Академия нечисти, или Череда беспощадных квестов

— Не сработало?!

— Сработало, — ответила я, но и сама слышала, как жалко и неправдоподобно это прозвучало.

И теперь передо мной уже был не расслабленный придурок, а монстр, озлобленный еще сильнее, чем раньше. Если начнет колдовать в полную силу, то я просто не буду успевать отразить. Я впустую спустила свой единственный шанс из-за щепетильности! Наверное, в какой-то мелочи он оказался прав: я слишком самонадеянна, я посчитала его дурачком, которого легко обведу вокруг пальца. Теперь прорываться придется только силой.

Вскочила на ноги, он сощурился и совсем уж некрасиво осклабился:

— Ты разденешься, милочка! А то я столько времени на тебя потратил!

И выбросил вперед руку. Огненная плеть метнулась в меня, я чуть отскочила, но пламя задело плечо, обжигая. Вот она, та самая боевая магия, против которой я и десяти секунд не продержусь! Сложно спорить. Завизжала, кинулась на него. Но внахлест получила новый удар огнем. Пиджак загорелся прямо на мне. Еще после одного хлесткого взмаха, сверху на мне остались только пылающие тряпки. Больно до ужаса. Но я не позволила себе зациклиться на боли. Рванула назад, схватила со стола учебники и швырнула в нападающего. Он, сосредоточенный на колдовских ударах, такого подвоха судьбы не ожидал — книга прилетела ему прямо в челюсть, заставив пошатнуться. Не теряя ни секунды, я подлетела и уже другим учебником со всего размаха ударила его по затылку. Так тебе! Такой магии на колдовском не учат?

Вылетела в коридор, но не знала, куда податься. Я придерживала остатки обожженной ткани на груди, это мешало бежать. Но я скорее бы умерла, чем отпустила бы руку. И кричать по этой же причине не хотелось — даже в такой момент я не могла не думать, как буду выглядеть в глазах посторонних. И не вызовет ли это еще больше издевательств. Успею ли добежать до комнаты первого эльфа? А какая от эльфа помощь, если Маллир последует за мной? Они разве что пищать очень красиво умеют, но с этим я и сама справлюсь. В последнюю очередь я хотела бы сейчас оказаться перед Инираном, но за мгновение в коридоре поняла: это лучший выход. Да и есть в этом какая-то естественная правильность — в случае беды обращаться к тому, кто самый важный.

Через несколько шагов обернулась. Выбежавший из комнаты Маллир замер, когда увидел, перед чьей дверью я остановилась. Округлил глаза испуганно и тут же отступил. Я же просто ворвалась в спальню, на стук не было времени.

— Какого беса? — услышала голос принца…

И застыла. Теперь даже обожженное плечо забылось, как будто вовсе не болело. Иниран был не один — с девушкой. И чем они занимались в момент моего вторжения, стало ясно сразу. Синяя форма разбросана на полу. Нет, не только синяя, еще и коричневая — девушка была оборотнем. Не суккубом, как предполагала Нора, а именно оборотнем. Красивая, темноволосая, раскрасневшаяся от страсти, она вскрикнула и села, натягивая на себя одеяло. Мне стоило немедленно уйти, но вокруг все замерло. Воздух затрещал, а я будто увязла в нем. Красивая девушка, удивленная или испуганная, Иниран, пытающийся сообразить, что происходит. А я застряла в пространстве.

Целый день я была в него влюблена. Целый день мои ноги почти не касались поверхности земли от переполнявших эмоций. Целый день я ждала, когда наступит вечер, и мы сядем с ним рядом на знакомую скамью. Потому что наши новые чувства взаимны, еще не совсем осознанны обоими, но взаимны. Но ничего серьезного с его стороны и не было, я сама все себе придумала. На все ушло секунды две, наверное. Просто мне они показались очень длинными, ведь эйфория спадает больно, медленно, а вот от влюбленности остается меньше, чем от моей одежды.

— Простите, — выдавила поспешно и попыталась открыть дверь.

— Стой! Что случилось?

Это Иниран. Он натягивает штаны и смотрит на меня с тревогой. Его мой внешний вид потряс, а никак не ситуация, в которой я его обнаружила. Но я уже открывала дверь, которая вдруг резко захлопнулась. Вздрогнула и посмотрела на подбежавшую девушку. Она и не думала одеваться, но отмерла быстрее принца. Она же меня схватила за руку, с ужасом глядя в глаза:

— Тиалла, что случилось? Тебе больно? Иди на кровать! Иниран, осмотри ее раны. Я сообщу Лауру. Тиалла, кто это сделал?! Клянусь, что мерзавец до конца этого дня станет навечно калекой!

Принимать от нее помощь я уж совсем не хотела. Но она не отпускала мою руку, а потом ухватилась за запястье второй, чтобы отодвинуть. Я все еще судорожно прижимала к груди ткань.

— Иниран, отвернись, — попросила она же. — Тиалла, дай, мне нужно посмотреть ожоги.

А меня не беспокоили ожоги. Вообще ничего не беспокоило. Вот прямо до бесконечной пустоты. Вернуться в свою комнату и уснуть. Все.

— Ты почему молчишь? — она заглядывала мне в глаза с настоящим беспокойством. — Может, я позову Лаура? Тебе станет легче?

— Не надо, — прохрипела я, но мысли постепенно возвращались. — Не надо ничего. Все в порядке. Я забежала сюда случайно.

Иниран, не поворачиваясь, протянул свою рубашку:

— Вот это пока надень. Зея, насколько все плохо?

— Да ничего страшного, — она посмотрела на него. — Сильный ожог только на плече. В лазарет или сам?

— Сам. Тиалла, я посмотрю?

Я просто замотала головой. Но Зея, приговаривая что-то успокаивающее, помогла мне прикрыть его рубашкой грудь и потом кивнула. Я физически не могла смотреть на Инирана. Вообще никогда в жизни бы больше на него не смотрела. И уж точно не хотела ощущать на себе его прикосновения.

— Так, — он тронул пальцами кожу под ожогом, и жар почти моментально начал спадать. — Я ослаблю чувствительность, а потом залечу. Не больше получаса, потом будешь как новенькая. Тиалла, тебе лучше лечь. А тебе, Зея, лучше все-таки одеться, — я совершенно отчетливо расслышала улыбку.

А мне было все равно. Кроме того, что я буду вынуждена оставаться здесь целых полчаса. Вот это уже выходило за рамки моего терпения. Потому встала, накинула рубашку поверх ошметков пиджака и под недоуменными взглядами направилась к выходу.

— Спасибо вам за помощь, — сама удивилась спокойствию собственного тона. — Но я лучше в лазарет.

— Подожди! — девушка снова попыталась меня накрыть своей ненужной заботой. — Мы сейчас проводим! И ты так не сказала, кто тебя обидел?

Я повернулась к ней и улыбнулась. На самом деле улыбнулась — искренне, благодарно. Она хороший человек, не просто смазливая мордашка. Почему бы Инирану и не проводить время с такой до того, как он придет на нашу скамью?

— Спасибо, Зея, не надо. И Лауру не говори — не хочу его беспокоить пустяками. И с тем, кто обидел, сама разберусь. Иначе мне в этой академии не место.

Они переглянулись, а я не стала ждать их разрешения.

Меня точно видела пара инкубов, когда я шла мимо их корпуса. Возможно, кто-то еще. Но и на это было плевать. Я шла в рубашке Инирана, но никто из них не мог ведь определить, что это именно его рубашка. Пусть думают что хотят, пусть делают какие угодно выводы, как Маллир.

В лазарет я не пошла. Сразу направилась в академический сад и прижалась к алханову древу. И оно будто сразу приняло меня в свои объятия. От ожогов уже очень скоро не осталось и следа, но я все равно не хотела отсюда уходить. Поначалу думала, что разрыдаюсь, но ничего подобного. В голове, наоборот, прояснилось. Стало как-то пусто, зато вообще без переживаний. Снова прокрутила в голове первые несколько секунд после того, как влетела в спальню: каждый взгляд Инирана вспомнила отчетливо и без капли эмоций. Короткий миг раздражения, что его отвлекают, сразу за этим сосредоточенность на моем внешнем виде. Удивление. Быть может, злость. Если бы в тот момент я открыла имя Маллира, то Иниран наверняка рванул бы к тому. Потому что ему не нравилось то, что он видел. Не нравилось мое состояние, но ничего больше. Он не прятал глаза, не смущался ситуации, его не волновала моя реакция, он только реагировал сам на то, что произошло со мной. Именно так смотрел бы обеспокоенный человек, которому не все равно. Но любящий, застуканный с другой, смотрел бы иначе.

Да, я придумала себе настоящую романтику, просто придумала. Так и что с того? Ерунда какая. Иниран никогда не был в меня влюблен, так ведь он об этом и не говорил. Может, ему нужен был просто друг? Человек, с которым можно рядом помолчать, а не строить из себя типичного негодяя. И он увидел во мне такого человека. Все остальное было дисгармонией, неправильностью. И алханово древо помогало даже мысли мои очищать от еще недавней болезни, которая прошла так же быстро, как и началась.

Комендант сразу же выдал мне новую форму и предложил заполнить жалобу, если мои вещи пострадали в результате чьих-то намеренных действий, а не экспериментов с магией. Ничего заполнять я не стала. Маллир — идиот. И он запутался. Как и я запуталась. Но с запутавшимся идиотом я смогу справиться и сама. Учебником тресну, магией остановлю или поговорю по душам — как-нибудь справлюсь. Но определенно не приму ничью помощь в этом вопросе. Потому что он далеко не последний, кто будет издеваться надо мной в академии. Хочу остаться — должна научиться справляться.

И спала я крепко и спокойно. Пустота в мыслях, как оказалось, очень способствует отдыху. Прекрасное, стабильное состояние, не требующее затрат энергии. Всего один день я заблуждалась, и этот день себе с легкостью простила. Вообще ничего не изменилось. Кроме того, что я больше никогда не остановлюсь на той скамейке, чтобы попялиться в небо. Глупейшее времяпрепровождение.

Квест 21: Добыть из эльфов огонь

— Василиски очень опасны! — объясняла я собравшимся в моей комнате участникам команды. — В длину они могут достигать тридцати метров, но ведь есть еще и ядовитое жало. Но мало того: против нас могут выступать любые команды, это не запрещено правилами. То есть нам не только с заданием нужно справиться, но и от ударов в спину застраховаться!

— Поехали уже в город, — нетерпеливо вздохнула Клеоринесса. — Хочу побыстрее выбрать наряд, в котором буду побеждать василиска!

— Поедем! — обрадовала я присутствующих. — Но только после того, как утвердим общую программу действий! Лаоранос, ты из нас вроде бы сильнейший в магии. Есть варианты?

Он пригладил на плече платиновую прядь и очень красиво поморщился:

— Что там? — сказал раздраженно. — Василиск? Они опасны, ты права, но глупы.

Я тотчас заинтересовалась:

— Глупы? То есть ты знаешь какой-то способ выполнения такого задания? — пришлось целую минуту лицезреть его изящный профиль, пока Лаоранос делал вид, что глубоко задумался. — Скажи, чтобы мы могли подготовиться!

— Иллюзии сделаем, — нехотя ответило это подобие настоящего мужчины. — Василиск способен жрать что угодно, но все же в привычной среде обитания он питается козлорогими зайцами. Можно попытаться сбить его с толку.

— Блестяще! — я действительно обрадовалась. — Прекрасная идея, Лаоранос! Приманим его к ловушке этими самыми зайцами. Итак, кто умеет создавать иллюзии?

Руки подняли все третьекурсники. Да и мне сразу стало проще, когда хоть какой план наметился.

— Значит, вы четверо сразу подбираетесь к ловушке и создаете иллюзии. Первый курс, мы с вами наживка, поведем василиска за собой, чтобы он клюнул на уловку. Второй курс, вам придется защищать тылы — чтобы другие факультеты никого из наших до лазарета не довели. Только слаженные действия позволят всем нам пройти в следующий тур!

Эльфы синхронно и без энтузиазма пожали плечами. Фора в виде узнанного задания, возможность подготовиться никаких преимуществ не давали. Им все равно, лишь бы в первый день их наряды все зрители оценили.

Пришлось ехать со всей компанией в город. От академии туда шел магический дилижанс, и только в нем я увидела вдохновение на лице эльфов. Я до сих пор не выбиралась, всякий раз было не до того, а теперь тоже с любопытством рассматривала виды. Киндо оказался совсем небольшим поселением, даже городом назвать сложно, но в Кингарре, кроме столицы графства, и не было густонаселенных городов. Зато маленькие улочки производили впечатление уютности и чистоты. Так увлеклась, что ненадолго позабыла о своей миссии! А ведь я успела собрать информацию не только о василисках.

— Друзья, — торжественно обратилась я ко всем, когда мы покинули дилижанс и остановились на тротуаре. — Есть общая концепция по форме одежды. Помните, как изображаются древние боги в старых книгах? Легкие туники, не сковывающие движений…

— Можно, — ответила Тароланна и едва не снесла меня с ног, поскольку я закрывала ей проход в ближайшую лавку.

Результат был получен спустя несколько мучительных часов, тысячи натянутых эпитетов, килограммов лести и трат — мне пришлось использовать часть собственных денег, чтобы каждый из команды выглядел так, как хочет, а не исходя из своих возможностей. Зато в итоге все были экипированы струящимися туниками, тончайшими лосинами и шикарными накидками. В другом салоне заказали и парикмахера на раннее утро понедельника — явится прямо в академию и уложит волосы в сложные прически, которые не распадутся в процессе испытания. На это тоже пришлось потратиться мне. Так или иначе, но благосостояние моей семьи все-таки роль играло, а я, выходит, действовала как мой отец — подкупала людей, давала взятки, хоть и не так очевидно, как делал он.

Но уже на улице Клеоринесса очнулась от закупочного марева:

— Подожди, Тиалла! А что ты купила себе?

— А я в форме буду, — отмахнулась легко. — Мне все равно не выглядеть как вы. Так и зачем выпендриваться?

— И то верно, — очень обидно согласилась она. — А на фоне нас ты в таком же наряде будешь выглядеть совсем замухрышкой. Так что отличный выбор, капитан!

Перекусили в кафе, потом все же отправились в академию. Настроение я свое приподнятым не назвала бы — все прекрасно понимала. Мои потуги почти ничего не решают, эльфы просто не бойцы по природе.

И добавилась еще одна неприятность. Когда мы вышли из экипажа, я увидела неподалеку Маллира. Он, ехидно улыбаясь, тут же направился ко мне. Сказала эльфам напоследок:

— Завтра в то же время собираемся в моей комнате. Обсудим детали и особенности поведения василисков.

— Принарядимся? — с надеждой переспросила Халланси.

— Принарядимся, — покорно согласилась я.

Сама же не отрывала взгляда от приближающегося колдуна. Надеюсь, он не станет поджигать мою одежду прямо на улице и на глазах у множества свидетелей? Ректор Шолле все же предупреждал о нарушении дисциплины. И убегать не хотела — нет смысла убегать. Уйду от него сегодня, встречу завтра. Не завтра, так послезавтра. Не откладывай сегодня на послезавтра, если хочешь побыстрее чувствовать себя человеком.

— Чего тебе, Маллир? — сделала все возможное, чтобы в голосе не прозвучало и нотки страха.

— Спросить хотел, — он остановился в шаге от меня. — Даже Иниран отказался тебе помочь, я правильно понял? Выгнал из своей комнаты, ко мне не приходил ни с какими претензиями. То есть и ему на тебя плевать? Ко мне вообще никто не подошел, ноль негодования! Чуешь, красавица, что у тебя вообще никакой поддержки нет? А ты так и будешь бегать по ночам в их спальни?

— Не буду, — заверила я. — Теперь отстанешь?

— Фу, как много высокомерия и как мало гордости, — он скривился.

Я заставила себя сделать шаг к нему:

— Отстань от меня, всеми бесами прошу. Я не забуду твой поступок, но готова закрыть на него глаза, если ты одумаешься. Должен же у тебя быть хоть какой-то мозг? Ну, хоть сколько-нибудь?

Он начал краснеть от ярости. Нет, не думал же он, что я сразу превращусь в покорную девочку? Или у него такой способ ухаживания: «Буду лупить ее огненными плетями, унижать, оскорблять, пока она не проникнется и не захочет сама моей неповторимой любви»? А я дам отпор, если накинется. Пусть Маллир сильнее, но я врежу хотя бы пощечину.

Однако неожиданно прямо рядом с ним уплотнился воздух. А потом дрогнул, принимая форму какой-то жуткой твари. Мы оба отшатнулись. И с другой стороны возникло то же самое. Маллир вскрикнул, отступая, но наткнулся спиной на высоко вылезший из земли корень с тянущимися в стороны лианами. Недоумевая и распахнув глаза от удивления, я обнаружила, что по краям роста корней магическую границу с двух сторон держат эльфы со второго курса. Маллир не упал, сумел удержать равновесие, но, оценив силы, бросился вправо. Уже через минуту и след его простыл.

— Закрой рот, Тиалла, — заявил Лаоранос. — Очень некрасиво!

— Вы… вы заступились за меня? — я едва могла выдавить эти слова.

— Да это тут при чем? — опуская границу со своей стороны, ответила Халланси. Корни тут же послушно поползли вниз, зарываясь в землю. — Решили, что на нем можно испытать силы, раз идиоту пришло в голову лезть к нашему капитану. Видела иллюзии? Но граница получилась слабой, сильных колдунов не остановит, а тем более василиска. Надо будет завтра потренироваться, чтобы вчетвером поднимать границу синхронно. Ты же все равно с нас не слезешь, пока не удовлетворишься результатом.

И они просто пошли к корпусам. Плевать, что некрасиво, но я смотрела им в спины с разинутым ртом. Как бы ни прозвучало, но они не ушли, не сбежали, они сделали это, потому что считают меня своим капитаном. Я попросту не ожидала такого результата. Я молодец? Или они молодцы, к которым нужно было найти подход?

— Ты чего такая одеревенелая? — спросил подошедший Лаур.

Улыбнулась ему:

— Ничего. Так ты уже можешь со мной общаться?

— Да, — он смущенно опустил голову. — Теперь намного легче, но ближе подходить не буду. Извини, если тогда расстроил.

— Не извиняйся, Лаур. Я обещала, что буду принимать твою природу. Вот и принимаю, раз это она и есть. В другой раз не буду спрашивать тебя о странностях, самой краснеть не придется.

Он удовлетворенно кивнул.

— Тогда идем вместе в столовую? Скоро ужин.

— Идем.

Лаур помолчал немного, потом нарушил тишину:

— Знаю, что ты не хочешь моей опеки, Тиалла, но все-таки спрошу. Тебя видели в чьей-то форменной рубашке. Зея намекнула, что тебя кто-то обидел, но, похоже, она и сама не знает имя этого смертника.

— Я уже с ним разобралась, забудь!

— Разобралась, значит. Но все же продолжу наглеть. Есть что-то такое, о чем я должен знать?

— Нет, Лаур. Ничего ужасного со мной не случилось.

— А если бы случилось, то ты попросила бы о моей помощи?

Я задумалась. На самом деле, нет. Принять его помощь — все равно что прямо заявить «Я в тебе нуждаюсь». Еще вчера я в одном нуждалась, а оказалось, что он мне смог сделать намного больнее, чем сам Маллир. Но я точно чувствовала, что оборотень хочет услышать, потому и заявила:

— Конечно, Лаур! Но только в том случае, если бы меня кто-то очень серьезно обидел, а не какие-нибудь пустяки. Ты будешь смеяться, но моего обидчика приструнили эльфы!

Он тяжело вздохнул:

— Повсюду защитники. Ладно, как хочешь. И чья на тебе была рубашка, тоже не расскажешь?

— Угадал. Не расскажу.

— Соври, что эльфа! — кажется, у него даже глаза полыхнули.

Потому я остановилась и тронула за локоть.

— Не эльфа, Лаур. Но этот человек значит для меня меньше, чем самый худший из эльфов.

Он посмотрел мне в глаза и кивнул, принимая ответ. Ведь я не соврала! Пусть так и будет. Пусть будет хоть как-то.

Однако в столовой Лаура от меня отодвинула Клеоринесса. Вообще не обращая на него внимания, звонко рявкнула: