Агарта

После того как люди в зеленых комбинезонах рассказали Белову, что он умер и находится в другом мире, в котором для полноценной жизни ему необходимо создать новое тело, его злость куда-то ушла. Возможно, свою роль сыграла легкая музыка и приятные ароматы, настраивающие на конструктивный лад. Ущипнув себя за руку, почувствовал легкую боль. Значит, это не сон. Быть может, чья-то шутка? Но кому нужны такие сложности, в которых задействованы столько людей?

В это время дверь в комнату открылась, и в нее вошла молодая красивая женщина с таким знакомым лицом.

– Бабуля, это ты? – не веря своим глазам, произнес Белов.

– Здравствуй, Феликс! – Глафира подошла к кровати и поцеловала его в лоб, как делала всегда, встречая и провожая единственного внука.

– Бабуля! Ну как же так? Ты почему здесь? Разговариваешь со мной… Ты ведь больше не существуешь. Тебя похоронили. Я даже несколько раз приезжал на твою могилу, – растерянно проговорил Белов, и на глазах у него появились слезы.

– Я – есть! – сжала Глафира руку внука. – Ты ведь чувствуешь меня?

– Чувствую! Так это правда? Жизнь после смерти существует?

– Еще как существует, а главное, она, в отличие от той страшной и суровой жизни, в которой мы существовали, гораздо лучше и интереснее. Вот ответь честно, счастлив ли ты был там, в своей жизни?

– Пока были живы вы – да! – задумавшись, ответил Белов. – А потом было много страха и боли. Но затем стало все налаживаться. У меня появились друзья. Я начал получать интересную профессию, нужную для страны.

– Хорошо. Предлагаю пойти и выпить за нашу встречу… травяного чая, – улыбнулась Глафира. – Вставай!

Феликс легко поднялся и вышел вслед за Глафирой в светящийся коридор, стены которого состояли из множества овальных дверей. Двери, а точнее энергетические порталы переливались самыми разными цветами. Он смог различить несколько десятков цветов. Возле одной из них они остановились.

– Нам сюда.

Глафира надавила ладонью на темно-фиолетовую дверь, и они оказались на залитой солнцем улице. Улица была обычной. Много травы, деревьев, кустарников, некоторые виды он не смог опознать, но в целом ничего фантастического. Феликс разочарованно вздохнул. Вскоре они подошли к двухэтажному зданию, напоминающему кафе, похожее он видел в Казани, где был на соревнованиях. Приветливая официантка подвела их к столику возле окна с видом на танцующий фонтан. Через минуту она принесла горячий чай. Его аромат был непривычным, но приятным.

– Что-то я проголодался и не откажусь от более плотной пищи? – вопросительно взглянув на бабушку, проговорил Белов.

– А ты пей, Феликс, и, возможно, другой пищи не понадобится, – сказала Глафира и сделала большой глоток.

Белов сделал маленький глоток, а следом второй и третий. Вкус был изумительный. По телу довольно быстро распространилось тепло, которое выдавило из организма все страхи и волнения. И еще он вдруг почувствовал полное насыщение! Несколько глотков чая, по своей питательности заменили обед, состоящий из трех блюд в столовой училища.

– Что сюда добавлено? – удивленно спросил Белов. – Я сыт! А это со мной бывает очень редко.

– Это особый чай, состоящий из нескольких трав, но… с добавлением особых энергий, – ласково ответила Глафира. – Многие предпочитают питаться исключительно энергиями.

– В смысле – энергиями? – Белов начал вспоминать виды энергий, изученных на уроках физики: кинетическая, электромагнитная, потенциальная, гравитационная.

– Ничего! Ты быстро закроешь пробелы в образовании. А сейчас тебе надо знать основное. Жизнь на начальном уровне Пятого измерения практически не отличается от четырехмерного мира. Люди учатся, трудятся, ходят в театры, занимаются спортом, живут в домах и квартирах. Влюбляются и ходят на свидания, заводят семьи и рожают детей.

– Понятно. А где я буду жить? Найди для меня хотя бы койку в общаге! – утолив голод, обеспокоился о ночлеге Белов.

– Ты прав – это первое, что необходимо сделать, – улыбнулась Глафира, вставая. – Идем, Феликс, тебе жилье добывать. Кстати, просвети о своих предпочтениях: городская квартира или частный дом?

– Ого! – вспомнил Белов койку в казарме. – Домик хочу, как у нас был в Поволжье. И, если можно, вишневое дерево под окном и еще ирисы.

– Пошли! – Глафира горько усмехнулась. Она сама высаживала те ирисы, которые запечатлелись в памяти внука символом счастья.

Пройдя несколько десятков метров, они оказались возле небольшого дома, окруженного зеленым садом. Под окном цвела вишня, на которой наливались спелые ягоды. А чуть в стороне была разбита клумба с ирисами.

– Ты в этом мире работаешь волшебником? – потрясенно посмотрел на бабушку Белов.

– А? Нет! Дом здесь уже стоял. Некоторые детали мне помогли создать друзья из Девятого измерения. Вот там живут – настоящие волшебники! Они могут мгновенно создавать почти любые вещи силой мысли. Вишня и ирисы – это подарок от Девятого измерения.

– Спасибо им. А как вы с собою связываетесь?

– С помощью силы мысли. У нас она называется телепатией.

– А я так смогу? – мечтательно спросил Белов.

– Не сразу. Для новичков у нас есть специальные устройства. Они небольшие – размером с книжку, а потом, конечно, научишься.

– Ладно, – сказал Белов и открыл калитку.

Дворик, размером в три сотки, был тщательно убран. Погуляв по нему, он понюхал ирисы, восстанавливая запахи детства, а также сорвал с дерева несколько вишен. Они были сладкими. Запулив косточки в кусты, повернул голову на соседний участок. Там высокая женщина распекала подростка. Мальчик, лет десяти, стоял, грустно опустив голову. Феликс, не отрываясь, всматривался в черты лица женщины. Перед выпуском из училища будущие лейтенанты старались найти себе жен, чтобы не ехать на заставы в одиночестве. Именно о такой невесте он мечтал по ночам в казарме. Стройная русоволосая красавица с голубыми глазами. Ее волосы волной падали ниже пояса.

«Какая девушка! Женился бы на ней не раздумывая! – пронеслась мысль в голове. – И женюсь, провалиться мне на этом месте!»

Дальнейшие свои планы он продумать не успел, потому что рухнул вниз по самую шею. Подбородок стала щекотать травка, а по щеке деловито побежал муравей. Впрочем, повреждений на теле не было. Белов поднял голову и увидел на краю ямы бабушку, которая протянула ему руку.

– Что со мной произошло? – удивился Белов. – Мы с тобой стояли на ровной траве. И вдруг – бац! – в яме оказался. Это какая-то ловушка?

– На жилых пространствах не бывает никаких ловушек. Здесь полностью безопасно. Ты сам сделал эту яму.

– Как это сам? Ничего я не делал!

– А кто произнес – «провалиться мне на этом месте»? – вздохнула Глафира.

– И что? Я постоянно так говорю. Это моя присказка.

– Это ты Там так говорил, а здесь запрещено. Табу! Нельзя не только поступать, а даже мыслить плохо. Запомни это мой дорогой! Очень хорошо запомни! – медленно проговорила бабушка.

Впрочем, Белов не очень вслушивался в слова бабушки. Его глаза притянула русоволосая красавица с глазами цвета неба.

– Это Мариана с сыном Михаэлем, – пояснила Глафира, перехватив взгляд внука, – тоже новенькие. Вместе перешли… Их одной бомбой убили. Характер у матери еще тот…

– Красивая девушка! – не отрывая от нее взгляда, восхищался Белов.

– Да, хороша. Ты слюни подбери и начинай осваиваться. А мне пора…

– А ты разве живешь не в этом городе? – наконец переключился на Глафиру Белов.

– Это не город, а отдельный мир, Феликс. Я тебе уже об этом рассказала. Будь внимательнее. Сейчас я живу в другом мире, на исследовательской станции. Как-нибудь приглашу тебя к себе в гости. Сейчас – до свидания!

За спиной Глафиры появилась мерцающая серебристым светом арка, в которую она шагнула. Через секунду портал погас, и на дворе остался только Феликс, который умер в своем мире, но тем не менее оказался живее всех других. Еще раз взглянув на соседний участок, в котором жила красивая соседка, и на новенький дом, он почувствовал, что ему начинает нравиться новая жизнь.

Его дом состоял из двух комнат и кухни. Ничего особенного. Односпальная кровать, застеленная синим одеялом. Небольшой шкаф и стол у окна. На столе стоял какой-то ящик. Неожиданно в голове всплыли знания, полученные в реабилитационном центре. Он подошел к ящику, который назывался компьютером, и дотронулся до экрана рукой. Экран открылся, и на нем высветилась фотография его бабушки. Вместо имени надпись: «Глафира. Ихтиолог». Пожелав спокойной ночи бабушке, он уснул с мыслями о Мариане.

* * *

Утром Белова разбудили лучики солнца, упавшие на лицо. Ночью ему снились хорошие сны, как в детстве. В душе поселилась легкая радость, от которой он давно отвык. Впрочем, она сохранялась недолго, – от тяжелого характера так просто не избавиться. Направляясь в ванную комнату, он спросонья ударился ногой о кресло.

– Понаставили хрен знает что! – массируя рукой ногу, стал бурчать привычные ругательства, не замечая, как его тело стало меняться. С каждым ругательством оно становилось другим. Рост уменьшался, а тело расширялось.

Жизнь в детдоме и училище выработали привычку постоянно трудиться. «Надо найти какое-нибудь дело! – решил Белов. – Причем срочно! Нужно связаться с бабулей. Может, чего толкового посоветует». Как только эта мысль оформилась в голове, на экране компьютера высветилось изображение Глафиры. Затем появились мигающие строчки: «Пройдись по городу и найди занятие по душе!»

Выпив чаю и съев грушу, сорванную в саду, Белов отправился на прогулку. На улице светило солнце, но жары не было. Стояла комфортная температура. Для юноши, выросшего в Саратове, город представлялся очень привлекательным. Дома и сооружения были самыми разными. Одноэтажные дома соседствовали с настоящими небоскребами. Некоторые дома напоминали тарелки, другие – прозрачные, в виде башен.

Внезапно он услышал приятную музыку и пошел туда, откуда она звучала. В Саратове, играя в оркестре на различных мероприятиях, они с друзьями неплохо зарабатывали. Войдя в парк, он нашел концертную площадку. На сцене расположилась группа музыкантов и играла красивую музыку. Присев с краю он не заметил, как пролетело время. Музыка была так прекрасна, что все плохие мысли ушли. Ушли на время, когда музыканты закончили играть, пришла зависть. Феликс осознал, что так играть он не сможет. Просто не хватит таланта. То, что было хорошо для Саратова, здесь воспринялось бы как жуткая какофония. Незаметно он стал еще толще.

С заплетающимися ногами Белов побрел дальше, размышляя, какими навыками он обладает. Через некоторое время дорога привела его к сооружению, похожему на стадион. Он уселся на скамейке и стал присматриваться к деятельности спортсменов. Они бегали, прыгали, метали диски, летали и перемещались какими-то странными способами.

Высмотрев в толпе тренера, он подошел к нему и спросил:

– Скажите, а могу я тоже заниматься спортом.

– Конечно, а каким именно? – внимательно осмотрел Белова тренер.

– Раньше я занимался боксом. У меня первый разряд, – с гордостью проговорил Белов.

– Бокс? – задумался тренер, куда-то подключившись сознанием. – А! Видов спорта, связанных с насилием, у нас нет.

– Что? Бокса нет? – ошарашенно переспросил Феликс.

– Мы можем предложить множество других видов спорта, связанных с развитием твоих тел. Вот, например, сейчас мы готовимся к ежегодному городскому соревнованию по прыжкам на Луну, – улыбнулся тренер.

– Каким еще прыжкам на Луну? Вы что, меня за идиота принимаете? – рассердился Белов.

– Ежегодным! Городской комитет по спорту выбирает место на Луне, и участники соревнования должны телепортироваться как можно точнее в указанное место. В этом году мы будем прыгать в море Змеи.

Внезапно группа ребят, занимавшихся на турнике, рассмеялась. Белову показалось, что они высмеивают его.

– Море Змеи? Да пошли вы! Бокс им не нравится! Сами бараны. – Белов решил, что здесь над ним издеваются. Внезапно тренер и ребята возле турника превратились в баранов. Баран, бывший тренером, поднялся на задние копыта и сказал: «Ме-е-е!» Оглянувшись вокруг, Белов увидел только баранов, которые ходили по стадиону и мычали.

В ужасе он выскочил со стадиона и побежал в сторону дома. Впереди показался фонтан с прохладной водой. Белов подставил лицо под струю и вскоре успокоился. Сразу вспомнились слова бабушки о том, что в этом мире нельзя не только говорить плохо, но даже думать. «Получается, что мои мысли материализовались. А значит, это я настоящий бар… Спокойно. Я умный и талантливый. Больше обзывать других людей я не буду. Они все хорошие и приветливые. Жаль, что с боксом не получилось, но на нем свет клином не сошелся. Пойду домой, а завтра решу, что делать»…

Вечером к Белову пришла бабушка. Внимательно выслушав отчет о его приключениях, она сказала:

– Молодец! Вовремя вспомнил мое предупреждение. Ты с детства был сообразительным, быстро все схватывал. Потому и выжил после нашего ухода. Кстати, последствия могли быть серьезными.

– Какие последствия? И куда делись бараны? – настороженно спросил Белов. Он волновался, что его накажут.

– Бараны так и остались бы баранами. Ты же их создал.

– То есть я их заколдовал, и они могли не вернуться в человеческое состояние?

– Еще чего! Кто бы тебе позволил так с людьми обращаться. Люди как были людьми, так и остались. Просто ты своими негативными мыслями создал ненужные фантомы. Впрочем, они были только в твоей реальности. Были не долго. Ты сумел все исправить, – успокоила внука Глафира.

– А если бы не исправил?

– В этом случае у бригады мастеров энерготрансформации появилась бы лишняя работа. А они и так загружены – дальше некуда. Представь себе, сколько подобных негативных мыслеобразов ежесекундно создается в четырехмерности на энергетическом уровне! Сколько там каждое мгновение создается баранов, овец, куриц, козлов, петухов, чертей, дураков. Чтобы человечество не задохнулось в этих мыслеформах, бригады мастеров энерготрансформации работают не покладая рук.

– Понятно. А что происходит с моим телом? Его можно сделать, как было раньше? Полагаю, это тоже связано с плохими мыслями? – мрачно посмотрел на себя Феликс.

– Ты осознал на собственном опыте, как работает система. Главное теперь – контролировать себя, не допускать злости, зависти, раздражительности, агрессии. Это будет сложно. Потому что в Обучающем мире все эмоции гипертрофируются, то есть увеличиваются во много раз, чтобы ты их быстро выявил и мог с ними работать.

– Это многое объясняет, – задумчиво ответил Белов. – Здесь я веду себя как капризная девчонка-истеричка. Самому тошно. На Земле я так себя не вел, хотя многими поступками не горжусь. Бабушка, я хочу устроиться на работу. Помоги мне!

– Хорошо! Сегодня составь список своих умений, а завтра подумаем, как их реализовать в этом мире.

Когда бабушка ушла, Белов отправился во двор полюбоваться прекрасным садом, а также подышать вкусным воздухом Пятого измерения. Ему казалось, что он состоит из тысяч ароматов, а сам воздух нежно его окутывает, наполняет силой, дарует успокоение и радость в душе.

Блаженное состояние прервал крик со стороны соседей. Молодая соседка сначала кричала на сына, потом зарыдала. Феликс перескочил невысокий забор и подошел к Мариане. Сначала он ее не узнал. Соседка, вчера еще походившая на актрису, сегодня стала низенькой и круглой.

– Привет! Я твой сосед. Меня зовут Феликс! – представился Белов. – Я знаю, что тебя зовут Мариана.

– Очень приятно. Ты не знаешь, что со мной творится? – с надеждой посмотрела она на Белова. – Разносит как на дрожжах!

– Успокойся, Мариана! – не зная, что раздраженному человеку нельзя говорить «успокойся», стал утешать женщину Феликс. – Все будет хорошо. Посмотри на меня – такой же круглый…

– Ты мужчина. Для вас красота не обязательна! – резко возразила женщина. – А мне с этим уродством что делать? Ведь здесь кругом одно издевательство. Посмотри на это! – Мариана отворила дверь в душевую, и оттуда посыпались… золотые монеты и серебряные кубки. – Видишь! Даже помыться не могу! Когда я попала в этот мир, мне сказали, что тут исполняется любая мечта. Пожелала того, о чем мечтала всю жизнь – в золоте купаться и питаться из серебряной посуды.

– Ну у тебя и запросы! – усмехнулся Белов.

– Понятно, что не буквально. Просто устала от бедности… – Мариана обернулась, о чем-то вспоминая. – Ты не видел Михаэля? Послала его к колодцу ведро воды принести.

Калитка открылась, и в нее протиснулся сын Марианы. В руках у него было небольшое ведро, которое он с трудом нес. Пальцы у мальчика были загнуты неестественным способом.

– Матерь Божья! А это еще что? – забилась Мариана в истерике, а затем прижала ладонь к губам. – Ой! Это я сама ляпнула, что у него руки-крюки, ничего по дому делать не умеет! Да тут что не скажешь, сразу все сбывается. Как жить дальше будем, Феликс?

– Все просто! Нужно думать, прежде чем говорить, раз уж слова, мысли и желания мгновенно осуществляются.

– Ты прав. До меня туго доходит. Какая я все-таки безголова… Ой!

Мариана прикрыла рот ладошкой. Затем вытерла слезы и обняла сына.

– Прости меня, мой любимый. Ты самый лучший! Твои руки самые сильные и ловкие! А ты – самый прекрасный! – Она на мгновение задумалась и улыбнулась. – Этот мир удивительный. Просто срочно необходимо научиться ему соответствовать.

– Научимся! – ответил Белов и рассказал о том, как провел свой день. Посмеявшись, они заключили соглашение о том, что будут помогать друг другу.

На следующее утро, открыв портал в саду, где Белов делал зарядку, вернулась бабушка. Позавтракав, они стали обсуждать будущее Феликса.

– Решил, чем будешь заниматься? – посмотрела на внука Глафира.

– Знаешь, учеба в военном училище мне нравилась. По ее окончании я стал бы защищать границу Родины. А у вас есть пограничники?