Расплата за незабываемую ночь

Никому. Но некоторых ждала именно такая участь, и, если они сейчас же не поменяют тему разговора, прольется еще больше слез. Чем дольше Роз сидела здесь, тем больше разрасталась ее сердечная рана. Эта чудесная женщина только что сказала, что будет счастлива видеть ее своей невесткой, пока Роз будет замужем за Хендриксом. Словно Роз получала такие приглашения каждый день, и они не имели для нее особого значения.

Но все было с точностью до наоборот, и Роз хотелось ухватиться за то, что ей предлагали, и крепко держаться. Но, как и все остальное, Хелен скоро исчезнет из ее жизни. Слишком скоро. Потому что Роз только сейчас осознала, как сильно мечтает об отношениях, которые обещала ей эта женщина. Хелен могла стать для нее… наставницей. Другом. Могла бы заменить ей мать, наконец.

Роз испытывала потрясение и невообразимую горечь из-за того, что, получив желаемое, ей придется расстаться с ним.

Но разве могла она отказаться? Ни за что.

В конце концов, Хелен помогала ей замять скандал, и уже за одно это Роз должна была относиться к ней с любовью и уважением.

Все остальное прилагалось в виде огромного бонуса.

Глава 5

Хендрикс вошел в лифт дома Роз и поднялся наверх. Он конечно же мог подождать ее внизу. Но разве есть лучший способ доказать свою способность устоять перед искушением проникнуть в квартиру и овладеть своей невестой, чем не делать всего этого?

Но когда Роз открыла дверь, у него перехватило дыхание. Разве можно быть настолько соблазнительной? Ее ложбинку следовало взять в рамочку и повесить на стене в Лувре.

– А что случилось с твоими брюками? – сипло выдавил Хендрикс.

Роз посмотрела на свои бесконечно длинные голые ноги, едва прикрытые краем чего-то больше похожего на блузку.

– Какие еще брюки? Это платье.

– Ну да, как же. – Она не могла пойти с ним на свидание в таком наряде, потому что его сила воли улетучится в доли секунды. Ему не составит особого труда забраться под это платье, когда они окажутся в кабинке тускло освещенного ресторана.

Проклятье, все его благие намерения катились к чертям собачьим.

«Только бы не переступить порог ее квартиры», – мысленно твердил себе Хендрикс.

– Я предупреждаю, – выдавил он. – Если ты наденешь это платье – если его можно так назвать, – я не отвечаю за распутные действия, которые могу совершить с тобой на протяжении этого вечера.

– Да ладно тебе, – отмахнулась Роз. – Ты ведь пообещал не распускать руки, и я не сомневаюсь, что ты сдержишь свое слово. На самом деле ты хотел сказать, что тебе будет стыдно появиться со мной в таком наряде, не так ли? Мне плевать. Я не сниму его, и все тут.

– Мне не было стыдно появиться с тобой голым на фотографии, – возразил Хендрикс. – Не стыдно и сейчас. Хватит приписывать мне собственные комплексы. Бери свою сумочку и пойдем. Если ты хочешь надеть платье, которое недалеко от того, чтобы посчитать его противозаконным, дело твое.

– Что за муха тебя укусила? – спросила Роз, не заметив, как послушно выполнила его требование и взяла со стола свою сумочку. – Ты пригласил меня на свидание. Если ты собираешься весь вечер вести себя так отвратительно, я захлопну дверь у тебя перед носом и вызову охрану, чтобы выпроводить тебя.

Еще чего. Хендрикс ждал этого свидания целый день.

– Почему так трудно понять, что мне не нравится это платье только потому, что ты выглядишь в нем слишком соблазнительно! Ты высказала свое мнение, а я – свое.

Роз фыркнула и продефилировала к лифту.

– У тебя не возникало проблем с тем, что было надето на мне в Вегасе. Что изменилось сейчас? Только потому, что мы помолвлены, ты хочешь, чтобы я выглядела как и надлежит невесте Харриса.

Что бы это ни значило.

– Перестань говорить за меня. – Дверь лифта закрылась, и они оказалась одни в пространстве, которое уменьшалось с каждым разом, когда он вдыхал аромат духов Роз. – В Вегасе мне было все равно, в какой одежде ты была, потому что в определенный момент я стянул ее с тебя. Сегодня ситуация несколько другая, и, если ты и правда не догадываешься о том, какую сильную сексуальную неудовлетворенность я испытываю, я готов представить тебе доказательство, которое ты можешь проверить собственноручно.

Взгляд Роз скользнул к молнии на его брюках, что привело его в еще большее возбуждение. Прикосновение ее сладких пальчиков подарило бы ему райское наслаждение, но она не воспользовалась его приглашением. Какая жалость.

– Я… Знаешь, что? Ладно, не обращай внимания. – Она поджала свои пухлые розовые губки и отвернулась.

Не так быстро. Хендрикс сразу почувствовал, что что-то неладно.

– Говори, как есть, радость моя. Или я поцелуем заставлю тебя сказать правду.

– Что? – искоса глянула на него Роз. – В нашем договоре нет таких поправок, где говорится, что ты можешь целовать меня, чтобы получить информацию.

– А почему только ты устанавливаешь правила? Если ты не будешь откровенной со мной, мне придется придумать свои собственные.

Она так вздохнула, что у него все внутри перевернулось. Он был в шаге от того, чтобы схватить ее в свои объятия и продемонстрировать, что он всегда подкреплял свои слова действием.

– Я попыталась представить будущее.

Хендрикс испытал шок от того, что ему снова удалось разговорить Роз, как тогда на кухне. Она была настоящей загадкой, которую ему хотелось бы разгадывать и разгадывать. Конечно, Хендрикс предпочел бы заниматься этим делом в постели. Но такой вариант был под запретом, поэтому ему приходилось выкручиваться. И похоже, у него прекрасно получалось.

– Не надо. Просто скажи, что случилось, и потом мы пойдем и оторвемся, как следует.

– Возможно, ты хочешь такую жену, как твоя мама. Умную и состоявшуюся. – Она уныло пожала плечами. – Я не такая.

– Что все это значит? Ты переживаешь, что проигрываешь в сравнении с Хелен Харрис? – Ответом послужило ее молчание. – Роз, ты издеваешься? Неужели ты и правда забиваешь себе голову подобной ерундой?

Глупо. Но Роз, судя по всему, считала по-другому.

– Мы можем забыть об этом?

Но Хендрикс не собирался сдаваться. Они вышли из дома, и он подождал, пока она подойдет к машине.

Но вместо того, чтобы открыть для нее дверцу, Хендрикс обхватил ее за талию и повернул лицом к себе. В мгновение ока он позабыл обо всем на свете, кроме Роз, когда ее тело оказалось прижатым к нему так крепко, что он ощущал бедром жар ее сердцевины.

Ох уж это платье.

– Хендрикс, я уже сказала все, что ты хотел знать. – Она посмотрела на него из-под ресниц так соблазнительно, что он был близок к тому, чтобы взорваться от возбуждения.

– Что ты собираешься делать? Все равно поцелуешь меня?

– Не вижу необходимости. – Ему так сильно нравилось ощущать ее плоский живот своими бедрами, что он придвинулся к ней еще ближе. – Это строго наглядная демонстрация. С остальным придется подождать.

Потому что он пообещал. Господи, да как он вообще дошел до этого? Нашел тоже время для таких вещей, как принципы. До встречи с Роз Хендрикс сказал бы, что он вообще беспринципный в том, что касалось женщин. Точнее, так сказали бы о нем женщины, и он не стал бы возражать.

– Хотя ты так и напрашиваешься на поцелуи, – пробормотал он. – Теперь, когда тебе вдруг взбредет в голову, что ты не самая шикарная женщина, просто вспомни, что чувствовала, когда мое тело прижималось к твоему. И не смей сомневаться в том, что ты единственная женщина, которую я хочу отвезти к себе домой.

– А я и не переживала по этому поводу, – кокетливо взмахнула ресницами Роз. – И мне очень понравилась наглядная демонстрация.

Хендрикс сходил с ума, глядя на ее пухлые губки и думая о платье, которое едва прикрывало самые соблазнительные части ее тела. Но у него хватило силы воли отстраниться и сделать шаг назад. Его грудь приподнялась, когда он встретил ее взгляд, завораживающий и пылающий страстью.

– Дай знать, когда будешь готова ко всему остальному, и я с радостью окажу тебе услугу.

Почему они снова мучили друг друга?

Хендрикс вздохнул и, усадив свою невесту в машину, сам сел за руль.

– Этого сиденья хватит для двоих, – пробормотал он, когда Роз отклонилась в сторону, вместо того чтобы удобно расположиться в кресле.

– Не нужно пустых угроз, – бросила она и подперла ладонью подбородок, словно планировала разглядывать его всю дорогу. – Куда ты везешь меня? Только не к Рэндольфу. Сегодня туда меня водила на обед твоя мама.

– Ты обедала с моей мамой? – удивился Хендрикс.

Он помнил, что давал матери номер телефона Роз, но думал, что она собиралась обсудить с ней вопрос насчет рекламы ее благотворительной организации.

Обычно его мать делилась с ним своими планами на день, и его обеспокоило, что она не удосужилась поставить его в известность, что обедает с его невестой. Они были деловыми партнерами, и Хендрикс часто давал ей советы касательно ее предвыборной кампании. А еще они были друзьями, что часто вызывало у людей недоумение, поэтому он редко упоминал об этом.

Конечно, после того скандала с фотографией мать немного сердилась на него. И Хендрикс почувствовал себя скверно, обнаружив, что их отношения все еще не вернулись в прежнее русло.

– Ага. Она позвонила мне и спросила, не занята ли я. Я сказала, что нет.

– Правильно. И о чем же вы болтали?

– О том, что интересно нам, девочкам.

Она хотела сказать, что это не его дело. Хендрикс завел машину, стараясь занять себя чем-то, чтобы не совать нос в личную жизнь матери и невесты. А еще он не хотел думать, в чем кроется причина его недовольства.

По крайней мере, он узнал, с чего вдруг Роз присоединилась к клубу фанаток Хелен Харрис и развила комплекс неполноценности, сравнив себя с другими женщинами.

Они ехали к ресторану молча. Обычно у Хендрикса не возникало проблем с темами для разговора, особенно если дело касалось Роз, но он не хотел целый вечер перечислять ей всевозможные способы, как займется с ней любовью после их свадьбы.

Хотя нет, все-таки хотел. Хендрикс не видел ничего плохого в здоровом физическом влечении к женщине, на которой собирался жениться. Но он искренне сомневался, что вряд ли после непристойных разговоров сможет сдержаться и не перейти от слов к делу.

– Вы поговорили насчет того, чтобы она посетила одну из детских больниц в костюме клоуна? – Хендрикс решил выбрать более безопасную тему.

– Нет. То есть она упомянула об этом, но только для того, чтобы сказать, что она пока слишком занята, и попросила подонимать ее этим вопросом на следующей неделе. Она так и сказала. Подонимать. – Роз весело захохотала. – Как будто я буду приставать к Хелен, словно маленький ребенок, и просить: «Мам, ну, мам, ты можешь побыть клоуном? Пожалуйстааааа».

Хендрикс удивленно посмотрел на Роз, заговорившую голосом маленькой девочки.

– Так вы договорились пообедать еще раз?

– Вообще-то мы решили, что будем встречаться за обедом раз в неделю. Тебя что-то не устраивает?

Еще как не устраивает. Хендриксу пришлось не по душе, что его мама близко подружится с Роз. Почему? Откуда он знал, черт подери? Просто… не нравилась ему эта идея, и все тут.

– Да нет, что ты. Я просто поддерживаю разговор. Мы ведь на свидании. И наша основная цель – узнать друг друга получше, не так ли?

– Ты преподнес это именно так, – напомнила она ему и снова рассмеялась.

Вместо того чтобы подумать, как еще рассмешить Роз, чтобы ей было весело, Хендрикс весь напрягся и стал вести себя сдержанно, как обычно вел себя на деловых совещаниях. Наверное, сказывалась нехватка секса.

В ресторане они подождали, пока метрдотель приготовит для них столик, не обращая внимания на любопытные взгляды окружающих. По крайней мере, Роз больше не вела себя так напряженно, как в цветочном салоне, и Хендрикс посчитал это победой.

– Значит, ты собираешься встречаться с моей мамой раз в неделю? – спросил он, когда они сели за столик.

– Тебя это беспокоит, не так ли? – Роз вопросительно приподняла бровь.

– Сейчас ты должна затащить меня на задний двор и залезть мне под одежду, чтобы я мог отвлечься от своих мыслей.

– Я не против, но вряд ли это поможет, – невозмутимо ответила Роз. – Боюсь, это подействует только на меня. Почему бы тебе просто не сказать, по какой причине ты приходишь в ужас оттого, что я буду обедать с твоей мамой?

– Слишком сильно сказано, – возразил Хендрикс и сделал глоток вина, чтобы скрыть охватившую его панику. – Я совсем не ужасаюсь по этому поводу.

Как она смогла вычислить то, чего он сам не понимал?

Хендриксу в голову не приходило, что, когда он женится, ему придется делить свою мать с кем-то еще. Они так долго были вдвоем, а после смерти дяди Питера еще больше сплотились. Его реакция была чистой воды эгоизмом, но он не собирался извиняться.

– Тогда выбери более подходящее слово.

– Я проявляю любопытство.

Роз посмотрела на него с ухмылкой, давая понять, что не купилась на его ложь.

– Тебе любопытно, почему две женщины, которые не знают друг друга и вскоре станут носить одинаковую фамилию, могут захотеть пообедать вместе?

– Ты собираешься сменить фамилию? – Этим вечером его ждало множество открытий.

– Ага. А почему нет? Это ведь часть нашей сделки, не так ли? Выйдя за тебя замуж, я, как в игре «Монополия», получу карточку «освобождения из тюрьмы». Может быть, даже дам по газам. Чтобы всем стало понятно, что я в родстве с губернатором.

– Но ты уже Карпентер… – Хендрикс вдруг запнулся и вспомнил свой разговор с отцом Роз. Неужели этот человек был на самом деле таким твердолобым? Может, Роз считала, что быть Карпентер не так уж и здорово. Поймав направленный в ее сторону осуждающий взгляд отца, не сложно было догадаться почему. Возможно, она в самом деле заслуживала того, чтобы сменить фамилию.

Когда он успел стать таким ослом?

Хендрикс взял ее за руку и легонько сжал.

– Мне не следовало наезжать на тебя за то, что ты пообедала с моей мамой. Все в порядке. Я рад, что вы поладили.

Роз кивнула в ответ, и луна засияла ярче. Хендрикс выбрал ресторан, который славился превосходной кухней, и не ошибся. Они ели и болтали о всякой чепухе, и Хендрикс постепенно расслабился.

Но когда они вышли на парковку, он вдруг понял, что Роз по-прежнему напряжена. Он чувствовал это, когда держал ее за талию. Значит, он сильно задел ее. Но почему она сделала вид, что все в порядке? Совсем как женщина, которая лелеет обиду и не утруждает себя, чтобы рассказать о ней. Нет, с Хендриксом такой номер не пройдет.

– Наказываешь меня молчанием за мои преступления? – спросил он, когда они сели в машину и поехали к ее дому.

– Не говори глупости, – глядя в окошко, возразила она.

Хендрикс заехал на парковку и, выключив двигатель, повернулся лицом к Роз:

– Роз, поговори со мной. Я же вижу, что ты до сих пор расстроена.

– Ты пригласил меня на это свидание, чтобы мы могли лучше узнать друг друга. Но когда у тебя появилась возможность поговорить со мной начистоту, ты не стал. По крайней мере, прояви любезность и скажи мне честно. Ты не хочешь, чтобы я подружилась с твоей мамой, потому что я для тебя всего лишь клевая девочка, на которой тебе приходится жениться, чтобы замять скандал, в котором мы оказались замешаны. Я недостаточно хороша, чтобы быть настоящей женой.

Хендрикс на секунду зажмурился. Ему не было прощения за то, что он не заметил, к чему все шло. Похоже, Роз повторяла сейчас то, что услышала от других, а он, сам того не зная, шагнул прямо в середину минного поля.