Железный Дьяволенок

– Что такое? – Там-там очень редко видел своего старого друга в таком замешательстве.

– Слушай, не кажется ли тебе, что этот мальчик слишком опасен?

– О чем ты там говоришь, Савойн!? – Базил вскочил с места, лицо псионика покраснело, ноздри раздувались, в глазах полыхало пламя. Бокал с вином семидесятилетней выдержки разлетелся вдребезги, в платяных шкафах задрожали книги, готовые сорваться в полет по кабинету, даже стены жалобно затрещали, поддаваясь могуществу высшего мага. – Последнего человека, замышлявшего что-то там против ребенка, я разорвал на кусочки! Думай, прежде чем сказать!

Однако Савойн Листер не был захудалым чиновником, стремящимся запихнуть себе в карман побольше ценностей. Многострадальные стены пошли трещинами, оказавшись в эпицентре энергетического вихря, созданного мощью двух сильнейших магов огромного королевства, в помещении поднялся дикий ветер, разметавший лежащие на столе бумаги, а под потолком заискрили шаровые молнии.

– Угрожать мне решил!? – Голос Савойна был похож на раскаты грома. – А хватит силенок? Ты серьезно думаешь, что я скажу что-то такое просто так!?

Несколько секунд два старика играли в гляделки, пока вокруг них нарастала энергетическая буря. Снаружи у дверей стояло уже больше десятка людей, но входить не решались, совершенно оправданно опасаясь за сохранность своей жизни. Но, наконец, Базил, кивнул и сел назад в кресло, один из двух предметов в кабинете, никак не затронутый происходящим. Вторым было кресло Савойна.

– Я там немного намусорил, – Как ни в чем не бывало, Там-там махнул рукой и осколки стекла поднялись с пола, собрались обратно, после чего места слома сами собой заросли, вернув тонконогий бокал в первоначальный вид. А из мягкого ковра в воздух поднялась большая рубиново-алая капля, тут же отправленная в окно.

– В остальном кабинете наведи порядок и будем считать, что ничего не было, – Савойно тоже уселся в на место, но, как победивший в этой небольшой дуэли, выставил свои требования, пусть и совершенно несерьезные.

– Хорошо, – старик прикрыл глаза. – Сейчас расскажешь, что там надумал.

Если Лаз использовал десятки рук из телекинеза, то Базил Бадис – тысячи. Одновременно во всему помещению начали вставать на места выпавшие с полок книги, затягиваться трещины на стенах, отчищаться от дерева подпалины, собираться обратно на стол в ровную стопочку бумаги… меньше чем за три минуты все следы их маленького спора полностью пропали и только пустой бокал Базила, который Савойн не спешил снова наполнять, напоминал о произошедшем.

– Я тебе не рассказывал, но в прошлом году у нас с мальчиком произошел разговор, – начал ректор Дома Магии, удостоверившись в достойном исполнении восстановительных работ.

– И что он там тебе сказал?

– Я не скажу, – бровь Базила удивленно поднялась, на что Савойн поднял руки в примирительном жесте. – Не потому, что не хочу, а потому, что не смогу сказать также, как сказал он мне. А без этого слова потеряют всякий смысл. Но я могу сказать, что внутри этого ребенка таится нечто страшное.

– Не веришь же ты его деду, который там утверждал, что тело его внука захватило чудовище!

– Не верю. Но это точно не просто десятилетний мальчик. И дело не в его аномально сильной душе. То, как он это говорил… про тьму, что живет внутри него…

– Ну может он, там, придумывает. У детей в этом возрасте… – однако закончить мысль Базил не смог.

– Нет! – Савойн замотал головой. – Он не врал и не придумывал, могу поклясться чем угодно. Он с полной ясностью осознает, что именно сидит в нем. И… и я испугался, Там-там. И мне не стыдно в этом признаться. Я струсил, впервые за много-много лет.

Долгие секунды в кабинете царила полнейшая тишина.

– Да уж… теперь я понимаю, что ты там имел в виду.

– Именно. Он сказал, что пока контролирует это, но я не могу постоянно верить ему на слово.

– И что думаешь, случится?

– Катастрофа. Если он потеряет контроль над этой тьмой, то ни я, ни ты, не сможем его удержать. В конце он, скорее всего, умрет, но до того успеет натворить таких бед, что всей Кристории расхлебывать многие годы. Я не знаю, на что это будет похоже, но почти уверен, что прав.

– И ты хочешь избавиться от проблемы руками пятого номера? – лицо Базила скривилось, словно старик за раз сжевал целый лимон.

– Да.

– А что будет, если пятый там проигнорирует парня? Если твой план провалится?

– Ничего не будет. Мальчику ничего знать не стоит, а пятому тем более, просто постараемся их столкнуть. За передвижениями пятого следят, да старик и не особо скрывается, остается только подтолкнуть мальчика к нему.

– А это, там, не слишком жестоко? – Базил снова сжал лоб.

– Думаешь мне приятно отправлять ребенка на смерть? – Савойн сжал кулаки, на лбу ректора Дома Магии запульсировала жилка. – Чувствую себя последней сволочью. Но выбирая между одной его жизнью и потенциальной смертью тысяч жителей Кристории, львиная доля из которых может прийтись на студентов моей академии, я не имею права быть жалостливым.

– Савойн… имеем ли мы право делать такой выбор? – голос Базила Бадиса был тих и глух, старый псионик выглядел очень уставшим.

– Отец его одногруппницы, – Савойн Листер заговорил после почти минуты молчания. – Павос Эраль его имя, был тем, кто проводил тест на потенциал, когда мальчику был только год о роду. И потом он рассказал мне, что думал убить ребенка на месте, чтобы не допустить возможности появления угрозы. И пусть он выбрал жизнь, именно после того случая он ушел из содружества магии, посчитав себя недостойным этого места. А теперь я должен сделать такой же выбор. Я, честно, не знаю, имею ли право, Там-там. Скорее всего нет. Но я ведь не только ректор этой академии, не только преподаватель, я отвечаю еще и за всю страну. А после того разговора я боюсь этого мальчика, потому что не могу никак узнать, кем или чем он станет.

– А если он станет чудом, а не проклятьем?

– Это не исключено. Но лучше никакого чуда, чем возможность кошмара.

– Великий свет… ладно, я тебя понимаю. Но пообещай мне одну вещь: если мальчик после этого останется жив, ты бросишь идею его убить. Ни я, ни ты, никто из нас не сможет принять подобное решение во второй раз.

– Спасибо, Там-там… – но его старый друг уже вышел за дверь.

Глава 11

– Итак, кто куда едет? – в эти каникулы ребята решили не отправляться куда-то всем вместе.

– Мы с Варваром и Штучкой договорились вместе поехать в Синиб, говорят, летом там отлично рыбачить. – По устремленным в пол глазам Рыцаря и по кошачьей улыбке Мари было понятно, что по-настоящему рыбачить в следующие три недели будет только Джи Даз.

– Я домой, в Готу. – Сариф, который после того разговора с Лазом так ни на что и не решился, виноватым взглядом посмотрел на так ничего и не понявшую девушку.

– Нас Лани позвала в гости! – Малютка и Жарди с обеих сторон сдавили подругу, чуть не грохнувшись в такой тесноте. – Так что мы все вместе едем, Дьяволенок!

– Нет, я остаюсь в академии, – Лаз покачал головой. – Хочу еще позаниматься с учителем Эаби.

– Да ты чего!? Каникулы же! Надо отдыхать! – Варвар все-таки не любил учиться.

– Я в процессе отдыхаю. И вы меня уже не переубедите.

Несмотря на его слова, ближайшие пять минут все пытались сделать именно это. Естественно, безуспешно.

– Я уже пыталась, – резюмировала Лани, когда последний увещеватель замолчал, поняв, что их затея обречена на провал.

– Ну и сиди тут! А мы поедем гулять по Апраду! – Алексис, показав мальчику язык, развернулась и отправилась к себе в комнату собирать сумки.

. . .

Разъезжались все немного обиженные на Лаза, но мальчик только улыбался, маша друзьям вслед. Если бы они знали, чем он по-настоящему собрался заниматься, точно не уехали бы так просто.

В этот день он позволил себе предаться праздному ничегонеделанию. Впервые за последние полгода. Гулял по территории академии, навещал преподавателей, вкусно ел, прилег на лавочку в парке около фонтана и поспал пару часиков… в общем, вел себя как самый настоящий отдыхающий.

И когда поздно вечером невысокая беловолосая фигура с черной птицей на плече выбралась сквозь небольшую дверцу на высокую скалу над академией, не было никого, кто бы попытался остановить его и вернуть назад.

Савойн был единственным человеком, посвященным в его планы, никому не сказаться Лаз не мог. Однако он шел к ректору точно зная, что тот ничего не скажет против и никому не расскажет лишнего. Савойн после той ночи больше года назад старался пересекаться с Лазом как можно меньше и не воспользоваться этим было бы глупо.

Однако когда детская фигура легким пружинящим шагом отправилась на восток, в сторону Сайского пролива, за ней, оставаясь на достаточном расстоянии, чтобы мальчик ничего не почувствовал и не заподозрил, отправился другой человек, выше, шире в плечах и с глубокими морщинами на лбу.

Глава 12

Таниб и Синиб, два города-близнеца, крупнейшие порты страны, строились с одной-единственной целью: обслуживать сотни кораблей, приходящих с юга в Кристорию в вечном поиске выгодных сделок.

Синиб, более выгодный в плане расположения, привлекал тех купцов, что специализировались на более стандартных товарах: ткани, меха, специи, редкие сорта вин, экзотическая еда вроде риса, который в Кристории вырастить было невозможно и кедровые орехи, которые на юге стоили баснословных денег за свой вкус и редкость… этот список можно было бы продолжать еще очень долго.

Однако Таниб, до которого нужно было еще плыть несколько дней и который находился в куда менее удобном месте, пользовался не меньшей популярностью у иноземных торговцев. Здесь продавались и покупались намного более экзотические штучки – к примеру, результаты работы близко расположенного Дома Магии, ведь детище Савойна Листера было далеко не только академией. А также именно тут было проще всего найти диковинки, вынесенные из Манящего леса: поразительной красоты цветы, огромные ягоды неизвестных растений, чей невероятный вкус давно стал легендой, клыки размером с руку, принадлежавшие когда-то каким-то огромным зверям, рыбу величиной со средних размеров лодку, дерево настолько легкое, что пятиметровое бревно можно было без усилий поднять над головой и другое, настолько прочное, что рубилось не топорами, а магией…

Невозможно было найти ни одного человека на всем белом свете, кто бы мог честно сказать: «Я знаю все, что продается и покупается в Танибе и Синибе». И причиной было не столько существование в обоих городах подпольных торговых домов, тайных аукционов и черных рынков, просто подобное количество информации в принципе не могло уместиться в одной человеческой голове.

С другой стороны, порты-близнецы были популярны также и как туристические центры. В Синиб ежегодно приезжало около двух миллионов человек, большая часть – из самой Кристории, погулять, поглазеть на местные достопримечательности и, конечно, накупить кучу нужных и ненужных вещей. В Танибе эта цифра была еще больше.

И, конечно, как и в любом портовом городе, здесь был очень хорошо развит рыболовный промысел. Ловили и в промышленных масштабах – сетями со специальных кораблей, и в частном порядке – удочками с лодки или с берега. В окрестностях городов было построено огромное количество поселков, почти каждый домик в которых можно было снять на любой удобный срок и, в относительных тишине и спокойствии, порыбачить, отдыхая душой и телом. Или пойти в гости к соседу и заняться чем-нибудь менее продуктивным, но не менее приятным, не зря ведь в каждом таком поселении работала минимум одна лавка, торговавшая исключительно алкоголем.

Именно в одну из таких деревень и прибыла в самом начале летних каникул троица из Дома Магии. Отец Джи Даза с легкостью организовал для них лучший дом на самом берегу Пустого океана, достаточно просторный, чтобы жить вдесятером, а также снабдил Варвара деньгами, которых бы хватило на полгода безбедной жизни. Дорас Даз явно был очень доволен успехами сына в академии.

– Джи, тут так здорово! Ой! – Штучка, вернувшаяся с прогулки по пляжу, притянула великана к себе и поцеловала в щетинистую щеку. —Ты колючий… не важно, это стоит любой колючести. Лаз! Ты где там?

– Я же просил так меня не называть, – Рыцарь как раз спускался по лестнице, молодой человек осматривал чердак дома, на котором было свалено множество занимательных мелочей. – Лаз у нас один.

— Теперь для меня наоборот: Ты – Лаз, а он – Лазарис. Или Дьяволенок, чем плохо? Полным именем я тебя называть точно не буду, его кричать сложно, – удовлетворенная видом поперхнувшегося Лазарга, Мари заулыбалась, как объевшаяся сметаны кошка. Но надо было отдать молодому человеку должное, слова Штучки не выбили его из колеи и ответ не заставил себя долго ждать.

– Можно использовать кляп, тогда кричать будет не нужно…

– Потом нежности! – Варвар вовремя окликнул парочку, уже готовую перейти в партер прямо в прихожей. – Сначала разобрать вещи и выпить за приезд. Потом творите что хотите.

– Вредина, – Мари насупилась, ей было очень неприятно, что их вот так прервали. Но дистанцию между собой и Рыцарем разорвала. – Что, завидуешь?

– Не дождешься, – Джи Даз, не оборачиваясь, ушел в свою комнату. В отличие от друзей, он и правда собирался рыбачить, так что выбрал помещение на первом этаже, чтобы не будить сладкую парочку, когда будет уходить перед рассветом.

– Да ладно тебе, – Рыцарь подошел сзади и приобнял свою женщину за плечи. – У нас целых три недели впереди.

– Всего три, – буркнула Мари, но было видно, что она больше не дуется.

. . .

– Ну, вздрогнем! – Варвар поднял кружку к потолку. Посуда была бы для него маловата, если бы не тот факт, что пили ребята не пиво, а достаточно крепкую настойку. Остальные ограничились стопками.

– За Синиб, Пенное, – так называлась деревенька, где они поселились, – и каникулы!

– За целых три недели! – Мари бросила на Рыцаря хищный взгляд.

– До дна!

Тару все честно осушили, причем Джи справился первым. Огромный организм принимал двадцатиградусный алкоголь с завидной непринужденностью.

– Мы впервые без малышни, непривычно. – Варвар воспользовался паузой, пока разливал настойку.

– Ага… – Штучка, как-то резко забыв про свои планы на вечер, оглядела комнату, словно в поисках кого-то.

В группе Дизаля Монтака и правда сложилась очень странная ситуация. Несмотря на то, что ребята учились на одном курсе, разница в возрасте между самым младшим студентом и самым старшим составляла двенадцать с хвостиком лет. И здесь присутствующие были значительно взрослее своих одногруппников: Варвару было двадцать, Штучке – двадцать один, Рыцарю осенью исполнялось двадцать три.

– Как думаете, с ними все будет в порядке?

– А что будет? Девчонки в Апраде, безопасней места не найти, Тим и Сариф разъехались по домам, там им тоже ничего не грозит, – Рыцарь пожал плечами, поднося ко рту очередную стопку.

– А Лазарис? – Штучка не унималась. Она уже привыкла заботиться о своих маленьких друзьях, пусть и в своей, особенной манере, так что сейчас, когда ей о них напомнили, девушка почувствовала себя не очень уютно.

– А с ним что будет!? – Варвар оглушительно расхохотался. – Я бы посмотрел на идиота, что полезет к Дьяволенку, пока рядом нет сестры.

– А при чем тут Лани?

– Эх ты, вот что значит баба! – великан в один залп осушил очередную кружку. Потом открыл пару раз рот, но так и не смог сформулировать мысль. – Короче. Давай так, смотри. Я дерусь потому что весело. А он – потому что не может по-другому. Понимаешь?

– Нет.

– Ну и ладно, – Варвар махнул рукой. – Это надо почувствовать. Давайте лучше выпьем за Пустой океан, чтобы он принес хороший улов! До дна!

– До дна!

– До дна…

. . .

Карбаш переживал свой короткий сезон тепла и зелени. Со смотровой башни, высочайшей точки на многие километры вокруг, открывался прекрасный вид. Желто-серый камень стен в свете не по-летнему низко висящего солнца казался почти рыжим, в узеньких улочках притаился утренний туман, так и не пропавший до конца, на зеленоватой крыше городской ратуши поблескивали капельки вчерашнего дождя, высящиеся на окрестных скалах форты отбрасывали на вспаханные поля длинные тени, лишая растения такой редкой возможности понежиться в лучах солнца. Приграничный город на самом севере страны, тут шесть месяцев в году был снег и еще полтора – дождь. Так что редкие теплые солнечные дни были по-настоящему драгоценными. Черныш, родившийся тут и выросший, был таким бледным не только из-за своего экстравагантного образа.