Если настигнет проклятие

– А если Орден пошлёт людей, то у нас тогда не просто проблемы, – тем временем, говорит Марко, – людей мы не почувствуем. Поэтому я предлагаю, всерьёз заняться боевой подготовкой чик-чик.

– Нет, – даже не подождав и мгновения, отзывается Алек.

Выражение его лица не меняется, за последние минут пять оно пропитано нерушимым спокойствием, но его взгляд становится убийственно жгущим.

– Я думал, что смог доказать тебе, что для этой роли ты совершенно не подходишь. Мало того, что ты проводишь все тренировки в пустую, ты сам настолько привык себя сдерживать, что тебе требуется время, чтобы собраться, – вновь пробует донести Марко до Алека свои убеждения, но на него они не действуют.

– Попробуй это ещё раз, и ты убедишься, что мне совершенно не потребуется времени, чтобы изрядно покалечить тебя, – отзывает Алек, ясно давая знать, что снова начинает выходить из себя.

Но Марко не отступает, и я начинаю предполагать, что этот разговор никогда не закончится, эти двое действительно стоят друг друга.

– Почему ты даже не рассматриваешь вариант, чтобы я обучил её, Алек? – прибавив настырности, спрашивает он. – У меня больше опыта, и я уже обучал девушек. Тем более, у меня нет к ней чувств, чтобы они мешали тренировкам.

– Сколько раз я должен ответить тебе «нет», чтобы ты понял? – интересуется Алек, и мне становится любопытно, сколько раз они говорили об этом?

– Столько, пока ты не объяснишь, почему «против».

– В этом просто нет необходимости. Я всегда рядом с Леной.

Марко язвительно усмехается.

– Так же, как и сегодня?

Вот оно – погрешность, которую не учёл Алек. Его растерянный на секунду взгляд мечется от меня к Марко. Следующие его слова звучат уже не так уверенно:

– Это – ошибка, которая точно не повторится.

И Марко снова в ответ усмехается, намекая Алеку, что тот словно не ведает, что говорит глупость.

– Ты слишком самоуверен, приятель.

– И никогда не находил это – минусом.

Их спор разрывает мою голову раздражением. Я не выдерживаю, резко вклиниваясь в разговор.

– Несколько серьёзно ты обучал меня, Алек? – задаю вопрос, который занимает далеко не первое место, но более важных всё равно озвучить не получится при посторонних.

А мне нужно избавиться хотя бы от одного, чтобы мысли перестали метаться из угла в угол. От вопроса к вопросу. От странности к странности. Просто один ответ, который сможет хоть немного облегчить эту жуткую головную боль. И я жду этого ответа, глядя на Алека с нерушимой настойчивостью. Но сам он не смотрит на меня и, на мгновение прикрывая глаза, потирает лоб тыльной стороной руки. Затем он всё же решается отозваться, но его заминка уже расставила всё на свои места.

– Настолько серьёзно, насколько это было возможно, учитывая то…

Начинает Алек, но Марко говорит за него.

– Учитывая то, что не в состоянии даже и четверти своей настоящей силы использовать, потому что боишься навредить ей.

Я поражаюсь, теряя весь воздух из лёгких. Четверти? Алек же буквально убивает Марко взглядом.

– Какого чёрта ты творишь? – требует от него ответа Алек, но я не собираюсь позволить ему вот так легко уйти от разговора.

– Это правда? – мой голос не настолько суров, чтобы сравниться с его, однако я всё равно мгновенно удосуживаюсь его внимания.

– Послушай, принцесса, – только заикается он, но этого мне достаточно.

Перебиваю его, повторно озвучивая вопрос, потому мне требуется ответ именно на него.

– Ты, правда, не можешь тренировать меня, Алек?

И всё, что он теперь мне отвечает.

– Это… с недавнего времени – сложно.

Я снова шумно выдыхаю, пытаясь не поддаться набросившимся на меня эмоциям.

– Тогда почему ты продолжал меня обучать?

Алек не задумывается.

– Потому что тебе это необходимо.

Марко мгновенно подхватывает разговор, оживляясь.

– О чём я и утверждаю сейчас.

– Заткнись, – цедит Алек, едва бросив на него взгляд.

– Хорошо, я-то заткнусь. Но может быть всё же спросим чик-чик, хочет она того или нет?

Неожиданный поворот. Марко явно играет не по честным правилам, втягивая меня в разговор, тем самым намекая Алеку, что его решение неокончательное. И Марко не промахивается. Потому что стоит мне только задуматься о предложении, всё во мне призывает согласиться. Мне надоело скрываться за спиной Алека, когда он прилагает всевозможные усилия, обеспечивая мою безопасность. Это… терзает. Совесть постоянно принуждает чувствовать себя погано. Он не должен столько брать на себя. И когда принимаю решение, исхожу далеко не из упрямства. Я хочу лишь избавить Алека от лишней головной боли.

– Я хочу этого, – голос едва различим, когда озвучиваю решение, но его слышат все.

Алек мгновенно впивается в меня неверующим взглядом, Марко удивлённо изгибает бровь и только Никола смотрит на меня так, словно гордится моим решением.

– Ты не должна этого делать… – пробует возразить Алек, однако у него не получается.

– Но ты ведь сам сказал, что мне необходимо обучаться? – звучит не как вопрос, скорее, напоминание.

И он не может его опровергнуть, хотя и не попробовать тоже не может.

– Да, но…

– И ты сказал, что сам этого сделать не в состоянии?

Лицо Алека искажается возмущением.

– Ты переворачиваешь мои слова, принцесса, – говорит он с обвинением.

И отчасти Алек прав, но мы оба знаем, что есть и часть моей правоты. Которая далеко не незначительная.

– Возможно, но ведь это правда, – просто проговариваю, уставшая и находящаяся совершенно без сил.

И если сейчас начнётся новый спор, то не смогу одержать победу. Поэтому разворачиваюсь и ухожу прежде, чем Алек сможет изменить моё решение. Слышу, как он мгновенно начинает следовать за мной, догоняя, но, сколько бы раз он ни посмотрел на меня, больше ничего не говорит. Мы утопаем в напряжении. Ни я, ни Алек не озвучиваем и слова, прокладывая обратный путь к поместью в гробовой тишине. Каким-то образом, Марко с Николой нас обогнали, оставляя для нас возможность поговорить.

Просто, поверить не могу, что Алек столько скрыл от меня. Собирался ли он вообще когда-нибудь упомянуть о том, что всё ещё хуже, чем я предполагала?

– Нам надо поговорить, – наконец нарушает молчание Алек и оборачивает ладонь вокруг моего запястья, останавливая прямо перед крыльцом.

Не хочу поворачиваться к нему, но сила нарастающего количества вопросов берёт надо мной вверх.

– И как долго ты ещё собирался молчать про Орден? – вырывается из меня, стоит только увидеть лицо Алека.

Оно скошено озадаченностью и усталостью, глаза устремляются к моим.

– Не знаю, – неожиданно признаётся Алек, и я точно не подготовлена к такому ответу.

– Почему? – всего лишь спрашиваю я.

Алек с несколько секунд молчит, раздумывая, как объясниться.

– Не хотел говорить тебе, пока не получу стопроцентного подтверждения.

– Но ты ведь был уверен даже без этого, не так ли? – настаиваю я, сама не понимая, почему так важно выяснить это. – Именно поэтому ты искал гибридов сегодня?

Моё обвинение моментально вынуждает его отвести глаза в сторону.

– Возможно, но я не собирался заставлять тебя нервничать из-за какого-то предположения.

Он прибедняется. Я качаю головой.

– Ты всегда прав, – говорю чисто автоматически.

И мгновенно вижу в его глазах вспышку приятного удивления, но останавливаю его прежде, чем он раздует тему, относящуюся лишь к его чрезмерной самоуверенности, предупреждая крайне серьёзным взглядом. Но этого и не стоило делать, уже через секунду из его взгляда пропадает всё озорство.

– Чаще всего, – поправляет меня Алек, как будто это имеет какую-то разницу. – Но теперь я даже в этом не могу быть уверенным.

Что-то в его голосе принуждает меня уделить особое внимание последним словам.

– Что это значит? – не понимаю я.

Алек мрачнеет, секунд пять он просто смотрит на меня, словно видит в последний раз, а затем он шагает вперёд, подходя вплотную ко мне. Его напряжённое тело касается моего, и всё вокруг нас становится блёклым.

Мысли всё тише, сердцебиение громче.

Алек проводит пальцами по прядям моих волос, и я буквально не могу справиться с дрожью.

– Это – не так важно сейчас, – низким, тихим голосом произносит он. – Важнее то, что всё-таки мои предположения подтвердились.

Сложно, но у меня получается удержать веки открытыми. Злость и обида всё больше сходят к нулю. Возможно, я понимаю, что Алек на самом деле просто не хотел, чтобы его догадки подтверждались.

– Хорошо, – медленно проговариваю я, тут же осознавая, насколько разрознены слова с очевидностью. – Тогда что нам теперь делать?

Челюсть Алека напрягается, когда он говорит:

– Готовиться.

Киваю, и кажется своим видом, немного взволнованным, даю понять Алеку, что больше не злюсь на него, потому что он притягивает меня к себе, обнимая за плечи.

– Значит ли это, что ты больше не против, чтобы Марко тренировал меня? – интересуюсь я, когда угроза ссоры полностью миновала.

Алек медлит с ответом, но в итоге даёт его голосом, который точно не сойдёт за благосклонный.

– Нет, не против. Но, если честно, не представляю, как смогу контролировать себя, когда ненароком увижу на тебе синяк или ссадину.

Морщусь и запрокидываю голову назад, чтобы посмотреть на Алека.

– Хочешь сказать, что всё будет так плохо?

Он роняет на меня взгляд.

– Ты должна понимать, что Марко – не простой охотник, принцесса. И он не всегда знает, когда лучше остановиться.

Пропускаю большую часть слов, потому что меня интересует совершенно другое.

– Почему тогда ты больше не отговариваешь меня?

– Потому что у меня было время успокоиться и подумать, пока мы шли. Я не рассматривал вариант, что ты согласишься, но теперь, когда всё решено, понимаю, что Марко прав – я не могу сам тренировать тебя. Когда тебе это точно не помешает.

Не совсем логичное объяснение, но я его принимаю, хотя и осознаю, что есть что-то в голове Алека, что противоречит ему самому. Что-то, что он пытается не обдумывать. И возможно, нам пора перестать обсуждать эту тему, пока Алек не ушёл в свои мысли слишком глубоко. Прижимаюсь щекой к его груди, ухом к его равномерно стучащему сердцу, желая забыть весь последний час.

И на самом деле это – очень просто, когда могу обнимать Алека так, словно мы остались совершенно одни на планете.

Минута, две, три; бесценные секунды такого просто благоговения умирают одна за другой. И мне грустно только от мысли, что нельзя вот так провести целую жизнь. Хотя, можно было бы и попробовать.

Но уже поздно…

Чувствую, как движется подбородок Алека на моей макушке, и понимаю, он о чём-то серьёзно размышляет, практически видя выражение его лица.

– Знаешь, я хочу пригласить тебя на свидание, – произносит Алек с задумчивостью в голосе, словно рассматривает какой-то вариант.

Я так резко отпрянула назад, что Алек едва успевает меня удержать в прежнем положении.

– Что? – вырывается из меня прежде, чем я обдумываю реакцию. – Свидание? Ты не шутишь?

И не сказала бы, что Алеку нравится моя реакция.

– Мне, очевидно, пора вообще заканчивать шутить, а-то ты слишком часто стала спрашивать о серьёзности моих слов.

– Ооо… так ты серьёзно, – просто проговариваю я, как умалишённая.