Практическая стилистика. Учебное пособие

Какая же ошибка вкралась в исходное суждение?

Ключ. Только ли (и всегда ли) порядком слов определяется подлежащее в конструкциях с двумя омоформами именительный-винительный? При первоначальном восприятии читающий действительно принимает начальную омоформу за подлежащее. Но подлежащим она оказывается далеко не всегда. Напомним: «Стекло режет алмаз». Стекло здесь — не подлежащее, поскольку стекло (оно) не может резать алмаз: алмаз тверже стекла. Значит, понимание того, чтó есть подлежащее, а что — дополнение, определяется не только местом (до сказуемого или после него), но и семантикой предложения в целом.

Ср.: «Ваш портфель несет Фоминых». Портфель — подлежащее?

Упражнение 20. Фраки вытеснили двубортные костюмы, но и они уже устарели.

Фраки — подлежащее или дополнение? По каким элементам предложения это можно установить?

Ключ. Фраки — дополнение, поскольку двубортные костюмы появились после фраков (и, следовательно, вытеснили их, фраки). Но даже если читатель сомневается в знании этих реалий, авторский смысл устанавливается им по стоящему сразу после сочетания двубортные костюмы пояснению но и они уже устарели. То есть двубортные костюмы хотя и современнее фраков, но также уходят в прошлое.

Упражнение 21. Персонаж повести Юлиана Семенова «Дипломатический агент» афганец Ахмед излагает свои наблюдения:

«Обилие волос на голове служит доказательством пустословия или печали. Люди, носящие длинные волосы, характер имеют исступленный, ибо исступление порождает и печаль, и пустословие» (в сб. произведений Ю. Семенова «Последние дни Маяковского». М., 2007. с. 162–163).

Укажите коммуникативную ошибку. Предложите исправление.

Ключ. Заключительная часть второго предложения понимается так, что следствием исступления становятся печаль и пустословие. Но читатель сомневается в правильности такого осмысления. Возвратившись к началу процитированного абзаца, он убеждается, что подлежащий выражению смысл прямо противоположен. Автор хотел сказать, что печаль и пустословие свидетельствуют об исступленном характере.

Для устранения ошибки можно изменить порядок омоформ: «…ибо печаль и пустословие порождают исступление» или использовать пассивную конструкцию: «…ибо исступление порождается печалью и пустословием».

Приемлемое исправление получаем и при использовании глагола в придаточном предложении во множественном числе: «…ибо исступление порождают и печаль, и пустословие». Исступление — его (объект).

Упражнение 22. Какое затруднение возникает при восприятии текста?

[Врач просматривает листки с результатами анализов.]

— Стойкий белок может дать врожденный порок. Его надо исключить. Для этого нужны рентгеновские снимки. (В. Токарева. Длинный день.)

Ключ. Сочетание стойкий белок первоначально воспринимается в значении подлежащего. Однако стойкий белок (он) не может дать врожденный порок, поскольку врожденный порок изначален, первичен. Следовательно, смысл предложения таков: стойкий белок (его) может дать врожденный порок. Понять авторский смысл помогают и два последующих предложения. Исключить надо из предположительного диагноза (с помощью рентгеновских снимков) врожденный порок, потому что стойкий белок не исключишь. Если он в анализах есть, то надо выяснить, откуда он, каково его происхождение.

Таким образом, с помощью семантического анализа мы поручаем ответ на вопрос, каков авторский смысл. И, сравнивая его с воспринимаемым, можем дать предложению стилистическую оценку.

Упражнение 23. Возникает ли затруднение при восприятии подчеркнутого предложения? Надо ли его исправить?

Центр тяжести человека при беге и ходьбе описывает циклоиду. Ускорения при этом направлены к земле. Эти ускорения во время быстрой ходьбы и вызывают удары каблуков о землю, а следовательно, удары венозной крови по клапанам.

Упражнение 24 (обобщающее). Определите, где это возможно, в каких предложениях омоформа употреблена неправильно. Ошибку исправьте.

1. 1400 спортсменов обслуживали 10 столовых. 2. Эти общие экономические проблемы отодвигают более насущные, повседневные нужды. 3. Сахар почти полностью заменяет в рационе абхазцев мед. Поэтому они не страдают от зубных болей. 4. У детей этой группы мышление опережает память. 5. Смех вызывает неожиданное противоречие. 6. Мы, конечно, ввели новые специальности, которые сегодня определяют рыночные отношения. 7. А какой гриб любит папоротник? 8. Московский «Спартак» принимает алма-атинский «Кайрат». 9. Беды тогда могло и не быть. 10. Термин «языковой образ мира» (языковое миропонимание) заменяет в более поздних работах Вайсгербера термин «внутренняя форма языка».

1.3. Ошибочная смысловая связь слов

Ошибочная смысловая связь слов — одна из самых распространенных стилистических ошибок (если не самая распространенная). Такие ошибки часто являются грубыми, даже вызывают комический эффект, поэтому они невольно привлекают к себе внимание читающих.

О распространенности этой ошибки свидетельствует и тот факт, что ей посвящено 5 (!) правил практической стилистики: правило о союзном слове который, правило о причастном обороте, правило о родительном приименном, правило о наречии, правило о союзе и при однородных членах. Заметим, что каждое из этих правил охватывает только одну грамматическую конструкцию. Между тем в реальной речевой практике ошибочная смысловая связь возникает более чем в 50 грамматических конструкциях.

Чтобы уверенно распознавать в тексте ошибочную смысловую связь слов, необходимо знать структурно-семантические условия, при которых она возникает. Эти условия выявлены нами в процессе сопоставительного анализа значительного количества предложений и микротекстов с ошибочной смысловой связью слов. Сопоставление обнаружило устойчивые признаки, которые стали основой классификации. Как можно классифицировать предложения с ошибочной смысловой связью слов?

1.3.1. Грамматическая классификация (по типу конструкций).

Всю совокупность таких предложений можно разделить на группы, отличающиеся друг от друга грамматическими особенностями. При этом часть предложений будет отнесена к группе «конструкция с союзным словом который» («Изредка медвежатам подсовывали бочку с гвоздями, которые потом входили в бешенство от боли»), часть — к группе «конструкция с родительным падежом» («Мы читали описание фашистских зверств Ильи Эренбурга») и т. д.

Приведем еще ряд рубрик этой классификации.

1. Конструкция с деепричастным оборотом: «Художник изобразил, как Петр I ведет войско в бой, придерживаясь манеры Сурикова».

2. Конструкция с причастным оборотом: «Тогда было введено постоянное конное и пешее войско на жалованье, подчиненное королю».

3. Конструкция с существительным в именительном падеже: «Строить лодку помогали товарищи, жена и сестра шили парус».

4. Конструкция с существительным в винительном падеже: «Редакция получает много писем, авторы которых просят врачей поздравить с праздником».

5. Конструкция с союзом и при однородных членах: «Образцов получил из центра задание разыгрывать роль владельца конюшни и замечательного рысака Варвара».

6. Конструкция с союзным словом где: «Ниловна на вокзале разбрасывает листовки с речью сына на суде, где ее арестовывают».

Количество рубрик этой классификации грозит оказаться очень большим. Обилие рубрик создает известную громоздкость и незавершенность рассматриваемой классификации.

Для выявления основных структурно-семантических условий, при которых возникает ошибочная смысловая связь слов, более удобной оказывается другая, укрупненная классификация, названная нами позиционной.

1.3.2. Позиционная классификация (по местоположению двупланового компонента).

Каждое предложение с ошибочной смысловой связью слов содержит три структурных составляющих: двуплановый компонент и те два элемента, с которыми этот двуплановый компонент грамматически может быть связан (по смыслу он должен быть связан только с одним из них!). Между тремя указанными структурными элементами наблюдаются устойчивые смысловые взаимоотношения, повторяющиеся при восприятии различных конструкций с ошибочной смысловой связью слов.

Обозначим компонент, который грамматически может войти в правильную и в ошибочную смысловую связь, символом X (икс), а претенденты на смысловую связь с X обозначим соответственно их последовательности в предложении: А — левый претендент, В — правый. Взаимный порядок претендентов в любом предложении всегда сохраняется неизменным: А — левый, В — правый, а компонент X может в различных предложениях располагаться перед претендентами на смысловую связь с ним (ХАВ), между этими претендентами (АХВ) или после них (АВХ).

Любое предложение с ошибочной смысловой связью можно отнести к одной из трех схем. Приведем примеры.

I. ХАВ — предложения, в которых компонент X расположен перед претендентами на смысловую связь с ним. В приводимых ниже примерах двуплановый компонент подчеркнут двумя чертами, а каждый из двух претендентов на смысловую связь с ним — одной чертой. Дужка обозначает, что между соединяемыми ею словами возникает ошибочная смысловая связь.

В приведенных примерах, как и вообще во всех предложениях, относящихся к рассматриваемой схеме ХАВ, компонент X объединяется при первоначальном восприятии с претендентом А, а не с претендентом В. Это можно объяснить тем, что олова X и А прочитываются раньше, чем слово В. Когда же затем слово В входит в сознание читающего, компонент X уже Скреплен смысловой связью с А и поэтому не может вступить и смысловую связь с вновь прочитанным В, хотя с грамматической точки зрения сочетание слов ХВ вполне допустимо. Связь между словами X и В может установиться только при повторном восприятии предложения.

II. АХВ — предложения с ошибочной смысловой связью, в которых компонент X размещается между претендентами на смысловую связь с ним.

В предложениях, относящихся к рассматриваемой схеме АХВ, претендент А и претендент В могут быть равно удалены от X. Казалось бы, в таких случаях ни один из них не должен иметь преимущественного права на смысловую связь с X. Однако право на смысловое объединение с X в абсолютном большинстве случаев получает претендент А. Чтобы объяснить, почему это происходит, предложение необходимо рассматривать не после его прочтения, а в самом процессе смыслового восприятия, фиксируя тот момент, когда прочитана часть предложения, включающая АХ, но еще не прочитан компонент В. В этот момент читающий не имеет выбора для связи с X между А и В, так как в его сознании есть только претендент А, в следующий же момент чтения, когда воспринят претендент В, слово X уже объединено с А.

III. АВХ. К этой схеме относятся конструкции, в которых компонент X расположен после претендентов на смысловую связь с ним.

При первоначальном восприятии предложений, относящихся к рассматриваемой схеме АВХ, смысловая связь почти всегда возникает между компонентом X и тем из двух претендентов, который расположен ближе к X (претендент В). Напомним, что в предложениях схемы ХАВ читающие также объединяли компонент X с ближайшим к нему претендентом (А). В этом отношении интересно замечание И.П. Павлова о том, что у нас «происходит… ассоциация между двумя словами, которые произносятся рядом». Ср. также наблюдение Э. Сепира: «Оказывается психологически невозможным услышать или увидеть два слова вместе, не постаравшись сколько-нибудь связным образом их осмыслить. …Коль скоро два или более корневых понятия в непосредственной последовательности одно за другим предлагаются человеческому уму, этот последний силится как-то взаимно увязать сопряженные с ними значимости» (Сепир Э. Язык. М., 1934. с. 49).

Объединение результатов экспериментов с предложениями схем АВХ и ХАВ позволило сформулировать следующую общую закономерность. Каждое слово, которое может быть связано в предложении или с одним словом, или с другим (из тех, которые стоят по одну сторону от данного), объединяется при первоначальном восприятии с ближайшим из этих двух слов, даже если пишущий относил его к более отдаленному.

Анализ результатов экспериментов с предложениями, относящимися к третьей из рассматриваемых схем АХВ, показал, что почти во всех случаях читающие объединяют при Первоначальном восприятии компонент X с предшествующим претендентом А, а не с последующим В. Эта зависимость формулируется так. Каждое слово, которое может быть объединено в предложении или с предыдущим словом, или с последующим, объединяется при первоначальном восприятии с предыдущим словом, даже если пишущий относил его к последующему.

Позиционная классификация отвлекается от того, какой частью речи выражен двуплановый компонент — местоимение ли это который, причастие ли и т. д. Позиционная классификация учитывает только грамматическую сочетаемость слов и их взаимную позицию. Однако за счет отхода от единичного приобретается широта охвата принципиально однородных фактов.

На основе позиционной классификации составлены общий прием распознавания ошибочной смысловой связи слов и общий прием ее устранения.

1.3.3. Схема действий по выявлению ошибочной смысловой связи слов (распознающий алгоритм).

1. Обратить внимание на то, в каком месте предложения непроизвольно возникает неверный (часто курьезный) смысл. Установить, объединением каких двух, обычно смежных, элементов он вызван, т. е. найти ошибочную смысловую связь слов.

Подчеркнуть оба ее элемента одной чертой каждый, соединить их сверху дужкой и перечеркнуть ее посредине маленьким косым крестиком, указывая тем самым, что эта связь ошибочна.

2. Отправляясь от одного из выявленных элементов ошибочной смысловой связи слов, установить, с каким словом (словосочетанием) в предложении он действительно связан — найти ему «пару», т. е. установить правильную, авторскую смысловую связь.

Подчеркнуть оба ее элемента одной чертой каждый и соединить их дужкой без крестика. При этом один из элементов оказывается (всегда!) подчеркнутым дважды: он входит и в ошибочную, и в правильную смысловую связь.

Пример работы по распознающему алгоритму.

«На правлении обсуждался вопрос о подготовке к севу лошадей».

1. Обращая внимание на неверный смысл, который сам собой возникает при восприятии предложения (сев лошадей), устанавливаем, объединением каких двух элементов он вызван. Подчеркиваем эти элементы одной чертой каждый и соединяем их сверху дужкой с крестиком.

Находим, с каким элементом действительно связано слово «лошадей». Очевидно — «о подготовке» (автор хотел сказать о подготовке лошадей к севу). Подчеркиваем оба элемента правильной смысловой связи одной чертой каждый и соединяем их сверху дужкой. При этом элемент «лошадей» оказывается подчеркнутым дважды: он входит и в ошибочную и в правильную смысловую связь (и к нему соответственно подходят две дужки):

Продолжением анализа может быть расстановка над подчеркнутыми элементами буквенных символов. Обозначим элемент, подчеркнутый двумя чертами, символом X, а претенденты на смысловую часть с X (подчеркнутые одной чертой) обозначим соответственно их последовательности в предложении: А — левый (первый) претендент, В — правый (второй). В результате, как отмечалось, всякий раз получится одна их трех буквенных схем, символизирующих расположение структурных элементов конструкции: АВХ, АХВ, ХАВ.

Итог анализа приведенного выше примера:

Предупреждение.

Начинать анализ всегда надо с выявления ошибочной смысловой связи слов, подчеркивая оба ее элемента одной чертой каждый, и лишь затем переходить к установлению правильной смысловой связи слов, также подчеркивая оба ее элемента одной чертой каждый. Если же вы попытаетесь сразу находить правильную смысловую связь слов (а не ошибочную), то во многих случаях будете блуждать в потемках: ваши поиски или закончатся безрезультатно, или дадут неверный результат, или, даже отыскав правильную смысловую связь слов (выделив в предложении оба ее элемента), вы будете пребывать в неуверенности, сомневаться в том, правильно ли решили эту задачу, потому что будет неизвестно, правильную связь того ли элемента вы искали.

Соответственно буквенные символы необходимо расставлять тоже в строго определенном порядке. Сперва ставим символ X — над словом, которое подчеркнуто дважды и к которому подходят две дужки (с крестиком и без крестика). Затем левый (первый) из двух подчеркнутых одной чертой претендентов обозначаем сверху символом А, а правый (второй, более удаленный от начала предложения) символом В. Ни в одном случае не следует начинать расстановку буквенных символов с обозначения ими претендентов А или В. Может, скажем, получиться, что двуплановый компонент X стоит в самом начале предложения, а вы его обозначите, как первый, символом А и т. п. Проведение анализа строго последовательно здесь, при рассмотрении ошибочной смысловой связи слов, совершенно необходимо. Единый порядок, кстати, облегчает и проведение самого анализа, в чем вы вскоре сами убедитесь.

Рассмотрим другой, уже знакомый пример:

«Всю жизнь обучавшийся в нашем техникуме Симаков работал строителем».

1. Неверный смысл здесь возникает в начале предложения, не так ли? Нетрудно установить, объединением каких элементов он вызван. Ошибочная смысловая связь: «всю жизнь обучавшийся».

2. Очевидно, Симаков не всю жизнь обучался, как получилось при восприятии, а всю жизнь… что? — Да, конечно, работал. «Всю жизнь… работал» — правильная, авторская смысловая связь слов.

Элемент, входящий и в ошибочную, и в правильную смысловую связь, — «всю жизнь». Обозначим его символом X, а претенденты на смысловую связь с X («обучавшийся» и «работал») — соответственно их последовательности в предложении — символами А и В: