Помоги проекту - поделись книгой:
8.3. Техногенная версия и причины закрытия уголовного дела
Простой следователь Свердловской прокуратуры Иванов не знал, да и не мог знать ни о масштабах аварий на комбинате «Маяк», ни об этапах испытаний ракеты Р-7. Однако в Генеральной прокуратуре союза в Москве, которая держала это уголовное дело под контролем, и куда в июне месяце отправлял уголовное дело Иванов, наверняка информации было больше.
1959 год, время самого рассвета холодной войны, гонки вооружений, начало борьбы за лидерство в космосе. Две супердержавы СССР и США не жалели сил и средств на то, чтобы опередить друг друга. Ядерное оружие разрабатывалось полным ходом, эксперименты с ракетной техникой проводились непрерывно. Разработки, касающиеся стратегических ракет, ядерного оружия и радиации, стояли в пике научных исследований и экспериментов СССР и, конечно, были засекречены самим строжайшим образом.
Так получилось, что техногенная версия, начатая и не законченная Ивановым в 1959 году, напрямую выводила ход следствия сразу к двум секретным отраслям военной промышленности: испытаниям новейших ракет и работе с радиоактивными материалами, использовавшимся для изготовления ядерного оружия. Естественно, что Прокурате СССР совершенно не были нужны проблемы с военными структурами, и уж тем более прокуратуре не были нужны проблемы с секретными разработками государства, на страже сохранности которых стояло непосредственно КГБ. На тот момент сохранение государственной тайны было для Прокуратуры на порядок важнее, чем попытки установить истину по делу гибели туристов.
Само следствие слишком затянулось, срок расследования уже продлевали один раз в апреле 1959 года, и к маю месяцу положенный срок расследования истек уже второй раз. Следователь за все это время так и не смог предложить внятных версий по делу, а продолжать ход следствия в выбранном Ивановым направлении, выводящим к секретным отраслям промышленности государства, Прокуратура категорически не захотела. Поэтому следователь Иванов не получил от Прокурора разрешение на продолжение следствия, и ему пришлось свернуть его на том месте, на котором он находился в тот момент, с расплывчатым заключением о «непреодолимой силе».
После закрытия уголовное дело по регламенту должно быть сдано в архив Прокуратуры. Как известно, доступ к обычному уголовному делу, сданному в архив, могут получить родственники погибших и другие заинтересованные лица по ходатайству. Учитывая резонанс истории и отсутствие четкой информации о произошедшем, такие лица непременно сразу бы нашлись среди местных, и в Прокуратуре это прекрасно понимали. Но материалы данного уголовного дела на момент его закрытия уже содержали в себе документы, которые, если не напрямую, то косвенно указывали на конкретные производственные объекты и географические места испытаний секретных военных разработок СССР. Такой утечки информации Прокуратура не могла допустить, и чтобы исключить доступ к материалам дела людей, не связанных с секретностью, материалы дела для подстраховки было решено закрыть уровнем секретного допуска.
Указание на сдачу уголовного дела на секретное хранение поступило следователю Иванову непосредственно от его начальника, прокурора области Н.И. Климова, о чем для работника Архива Свердловской областной прокуратуры следователь сделал запись на лицевом документе уголовного дела. Само уголовное дело было закрыто грифом секретно, а страницы уголовного дела, связанные с заключением радиолога о радиации на одежде погибших, были сложены в отдельный пакет для совершенно секретного хранения.
В 1959 году, да и позже, Иванов не мог знать об истинных причинах отказа в продлении срока следствия и причинах указаний о секретном хранении, поступающих сверху. Но зная о мерах секретности, с которыми он был ознакомлен, следователю Иванову пришлось быть на людях немногословным и вообще держать язык за зубами. С этого момента он начал избегать вопросов по этому делу и вообще любого общения с родственниками погибших, потому что говорить не имел права, да и сказать по большому счету ему было нечего. Он мог лишь строить свои догадки и предположения, и мысленно сетовать на страшные ужасы кровавой государственной машины, которая виновата в гибели туристов и поэтому все засекретила.
Что же касается самой техногенной версии, проработка которой была начата, но не окончена в 1959 году, то после современного дорасследования данная версия оказывается также абсолютно не состоятельной по причине:
– отсутствия связи между обнаруженной на одежде радиацией, явлением «огненных шаров» и гибели туристов.
8.4. Итоги следствия 1959 года
На этом все 3 основные версии, которые заложили следователи в уголовное дело в 1959 году, проработаны полностью, и все они оказались ошибочными, а именно:
Снос группы ураганом. Версия не состоятельна по причине отсутствия необходимых силы ветра и уклона горы для сноса человека, а также наличия четких следов людей на склоне, которые показывают, что люди спускались со склона пешком.
Нападение манси. Версия не состоятельна по причине отсутствия каких-либо следов борьбы или драки, а также каких-либо улик и свидетельств против манси, включая возможные мотивы совершения убийства.
Техногенная авария. Версия не состоятельна по той причине, что радиация и «огненные шары» никак не связаны с гибелью группы ни по времени, ни по характеру воздействия, и представляют собой результаты производственной деятельности человека.
Других версий, которые прорабатывали или собирались прорабатывать следователи в уголовном деле 1959 года не было. Следствие по делу о гибели группы Дятлова в районе горы Отортен города Ивделя Свердловской области завело всех в полный тупик.
Глава 9. Выход из следственного тупика: 10 ключей разгадки
Полный провал следствия 1959 года однозначно свидетельствует о том, что следователи упустили из внимания важные факты по этому делу или не сделали нужные акценты на них, что в итоге и привело к тупику следствия.
В данной ситуации остается только вернуться к самому началу уголовного дела и начать внимательно изучать материалы снова, с самого первого листа, чтобы найти те самые важные факты, которые были упущены в расследовании. Именно этим я и занимался, когда перепечатывал уголовное дело.
Параллельно с поиском упущенных фактов я пытался сложить события в единую логичную картину. Картина у меня срослась далеко не сразу. Дело представляет собой несколько эпизодов, которые упрямо не хотели стыковаться между собой. Но именно благодаря этим нестыковкам, я понял, что кроме упущенных фактов, следствием так же были допущены ошибки в трактовке некоторых событий. Именно из-за этих ошибок и не срасталась цельная картина.
В целом версия собиралась по кусочкам, на основе собственных догадок, и скорее даже на основе догадок, версий и наводок читателей моего блога и собеседников. Поэтому в большей мере это коллективное расследование, нежели мое личное.
Ну что же, начнем сначала?
9.1. Предпосылки трагедии
Вы удивитесь, но для того, чтобы понять, как начала разворачиваться трагедия группы Дятлова, нам вообще не нужны протоколы и свидетельства уголовного дела. Да, да, вы не ослышались. Трагедия группы началась еще даже до выхода на маршрут. Для понимания всех предпосылок, которые в итоге погубили группу Дятлова, нужны по большей части только их дневники, и больше ничего. Не зря в Главе 1 этой книги я привел тексты их дневников полностью, как раз сейчас они нам и пригодятся.
– Ключ 1. Бескомпромиссный настрой на риск
Сначала мне бы хотелось обратить внимание на сам состав группы. В группе не было начинающих туристов, которых нужно обучать на маршруте. Все в группе Дятлова уже имели солидный опыт походов, поэтому они все чувствовали себя в походной среде очень уверенно. Они изначально были настроены на походный подвиг и готовы были к трудностям и риску ради этого. В этой группе был смешанный состав, в походе участвовали две красивые девушки, и это, конечно, оказывало дополнительное влияние на молодых ребят группы, добавляя им решимости показать себя. Завершал портрет группы их руководитель, Игорь Дятлов, который не только полностью разделял резко самоуверенный настрой ребят, а еще больше усиливал его, переводя в категорию вызова. Руководитель группы прямо настаивал на том, что трудные моменты будут решаться бескомпромиссно и дерзко.
В этой короткой фразе Дятлова и заключается сама суть настроения всей группы. Высокий уровень амбиций, игнорирование опасностей, усмешка над трудностями и решимость преодолевать их штурмом – это тот настрой, с которым ребята выходили на этот тяжелый маршрут.
Конечно зимний поход высшей категории сложности, да еще с первопрохождением района, без решительного настроя на подвиг просто не пройдешь. Но настрой группы Дятлова на подвиг был усилен настолько, что начинал толкать людей на риск не взирая ни на какие факторы. Это в итоге и вылилось в ряд необдуманных, рефлекторных и рискованных решений и действий.
Слишком рискованный настрой группы мог немного сбалансировать опытный Золотарев, но он не хотел вмешиваться в походные планы ребят и подвергать какому-то сомнению авторитет лидера группы Дятлова. Золотарев в группе был человеком временным, ему нужен был всего один поход для категории, поэтому наставничеством он заниматься явно не хотел, балагурил со всеми и веселил молодежь песнями. В себе Золотарев несомненно тоже был уверен, если молодежь справляется, то уж как ему бывшему фронтовику и инструктору турбазы оплошать.
Это не очевидно с первого взгляда, но, если хорошо проанализировать события, такой излишне дерзкий настрой группы уже в первые дни привел к определенным неприятным событиям. В самом начале похода, после поездки из Вижая в кузове открытой попутной машины и перехода в заброшенный геологический поселок 2-й Северный из-за болезни сходит с маршрута один из участников группы, Юрий Юдин.
Напомню, что накануне группа Дятлова совершила экстремальный 3,5 часовой заезд по маршруту из Вижая в лесозаготовительный поселок 41-й квартал в кузове открытой попутной машины на морозе. Рецидив болезни у Юдина возник после этой поездки, очевидно из-за переохлаждения в открытом кузове. Из группы уже в самом начале выбыл участник, который не выдержал задаваемых всей группой жестких условий, темпа и риска.
Именно с уходом Юдина для группы Дятлова и раздался первый предупредительный звонок, к которому они, к сожалению, не прислушались.
– Ключ 2. Временной цейтнот
Примерно в это же время, перед автономной лыжной частью похода, группа и ее руководитель начинают понимать, что по графику им не хватает дней для прохождения оставшейся части маршрута. Из поселка 2-й Северный они выходили 28 января, до конечной точки похода пос. Вижай им оставалось около 195 км, на прохождение которых по графику им оставалось 15 дней. Если из времени прохождения вычесть 2 дня для восхождения на горы Отортен и Холат-Чахль, то получается им нужно было проходить по 15 км каждый день. Учитывая небольшой световой день, режим дня в походе строился примерно следующим образом: в 10-00 выход, в середине дня привал, в 16-00 остановка на ночевку и установка палатки. С учетом привалов получается примерно 5 часов в день в пути. Для преодоления требуемых 15 км в день скорость движения группы должна быть около 3 км/час. В зимних условиях, когда необходимо торить лыжню, при полной загрузке рюкзаков, по пересеченной местности такой темп соблюдать все 15 дней достаточно трудно, поэтому руководитель группы сообщает о переносе контрольного срока возврата на 3 дня, с 12.02 на 15.02.
Теперь, после продления сроков группа должна была в среднем проходить по 12 км в день, со скоростью около 2,5 км/час.
Но даже с учетом дополнительно взятых дней поход по времени находился на грани фола, походного времени хватало только на обычное прохождение маршрута. В графике похода не было выделено время на разгрузочные дневки для отдыха. Любая вынужденная задержка на маршруте даже на один день по причине травмы, заболевания, поломки снаряжения, ухудшения погоды ставила весь поход на грань срыва. Запас времени на случай каких-то непредвиденных ситуаций отсутствовал, что было грубой ошибкой составителя похода Игоря Дятлова.
Отсутствие запаса времени не означало неминуемую трагедию для этого маршрута. Маршрут кольцевой, и в критической ситуации из любой точки маршрута можно повернуть на восток и за 3 дня дойти до рокадной дороги Вижай – пос. 41 квартал. – пос. 2-й Северный.
Но им-то хотелось одолеть весь маршрут, не сворачивая с него. Таков был их безоговорочный настрой. В случае схода с маршрута, категория сложности похода могла быть понижена комиссией и под угрозой оказалось бы получение туристических разрядов за поход 3-й категории. Поэтому, несмотря на потерю Юрия Юдина и имея жесткий цейтнот по времени, группа все равно выходит на маршрут.
Успешное полноценное прохождение всего маршрута при таком временном графике для них было возможно только, и только в условиях постоянного и серьёзного везения. О том, насколько им сопутствовала удача, нам могут рассказать их дневники и фотографии, других свидетельств прохождения маршрута у нас нет. При внимательном их изучении становится понятно с какими именно проблемами столкнулась группа Дятлова.
– Ключ 3. Погодные условия
Погодные условия на маршруте не были равномерными, они все время менялись в сторону ухудшения. Температура воздуха снижалась с -5° в начале похода, до -24° в последний день января.
Условия в походе становятся с каждым днем все тяжелее, это заметно даже по фотографиям. Солнечная комфортная погода в начале маршрута сменяется морозной, колючей и ветреной.
При первой попытке пройти перевал группа сталкивается с пронзительным ураганным ветром такой силы, что он заставляет их отступить и вернуться обратно в долину р.Ауспия.
– Ключ 4. Промокание
Буквально с первого дня активной части похода и на протяжении всего маршрута постоянно преследующей туристов трудностью стало образование наледей на лыжах. Наледь образуется на намокших лыжах в результате их попаданий в полыньи или воду реки, которая просочилась через трещины льда и разлилась под снегом. Вещь довольно противная, резко замедляет скорость движения и вынуждает к частым остановкам для очистки лыж. Самым первым человеком в группе, обратившем внимание на эту проблему был, кто бы вы думали? Конечно, самый чуткий из участников похода, сошедший с маршрута Юрий Юдин.
Разливов воды было много по всему маршруту, и группа влетала в них очень часто, практически каждый день.
Свернув по маршруту с р.Лозьва на русло р.Ауспии разливы воды не прекратились. Группа снова и снова встречает незамерзшую воду под снегом, что в итоге даже вынуждает их выйти на берег и идти по сугробам.
Вообще незамерзающая зимой вода характерна для этого района Северного Урала, это отмечено даже в описании района похода.
Наледи на лыжах являются не единственной проблемой таких разливов воды. В результате частого попадания в воду их брезентовые бахилы на ногах и походные ботинки подмокали, и их обязательно нужно было ежедневно сушить у костра или от тепла печки в палатке.
Но сильно натопленная печка уже в первую ночевку вызвала инцидент, из-за слишком жаркой растопки никто не хотел спать возле нее.
После этого случая на жар печки больше никто не жаловался, видимо печку стали топить слабее.
Недостатка дров на лесном маршруте группа не испытывала, поэтому костер они разжигали вечером каждый день перед ночлегом, и каждый день просушивали одежду и обувь.
Но в предпоследний день, как раз перед выходом на роковой склон горы Холатчахль, группа впервые столкнулась с условиями редколесья и скудных дров. Хороший костер развести не удалось, разожгли на скорую руку, только подогреть еду. И даже ужинать поспешили забраться в палатку. Соответственно, одежду и обувь в этот день у них вообще не получилось просушить.
Поделиться книгой: