Сотрудник Управления расовой политики д-р Гросс в ноябре 1940 года предлагал следующее: «Кроме начальной школы, на Востоке вообще не должно быть никаких школ. Родители, которые с самого начала хотят дать своим детям лучшее школьное образование… должны для этого обратиться с заявлением… послать своего ребенка на учебу в Германию… тогда они, вероятно, не будут больше производить детей и исчезнет опасность, что этот неполноценный народ Востока благодаря таким людям с хорошей кровью получит опасную для нас прослойку руководителей» [61]. Определенные параллели с современностью также просматриваются и в этих социальных конструкциях.
История социальных аспектов применения евгенических теорий содержит примеры, содержащиеся в «Акте об истреблении немецко-фашистскими захватчиками на территории Латвийской ССР 35000 советских детей», где упоминаются данные департамента Остланд: «Немцы доставляли советских детей в возрасте от 4–12 лет… во двор «Народной помощи» гор. Риги, по улице Гертрудес, 5 через который в течении 1943–1944 гг. передали хозяйствам Латвии до 5000 советских детей» [50]. По такой же схеме детей, отобранных у родителей в Сербии, доставляли в Вену и использовали в качестве прислуги [17]. Война это всегда соревнование ресурсов, и рабочий ресурс Германии требовался не менее других. Первыми трудовыми рекрутерами были поляки и французы, причем более полумиллиона из них приехали добровольцами [28], также добровольцами были 10 % из первых партий «восточных рабочих» [44].
Однако вид подорвавших здоровье отнюдь не употреблением баварского пива, как станет казаться некоторым через шестьдесят лет, соотечественников, многих заставит передумать добровольно менять условия труда с социалистического на национал-социалистический.
«Иначе обстояло дело с «восточными рабочими», которых отправляли на работу в Германию из оккупированных областей Советского Союза. Обращение с ними при сборах, погрузке, транспортировке и в самих лагерях было недостойным человека… Труднее всего восточным рабочим приходилось в крупных городах или в промышленных районах на предприятиях, где они использовались целыми «рабочими колоннами». Здесь условия труда были гораздо худшими, чем те, в которых работали сами немцы или иностранные рабочие, завербованные по вольному найму, да и надзор за восточными рабочими был гораздо строже… Продовольственные нормы были очень низкими, а дисциплина – исключительно строгой. Одеждой рабочие почти не снабжались, а квартирные условия были весьма плохими, свободным временем рабочие не располагали. Именно к этим рабочим относится вошедшее после войны в употребление слово «угнанные» [69].
Проф. К. Г. Пфеффер, «Немцы и другие народы во Второй мировой войне» В указе Заукеля от марта 1942 года говорилось о «мобилизации всех, еще не задействованных рабочих сил в Великогерманском рейхе и в оккупированных областях»: «Все военнопленные, находящиеся уже в Германии, как из западных, так и из восточных областей, должны, если это еще не произошло, также без остатка быть введены в германскую экономику вооружений и питания, их производительность должна быть доведена до максимально возможного уровня». Последнее было повторено в указе, вышедшем через месяц: «От них можно требовать оптимальных трудовых достижений и выжать из них все». Задача «выжать все» получила правильное идеологическое подкрепление: среди восточных рабочих была установлена расовая иерархия, по которой наименьшему ущемлению подверглись выходцы из Прибалтики. Хотя и их условия оставляли желать лучшего:
«…Тогда стали вербовать новых. Эта вербовка удалась в связи с тем, что усиленным порядком стали посылать латышей на работу в Германию и Эстонию. Этих работ все страшатся как смерти. Поэтому многие с целью уклонения от посылки в Германию записались в полицию» [50].
Сообщение Секретарю ЦК КП/б/Латвии т. Калнберзиню о положении в оккупированной немцами Латвии. 1942 г. РГАСПИ. Ф. 69. Оп. 1. Д. 450. Л. 2-27. Остальным же расовым категориям приходилось еще сложнее: полякам, согласно специальной инструкции предназначались низкооплачиваемые работы с окладом не превышающим 70 % от заработка истинного арийца. В наихудшем же положении оказывались граждане СССР. На заводах Круппа их заработок составлял половину заработка даже польского рабочего, они были обязаны носить на робах специальные нашивки с обозначениями «Ост» или «СР» («Советская Россия»). В цехах были развешаны плакаты, напоминавшие немецкому персоналу о том, что «славяне – это рабы», по причине чего их «строжайшим образом отделяли от немецкого населения, от других иностранных рабочих и от всех военнопленных» и содержали «в изолированных лагерях, которые они будут покидать только уходя на работу под вооруженным конвоем».
На обращение одного из руководителей предприятия за увеличением пайков для советских военнопленных, функционер ведомства Заукеля ответил «Большевики – бездушные люди. Если сотни тысяч этих людей погибнут, то их место займут новые сотни тысяч». В соответствии с тезисом об «уничтожении через труд» представителей «неполноценных рас» в Рейхсминистерстве продовольствия были установлены уступавшие нормы продовольствия, следствием чего в дополнение к плохому обращению стала высокая смертность «восточных рабочих». В угольных шахтах концерна German Goering Werke от истощения умер каждый десятый. Из показаний Международному военному трибуналу начальника строительно-монтажных работ завода I.G. Farbenindustrie в Освенциме, весной 1944 года занявшего пост его директора, В. Дюррфельда следует, что «…из заработной платы занятых здесь поляков вычиталось 15 %, а из заработка русских и украинцев, в соответствии со специальным законодательным распоряжением, – от 30 до 40 %» [28].
Имея ввиду рабочих Геббельс высказал опасения в своем дневнике: «В конечном счете, приток рабочей силы с Востока значительно сократится, если мы… будем обращаться с ними как с животными» [68]. Как признавал профессор К. Г. Пфеффер: «Отношение к советским военнопленным было несколько другим… Большую роль сыграла и немецкая пропаганда, объявившая всякого русского и в особенности нерусского советского солдата человеком «низшего» происхождения» [60].
«…смерть десятков и сотен тысяч заключенных от истощения и голода прискорбна, поскольку привела к потере работников… Судьба русских или чехов не интересует меня ни в малейшей степени… Живут ли нации в процветании или голодают до смерти, интересует меня лишь постольку, поскольку от этого зависит поставка рабов для нашей Культуры; во всем остальном они мне совершенно безразличны. Умрут ли 10000 русских женщин, копая противотанковые рвы, интересует меня лишь с той точки зрения, будут ли закончены противотанковые рвы для Германии… Мы продукт естественного отбора» [48].
Генрих Гиммлер о славянских нациях, из публичного выступления в г. Познань 14 октября 1943 г. Примечательно, что расовые идеи приживались неудовлетворительно, из-за частого возникновения союзов между немками, преимущественно из сельской местности и «остарбайтерами» потребовалось опубликовать памфлет, разъяснявший женщинам, что Гитлер привлек иностранцев в рейх не с целью «создания одной большой европейской семьи», а с тем, чтобы «решить проблему серьезной нехватки рабочей силы». Ужесточенные наказания за «осквернение расы», предусматривавшее смертную казнь через повешение для «восточных рабочих», виновных в указанном «преступлении», и тюремное заключение на срок от нескольких месяцев до 6 лет для «согрешивших» с ними не помогало. В общем счете судьба более чем 600 тыс. из принудительно привлеченных к работам впоследствии осталось неизвестной: они либо погибли, либо были по получения инвалидности отпущены домой, либо пополнили ряды узников концлагерей, перевод в которые происходил либо в силу малейших проступков, либо по прямым разнарядкам [28]. Больные, истощенные, не имеющие нужной квалификации, не знающие языка своих хозяев и смертельно их ненавидящие «рабы XX века» обходились дороже того, что они в состоянии были произвести [17].
«В Германии чистота, аккуратность и порядок – прежде всего… за свою месячную зарплату рабочий имеет возможность одеться, обуться и культурно провести время – сходить в театр, что так доступно для рабочего в Германии… Обеды в ресторанах вкусны и дешевы. Немец без пива никогда не садится кушать… Дома утопают в зелени и фруктовых деревьях» [47].
Н. Вощило, «Записки о Германии», ноябрь 1942 г. Риторика этого панегирика, написанного главным редактором газеты «Голос народа», издававшейся на территории Локотской республики, после обзорного посещения ее администрацией Мюнхена, вернется в Россию в 90-х усилиями либеральной общественности. В реальности пятеро рабочих смоленского пивоваренного завода были выпороты за то, что самовольно выпили по кружке пива [41]. Даже триколор поднятый над административными зданиями так называемой Локотской Республики был лишь следствием рассуждений А. Гитлера: «Самая высокая ступень административных учреждений, которую им можно позволить, это – общинное управление, да и то лишь в той мере, в какой оно необходимо для содержания рабочей силы» [29].
Перспектива общинной локализации советского населения, из которого выжмут все возможное, была понятна еще во время подготовки к реализации плана «Ост» экономическим штабом «Ольденбург», на заседании которого генерал Йодль заметил: «Выделение черноземных областей должно обеспечить для нас при любых обстоятельствах наличие более или менее значительных излишков в этих областях. Как следствие – прекращение снабжения всей лесной зоны, включая крупные индустриальные центры – Москву и Петербург… Несколько десятков миллионов человек на этой территории станут лишними и умрут или будут вынуждены переселиться в Сибирь». Более определенно выразился фельдмаршал Герд фон Рундштедт: «Мы должны уничтожить, по меньшей мере, одну треть населения присоединенных территорий. Самый лучший способ для достижения этой цели – недоедание. В конце концов, голод действует гораздо лучше, чем пулемет, особенно среди молодежи» [54].
Отдел «Остланд» функционировал в Рейхсминистерстве продовольствия и сельского хозяйства с 1933 года, что явилось продолжением гитлеровской политики, определенной фюрером в «Mein Kampf»: «Мы… указываем пальцем в сторону территорий, расположенных на востоке… Когда мы говорим о завоевании новых земель в Европе, мы, конечно, можем иметь в виду в первую очередь только Россию и те окраинные государства, которые ей подчинены» [28]. «Коренных жителей вытесним в болота Припяти, чтобы самим поселиться на плодородных равнинах… Мы совершенно не обязаны испытывать какие-либо угрызения совести… Едим же мы канадскую пшеницу, не думая [при этом] об индейцах» [52].
В день своего сорокалетия Гиммлер стал главой Комиссариата рейха по консолидации немецкой государственности (RKF) с задачей расселения немецких эмигрантов на конфискованных польских фермах [48]. «Рано или поздно станет непреложным фактом то, что каждый ведущий человек страны – в то же время земледелец» поделился своими соображениями с личным врачом Гиммлер 28 декабря 1940 года [55]. В сентябре 1933 года был принят закон о наследственных дворах, по которому владельцы «арийского происхождения» освобождались от налогов с хозяйств площадью от 7,5 до 125 га. Под действие закона попало 40 % обрабатываемой земли, а сам закон привел к разорению мелких крестьянских хозяйств, число принудительных продаж которых исчислялось тысячами [42]. Рационализм и «ограниченная площадь земли в Германии вынуждает «к строжайшему отбору будущих крестьян» [57].
«…восточная фашистская группа готовит почву для второй, «аграрной» части программы германского капитализма; для ампутации и изгнания значительной части германского крестьянства, мелкой буржуазии и безработного пролетариата – балласта монополистического государства – в Восточную Европу («колонизация славянских стран»).
Генри Эрнст, «Гитлер против СССР». 1938 г. Поселениями занимался министр сельского хозяйства рейха Дарре, идеологический аппарат которого объяснял крестьянству, что оно «оплот против разрушительного воздействия цивилизации» и «эталон нордической расы», условия соответствия которому определил Дарре, выступая перед представителями германской промышленности в 1934 году: «Мы требуем, чтобы каждый крестьянин сознательно подчинялся суровой дисциплине; мы отдаем ему приказ в битве за продовольствие…». По его мнению «зачаточными клетками расового возрождения немецкого народа» должны были стать «наследственные дворы», закон о которых разрешал наследование лишь одному из детей мужского пола. Под лишенных наследства остальных детей 1 февраля 1940 г. в Имперском молодежном руководстве была создана «служба поселенцев молодого поколения OST» – основа заселения «восточных поселений», где после годового курса сдавался экзамен на усвоение сельскохозяйственного труда [28]. Кроме того земли были обещаны участникам и инвалидам войны.
По плану «Ост» под свободных немецких поселенцев из этих крестьян стали освобождались целые украинские и белорусские деревни. Будущая жизнь Гитлеру представлялась так: «Когда мы будем осваивать русское пространство, то «имперские крестьяне» должны будут жить в селениях выдающейся красоты. Немецкие административные и прочие учреждения должны размещаться в прекрасных зданиях, а губернаторы – во дворцах. Вокруг учреждений будет построено все то, что необходимо для жизни. А вокруг каждого города, в радиусе 30–40 км, будут кольцом располагаться красивые деревни, соединенные первоклассными дорогами. Все, что лежит за пределами этого кольца, – иной мир… В случае какой-то революции нам будет достаточно сбросить на их города пару-другую бомб – и вопрос решен. Раз в год мы будем проводить через столицу империи партию киргизов, чтобы в их сознании запечатлелась мощь и величие каменных памятников этого города» [29].
«Подготовку к осуществлению второочередных задач Германии на Востоке, например к проведению массового переселения немцев, можно осуществлять сегодня совершенно незаметно, тем более что после этой войны численность населения на восточных просторах настолько сократится, что указанный план можно будет провести в жизнь без труда».
Из предложения о политике имперского министерства по делам оккупированных восточных областей от 26 июня 1944 г. НЦА, Потсдам, фильмотека, № 4105 Подавляющая часть переселенцев – 332 тысячи 445 тысяч по статистике штаба Гиммлера успела разместится лишь на землях западной Польши. Судьба приблизительно остальных ста тысяч, которые предположительно обосновались в районах Украины, до сих пор основательно не исследована [56]. Они оказались жертвой социальных экспериментов руководства Третьего рейха, сам факт, а главное содержание не соответствуют легенде о Гитлере, действовавшем в интересах немецкого народа. Социальная политика Третьего рейха говорит об обратном.
Интернациональный нацизм
«Фашистский национализм есть принцип разделения народов. С каждым новым образующимся фашистским государством на политическом горизонте Европы появляется новое темное облако… Фашизм перенес разъединительные силы из горизонтальной плоскости в вертикальную. Он превратил борьбу классов в борьбу наций» [3].
Вальтер Шубарт, немецкий философ Расовая идеология Третьего рейха – абсолютно картонная конструкция, в которой не только «еврейская», но и «арийская» темы носили характер пропаганды, меняющейся от обстоятельств и не имеющей никакого отношения к модной тогда наукообразной расологии. К примеру, Хаустон Стюард Чемберлен, которого многие заносят в предтечи «германского фашизма» писал, что мир в Европе во благо всей белой расы может быть достигнут только на базе кельто-германо-славянского союза [1]. Первым союзником, выступившим на стороне Гитлера, была объявленная на тот момент суверенным государством Словакия, чье название говорит само за себя [65], но никакого германо-славянского союза не было, 5 сентября 1939 года словацкие подразделения перешли границу Польши. Славяне сражались против славян, потому расовый или националистический вопрос являлся элементом оправдывающей насилие пропаганды, но никак не сутью конфликта.
Кроме того после войны, перепроверив данные измерений немецких черепов, ученые с удивлением обнаружили, что их арийские черты значительно стерлись. Неточные циркули или новая идеология сильно приуменьшили степень долихоцефальности немцев, считавшейся отличительным признаком «нордической расы» [2]. В апреле 1942 году доктор Ветцель написал в замечаниях по генеральному плану «Ост»: «…можно с уверенностью сказать, что наши прежние антропологические сведения о русских, не говоря уже о том, что они были весьма неполными и устаревшими, в значительной степени неверны. Это уже отмечали осенью 1941 г. представители управления расовой политики и известные немецкие ученые» [11]. Одним словом, расовые обоснования для грабежа почти сразу оказались несостоятельными и к ним у Нового мирового порядка был весьма прагматичный подход, в основе которого лежало переформатирование социальной структуры и мировоззрения.
Форма «Британского добровольческого корпуса»
«Большинство добровольцев из стран Западной Европы шло на Восточный фронт только потому, что усматривало в этом общую задачу для всего Запада. В дивизии SS «Викинг» сражалось много норвежцев, а также солдат так называемого «Свободного корпуса Дания» под командованием своих кадровых офицеров. Целая дивизия состояла из одних только голландцев. Из валлонских рексистов была создана бригада, командовал которой их организатор Дегрелль. Одна воинская часть была сформирована во Фландрии» [10].
Проф. К. Г. Пфеффер, «Немцы и другие народы во Второй мировой войне» Итальянская «8 Armata» [61], скандинавские дивизии СС «Wiking» и «Nordland 1-М», с приданным датским полком «Danmark» и норвежским «Norske Legion», бельгийская дивизия «Wallonie», фламандская «Langemarck», голландские подразделения СС «Nederland» и «Landwacht Niederlande», испанские «голубые дивизии» – все они по вектору действия наследники борьбы с «реакционными народами» Востока, к колонизации которых призывал Ф. Энгельс, только теперь их колонизация была обставлена как необходимость борьбы с последователями идей уже К. Маркса [5] [9].
Группа английских фашистов в форме «Британского добровольческого корпуса»
Отсюда и мнение заместителя начальника штаба генерала Вальтера Варлимонта, зафиксированное в мае 1941 года: «Политические руководители подразделений не признаются пленными, с ними должно быть покончено не позднее, чем в пересыльном лагере. В тыл их не отправлять» [11], то есть идеологические противники казались ему представляющими все-таки большую опасность.
Добровольцы отправляются на формирование Legion des Volontaires Francais contre le Bolchevisme – французского подразделения, сформированного для войны с СССР
У французов уже была «Голубая армия», прибывшая в помощь Пилсудскому в 1919 году под руководством инструкторов среди которых числился Шарль де Голль [9]. Теперь же название французского подразделения отражало его идеологическую основу – «Легион французских добровольцев против большевизма» (LVF – Légion des Voluntaires Français contre le Bolshevisme) – будущая дивизия «Charlemagne» – по-французски «Карл Великий», который, кстати, средневековый основатель единого европейского экономического пространства. Стоит добавить, что во Франции Третий рейх получил запасы нефти, достаточные для начала наступления на СССР, а оккупационные расходы позволяли содержать вермахт [15].
Как писал К. Пфеффер: «Большинство добровольцев из стран Западной Европы шли на Восточный фронт только потому, что усматривали в этом общую задачу для всего Запада». 120 000 венгров, 40 000 бельгийцев, 20 тысяч голландцев, 6000 норвежцев носили форму СС или вермахта [5][9], по данным историка Джона Лукача (John Lukacs) за идеи Третьего рейха норвежцев погибло больше, чем в рядах Сопротивления [7]. 70 000 чехов были взяты только пленными [8], у поляков таковых оказалось 60 277 [18], при общей численности в составе войск противника в полмиллиона [8]. Существовала польская «Абверкоманда-204» и Свентокшицкая бригада, в одном из подобных подразделении вермахта служил Йозеф Туск, дед польского премьер-министра Дональда Туска [18], несмотря на то, что на Польшу пришлось шесть из 45–47 млн. славянских «untermenschen» [48] и никто из руководства Третьего рейха не рассматривал Польшу как самостоятельный субъект, что определенно объяснил Гиммлер в марте 1940 года в лекции для верховного командования [20].
Указатель отделения Legion des Volontaires Francais contre le Bolchevisme во Франции
«Вопреки большому значению, которое придается за границей польской проблеме, включение Польши в конфедерацию [европейских] государств в качестве члена не предусматривается. Если эта тема станет предметом международного обсуждения, можно будет заявить, что решение польского вопроса отложено, ибо оно зависит от того, как проявит себя польский народ во время войны. Можно было бы подумать о создании в Польше какого-нибудь марионеточного правительства» [19].
Записка дипломата Сесиля фон Ренте-Финка от 9 сентября 1943 г. 
Плакат Legion des Volontaires Francais contre le Bolchevisme
В каждом государстве Третий рейх находил своих приверженцев, о которых писал Пол Мэннинг: «…одна и та же история в каждой стране, павшей перед войсками Третьего рейха: Auslands-Organisation были так называемой пятой колонной, предвосхищавшей немецкую армию…» [7]. Из них формировали руководящие посты, и отстраивали систему экономической зависимости, делавшей подчиненные страны управляемыми. Большую часть военного времени Ялмар Шахт провел в Швейцарии, в феврале 1942 года упоминавшийся ранее глава Банка международных расчетов Томас Маккитрик (Thomas McKittrick) организовал кредиты в несколько миллионов швейцарских франков для коллаборационистских правительств Польши и Венгрии [22], количество граждан которой, воевавших с СССР к началу 1942 года достигло аж 200 000 солдат и офицеров 2-й армии [78].
Боснийские боевики мусульманской дивизии «Ханэар»
Будь «общая для Запада задача» националистической или расовой, ее не могла бы решать приданная к LVF «Африканская фаланга» (Phalange Africaine), состоящая строго из тунисских негров, которых отнести к «чистокровным арийцам» так же трудно как батальон боснийских мусульман «Verstarken Kroatischen Infanterie Regiment» [6] или хорватских усташей из «Crna legija» и дивизии СС «Ката» к «носителям европейских ценностей» [9]. Вряд ли албанская дивизия СС «Skanderbeg», изгнавшая с территории Косово 40 000 сербов, отстаивала официальные европейские ценности. Вряд ли носителями этих ценностей были более двадцати тысяч французских уголовников, из которых была сформирована дивизия «La Carlingue», личный состав которой отправился на фронт в качестве альтернативы быть привлеченными на принудительные работы [9]. Французский исследователь А. Симон писал, что «Запад буквально вскормил гитлеровскую Германию», а «грядущая мировая война трактовалась как «война цивилизаций» [15].
«В войсках СС состояло 910 000 человек, но только 400 000 из них были немцами. 310 000 были немецким резервом, но, тем не менее, гражданами других стран, преимущественно соседних с Германией. 200 000 являлись иностранными волонтерами».
М. Уолш, «Сведение к варварству» 
Африканские бойцы вермахта. Осень 1943 г.
В начале 1941 года Адольф Гитлер возвращает начальнику штаба оперативного руководства Верховного командования вермахта генералу А. Йодлю «Инструкцию по особым вопросам» (приложение к Директиве № 21 план «Барбаросса») со следующей ремаркой: «Предстоящая кампания есть нечто большее, чем просто вооруженный конфликт. Это столкновение двух различных идеологий… Сегодня социалистическую идею в России уже невозможно истребить. С точки зрения внутренних условий образование новых государств должно исходить из этого принципа… Наша цель – построить как можно скорее и используя минимум военной силы социалистические государства, которые будут зависеть от нас. Задача эта настолько трудная, что ее нельзя доверить армии». Поэтому вопросами работы с оккупированным населением занимались, к примеру, специалисты Психологической лаборатории. Отделы в ней возглавляли Альбрехт Блау и Вальтер Николаи [29], который, являясь специалистом по России, возглавляя немецкую разведку во время Первой мировой, а после ее окончания скрыл от союзников картотеки и архивы, работая в концерне Круппа [13]. Во время Второй мировой Николаи не занимал официальных должностей, но работал в составе экспертной комиссии Имперского института по изучению истории Германии [71].
«Африканские фалангисты» на службе вермахта
Согласно мемуарам Николаи в конце Первой мировой произошло слияние австрийской и немецкой разведок, а соответственно австрийские разработки по идентичности бошняков, с версией их происхождения от богомилов на территории современной Боснии и Герцеговины [90] с целью нейтрализации влияния Сербии и наработки по галицийской и русинским идентичностям.
«Африканские фалангисты» на службе вермахта
Берлинская психологическая лаборатория и Психологическое управление германской армии, действовавшие под руководством генерала Ганса фон Фосса, с момента своего основания в 1929 г. разрабатывала широкий круг расовых, антилевых, антипрогрессивных и антикоммунистических вопросов [29]. Видимо где-то среди ее разработок нужно искать корни появившегося на территории оккупированной Югославии Независимого Государства Хорватия, первый закон которого объявлял гражданами лишь арийцев, правда, отнеся к ним и хорватов. В тот же день был принят закон о защите хорватской крови, запрещавшие межнациональные браки [65], по сути являющийся явной антисербской социальной конструкцией.
Основным «угнетателем» была определена «большевистско-еврейская интеллигенция», что нашло отражение в «Указаниях по применению пропаганды по варианту «Барбаросса»» от 6 июня 1941 г., где указывалось, что «противниками Германии являются не народы Советского Союза, а исключительно еврейско-большевистское советское правительство». Пропагандистское использование еврейской темы для борьбы с большевизмом как с «угнетателем» иллюстрируют представления европейцев о евреях вообще, и способности этих представлений сформировать целый «крестовый поход» Европы [4].
«Мы не должны оставаться равнодушными к тому, что происходит в России… Русачество, это славянство в соединении с диктатурой пролетариата, есть опаснейшая сила на свете. Что будет, если осуществится этот симбиоз? Подумайте лишь о том человеческом потенциале и сырьевом богатстве, которым располагает Сталин! Уже сейчас наши публицисты должны бить тревогу. Никогда не была так велика угроза западной цивилизации» [15].
Адольф Гитлер в интервью редактору газеты «Лейпцигер нейесте нахрихтен» Р. Брейтингу Великая Отечественная война между общеевропейцами и советскими людьми являлась противостоянием социальных систем, так как именно в этом различие между Третьим рейхом и СССР. Многие национальности и даже государства имели свои подразделения как с одной, так и с другой стороны, или же успели повоевать и по одну, и по другую линию фронта. К примеру, после того как Адольф Гитлер помог румынскому «кондукатору» маршалу Иону Антонеску разгромить фашистскую партию «Железная гвардия», остановив тем самым начавшийся процесс изъятия 600 синагог в ее пользу, оформился союз с Германией, выразившийся в том, что Румыния не дала разрешения Советскому Союзу прийти на помощь Чехословакии. Сам Антонеску на политической арене возник, приняв участие в Парижской мирной конференции, а к реальной власти пришел после массовых протестов вследствие передачи Венгрии Северной Трансильвании по решению Второго Венского арбитража. С Гитлером профессионального военного Антонеску роднит англофильство, после посещения Англии бывший министр обороны даже внедрял в румынскую армию униформу английского образца. Однако в 1944 году в стране произошли два государственных переворота, восстание «Железной гвардии» нацисты разогнали снова, но приход к власти короля Михая I позволил использовать румынские войска на стороне СССР [80][81][83].
Самое показательное различие между мироустройством «тысячелетнего рейха» и Советским Союзом отражается в программе Боевого Союза Русских Националистов (БСРН), созданного осенью 1941 года из числа военнопленных: «4. Колхозы упраздняются, а вся земля, им принадлежащая, передается в частную собственность. 5. В области торговли поощряется частная инициатива. Мелкая промышленность передается частному капиталу, средняя – будет находиться в руках акционеров, а крупная подлежит ликвидации, поскольку Россия должна быть аграрной страной» [23]. Как было описано в предыдущей главе, возможность приватизировать предприятия после войны было единственным, что беспокоило I.G. Farben и другие корпорации, ради этого ими и была развязана война против СССР. Национализм же был не более чем инструментом пропаганды, которая рассказывала о славянских «untermenschen» устами Геббельса, самого при этом крутившего роман с чешской киноактрисой Лидой Баровой [12].
Сам термин «недочеловек» (untermensch) впервые был использован 6 августа 1941 года в газете Volkischer Beobachter [23] и подхвачен авторами агитки Г. Гиммлера «Der Untermensch», в которой список «недочеловеков» возглавляют «мулаты и финно-азиатские варвары», что никак не мешало самим финнам погибать за Третий рейх. По необходимости из вчерашних «untermenschen» легко формировались подразделения СС со всем их пафосом имянаречения и прочим идеологическим бредом [19]. Это работало в самой Германии, должно было сработать и на оккупированных территориях.
Истоки методик, которыми воспользуются идеологи Третьего рейха можно найти в работах упомянутого А. Дж. Тойнби, написанные им еще в период Первой мировой войны: «…мы осуществим столь желаемое переустройство Центральной Европы на национальной основе за счет германского и венгерского шовинизма, у России не будет ни воли, ни силы далее сдерживать процесс приведения в порядок собственного дома… Малороссийский элемент образует почти треть всей расы, и, если он будет оторван от основной массы и создаст собственную орбиту притяжения, это в критической степени ослабит всю систему… братоубийственная борьба ослабит силу обоих фрагментов и повредит концентрации их энергии» [16].
Мысль о расчленении России была расширена в 1926 году в статье «Журнала геополитики» (Zeitschrift fur Geopolitik), издаваемым другим членом английских закрытых клубов Карлом Хаусхофером: «Ее пространства никого не пугают… Если кусок окажется для одного велик, он будет разбит на сферы влияния. Возможно, для России сохранят видимость независимости, но каждое из ее будущих правительств будет фиктивным, представляя собой лишь орган колониальных господ… Россия определенно вступит в новую стадию своей истории: она станет колониальной страной» [11].
Примечательно, что примерно в это время в гости к генералу Исааку Федоровичу Быкодорову, возглавлявшему в Праге «Вольное казачество» приехал Лоуренс Аравийский с целью создания «Казакии» в союзе с Соединенным Королевством, при котором все концессии и внешняя политика в интересах обеих стран согласуется с правительством Его Величества. С такой целью ранее у него побывали Юзеф Пилсудский, первый президент Чехословакии Масарик и французский посол [89]. Лоуренс собирался содействовать фюреру, но погиб при странных обстоятельствах, поэтому уже Хаусхофер вдохновлял Адольфа Гитлера, который 16 июля 1941 года резюмировал идею так: «Необходимо умело разрезать этот гигантский пирог, с тем чтобы… во-первых, господствовать, во-вторых, управлять, в-третьих, извлекать выгоду» [17].
Командир 5-го донского полка вермахта Иван Кононов
Непосредственно перед нападением 2 апреля 1941 года появляется «Меморандум относительно целей агрессии» уполномоченного по централизованному решению проблем восточноевропейского пространства, в котором говориться: «Из Московского княжества развилась после татарского ига Русская империя с ее царским режимом… действуя против СССР, следует поставить перед собой политическую цель систематически расшатывать этот стержень России… тремя путями: …3) передачей значительных территорий этой центральной русской страны в компетенцию вновь образуемых административных единиц, особенно Белоруссии, Украины и Донской области… Нашей политической линией относительно этой области стало бы поощрение стремлений к национальной независимости вплоть до потенциального создания собственной государственности… надлежало бы постоянно угрожать Москве и прикрывать великогерманское жизненное пространство с востока. В экономическом плане эта область одновременно представляла бы собой мощную сырьевую и пищевую базу Великогерманской империи» [11].
Казаки на службе вермахта
Когда 22 июля 1940 г. на совещании в Генштабе сухопутных войск обсуждался вопрос о будущей войне против СССР, Гитлер поставил перед своими генералами следующие политические задачи: «Украинское государство, Федерация Балтийских государств, Белоруссия». В начале 1941 года он возвращает Начальнику штаба вермахта генералу А. Йодлю «Инструкцию по особым вопросам» (приложение к Директиве № 21 план «Барбаросса») со следующей ремаркой: «Ввиду масштаба вовлекаемой в эту войну территории… должна быть разделена на отдельные государства, каждое со своим собственным правительством, с которым мы затем сможем заключить мир. Формирование этих правительств требует большого политического умения и должно основываться на хорошо продуманных принципах…» [4]. Одним из таких продуманных принципов становиться требование Гитлера запретить слова «русский» и «Россия», заменив их терминами «Московия» и «московское» [23], так будет легче противопоставить одно другому. Доктор Ветцель в замечаниях к плану «Ост» в 1942 году пояснял: «Речь идет не только о разгроме государства с центром в Москве. Достижение этой исторической цели никогда не означало бы полного решения проблемы. Дело заключается скорей всего в том, чтобы разгромить русских как народ, разобщить их. Только если эта проблема будет рассматриваться с биологической, в особенности с расово-биологической точки зрения и если в соответствии с этим будет проводиться немецкая политика в восточных районах, появится возможность устранить опасность, которую представляет для нас русский народ…».
Эта же мысль пошла в директиву по вопросам пропаганды штаба верховного командования: «…пропаганда должна вообще способствовать распадению Советского Союза на отдельные государства. Но на первом этапе… пропагандистские материалы не должны преждевременно привести население к мысли о нашем намерении расчленить Советский Союз» [11]. На момент своих публикаций все эти директивы являлись секретными, что было закреплено в генеральном плане «Ост» Конрада Мейер-Хетлинга: «Так как сейчас невозможно отказаться от сотрудничества с коренным населением Восточных областей, создаваемый на этом пространстве народный порядок должен быть нацелен на умиротворение местных жителей» [25].
Согласно плану, представленному Розенбергом на Берлинском совещании высшего военно-политического руководства Германии 20 июня 1941 г., будущее административно-политического устройства «восточных территорий» выглядело как пять рейхскомиссариатов (Reichskomissariat):
• «Московия» (центральные области России),
• «Остланд» (Прибалтика и Белоруссия),
• «Украина» (большая часть Украины и Крым),
• «Кавказ» (Северный Кавказ, Закавказье и Калмыкия)
• «Туркестан» (Средняя Азия, Казахстан, Поволжье и Башкирия) [11].
«Готовя войну против Советского Союза, руководство Германии рассматривало его как «искусственное и рыхлое объединение огромного числа наций, этнический конгломерат, лишенный внутреннего единства». Поэтому расчленение СССР путем привлечения к сотрудничеству нерусских народов планировалось как один из вариантов скорейшего окончания войны и послевоенного переустройства «восточных территорий».
Олег Романько, «Советский легион Гитлера» Из описания национального состава войск Третьего рейха уже следует, что он не был нацистским, а носил как раз интернациональный характер. Понятно, что ни о каком самоопределении наций вопрос даже не поднимался, игра в национализмы была лишь инструментом управления оккупированными территориями. Доктор Гросса из Управления расовой политики в ноябре 1940 года стратегию управления захваченными территориями через управление национализмами описывал так: «…мы должны проводить политику, заключающуюся в том, чтобы как можно больше выделять отдельные народности, т. е. наряду с поляками и евреями выделять украинцев, белорусов, гуралов, л емкое и кашубов. А если где-либо можно еще обнаружить остатки национальностей, то выделять и их. Тем самым я хочу сказать, что мы не только в высшей степени заинтересованы в том, чтобы население Востока не представляло собой единого целого, а, напротив, заинтересованы в том, чтобы оно было расчленено на возможно большее количество групп и народностей». Пример логического развития его предписаний приводит доктор Ветцель: «…Русскому из горьковского генерального комиссариата должно быть привито чувство, что он чем-то отличается от русского из тульского генерального комиссариата. Нет сомнения, что такое административное дробление русской территории и планомерное обособление отдельных областей окажется одним из средств борьбы с усилением русского народа…».
