Трофеи берсерков [СИ]

— Привет всем, — Марья обвела компанию своим коронным взглядом. — Нас не представили вчера. Я Марьялена, дочь главы клана Мартена.

Слова текли ручейком, плавно и приветливо, сопровождаемые обаятельной улыбкой. Интонации мягкие и доверительные.

— А это Нелет, моя близкая подруга, почти сестра.

Близкая подруга испуганно и с недоверием таращилась на берсерков, будто ожидала, что те вот-вот перекинутся в кровожадных монстров и нападут.

Ада прикусила губу, незаметно пытаясь вытереть запачканные жиром пальцы и рот. Стало вдруг обидно и неудобно за свой внешний вид, серость и поношенную одежду. Ее и лисичек об именах не спросили, не было никаких церемоний и общепринятой вежливости. Да еще и утром они, как дикарки, первым делом накинулись на еду. Ели быстро, жадно, не уступая берсеркам в силе аппетита.

Наклонила голову и, прячась за распущенными волосами, покосилась на беров. Велислав отложил завтрак и поднялся навстречу, Денис смотрел на Марью.

— Будем знакомы! Я Велислав, это Денис и Борис.

На приглашение присоединится к завтраку волчицы, удивив всех, попросили «совсем немного, хватит и пары маленьких кусочков». Тоскливый вздох Нел уловила только ее старшая подруга.

Кроме Марьи и Велислава, никто в беседу не вступал. И обоюдная пикировка, в какой-то степени светская беседа между этими двумя продолжалась весь недолгий завтрак. Слава блистал остроумием, умело выведывал сведения и виртуозно обтекаемо не отвечал на вопросы. Марья встретила в его лице достойного противника, как и она, мастерски владеющего искусством играть словами. И заметно напряглась осознав данный факт.

— Как тебя зовут? — вдруг совершенно не к месту спросил Денис, обращаясь только к Аде.

Марья прервалась, не договорив до конца очередной пустой, ничего не значащей фразы. Она переводила оценивающий взгляд с Дена на рысь и обратно. И то, что она заметила, ей категорически не понравилось.

— Ада, — растерянно ответила девушка.

— Это сокращение? — не успокоился бер.

— Аделаида. — Еще никогда собственное имя не казалось столь неуместным и нелепым. Девушка не любила его: чересчур претенциозно для серой мышки.

— Не то. Тебе не подходит, — согласился с ее внутренними размышлениями Денис и неожиданно сильно обидел этим утверждением.

— Думаю, моим родителям было виднее, — не успела Ада удержать колкий ответ. Совершенно лишнее напоминание о маме с папой только еще больше расстроило.

— Прости, если обидел. — Ден наклонил голову и снизу вверх, выжидательно заглядывал девушке в лицо. Не боялся смотреть в глаза, наоборот, искал взгляд Ады. Ему нечего скрывать.

Весь завтрак он просидел молча, хмуря брови, выглядел напряженным и собранным. Ночью Денис почти не спал. Вместо того чтобы присоединиться к друзьям у костра, лежал на земле рядом с фургоном, где спали лисички и рысь. Ему было все равно, как такое поведение восприняли караульные, рыси и волк. Объяснили для себя усиленной охраной или еще чем. Друзья бера — оба еле удержались от характерного покручивания пальцем у виска. Только Борис выглядел еще и насторожившимся.

Ада по-прежнему не могла пересилить себя и посмотреть Денису в глаза. Причем ни с Велиславом, ни с Борисом данной проблемы не возникало. Страха она, как ни странно, не испытывала. В ответ на непонятное извинение берсерка осторожно кивнула, давая понять, что все в порядке. Такой пустяк, в самом деле! Бер не обязан извиняться, вообще не должен с ней заговаривать, беспокоиться. Царь и Бог, у него сила; может позволить себе все, что угодно.

Но Денис и на этом не успокоился. Сразу после кивка Ады медленно поднялся с места и направился к девушке. Будто получил разрешение или приглашение. Подошел вплотную и встал у нее за спиной. Движения плавные и выверенные, как у хищника, боящегося спугнуть добычу.

Ада подобралась, просто уже не представляя, чего ожидать. Быстро стрельнула взглядом на других беров, те внимательно следили за другом. Остальные, похоже, как и сама Ада, ничего не понимали.

— Ты что творишь? — тихо, с предостережением в голосе спросил Борис. — Выбор…

— Твою… лапу, — удивленно протянул Велислав.

Скептичное выражение лица Марьи выражало полное согласие с последним. Хорошо, что с завтраком закончили, иначе вся компания сейчас, вероятно, заходилась бы в кашле, подавившись.

Ден наклонился над Адой, одну ладонь положил на ее плечо, второй отводил волосы с шеи. Кончики пальцев прошлись по голой коже, отчего девушка чуть не подпрыгнула на месте. Каждое движение рук Дениса отдавалось в ее теле не подвластной контролю дрожью. Теплые пальцы шевелились, сплетая и завязывая концы шнурков, при каждом движении касаясь кожи девушки. Размеренное глубокое дыхание шевелило волосы вокруг оголенной шеи.

Опасный, жутко рискованный поступок со стороны берсерка. Он хищник, и он за спиной, хрупкая голая шея у него в руках. Добыча на волоске от того, чтобы сорваться с места и припустить в лес или же перекинуться и дать отпор, огрызнуться. Денис понимал, что идет по грани, но не мог иначе. Не знал как.

А она… Ида. И она не смотрит ему в глаза. У Дена нет в запасе времени. Достучаться, пробиться через скорлупу страха и отчуждения жизненно необходимо. Ему. И как можно быстрее.

— Прими от меня этот подарок, Ида. И не обижай, — губы обожгли ухо девушки, названной новым именем.

Она дрожала. Плетеный шнурок обвил шею и свесился под тяжестью кулона на грудь. Рука сама потянулась к подвеске. Небольшой металлический круг, по краю идет ободок красного оттенка из другого сплава. Посередине рельефное изображение морды медведя.

За такие подарки, навязанные в прямом смысле на шею, не благодарят. От таких подарков бегут что есть мочи. Но Ада-Ида этого не знала и сорваться с губ слову благодарности помешал лишь испытанный шок.

Денис нетерпеливо ждал реакции, все равно какой. В таком состоянии его устроит любая, даже негодование и крик. Но отклика не последовало, Ада продолжала молча сидеть, спрятавшись за волосами. Со спины Ден не видел, что ее пальцы обхватили медальон, не видел выражения лица. И это ужасно раздражало. Неожиданно для самого себя Денис осознал, что не только упрямство в нем чересчур развито. Он жадный, хочет всего и сразу. По отношению к Иде так точно. Надежда — очень иррациональное чувство.

Пытаясь успокоиться, расправил волосы девушки, наслаждаясь каждым мгновением, каждым сантиметром мягкого касания. Его тянуло к Иде неверотно сильно. С каждой минутой, проведенной рядом, все отчаяннее. Зверь требовал свое, и ему наплевать на условности.

Положение спас чуткий Велислав.

— А как ваши полные имена, лисички?

— Агнесса. — Лисичка пересела ближе к Аде, ей не терпелось поближе разглядеть подарок.

— Ханнеле.

Ханна недовольно взглянула на Славу, он выдернул ее из нерадостных мыслей. В отличие от наивной сестры и зажатой, отгородившейся от всего мира Ады, Ханна понимала значение подобного кулона. Во всяком случае, догадывалась. И поддерживала настрой Бориса, который еле сдерживал гнев.

Ханна не уверена, насколько строго следуют беры старинному обычаю и насколько она может себе позволить вмешиваться. Ведь эта традиция касалась только двоих, никого кроме. Ни отца, ни матери, ни главы клана. И тем более не подруг, пусть и желающих всего лишь помочь советом. Велислав же, по ее мнению, поверхностный пустобрех и шут, не умеющий промолчать, когда надо.

— Ты совсем с катушек съехал? — Борис встал и подошел к Денису. Взял за плечо и повел несопротивляющегося друга в сторону от костра.

К сожалению, их выяснение отношений никто из заинтересованных не услышал: никакой возможности пойти следом и подслушать. Огромное упущение, ведь разговор берсерков получился занятным.

Без дальнейшего промедления и слезных прощаний пять девушек и три бера собрались в путь. Небольшие котомки лисичек подхватил Борис, хмурым взглядом пресекая любые возражения. Клыка сердобольная Несса собиралась нести на руках, но под снисходительные смешки берсерков своевольный хорек выбрался из нежной хватки и независимо удрал вперед всех в лес.

Поклажу волчиц взял Слава. Ада не выпускала свой мешок с драгоценными тетрадями и снадобъями из рук, но только до тех пор, пока к ней не подошел Денис.

— Или даешь сумку мне, или ее несешь ты, а я несу тебя. Выбирай, — бескомпромиссный тон и решительный взгляд не оставляли сомнений — так и сделает.

— Мы пойдем быстро, а вы и так будете отставать, — разъяснил Велислав.

Спорить враз расхотелось, стоило представить обещанную бером картину. Тактика Ады отныне — избегать любого соприкосновения с Денисом. Любого — взгляда, касания, слова. Как назло, из своих мельтешащих мыслей этого бера выкинуть не удавалось. А медальон ощущался на теле теплым, умеренно увесистым кругом. Грел даже через ткань, напоминая о будоражащих горячих прикосновениях в озере.

С воинами из отряда Генриса не заговаривали, охранники поглощены своими сборами и настроены совсем не дружелюбно. И к берсеркам, и к самкам.

Марья ни разу за утро не повернулась к волку. В то время как Эрик, не отрываясь, следил за ней, ловил взгляд. Она не подошла и не обернулась напоследок. И только тихий, раздавшийся в спину шепот не смогла проигнорировать. Замерла на мгновение, отставая от Нелет.

— Я приду за тобой.

Обещание не вызвало ничего кроме досады.

Темп, взятый берами, и впрямь быстрый. Сперва, как и ночью у водопада, они привычно припустили по уходящей вверх по скалам тропке, не оглядываясь на отставших девушек. А те, в свою очередь, разве что ручкой не помахали вслед удаляющимся спинам.

— Ида! — ни с того ни с сего вдруг позвал Денис.

Развернулся и смотрел на идущую следом девушку. Поскольку все ее мысли заняты исключительно событиями утра и ночи, попытками понять поведение бера, то и откликнулась Ада чисто рефлекторно. Как на продолжение собственных размышлений.

Нервный шепот Ханны:

— Не отзывайся! — раздался одновременно с удивленным Адиным:

— Что?

Ден стоял в паре метров, солнечные лучи освещали его фигуру, играли бликами в темно-коричневых прядях волос. На губах медленно проступала счастливая улыбка, она озарила заросшее щетиной лицо похлеще самого яркого солнца.

— Иди осторожно, — гораздо тише добавил очевидное. Простое и совершенно ненужное предостережение, девушка и без того ступала аккуратно.

Но сердце предательски екнуло, вопреки разуму принимая заботу и внимание. Признавая, что это приятно и нужно. Работа, проделанная Адой до очередной выходки Дениса, полетела в тартарары. Старательно выстраиваемая стена из доводов и причин, почему не стоит связываться с бером, доверять, объяснение его поступков и мотивов корыстью, манипулированием, примитивным инстинктом самца — все растаяло как снег весной.

Ада всегда пеняла на свое всепоглощающее желание доверять, на готовность верить в лучшее в людях. Несмотря ни на что, вопреки тому, чему учит жизнь. Достаточно малейшего проявления доброты и заботы, как ее душа уже радуется.

— Да, — прошептала в ответ, вновь опуская голову, вперив взгляд в землю.

Пятерку отстающих попеременно вел то один, то другой бер. Остальные двое исчезали вместе или порознь в неизвестном направлении и с не до конца ясными целями. Одна из которых, не самая важная — охота.

Четко обозначенной дороги не было, берсерки следовали только им видимым ориентирам. Идти тяжело, шагать приходится все время в гору, под довольно крутым углом. Каменистая неровная почва, скользкий напитанный влагой мох — даже у привычной к долгим пешим путешествиям Ады вскоре сбилось дыхание. Не говоря уже об изнеженных Нелет и Нессе.

Открывшийся вид отличался поразительной красотой: ветер прогонял тучи, и солнце все ярче освещало простирающиеся на километры вокруг зеленые леса, долины между горными склонами и нитки поблескивающих голубых рек. Недавний дождь прибил пыль к земле, вымыл листву, дал силы расти всему живому… Природа радовала взгляд, но любоваться видами — непозволительная роскошь. Уследить бы за собственными ногами, чтобы не покатиться кувырком с прекрасной, живописной горы.

Когда с девушками шел Велислав, он заводил легкую беседу. Шутил, невзначай задавал различные вопросы, много рассказывал сам. Историями о смолгах не пугал, но из его речи становилось понятным, что угроза нешуточная.

За более чем половину века многое в устройстве жизни смолгов изменилось. Огромной переменой стало уже то, что само слово «устройство» теперь применимо к ним. Смолги стали организованнее. Появилось впечатление, будто их ведет чья-то сильная и целеустремленная рука. И стремления отнюдь не так ясны, как прежде. И из-за этого еще более опасны.

Велислав с друзьями добровольно отправились на границы клановых земель. Хотя четкого разделения со стороны северных гор и не было. Похожих дозоров, по три-четыре берсерка, странствовало достаточно много, чтобы, натыкаясь на смолгов, уничтожать тех. Пока численный перевес врагов всегда был недостаточным, чтобы победить в схватке с берами.

Когда с девушками остался один Денис, он четко обозначил свое место — впритык за Адой. Его не смутили понимающая ехидная усмешка Марьи и довольно глупое хихиканье Нессы. Впрочем, та быстро посерьезнела, получив подзатыльник от сестры. И если окружающим все было предельно ясно, то у Ады-Иды в голове варилась и кипела густая каша. А пар чуть из ушей не валил. Хорошо, что красный цвет лица можно списать на тяжелый подъем, сбившееся дыхание тоже.

Но она вовсе не настолько устала и не так неловка, чтобы постоянно поддерживать ее за талию или локоть. Ада даже шагу прибавила, хотела увеличить расстояние между собой и бером, насколько возможно. Чтобы мужчина не имел возможности ее трогать при малейшем поводе и без оного.

И провалила данную затею, как назло, с размаху споткнувшись и чуть не сорвавшись с узкой горной тропы.

— Ида… — сильные руки подхватили и не дали упасть.

Уж лучше бы она разбила колени, в самом деле! Ничего страшного, вылечила бы. Денис прижал девушку к себе, касался носом ее скулы, очень близко находились его колючая щека и узкие губы.

Они отстали от остальных, путницы так и шли все дальше прямо, не имея возможности свернуть. И не оборачиваясь. Даже Ханна и Несса не остановились, не вмешались. Хотя, во что? Что происходит?

— Спасибо, можете отпустить, — выдавила хриплым голосом.

Вежливую просьбу бер пропустил мимо ушей, только развернул Аду лицом к себе.

— Все в порядке, я не упаду, — произнесла, пытаясь высвободиться из слишком крепких объятий.

— Ида, — вновь произнес Денис, еще тише, с непонятной интонацией в голосе. Просительно, требовательно. Ада смогла бы понять, если бы всего на секунду остановилась, вслушалась и посмотрела внимательно. Несомненно, поняла бы. Но она не хотела этого делать, боялась.

— Посмотри на меня, — попросил бер.

Девушка уперла взгляд ему в подбородок, старательно избегая разноцветных глаз. Ее взгляд, упрямый, прятался за тысячью невидимых стен, тая множество страхов, загадок и надежд. Немного ожесточенный, знающий, что такое предательство и жестокость.

— На меня, Ида! — крикнул, теряя самообладание.

Напрасно. Она только еще больше втянула голову в плечи. В глаза так и не посмотрела.

Денис глубоко вдохнул, на мгновение еще крепче прижал к себе хрупкую девушку и отпустил. Похоже, то, что не удавалось многоопытным сильным наставникам, на счет раз выходит у молоденькой самки. А именно — заставить Дена отступать и терпеливо сдерживаться.

Честное слово, знай его учитель, какие по силе чувства и желания сейчас бушуют в своевольном ученике и как тот сумел их обуздать, гордился бы. Медаль Денису, да. И вдобавок — стремительно убегающая от него, сдержанного и чуткого, девушка.

Почему она продолжает бояться? Чего? Его, Дениса? Понимание страха Иды убивало. Еще одно возможное решение — убить от безысходности кого-то другого. Осталось найти, кого. Искать… у кого он может получить ответы?

После короткого привала, во время которого у полудохлой пятерки даже есть сил не нашлось, только неподвижно лежать и стонать, преодолели еще один сложный участок пути. В некоторых местах приходилось лезть по отвесной скале, где-то перепрыгивать через широкие трещины в породе. Следовало признать, без помощи берсерков девушки бы не справились. Покалечились, так точно. Благо, целитель в отряде есть.

На ночь нашли отличную, небольшую, но надежно укрытую пещеру. Под длинным выступающим каменным навесом и углублением в саму скалу. Берсерки споро развели костерок, поджарили свежее мясо. Однообразное питание не надоедало, беры умело добавляли к дичи разные травки и коренья. Готовили, на зависть многим девушкам, вкусно.

Собравшись с силами, Ада достала из мешка свой старый походный котелок и заварила щепотку полезных трав. На это ушла вся оставшаяся вода, которую ранее принес Слава, но от горячего и приятно пахнущего мятой напитка никто не отказался.

Разве что Клык не стал и пробовать, с нарочито гордым видом отвернулся от протянутой кружки. Скорее из вредности, ведь и мяса ему Борис не выделил. А втихаря подкинутые Нессой кусочки в расчет не берутся, раз никто не видел, значит, этого и не было.

Уставшие, с непривычки и после долгого, неподвижного, хоть и насыщенного событиями сидения в повозке, девушки мало говорили и клевали носами. У Нессы, Марьи и Нелет ужасно болели ноги и дергало мышцы. Им переход дался слишком уж тяжело.

Ханна все пыталась поймать удобный миг и увести подругу в сторону от беров и любопытных спутниц. Поговорить, спросить, что Аде известно о старинном обычае дарения сущности зверя. Представляет ли названная и принявшая имя Ида, чем теперь обладает? Бер преподнес-навязал ей поистине щедрый подарок. Сходу, наутро после знакомства, за завтраком. Ханна поражалась, недоумевала и злилась.

И подозревала, что Ада не имеет ни малейшего представления, во что ее втянули, усиливалось с каждой минутой. И назад пути уже нет. Ханна, во всяком случае, его не знает.

Спать устроились в ряд, ногами к огню, головой к каменной стене. С краю лежали Марья с Нелет, рядом Ханна и Ада с двух сторон обняли мерзнущую Лисичку. Они уютно закутались в теплые плащи и наконец опустили тяжелые веки. Беры продолжали сидеть у костра, пили сваренный Адой настой и ложиться не торопились. Понятное дело, для них путь совсем не сложный, так, прогулка на солнышке неспешным шагом.

— Ада… — еле слышно позвала Ханна.

— Я сплю, меня нет, — прошептала, не открывая глаз.

— Ты чувствуешь медальон?

Ответить получилось не сразу, девушка начала широко зевать.

— Теплый. Греет.

Ханна пораженно выдохнула. И что тут сказать? Что объяснить? Предостеречь? Ада сама, пусть и неосознанно, но принимает все ей даруемое. Может, все не так уж и плохо? Ведь их для этого и отправляют в клан берсерков, чтобы стать чьей-то парой. Или?

Усталая голова шла кругом из-за сотни вопросов, страхов и сомнений. Ханна чувствовала, что должна что-то сделать, решить, помочь и в то же время не представляла, как и что именно. Она ничего не решает.

— Знаешь значение медальона?

— Значение? Ммм, я думаю, это как извинение. Неуместно и слишком, но он же… того, эмм, странный. Денис тогда прощения попросил. Но, конечно, погорячился, подарив такой подарок. Он не обязан. И он вообще какой-то подозрительный, правда? Денис. Почему он так со мной? С тобой и остальными вроде нормально себя ведет. Думаешь, надо вернуть кулон? В самом де…