Сто оттенков босса (СИ)

Черт, кажется, своим признанием я сделала только хуже. Я ожидала, что теперь Константин Олегович будет дергать меня по малейшему поводу и срывать на мне раздражение, но нет. Напротив, он словно забыл о моем существовании. И даже за договорами пришел сам. Молча откопал в папке нужный документ и так же молча уволок его в свой кабинет.

Между тем время неумолимо приближалось к полудню. Жаль, нельзя спросить: нужен ли массаж плеч при условии, что босс на меня зол. Или лучше сделать вид, что у меня новый приступ амнезии и я все забыла?

Поколебавшись какое-то время, я все-таки встала из-за стола и двинулась в кабинет начальника. Переступила порог – и на всякий случай остановилась. Сейчас кабинет заливал яркий солнечный свет, а Константин Олегович сосредоточенно перебирал бумаги.

– Массаж плеч, – объявила я. – Двенадцать.

Он поднял голову, словно только сейчас заметил моё присутствие. Снова долго молчал, прежде чем ответить.

– Не нужно. С сегодняшнего дня массаж отменяется. У вас и так полно обязанностей, чтобы взваливать ещё и эту. Так что выполняйте свою прямую работу.

Вообще-то насчет того, что работы у меня хватало и без массажа – я была полностью с ним согласна. Но почему-то удаление этого пункта из моих обязанностей меня огорчило.

– Извините еще раз за опоздание. Если нужно, я задержусь…

Черт, как-то двусмысленно получилось. Учитывая то, чем вчера заканчивался мой рабочий день… А ведь всего-то и хотела сказать, что отработаю положенный час.

– Не нужно, – оборвал меня босс. – Я сегодня уйду раньше. Встреча с важными партнерами. В неофициальной обстановке.

Ну на нет и суда нет. Я вышла из кабинета босса, но почему-то продолжала чувствовать себя виноватой.

11

Константин

Музыка в ночном клубе стучала по ушам, захватывала, заставляла отстукивать такт. И совершенно не давала говорить.

Если и выбирать самое неподходящее место для деловых переговоров, то оно будет именно здесь, за маленьким круглым столиком под софитами, рядом с толпой танцующей и веселящейся молодежи.

Я бы в жизни не оказался в таком месте – не люблю шум и скопление людей, но мои новые партнеры чувствуют себя здесь как рыбы в воде. Вот сидят напротив, оба два, вчерашние школьники, щуплые, мелкие, но очень-очень деловые.

Длинноногие барышни, что пачками расхаживают по этому клубу, вряд ли обратят внимание на этих двух ботанов – их больше привлекают мускулистые красавцы, постарше и попредставительнее. И совершенно напрасно. Старт-ап, который эти юные гении придумали, – это нечто бомбическое. Он уже неплохо набирает обороты. А если подпитать это дело финансовыми вливаниями, немного рекламы, толковые юристы, то и се – это будет не просто бомба, а вспышка сверхновой звезды. И года не пройдет, как мальчишки заматереют, пересядут на неприлично дорогие машины. Ну и мне что-то перепадет. Ладно, буду честен: много перепадет.

Собственно, и переговариваться нам особенно не о чем. Условия, проценты – все это мы оговорили в первые пятнадцать минут встречи, а сейчас сидели, перекрикивались, чтобы хоть что-то было слышно, и потягивали спиртное.

То есть я потягивал свой хайболл, единственный за вечер, а мои будущие партнёры накачивались так, как это может делать только молодёжь. Безбашенная молодёжь. Когда-то и я таким был.

Мысли никак не удерживались на контракте, который, определенно, будет контрактом века. Они почему-то так и норовили скользнуть совершенно в другую сторону.

Эта чертова девчонка. Алина. Я уже жалел, что затеял эти игры. По уму, надо было просто сразу сказать, что я раскусил их с сестрицей аферу и вышвырнуть ее к чертям из офиса. Но видно общение с молодежью дает свои плоды. Сам начинаю вести себя как пацан, затеял эту дурацкую игру и сам же проиграл в ней по всем статьям.

Тот же массаж. Отличная ведь была была идея получить халявное удовольствие на весь срок «отпуска» своей настоящей секретарши.

Я не учел только одного. Что сам заведусь от её прикосновений, да так, как у меня давно не было. Едва она до меня дотронулась, как в паху потяжелело. Серьёзно, от одного прикосновения ведь. Я обалдел. Подался вперёд, чтобы скрыть стояк, а сам попытался думать о чём угодно, кроме того, как она там стоит сзади и пыхтит, усердно разминая мышцы. Но нет, куда там. С каждой минутой положение становилось всё хуже и хуже. Девчонка старалась изо всех сил, а я уже мечтал только о том, чтобы почувствовать эти пальчики не на плечах, а в другом тоже неожиданно потребовавшем заботы и ласки месте.

Зато вечером, казалось бы, отыгрался за все – когда усадил ее и начал разминать плечи уже ей. Ага, как же. Разволновался как мальчишка, впервые взявший одноклассницу за ручку. Поначалу побаивался, что девчонка вот-вот вскочит и зарядит мне пощёчину за приставания на рабочем месте, но нет, видимо, мне успешно удалось скрыть истинные побуждения. Постарался вспомнить азы массажа, которому учил меня на военке старый усатый препод, бывший хирург.

И ей явно понравилось. Она млела и растекалась в моих руках – податливая, послушная. Адски хотелось поднять её с долбаного стула, развернуть и прижать к стенке, находя губами доверчиво приоткрывшиеся навстречу губы. А потом прямо на стол её, сметая к чёрту папки, клавиатуру, монитор. Содрать одежду, пока она не очнулась, коснуться губами тонкой косточки ключицы, исследовать всё тело поцелуями. Снять лифчик, накрыть ладонями крупные выпуклости, смять их, упругие, тяжёлые, лаская большими пальцами соски.

Короче, обычные фантазии загибающегося от спермотоксикоза мужика.

Только главбух явилась совершенно не вовремя. Конец рабочего дня, нормальные люди должны думать о том, как бы быстрее уйти с работы и не попасть в час пик в общественном транспорте, а не об отчетах!

Этих нескольких минут хватило, чтобы птичка снова упорхнула из самых рук, а утром, прекрасный сюрприз – разогрел ее я, а вот тушить пожар она отправилась с кем-то другим. Явилась растрепанная, невыспавшаяся, но довольная…

«У нас с парнем памятная дата!»

Кулаки сжались словно сами собой. Раздражала собственная глупость, собственная неоспоримая уверенность в том, что у неё никого нет. Вот с чего я взял, что нету? Такие девушки не гуляют на свободе. А я, болван, уже разогнался, попёр вперёд, герой-любовник: вижу цель, не вижу препятствий.

Ладно, хватит этих детских игр. Завтра же утром объявлю ей, что все знаю. Пусть катится куда угодно – к парню, ко всем чертям! И больше ни одна из сестриц не ступит на порог моего офиса. В конце концов, работа – это работа, а девиц везде хватает.

Вот здесь, например, целые толпы. Юбочки едва прикрывают задницы, груди рвутся наружу из тесных топов, а в крови плещется алкоголь – все, что нужно. Я обвел танцующую толпу ленивым взглядом, и ответ пришел сам собой. Не особенно-то и нужно. Нужна почему-то именно эта. И что-то подсказывает, что пока я не получу ее, не успокоюсь.

– Ну что, господа, хорошо посидели. Было продуктивно и познавательно. Юристы подготовят, что надо, и через пару дней всё подпишем. А у меня ещё дела, – я отставил полупустой бокал с трубочкой и зонтиками и виновато пожал плечами, мол, с вами безумно весело, но работа ждёт. – Веселитесь тут!

И в это самое мгновение взгляд зацепился за тоненькую фигурку. Высокие каблуки, обтягивающее белое платье, сияющее в цвете неона. Силуэт казался до боли знакомым.

Дожили, теперь она мне везде мерещиться будет? Этого только не хватало.

А в следующее мгновение девушка обернулась и стало ясно: Алина мне не мерещится, она весело отплясывает в компании молодняка, улыбаясь и соблазнительно вихляя бедрами.

– А впрочем, – сказал я своим спутникам, – я, пожалуй, немного задержусь.

12

День явно не задался.

Константин Олегович ходил мрачнее тучи, а потом еще и ушел пораньше, оставив в приемной какую-то недобрую ауру. Чувствовала я себя отвратительно. Единственной моей мечтой было добраться до конца рабочего дня, не нахамив никому из тех, кто по десять раз переспрашивает наши реквизиты, хотя я только что отправила их электронной почтой, или рвется на свидание к боссу, хотя я русским языком сказала: нет его сегодня и не будет…

Заказчица так ничего и не сказала по эскизам. С одной стороны, я понимала, что времени прошло слишком мало, нужно же еще спросить мнение всех друзей и знакомых, посоветоваться с кем только можно… И все равно эта молчаливая пауза напрягала. И то, что вчера мне казалось гениальнейшим интерьером, сегодня уже вызывало сомнение: а вдруг я нарисовала аляповатую чушь.

Единственное, что радовало, – этот день скоро закончится. До финала оставалось каких-то полчаса. Я уже предвкушала, как вернусь домой, куплю в магазинчике сладостей что-нибудь вкусное, закутаюсь в плед с хорошей книжкой и отключусь от всего, что меня огорчает.

Но даже этой мечте не суждено было сбыться. Звонок от Валечки – моей однокурсницы, а теперь сотрудницы одного очень престижного рекламного агентства поставил жирный крест на моих планах.

– Ты же помнишь, что сегодня мы собираемся с нашими?

Ох ты черт, за всеми этими приключениями я обо всем, конечно, забыла. Сегодня наша традиционная вылазка в ночной клуб. Наша дружная группа на худграфе каждый год за неделю до первого сентября собиралась потусить напоследок, пока лекции, практические и пленэры не закрутили нас в беспощадном, хоть и интересном вихре. Окончив универ, мы решили ничего не менять. И ежегодные встречи сделать доброй традицией.

Первой мыслью было сказаться больной, чуть живой, уехавшей – в общем, отказаться. Книжка и плед как завершение этого дня подходили куда больше.

Но – нет. Когда ты молод, зелен, а к тому же еще фрилансер, дружба с себе подобными – это не роскошь, а средство передвижения. А на этих ребят всегда можно было положиться. Если деньги нужны срочно, стоит только попросить – и кто-нибудь отсыплет тебе часть своих заказов. А еще могут посоветовать тебя на какой-нибудь толковый проект. А если тебя прибило дедлайном и ты ничего не успеваешь, можно бросить клич, и кто-нибудь обязательно поможет.

То есть сегодня в ночной клуб шла не стайка праздношатающихся творческих личностей, а практически команда, которая решила повеселиться. А чтобы подводить команду, нужны куда более веские основания, чем паршивое настроение.

– Конечно, я буду, – я посмотрела на часы. – Только ненадолго, у меня теперь ранние подъемы.

– Неужели нашла настоящую работу и отказалась от свободной жизни? – спросила Валечка.

Как запросто она догадалась, в чем дело! Но признаваться в этом не хотелось. Тем более что назвать эту мою работу нормальной – значит сильно погрешить против истины.

– Не совсем, – рассмеялась я в трубку. – Аюрведа, знаешь, йога, все дела…

– А, это отличная штука, – в ее голосе слышалось явное одобрение. – У меня терпения не хватает, а ты молодца.

Эта незаслуженная похвала меня не слишком порадовала. Что-то я в последнее время совсем завралась. Ну да ладно!

Как ни странно, придя в клуб, я быстро развеселилась. Сон как рукой сняло. Я уже и забыла, как весело всем нам было вместе, когда мы собирались в реале. Постоянно чатиться и обсуждать деловые вопросы – это одно, а вот отрываться вместе – совсем другое.

Девчонки классные, мальчишки юморные, а душечка Макс, кажется, все еще не потерял надежду когда-нибудь выбраться из френдзоны. Он весь вечер крутился возле меня. Впрочем, он как всегда был ненавязчив и обходителен, так что его внимание скорее льстило, чем раздражало.

Впервые за долгое время я оказалась в дружественном и безопасном окружении, там, где не нужно притворяться кем-то, а можно расслабиться и быть самой собой. Расслабившись, я хлопнула пару коктейлей, и дальше стало совсем весело. Алкоголь вовсю будоражил мою кровь, а невыспавшийся организм поддавался ему охотно и радостно.

Девчонкам даже удалось вытащить меня танцевать, хотя обычно я отсиживалась в уголочке, пока остальные крутили попами. Музыка гремела, что-то радостное растекалось по венам, заставляя меня кружиться в вихре этого вечера.

А потом я почувствовала на себе чей-то взгляд, подняла глаза – и застыла, увидев Константина Олеговича. Мой босс собственной персоной возвышался на танцплощадке, совсем не такой, как обычно. Во-первых, на нём не было ни строгого костюма, ни галстука. Вместо них джинсы и майка, обтягивающая прекрасно вылепленный торс. Отличный торс, куда лучше того, что я нарисовала. А во-вторых, у босса был другой взгляд. Какой-то тёмный, опасный, жгучий. Предвещающий неприятности.

Он двинулся ко мне стремительно и грозно, как идущий на таран ледокол. Проломил собой толпу, вмиг оказываясь рядом, и властно взглянул сверху вниз.

Хмель уже вовсю кружил мне голову, так что самой подходящей к случаю фразу мне показалось восхищённое:

– Ух ты.

Кажется, босс этого не ожидал. Озадаченно шевельнул бровями, взгляд его стал не таким тяжёлым. Константин Олегович склонился ко мне и потянул ноздрями воздух:

– Ты пила?

Я рассмеялась. Он был ужасно забавный, большой и строгий, как папочка. И этот внезапный переход на ты. Словно я и правда расшалившаяся маленькая девочка.

Это ощущение мне понравилось, и я схватила босса за руку.

– Давайте потанцуем.

Теперь я рассекала толпу, словно ледокол, и вела босса за собой, как огромную тяжело груженную баржу. Он не сопротивлялся, напротив, стоило нам оказаться на свободном пятачке, как сам обнял меня, разворачивая к себе лицом. Привлёк ближе. Я послушно шагнула, впечаталась ладонями в твёрдую грудь. Серые глаза босса сейчас потемнели и вызывали во мне какой-то глубинный трепет. Я вглядывалась так, словно никогда их раньше не видела, и с головой тонула в завораживающей тьме.

Наверное, мы должны были показаться ужасно странными другим посетителям клуба. Вокруг гремела бодрая музыка, а мы с Константином Олеговичем покачивались в медленном танце.

Я закинула руки ему на плечи, он обнимал меня за бёдра. От его ладоней шёл сводящий с ума жар. Мы оба молчали, я подумала, что, наверное, должна что-то сказать и брякнула какую-то легкомысленную фразочку, которую забыла сразу после того, как произнесла.

– Что ты сказала? – он не расслышал и наклонился ближе.

Совсем рядом, перед моими глазами, оказались его губы. Чуть приоткрытые, по-мужски чётко вырезанные, неожиданно мягкие на вид. Интересно, какие они на ощупь? На… вкус?

Внизу живота разгоралось ненасытное пламя. Оно соединялось, усиливаясь, с жаром от прикосновения рук босса, от его тела, к которому я прижималась. Меня вдруг пронзила невыносимо сладкая дрожь, такая сильная, что я еле удержалась на ногах. Может, и не удержалась бы, если бы не руки босса. Я закрыла глаза и уткнулась лицом ему в грудь, вдыхая чувственный запах, который словно был создан для того, чтобы окончательно вскружить мне голову. Сердце босса билось быстро и сильно, и этот стук слышался для меня отчётливее, чем рёв и грохот клубной музыки.

– Алина…

Я подняла на босса затуманенные глаза. Собственное имя показалось немного странным, как будто это было не то, к чему я привыкла. Впрочем, какая разница, к чему я там привыкла. Главное, что он зовёт меня и смотрит так, что у меня невольно сжимается внутри.

Тёплые, чуть шершавые пальцы скользнули по коже лица. Мягко очертили овал, а потом большой палец накрыл мои губы. Я слегка шевельнула ими, сама не понимая, что собираюсь сделать – лизнуть? поцеловать?

Тёмные глаза босса стали ещё темнее. Он чуть подался вперёд, одновременно притягивая меня к себе, лицо оказалось совсем рядом, я ощутила горячее дыхание на своих губах.

– Опа, Самойлова, ты чего? Что это ещё за поц?

Тело босса закаменело. Он выпрямился и бросил недобрый взгляд поверх моей головы.

Ещё не успев обернуться, я уже поняла, кто там. Макс. Наверняка заскучал без моей компании и отправился искать. Принесли же черти, мне было так хорошо!

Макс и впрямь стоял в паре метров от нас и, набычившись, смотрел на босса.

Он был на голову его ниже, но мощный в плечах, обхват бицепса, пожалуй, даже побольше, потому что Макс пропадал в качалке чуть ли не каждый день. Он любил повторять, что художник – это не только хороший глазомер, но и тренированное тело, на случай, если придётся выбивать деньги из не желающего платить заказчика.

Босс отпустил меня и сделал шаг вперёд.

– Повтори? – ласково попросил он.

В воздухе запахло тестостероном.

– Макс, ты что, – я запаниковала. Аккуратно обошла босса, кинулась к другу. Надо унять его, он явно принял на душу, неровен час, устроит здесь драку. Я не хочу, чтобы Константин Олегович пострадал. Или пусть даже пострадает Макс – всё равно не хочу, чтобы Константин Олегович в этом участвовал. И тут Макс расплылся в широкой улыбке, схватил меня и взвалил на плечо.

– Поймал!

– Отпусти! – я ударила его по спине, но чтобы остановить Макса, нужен был по меньшей мере топор, из тех, которыми валят вековые сосны. Болтаясь на широком плече, я краем глаза увидела лицо босса – опять мрачное и чужое, как сегодня в офисе.

Он резко развернулся и исчез в толпе.

13

На этот раз я не проспала, потому что будильников поставила много, громко и заранее. Не надеясь на сотовый телефон, я откопала в недрах квартиры старинный механический аппарат, который сейчас с жутким воем и дребезжанием подпрыгивал на тумбочке.

Я тоже подпрыгнула.

Воспоминания о вчерашнем дне нахлынули мутной волной. Далеко не все они были ясными и четкими и больше походили на вырванные из фильма куски, рассыпанные в произвольном порядке.

Одно яркое, врезавшееся в память – это потемневшие глаза Константина Олеговича, его пронзительный взгляд и срывающееся с его губ «Алина».

Что? Алина?

Да ладно, не стоит себя обманывать и выдавать желаемое за действительное. Там так громко играла музыка, можно было услышать, что угодно, тем более что имена у нас похожи. Арину он звал, Арину! А ни с какой Алиной он вовсе даже не знаком.

Еще одно воспоминание – это назревающая драка, и то, как я пытаюсь ее предотвратить. А потом зал ночного клуба покачивается, и меня уносят. И взгляд, провожающий меня, провожающий вроде бы как навсегда.

А потом я возвращаюсь домой и почему-то Макс идет рядом, хотя прекрасно могу добраться и одна. Я, между прочим, сказала ему об этом несколько раз! Потом покачнулась, чуть не упала – и снова повторила: не надо меня провожать! Но он настаивает, поддерживает меня под локоть и ржет, зараза, как будто я делаю что-то смешное.

А возле подъезда вдруг его огромные ручищи смыкаются на моей талии, а губы тянутся к моим.

И я неловко уворачиваюсь и лепечу что-то вроде «Ты, конечно, хороший парень, но я люблю другого». Надо же, «люблю»! Как все запущено! Последний коктейль, определенно, был лишним.