся за деньги? Кажется теперь пазл начал складываться у меня в голове. Хорошо же он все в итоге обыграл. Только денег я никаких от отца Артура не получала! А даже если бы он их и предлагал, то швырнула ему их в лицо!

Глава 13

Машина остановилась у больницы, а я запретила себе углубляться в воспоминания ушедших дней. Попрощалась с Леонидом и вышла на улицу. Холодный дождь моросил с самого утра и я, запахнув полы своего пальто, вжала голову в плечи и поторопилась оказаться внутри больницы.

— Мама ты сегодня рассеянная и ни разу не выиграла, — грустно изрёк Егор. — Так скучно… Давай лучше почитаем и спать? — предложил он.

— Давай, — согласилась я. — Егор… Можно у тебя спросить? Помнишь, ты спрашивал у меня про папу? Так вот… он узнал о тебе и хочет тебя навестить. Ты не против? — я поняла, что нет смысла больше оттягивать этот разговор и я не знаю, как еще подготовить ребенка ко встрече с Артуром.

— Правда? — в его голосе послышалась надежда, а потом улыбка сползала с его лица и он грустно опустил голову. У меня сердце содрогнулось от переживаний моего мальчика.

— Да, — я тепло улыбнулась и затаила дыхание. — Правда.

У меня имелся совсем небольшой опыт в детской психологии, точнее его полное отсутствие, но я чувствовала и знала своего ребёнка, как и то что с ним лучше сразу быть предельно честным. Фальшь и неискренность он ощущал в зародыше. Почти как и его отец, но только в этот раз интуиция подвела Артура, а я лишь косвенно была виновата в нашем разрыве и долгом молчании, что у него имелся сын.

— А ты против? — вдруг спросил Егор, а я поняла, что ему важно моё мнение. Одобрения и поддержки — вот что искал мой ребенок в моих глазах.

— Конечно, нет, — уверенно ответила я. — Это хорошо, что ты и папа теперь станете общаться. Разве нет?

— А почему он раньше не давал о себе знать? Когда я был здоровым ребёнком? — я сглотнула нервный ком.

— Ты можешь быть уверен, что его вины в этом нет.

— А чья есть? Твоя? — простые вопросы ставили меня в тупик.

— Ничьей вины нет, люди расходятся, так иногда происходит… Егор, ты боишься? — я серьёзно свела брови и поглядела на сына.

— Немного, — признался он. — И очень переживаю, что могу ему не понравиться.

— Что за глупости… Это он должен переживать об этом…

Господи, что творилось в голове у моего мальчика? Откуда столько неуверенности и страхов?

— Я скоро умру? Он придет попрощаться? — внутри меня, словно взрывались бомбы, оставляя воронки чудовищных размеров.

— Нет, конечно! — обняла Егора, а у самой сердце сжалось от рассуждений и слов сына. Если бы я только могла по мановению одного взмаха волшебной палочки исцелить своего ребёнка и вообще всех детей на свете от коварных болезней, сделала бы это не задумываясь! — Откуда такие мысли в твоей голове?

— Я хочу домой, огромную порцию мороженого и увидеть салют… И еще мне снятся кошмары, а потом я долго думаю об этих снах… — тихо говорил Егор мне в плечо, пока я обнимала его и часто-часто моргала, блокируя непрошеные слезы.

— Ох, мой хороший, и я мечтаю об этом! Каждый день представляю как мы с тобой вместе поедем в парк, а ещё лучше на аттракционы и будем кататься на всех подряд, и на колесе обозрения, на твоём любимом… Ты ведь любишь летать! Помнишь как мы летали на самолете на море? — я отслонила Егора от себя и заглянула ему в лицо. Сын кивнул, но не улыбнулся. — А плохие сны… это хорошо, твое подсознание борется с болезнью вместе с тобой. Хуже когда сны снятся только хорошие.

— Ты так думаешь? — грустно отозвался Егор, а печаль и тоска в его глазах заставляли испытывать меня жуткий страх. Что если второй малыш окажется не подходящим донором? Даже ЭКО не давало стопроцентных гарантий. Будь жива мама она успокоила меня словами, что на все воля Божья. Но я не могла спокойно смотреть, как угасал мой сын. Артур собирался познакомиться с Егором… Так вот пусть придёт и познакомится и, может быть, после этого поймёт, что мать и ребёнка разлучать последнее дело. Его жена от того и загуляла от него, потому что не смогла больше жить с таким холодным и бесчувственным камнем? Отчасти я понимала бедную женщину…

Мы еще долго разговаривали с Егором и мечтали о нашем будущем, пока он не отвернулся и не заснул. Рано утром я покинула стены больницы, пообещав Егору скоро вернуться. Мне необходимо было показаться на работе. Про сегодняшний визит Багрова я ничего сыну не сказала, вдруг Артур уже передумал?

На парковке меня ждала другая машина. В прошлый раз Артур приезжал на ней в больницу, потому я изначально подумала, что он сам лично приехал за мной. Но увидела водителя и облегчено выдохнула. Интересно, Леонид провел в ожидании на парковке всю ночь или Багров встроил в мой телефон всяческие жучки, ведь я ничего не сообщала своему водителю о том, что собираюсь ехать на работу?

Мужчина открыл для меня заднюю дверь и я забралась внутрь. Мы выехали с парковки и я попросила отвезти меня на работу. Даже адрес продиктовала, но мужчина лишь сдержанно кивнул и на повороте развернул машину в другую сторону. Я не успела возмутиться, как в сумке ожил мой телефон и разлился звучной мелодией по салону. Подхватив его двумя пальцами из кармашка, я увидела на дисплее имя Артура. Холод сковал все внутренности, будто я прикоснулась к ледышке, а держала в руках всего-то свой телефон. А когда услышала ровный и спокойный голос мужчины, то и вовсе ощутила, как сердце сковала тонкая корка льда.

— Через час у нас визит к репродуктологу. Врач хочет поговорить с нами обоими. После этого мы поедем к сыну. Надеюсь твоей фантазии хватило сказать ему, что я не умер?

Я ничего не ответила, лишь крепко сжала челюсти. Меня так сильно задевали его слова. Вроде бы и не говорил ничего унизительного, а я ощущала себя втоптанной в грязь. Кончено же я не говорила Егору ничего подобного!

— Тебе нечего мне сказать? — напротив, мне было много что ему сказать, но к чему бы это все привело?

— Он боится этой встречи, а я боюсь, что ты можешь причинить ему боль… Потому что свою собсвтенную я как-нибудь переживу, а Егор… Если ты сломаешь ему жизнь я никогда тебя не прощу!

— Я уже сказал, что мои знания о твоей настоящей сущности никак не отразятся на нашем сыне и его чувствах. У меня нет намерений отвернуть мальчика от тебя и настроить против родной матери. Даже больше того, я готов терпеть твое присутствие в своей жизни. Какое-то время. Но мне очень сложно держать себя в рамках и быть с тобой вежливым. Прими эту правду как данность и просто не провоцируй меня.

Словами бил словно пощечинами, но боль я ощущала не на коже, а совсем в другом месте. Глубже, там где много лет назад похоронила свою любовь к этому мужчине, а она с его появлением усердно пыталась себя воскресить и что ещё хуже воздвигнуть к лику святых. Но я не позволю этому случиться! Я буду забивать каждый день, каждое утро в крышку гроба по новому гвоздю каких хватит мне до конца жизни, чтобы не выпускать её наружу.