ПИРАТСКИЙ КОРОЛЬ: Нет, Фредерик, нет. Мы — грубые люди и ведем грубую жизнь, но мы не настолько бессердечны, чтобы отбирать у тебя женщину, на которой ты хочешь жениться. Бери ее! А тот, кто раньше с нею был... Но это неважно. Бери ее — и прощай! (Все пираты уходят.)
РУТ: О, Фредерик, возьми меня с собой! Я не смогу жить без тебя.
ФРЕДЕРИК: Скажи мне честно, Рут: ты красива по сравнению с другими женщинами?
РУТ (стеснительно): Мне так говорили.
ФРЕДЕРИК: Недавно?
РУТ: Нет, много лет назад.
ФРЕДЕРИК: А что ты сама думаешь о себе?
РУТ: Я думаю, что я — хорошая женщина.
ФРЕДЕРИК: Это — твое честное мнение?
РУТ: Да, и я бы солгала, если бы ответила иначе.
ФРЕДЕРИК: Спасибо, Рут, я уверен, что ты не злоупотребляешь моей неопытностью. (Издали слышны голоса девушек.) Ой, я слышу голоса. Кто дерзнул приблизиться к нашему недостижимому пиратскому притону? Может быть, это таможенники? Нет, эти голоса не похожи на голоса таможенников.
РУТ (в сторону): Боже! Это голоса молодых девушек! Если он их увидит, я пропала!
ФРЕДЕРИК (смотрит за сцену): О, как они прекрасны, как они прекрасны!
РУТ (в сторону): Я пропала! Я пропала!
ФРЕДЕРИК: О, как они прекрасны! Самая некрасивая из них пугающе прекрасна! Какая грация, какое изящество, какая изысканность! А Рут — и она еще сказала мне, что она красива!
ДУЭТ ФРЕДЕРИК:
О, лгунья! Ты обманула! РУТ:
Я обманула? ФРЕДЕРИК:
Да, обманула! Красивой ты себя звала! РУТ:
Я разве не красива? ФРЕДЕРИК:
Я вижу: лживой ты была! РУТ:
Нет, я была не лжива! ФРЕДЕРИК:
Лгала без всякого стыда! РУТ:
Нет, не лгала ни разу. ФРЕДЕРИК:
В морщинах ты, и ты седа! РУТ:
Случилось так не сразу. ФРЕДЕРИК:
Лгунья, лгунья, мне лгала ты, А верил так тебе я. РУТ:
Правда, я не виновата, Выслушай скорее. Не отвергай с порога Мою любовь до гроба! Пусть пред тобой — девица, которой краше нет, Сказать мы можем смело: Ее красивость зрела Все восемнадцать лет — все восемнадцать лет. Не отвергай меня ты, Я не снесу утраты. Ведь по сравненью с нею я — полнейший раритет. Я страсть свою скрывала: Страсть эта созревала Аж сорок восемь лет — сорок восемь лет. (Фредерик отталкивает Рут и приближается к танцующим девушкам.)
РЕЧИТАТИВ ФРЕДЕРИК:
Что делать мне? Мне к этим чудным девам Не подойти в подобном грозном виде. Нет, нет, я должен спрятаться на время, Пока в костюм приличный не оденусь. (Прячется в пещеру.
Входят девушки, которые кружатся в хороводе.)
ПЕСНЯ ДЕВУШКИ:
Там, где чудная природа Под лазурью небосвода, Там, где ива в пруд глядится, Там, где булькают криницы, Напоенные дождем, Мы танцуем и играем И беспечно распеваем, Мы — веселые девицы, Мы беспечны, точно птицы В ясном небе голубом. ЭДИТ:
Мы — веселые девицы, Мы беспечны, точно птицы, Затеваем хоровод И не знаем мы забот. ВСЕ:
Затеваем хоровод, И не знаем мы забот. ЭДИТ:
Дарит каждое мгновенье Нам покой и наслажденье. Мы танцуем и поем, И прекрасно все кругом. КЕЙТ:
Под лазурью небосвода Расцветает вся природа. Мы танцуем и поем, Разливаясь соловьем. Здесь, где булькает ручей, Вдалеке от всех людей Мы беспечны, точно птицы, И всесильны, как царицы. ВСЕ:
Мы — веселые девицы, Мы беспечны, точно птицы, Затеваем хоровод, И не знаем мы забот. КЕЙТ: Какое прелестное место! Куда мы попали?
ЭДИТ: Интересно, куда девался папа. Должно быть, он от нас отстал.
ИЗАБЕЛЛА: О, не беспокойся, он сюда придет. Он ведь не так молод, как мы, а это — довольно скалистая местность.
КЕЙТ: Но как тут чудесно! И мы совершенно одни. Мы, наверно, — первые люди, которые сюда попали.
КЕЙТ: Но что нам делать, пока подойдет папа́?
ЭДИТ: Мы совершенно одни, а море — гладкое, как зеркало. Что если мы снимем туфли и чулки и побродим босиком по воде?
(Девушки начинают снимать туфли.
Фредерик выходит из пещеры.)
ФРЕДЕРИК:
Постойте, милые девицы! ДЕВУШКИ:
Кто вы такой? ФРЕДЕРИК:
Я был пират. ДЕВУШКИ:
О ужас! ФРЕДЕРИК:
Нечего страшиться! Я нынче бросил свой отряд, За честный труд желаю взяться я, Хочу сменить квалификацию, Былое ремесло забыв. КЕЙТ:
Как грустен он! И как красив! ДЕВУШКИ:
Как грустен он! И как красив! ПЕСНЯ ФРЕДЕРИК:
О, нет ли здесь девицы той (Ах, я ищу ее так долго), Что всей мирскою суетой Пожертвует для чувства долга, — Той, кто решится позабыть О грезе матримониальной Ради того, чтоб оградить Меня от участи печальной. ДЕВУШКИ:
Увы! Здесь нет девицы той (Ищи хоть как угодно долго), Кто жизненною суетой Пожертвует для чувства долга. ФРЕДЕРИК:
О, нет ли здесь девицы той, Чей лик простой и вид невзрачный Велел расстаться ей с мечтой О счастии в судьбине брачной. О, если есть меж вас одна Девица милая такая, Пусть некрасивая она, Я все же в ней души не чаю. ДЕВУШКИ:
Увы! Здесь нет девицы той, Чей лик простой и вид невзрачный Велел расстаться ей с мечтой О счастии в судьбине брачной. ФРЕДЕРИК:
Как, нет? ДЕВУШКИ:
Нет, ни одной! ФРЕДЕРИК:
Так нет? ДЕВУШКИ:
Нет, нет! (Входит Мейбел.) МЕЙБЕЛ:
Нет, есть одна! ДЕВУШКИ:
