Дракоквиддич и как пережить его [СИ]

Они вошли стройной алой колонной, и Геллерт — впереди всех, статный и красивый в багряном наряде, отдающем военщиной. Точно такие же были на его студентах, и тому, как органично выглядела сейчас делегация Дурмстранга, Альбус даже позавидовал. Впрочем, он тут же натянул на лицо милейшую из улыбок и двинулся навстречу Геллерту, уже успевшему засвидетельствовать уважение хозяйке бала.

— Мой друг! — Альбус распахнул объятия.

— Mein freund! — Геллерт увернулся и схватил за руку Минерву. — Фрау МакГонагалл, безмерно рад нашей встрече! Особенно после всех ваших пламенных ответов на мои письма…

— Добрый вечер, директор Гриндевальд, — отчеканила Минерва, вырывая руку и гордо расправляя плечи. Судя по всему, сегодня она решила не поддаваться ни на какие провокации. «Вот только, — подумал Альбус, заметив, как загорелись глаза друга, — зря она это так явно показывает…»

— Геллерт, организованность твоих студентов поистине впечатляет! — поспешил Альбус отвлечь его от своей заместительницы. Рассредоточившиеся к этому времени по залу дурмстрангские ученики держались, как офицеры на балу в главном штабе.

Глаза Гриндевальда заблестели пуще.

— Эти чистокровыши попали в жёсткие, но заботливые руки военной диктатуры в рамках одного конкретного замка, — самодовольно заявил он. — Ещё посмотришь, я выращу из них людей — родители не узнают своих хлипких мальчишек, когда они летом вернутся домой на каникулы!

— Нисколько не сомневаюсь, — подмигнул ему Альбус и заозирался по сторонам. — Но скажи, Геллерт, что с нашим дорогим Игорем? Я не видел его уже так давно…

— Ну, это твоя проблема, — пожал плечами Геллерт и кивнул через ползала Люциусу. — Хм, а что за очаровательная белокурая дама стоит рядом с герром Малфоем?

— Его супруга, — ответила Минерва, попутно очень красноречиво взглянув на парочку пятикурсников, бочком пробиравшихся к бару. И Энтони, и Эрни мгновенно отвели глаза и с самым невинным видом сменили направление движения.

— Да вы не волнуйтесь, фрау МакГонагалл, мне просто любопытно, — заверил её Геллерт, сиятельно скалясь. — Я всё равно верен лишь вам.

Минерва молча отвернулась и отошла к Помоне. А с ней уже — к бару.

— Кстати, Геллерт… — порывшись в кармане, Альбус извлёк оттуда и протянул другу открытой коробочку с золотым кольцом с небольшим тёмным камнем.

Гриндевальд скептично вскинул бровь.

— Очень лестно, Альбус, но я, пожалуй, откажу.

— Это для неё, — буркнул Альбус, сунув ему коробочку. — Для вас с Минервой. Собственно, сразу и подарок на будущую свадьбу.

— Которую мы сыграем, когда банши прокричит на горе три раза и пойдёт раздавать детям конфеты, — фыркнул Геллерт, но коробочку принял и стал изучать кольцо. — Что это за чары на нём?

— А ты заставь Минерву его на пальчик надеть — узнаешь, — подзудил Альбус с хитрой улыбкой. Геллерт, само собой, квестом вдохновился и мгновенно выдвинулся выполнять.

Спровадив друга на время, Альбус вновь стал обходить зал. Время знакомств и закусок подходило к концу, скоро должен был начаться рождественский ужин, и самые голодные постепенно мигрировали к столам. Альбус с удовольствием отметил, что дети стараются садиться не своими компаниями, а вразнобой, с представителями других школ — очевидно, не только Минерва хогвартским мозги на эту тему промыла. Ньют, Тина и Филиус помахали ему из-за одного из столов для преподавателей и приглашённых взрослых — Альбус улыбнулся им и отсалютовал бокалом с шампанским, но сел за другой стол, где уже нервно полировал лысину Фадж.

— Корнелиус, вы выглядите очень зелёным, — с заботой заметил Альбус, наклонившись к нему. — Вам нездоровится?

— Я… нет, — булькнул Корнелиус и замолчал, когда к ним за столом присоединились Гриндевальд и дамы: Помона с Минервой. Ах, ну всё ясно — это на Фаджа присутствие Геллерта в неофициальной обстановке до сих пор так действует. Всё никак не придёт в себя после прошлого года, бедняга.

Вскоре все расселись (к ним за столом присоединились без видимого удовольствия на лицах несколько министерских чиновников из Франции и Германии), и стали появляться блюда. Проигнорировав салаты, наложив себе хорошую порцию рождественского гуся и ещё больше картошки, Альбус лихо отбросил бороду за плечо и культурно набросился на еду.

— Интересные праздничные традиции, — донеслись до Альбуса слова Помоны. — Чем можете поделиться, директор Гриндевальд?

— Традиции, говорите? — Геллерт словно задумался, выбирая. — А пожалуйста. В Дурмстранге бывших директоров замораживают во льдинах и выставляют на аллее, ведущей к замку, а на Рождество украшают и устраивают соревнование на лучшую инсталляцию вокруг ледяной скульптуры… — он усмехнулся взглядам министерских чиновников. — Что? У нас школа северная, Тёмная — думаете, легко такой статус удерживать? Это, кстати, — он кивнул Альбусу, — к давешнему вопросу, что я сделал с Каркаровым.

— Да что вы говорите! — ахнула Помона, прекрасно понимая, что Гриндевальд опять шутит.

— Не мы такие, традиция такая, — патетично возвестил Геллерт. — А что у вас интересного в Хогвартсе, профессор? С традицией ставить в Рождество магические эксперименты, требующие помещения на лоб звезды, я знаком, а что кроме?..

— Кхм! — отчётливо прокашлялся Альбус и округлил глаза.

— Ах да, прости, эксперимент же был секретный, — закатил глаза Геллерт и посмотрел на давящуюся от смеха — небось, вспоминает! — Помону. — Так всё же?

— Ну, когда-то в Хогвартсе на Рождество ставили спектакли силами студентов и профессоров, — сумела совладать с собой и произнести Стебль. — Ещё на санках по озеру катаемся, в Хогсмид ходим. С медовухой мадам Розмерты вы знакомы, так что, я думаю, можете причину понять.

— Да, это точно, — откликнулся Геллерт немного невпопад и наклонился к Минерве, в стальном молчании евшей по другую сторону от него. — Профессор МакГонагалл, ваша очередь!

— Профессор Стебль описала всё более чем хорошо, — отчеканила Минерва, даже не посмотрев в его сторону.

Геллерта это задело.

— Ну полно, неужто ничего интересного? — протянул он, но Минерва решительно покачала головой. — Да ладно, мы все знаем, какая богатая у вас фантазия…

— Между прочим, Геллерт, — вмешался Альбус, не желавший, чтобы Минерва начала швырять в Гриндевальда заклятиями прямо сейчас. Уж лучше после, к салютам. — Я исполнил твою мечту, дорогой друг! — и с этими словами он протянул Гриндевальду приказ, скреплённый печатью Хогвартса. — Я командирую к тебе мистера Филча!

— Вот это радость, — проговорил Геллерт, внимательно изучая приказ. — Твою гриндилоу, Альбус, обменная программа?

— Пришли ко мне своего завхоза, — Альбус состроил серьёзность. — Не может же Хогвартс остаться без заботливой руки?

— Ну, мой завхоз не очень заботливый, — заметил Геллерт как бы невзначай. — Впрочем, твоей школе сгодится. Дитрих, — на негромкий оклик от соседнего стола подошёл старшекурсник и вытянулся по струнке перед своим директором. — После ужина пошли кого-нибудь на корабль, пусть приведут Игорька. Он где-то в трюме должен спать. Пусть скажут собирать вещи — добрый директор Дамблдор забирает его на двухразовое питание и двадцатичасовой рабочий день.

— Вообще, трёхразовое и не больше четырнадцати, — поправил Альбус. — И то Аргус у меня перерабатывает.

— Две кормёжки и двадцать часов, — Геллерт был непреклонен и махнул рукой студенту, чтобы шёл исполнять. — Не надо разбаловать мне персонал… Фрау МакГонагалл, что же вы смотрите на меня, будто хотите накинуться прямо тут? Дождитесь ночи, я вас прошу.

— Игорёк? — повторила Минерва, игнорируя его замечание. Но бровь-то задёргалась. — А фамилия как у вашего завхоза? Не Каркаров ли, часом?

— Нет, Козёл. Он поменял недавно, сказал, эта ему больше подходит, — сообщил Геллерт и отвернулся к Альбусу. — На нём артефакт, читающий жизненные показатели, так что, если будешь баловать, узнаю и очень обижусь.

— А вас обиженного мы узнавать явно не хотим, — ухмыльнулась Помона, поднимая бокал.

— Вы чертовски правы, сударыня! — закивал Геллерт, поднимая свой и чокаясь с ней.

Затем Геллерт добрался до гуся и на время замолк. Только тогда Корнелиус вздохнул полноценно и тоже начал есть.

Отовсюду доносился смех, музыканты на сцене в углу наигрывали приятный мотив. Скоро все насытятся, и столы отодвинут к стенам, освобождая место для танцев…

— Профессор, окажете мне честь? — когда зазвучал первый вальс, обратился Геллерт к Помоне.

— Окажу, директор! — бодро откликнулась Помона и была утянута Геллертом в собирающийся круг.

— Минерва?.. — Альбус заискивающе поглядел на своего зама — не хотелось сидеть, когда друг танцует.

По ответному взгляду он понял, что Минерва не в настроении, и поспешил пригласить невысокую француженку мадам Левек, главу Департамента образования. Они закружились среди прочих пар. Вот и Ньют с Тиной, и Гарри с принарядившейся Джинни Уизли, и Филиус с юной застенчивой мисс Лавгуд — очаровательное зрелище! Геллерт кружил Помону в опасной близости от Олимпии и Хагрида, но лавировал с ловкостью заправского дуэлянта, всегда избегая столкновений и неудобств для своей дамы. В конце танца он поцеловал её руку, забронировал на польку и с невероятно коварным выражением на лице вернул Помону за стол. Туда, где сидела Минерва.

О чём они говорили, Альбус, оккупированный мадам Левек, решившей, что нашла замечательного партнёра, не слышал. И всё же, когда вновь зазвучала музыка, Геллерт вытянул Минерву на танцпол. Серьёзно, Альбус порой не представлял, что за магию использует его друг.

Альбус не говорил это никому — во избежание собственной мучительной смерти, прямо сказать, — однако он вправду считал, что из Геллерта и Минервы пара бы вышла красивая. Он весь такой представительный и статный, когда не дурачится, она такая строгая леди — залюбуешься! А сколько между ними страсти, аж искры летят.

Время шло и шло, а они всё танцевали. Геллерт явно не собирался выпускать свою добычу из когтей, а добыча уже и не особо противилась — Гриндевальд умеет быть обходительным кавалером, если на него вдруг найдёт такая блажь. Тут вот нашла, причём очень большая — его галантность была исключительна. Альбусу опять оставалось только молча завидовать.

Время шло, многие устали и стали выходить в сад — приближалось время фейерверков. Музыка стала медленной и совершенно нежной — Альбус под такую любил засыпать. Но некоторые пары всё ещё танцевали: мистер Крам с Гермионой Грейнджер, и Тина с Ньютом (тот был замучен, но влюблённо смотрел на жену, и она отвечала ему тем же), и Хагрид с Олимпией — и всё же, как их судьба свела, просто не верится! И, конечно же, Геллерт с Минервой — у Гриндевальдовой харизмы хватка железная. Они оба были куда более расслаблены, чем за ужином, тихо разговаривали о чём-то.

Но вот в одном из танцевальных па Геллерт молниеносным, как росчерк палочки в умелых руках, движением достал из кармана кольцо и надел на палец расслабившейся Минервы. Та вздрогнула, запоздало проследила его порыв, попыталась вырваться…

— Ach Gott![7]

Альбус подскочил со стула, словно ему было восемнадцать, и поспешно метнулся к своему заму. О да, чары сработали превосходно!..

— Ich bin sprachlos…[8] — пробормотал Геллерт, во все глаза глядя на Минерву, застывшую в непонимании. — Verdammt, kaum zu glauben!..[9]

— Мой друг, будь добр, перейди на английский язык, — попросил Альбус, ухмыляясь в бороду. О, как же давно он не видел Гриндевальда в таком шоке.

Поморгав пару раз, Геллерт кашлянул и сказал:

— Фрау МакГонагалл, прежде вы были исключительно прекрасны.

— О чём вы говорите? — нахмурилась Минерва и в поисках пояснений посмотрела на Альбуса, на Помону, на подбежавших Ньюта и Тину.

— Dass dich[10], Альбус! — выдохнул Геллерт. — Артефакт, создающий маску омолаживающих чар?! Фантастика!

— Эффект, к сожалению, временный, — заметил Альбус, с любопытством изучая результат своих научных изысканий последних месяцев. — Кроме того, это по-прежнему только лишь маска.

— Всё равно! — Геллерт подался к Минерве и прежде, чем она успела отпрянуть, прикоснулся к её совершенно гладкому бледному лбу. По чарам не пошла рябь, и это хорошо. — Мастерская работа, — серьёзно сказал Гриндевальд, повернувшись к другу. — А улучшить…

— Поможешь?..

— Кхм-кхм! — они оба вздрогнули и повернулись к Минерве, глаза которой метали молнии. — Господа, вы опять решили сделать меня центром своих экспериментов?

— Во благо науки же… — слабо запротестовал Альбус, делая шаг назад.

— Зато теперь я знаю, что вы очень даже красивая фурия, — сообщил Геллерт — и первым выставил щит, закрываясь от мощного заклинания.

На улице начались фейерверки.

Глава 6

После Рождественского бала раны, нанесённые в первую очередь гордости, пришлось зализывать продолжительное время. А ещё очень извиняться перед Олимпией за уничтоженный интерьер бального зала Шармбатона, о чём вспоминать Альбусу по сей день стыдно… Зато те студенты, кто видел сражение трёх могучих магов, со священным трепетом в глазах говорили, что никогда и не представляли, что можно вести такие бои.

Последовавшие январь и февраль промелькнули единовременно в рутинных заботах о школе и подготовке матча. Та шла теперь по накатанной — согласования почти завершились, а Геллерту надоело раз за разом устраивать один и тот же спектакль, и он в последнее время на заседаниях совета почти не показывался. Фадж дышал полной грудью.

Тренировки хогвартской сборной по дракоквиддичу шли в штатном режиме… Ну, то есть, Альбус сделал сие логичное заключение на основании того факта, что все студенты живы-здоровы, а замок с окрестностями до сих пор цел. Так-то его не посвящали в подробности — Роланда решительно послала его не мешать процессу. В свою тренерскую команду она допустила только лучших: Ньюта как специалиста по живности, Хагрида, незаменимого в случае, если какая животинка будет буянить, выпускника Гриффиндора Оливера Вуда, восходящую звезду британского квиддича, и его вечного оппонента, окончившего Слизерин Маркуса Флинта, который при каждой встрече в коридорах школы с Альбусом почему-то прятал глаза и как будто хотел извиниться за что-то. Альбус тепло ему улыбался, но, кажется, разговориться слизеринцу это не помогало. Надо бы на мальчика Северуса напустить, тот быстро правду узнает, при этом чистокровное дитя в обиде на любимого декана не останется и родителям жаловаться не пойдёт.

Ньют современным Хогвартсом восхищался и часто хвалил. А вот Тина, вместе с супругом временно обосновавшаяся в Хогсмиде, как и положено истинной американке и гордой выпускнице Илверморни, смотрела на их школу чуть свысока и вечно спорила, что её alma mater лучше. На это Ньют всегда с оживлением пытался доказать, как она неправа, но это скорее было их семейной шуткой, чем серьёзными разборками. Зато на почве соперничества школ у Тины едва не случилась дуэль с обычно не лезущей в стычки Помоной. Благо, в тот вечер в «Три метлы» неожиданно завалился Геллерт с тирадой на тему, что Альбусу следует ужесточить режим содержания и работы дурмстрангского завхоза…

Подозрения оправдались, и Геллерт в самом деле прислал Альбусу на замену Аргусу Филчу в качестве завхоза Игоря Каркарова. Тот с июня посерел и осунулся, но упрямо скандировал, что забота о школе — его жизненное призвание, которое он наконец обрёл благодаря мудрости директора Гриндевальда. На логичный вопрос, а чем же он занимался прежде, когда стоял у руля Дурмстранга, Игорь густо краснел и изображал, что пилит дерево. Работал он много, скооперировался с эльфами хорошо, а вечерами пил с Хагридом так, что полувеликан в нём души не чаял — никто больше перепить Хагрида не был способен. Причём перепить его Игорь умудрялся за шестьдесят минут — последние свободные в дне, где двадцать часов занимала работа и ещё три — сон. Как он ещё жив при таком графике, Альбус не представлял, но сдавать Игоря на обследование Поппи не решался. Всё-таки Геллерт и правда может обидеться.

* * *

К началу марта Альбус откровенно скучал. Размеренная жизнь на посту директора Хогвартса с периодическими отвлечениями на руководство Орденом Феникса больше не подходила ему, как в восемнадцать лет, полному сил и энергии. И эту энергию нужно было направить в некое русло. Желательно такое, чтобы ещё и пользу принесло…

— Минерва, можно вас на минуту? — уточнил Альбус, в коридоре сцапав своего зама за локоть.

— Можно, — кивнула Минерва почти безэмоционально. Альбус искренне посочувствовал — он прекрасно помнил, каково это, быть преподавателем, деканом и замдиректора одновременно. С покоем можно попрощаться!

— Идёмте ко мне, тут ведь близко, — дружески предложил он и утянул МакГонагалл к статуе-горгулье. — Что вам нужно, моя дорогая, в этот… «Перечные черти»… в этот пятничный вечер, так это удобное кресло и глоток хорошего виски.

— Скорее всего, не один, — вяло поправила Минерва, проходя в директорский кабинет. Придержавший для неё дверь Альбус вошёл следом и тут же направился к хорошо замаскированному под сложный инструмент бару, чтобы лично наполнить стаканы. — В школе творится дурдом! Дети откуда-то прознали, что пригласительных на матч по этому вашему дракоквиддичу будет всего двести на школу, посчитали, сколько оставят себе учителя, и пришли в ужас, догадавшись, что не все попадут на матч! И теперь когтевранцы рассчитывают квоты на билеты для каждого курса, гриффиндорцы дерутся со слизеринцами, а пуффендуйцы всё ещё негодуют, почему ни одного представителя их факультета нет в сборной школы… Почему, кстати?

— Как уже говорил вам, я жизнь люблю, — ответил Альбус, вложив в руку заместительницы стакан с виски (отличным магловским скотчем [1]) и сел в соседнее кресло.

Они выпили, и Минерва откинулась на спинку кресла, прикрыв глаза.

— Но это ещё не всё, — продолжила она тему школьных новостей. — Мистер Вуд и мистер Флинт опять принялись за старое, никак им не надоест соперничать. Вчера мисс Чанг пришла ко мне после тренировки и рассказала много любопытного о методах этих двух молодых людей… А Роланде хоть бы хны! Она только рада, что Вуд натаскивает Блетчли и обоих Уизли вместе играть против охотников, а Флинт сколачивает из Джонсон, Монтегю и Дэвиса откровенную банду, которая готова стереть в порошок вратаря. И это учитывая, что дети играют на магических тварях! Вудовские — на драконах, а банда Флинта — на гиппогрифах! Будет чудо, если все до матча доживут.

— Какой ужас, — сочувственно покачал головой Альбус и подлил Минерве ещё виски. Та автоматически сделала большой глоток.

— Наши юные леди также отличились. Узнав, что мисс Грейнджер по-прежнему поддерживает переписку с мистером Крамом, более того, собирается к нему в Болгарию этим летом, многие фанатки мистера Крама остались недовольны. Уж не знаю пока, кто именно — хотя подозреваю мисс Паркинсон — встретился с Ритой Скитер и рассказал об этом… Но её статья в «Ведьмином досуге» исходит ядом получше василиска. После неё мисс Грейнджер забрасывают корреспонденцией с возмущениями со всего света…

Постепенно, с каждым глотком она расслаблялась. Ещё немного — и придёт в благодушное настроение. Альбусу только это и нужно.

— Я порой думаю послать всё к банши, — грустно вздохнула Минерва, болтая лёд во вновь пустом стакане. — Уехать в отпуск…

— А это можно! — закивал Альбус, светясь улыбкой. — Ненадолго, конечно, школьные дела никто не отменял… Но мы можем ускользнуть хотя бы на выходные.

— Мы? — переспросила Минерва, поправляя очки. Кажется, доза алкоголя всё ещё недостаточна…

— Ну да, — с апломбом подтвердил Альбус, подливая ей и себе. — Я ведь тоже устаю, — печально закончил он, опуская взгляд. — Моя работа не так заметна, как ваша, наблюдателю из Хогвартса, потому что происходит преимущественно за стенами школы… Ах, как же я вас понимаю, Минерва! — воскликнул он, взмахнув стаканом. — Сохранять в здравии нервы на вашей должности столь тяжело!..

Альбус трагично уронил на грудь голову и несказанно удивился, когда Минерва аккуратно погладила его по плечу.

— Я слышала, при директоре Диппете тоже было непросто, — с пониманием произнесла она.

— То спектакль, то балет, то пленэр на дне озера… — Альбус вздохнул. — Армандо слишком сильно любил искусство.

Минерва участливо ахнула и сжала его руку.

— А поедемте, — сказала она. — В отпуск. На все выходные. Если кто и заслужил, так мы.

— Поедемте! — воодушевлённо подорвался с места Альбус, увлекая за собой и Минерву.

Всё-таки хороший скотч, забористый!

* * *

— А-а-альбус… — протянула Минерва, тяжело опираясь на него. — Где… ик!.. то мы?