Помоги проекту - поделись книгой:
Все эти победы, естественно, не подтверждаются документами противника. Во-первых, никакие До-215 тройками над морем никогда не летали. Обычно за таковых принимали любые двухкилевые машины, в первую очередь Do-17 и Bf-110. Но и их на Южном фронте никогда не было. Скорее всего, за До-215 были приняты не очень похожие на них, но также двухкилевые венгерские бомбардировщики Ca-135bis. 10–11 августа «Капрони», которые на тот момент базировались на аэродроме Первомайск, действительно выполнили несколько налетов на Николаев. При этом их сопровождали 5 истребителей Re-2000 и 6 «Фиатов» CR.42 из состава 1./2 и 1./3 эскадрилий. Венгерские летчики заявили, что сбили в районе Николаева 5 советских И-16. Сазадошу[110] Ласло Томору, заслошам[111] Миклошу Куну, Каролю Бараньи, Мартину Шоньи было засчитано по одной победе, хаднадю[112] Альберту Шерешу и сакасвезётё[113] Лайошу Течи — по 3.
Венгерские бомбардировщики потерь не имели, а вот над рейдом Николаева был сбит Re-2000 «У+420». Его пилот фёхаднадь[114] Дюла Ластоши погиб. С большой долей вероятности можно утверждать, что его сбил или И-16 младшего лейтенанта Н.А. Кисляка[115], которому был записан сбитый Me-109, или Грек в результате вышеупомянутого тарана.
10 августа Одесса была полностью окружена. Однако части Отдельной Приморской армии в составе 25, 95 и 421-й стрелковых и 2-й кавалерийской дивизий занимали выгодный с точки зрения обороны и довольно большой по периметру плацдарм. Его левый фланг упирался в устье Днестра и широкий Днестровский лиман (залив), а правый в Тилигульский лиман, представлявший собой большое, вытянутое в длину озеро. В центре укрепрайон проходил в основном по пересеченной местности, которая также была рассечена двумя большими лиманами (озерами). Армия бесперебойно снабжалась по морю из Крыма, и все это создавало выгодные условия для длительной обороны. Тем более что штурм Одессы был поручен 4-й румынской армии, а ее боевые качества у нашего командования вызывали некоторые сомнения. Вермахт, в отличие от люфтваффе, на этом участке Восточного фронта никакого участия не принимал.
В ночь на 11 августа 4 СБ из 5-го СБАП[116] дважды поодиночке бомбили Вознесенск, Ольгополь и Ново-Украинку, сбросив на них 32 ФАБ-100, 16 ФАБ-50 и 16 ЗАБ-50. Одновременно с этим 3 Пе-2 из того же полка сбросили бомбы на мотомехколонну в районе Березовки.
Днем 14 И-16 из 67-го ИАП нанесли штурмовой удар по вражеским автоколоннам в районе Аристарховка — Григорьевка. По докладам летчиков, было уничтожено 20 автомашин.
В 11:25 6 Ил-2 из 232-го ШАП атаковали автоколонну на дорогах Еланец — Новая Одесса, Еланец — Ольгополь. Летчики доложили об уничтожении 60 автомашин.
В 14:30 группа из 5 И-16 из 67-го полка сопровождала бомбардировщики СБ в районе боевых действий. Однако на маршруте летчикам встретилась сильная облачность, визуальный контакт с «бомберами» был потерян, в итоге «ишакам» пришлось снизиться до 50 метров. В результате они были обстреляны из пулеметов, 1 И-16 был сбит и рухнул на землю.
В 15:05 10 Ил-2 из 232-го полка нанесли удар по автоколонне на дороге Нечаянное — Варваровка. В качестве боеприпасов штурмовики использовали исключительно мелкие осколочные бомбы АО-2,5.
В 18:38 звено Пе-2 из 5-го СБАП нанесло авиаудар по дороге Заводовка — Березовка. По возвращении экипажи доложили, что прямыми попаданиями уничтожили 5 автомашин.
Активно действовал в этот день и 131-й ИАП.
Заместитель командира 2-й эскадрильи 9-го ИАП ВВС ЧФ старший лейтенант И.К. Калинин заявил, что сбил самолет-разведчик Хттт-126 над мостом через реку Южный Буг. В действительности потерь Hs-126B-1 в эти дни в районе Николаева не зафиксировано. Скорее всего, Калинин атаковал один из венгерских разведчиков WM-21 или Не-46Е-2 из I. Koz. Szd. и YII Koz.Szd. (ближнеразведывательных эскадрилий), которые были весьма активны в эти дни в районе Николаева. И те и другие самолеты внешне напоминали Hs-126.
Всего же в этот день, в отчаянии пытаясь остановить наступление немецких войск на Николаев, ВВС ЮФ выполнили 301 самолето-вылет (включая 9-й ИАП ВВС ЧФ). Правда, из них более трети пришлось на недавно переброшенный на фронт под Одессу 131-й ИАП. Обращает на себя внимание тот факт, что целями атак как специальных штурмовиков, так и истребителей были исключительно автомашины и «мотомехколонны» на дорогах. По всей вероятности, командование ВВС Южфонта (да и других тоже) полагало, что штурмовка для того и придумана, чтобы нещадно бить автомобили противника. Или же в штабах были уверены, что именно срыв снабжения передовых частей лучший способ остановить или хотя бы замедлить их продвижение. Удары же по самим частям и переднему краю зачастую не выполнялись вовсе…
4-й и 55-й истребительные авиаполки в этот день не поднимались в воздух. Причиной тому стало полное отсутствие горючего и боеприпасов на аэродромах Лепетиха и Березничеватое. Привыкшим к хорошо оборудованным авиабазам летчикам фактически предоставили полузаброшенные площадки, на которых ранее базировались аэроклубы. Да и сама дивизия представляла собой лишь жалкую тень от того, какой она была полтора месяца назад.
Боевой состав 20-й САД по состоянию на 11 августа 1941 г.
| Полк | Аэродром | Тип самолета | Количество боеготовых |
|---|---|---|---|
| 4 ИАП | Лепетиха | И-15бис | 1 |
| И-153 | 5 | ||
| И-16 | 2 | ||
| 55 ИАП | Березничеватое | И-153 | 11 |
| МиГ-3 | 5 | ||
| Ил-2 | 3 | ||
| | | ||
Из приведенных в таблице данных хорошо видно, насколько изменился качественный и количественный состав 4-го и 55-го авиаполков за четыре недели боев (см. в сравнении со «свежим» 131-м ИАП). По состоянию на 15 июля в них имелось в общей сложности 49 боеготовых истребителей, большую часть которых — 31 машину — составляли новые МиГ-3. Теперь же оба основных полка 20-й авиадивизии имели всего 27 боеготовых истребителей, причем большую часть матчасти уже составляли «устаревшие» И-153.
Ну а использование на постоянной основе в истребительном полку самолетов Ил-2 вообще являлось нонсенсом! Правда, предназначались они вовсе не для перехвата вражеских самолетов, а для «уничтожения подходящих подкреплений противника». К тому времени 55-й ИАП фактически стал истребительно-разведывательно-штурмовым полком и у многих летчиков был за плечами богатый опыт ударов по наземным целям. Одним из летчиков, которым предстояло действовать на Илах, стал младший лейтенант Валентин Фигичев, который к 6 августа совершил уже 130 боевых вылетов, в основном на штурмовку[117].
Погода в Причерноморье в этот день снова была пасмурной. Стояла плотная облачность 7–8 баллов, видимость составляла 10–12 км.
Утром 4-й и 55-й ИАП боевых вылетов снова не производили из-за полного отсутствия бензина и боеприпасов. Ну а в обед поступил очередной приказ на перебазирование дальше на восток. 4-й полк перелетел на аэродром Снигиревка, а 55-й в Копани. Штаб 20-й САД, не успев освоиться в Березничеватом, также переместился в Афанасьевку.
В 17:30 авиадивизия выполнила единственную за этот день операцию. 3 И-153 и 1 И-16 из 4-го ИАП нанесли удар по танкам и автомашинам на дороге Нечаянное — Сенкино. С высоты 700 м истребители сбросили 12 осколочных бомб АО-15. Штурмовка на сей раз не производилась. Летчики отчитались, что все бомбы попали в цель, хотя это и вызывает некоторые сомнения.
В 18:35 самолеты благополучно приземлились в Снигиревке. А уже всего через 20 минут 7 Хе-111 в сопровождении 4 Me-109 совершили налет на этот аэродром, сбросив на него 8 бомб. В результате были повреждены 2 И-153.
Впереди у 4-го и 55-го ИАП были новые сражения на подступах к Крыму. Но это уже совсем другая история. 13–14 августа полки 20-й смешанной авиадивизии (точнее то, что от них осталось) были переброшены на аэродромы в устье Днепра, и в битве за Одессу они участия больше не принимали.
Летчики 69-го ИАП, 7-й и 82-й ОМРАЭ выполнили за день 83 самолето-вылета в основном на штурмовку. Нельзя сказать, что все они прошли вхолостую, но про сбитые самолеты противника наши пилоты не заявляли.
Летающие лодки МБР-2 из 7-й и 82-й ОМРАЭ ВВС ЧФ бомбили и штурмовали позиции 15-й румынской пехотной дивизии в районе Еремеевка-Свердлово между Малым и Большим Аджалыкским лиманами. Пользуясь отсутствием румынских истребителей в воздухе, они в течение дня выполнили три вылета. Румынские солдаты были довольно пугливыми, да и воевать не особенно хотели. Посему использовали налет как повод, чтобы приостановить свое наступление. А начальству доложили, каким ужасным был налет «русских гидросамолетов». В ответ вечером румынские бомбардировщики осуществили безрезультатный налет на гидроаэродром в Хаджибеевском лимане.
Не очень хорошая погода не помешала люфтваффе и FARR атаковать советские суда на море. В 11:00 три румынских «Бленхейма» атаковали пароход в районе Одессы. По докладу экипажей, одна из сброшенных бомб попала в корму судна и вызвала пожар. В свою очередь, пилоты двух немецких Bf-109 доложили об успешной атаке в 12:00 бомбами SC.250 советского транспорта водоизмещением в 5000 тонн также в районе Одессы. В действительности и те и другие атаковали одну и ту же цель — пароход ЧГМП «Новороссийск» водоизмещением 1351 брт. В результате атаки авиации он получил сильные повреждения и выбросился на отмель в районе Григорьевки. Там по нему открыла огонь румынская полевая артиллерия, и к утру 13 августа судно было полностью уничтожено.
Трудным стал боевой день для 40-го СБАП ВВС ЧФ. Совершив в районе Одессы 30 самолето-вылетов, он потерял сразу 8 бомбардировщиков СБ. Пять были сбиты и упали за линией фронта, а еще три получили повреждения и совершили вынужденные посадки на советской территории. Два экипажа в полном составе и еще один пилот погибли или пропали без вести, а штурман одного из самолетов попал в плен. Согласно данным противоположной стороны, в 12:00 обер-лейтенант Эрих Фридрих и лейтенант Франц Хрдличка атаковали и сбили 3 СБ, а обер-фельдфебель Эжен Винтергест из 4-й эскадрильи JG77 доложил об уничтожении в одном бою сразу 7 (!!!) бомбардировщиков. Его командир не поверил докладу своего подчиненного и вечером сам слетал в район боя, указанный Винтергестом, после чего официально подтвердил его победы. Реальные потери советской стороны, как видно, были близки к заявленным немецкими летчиками, а на счету Винтергеста действительно могло быть как минимум 5 СБ.
В районе Гниляково румынский бомбардировщик PZL-37A № 201 был поврежден зенитным огнем советской ПВО (получил два прямых попадания снарядов в бензобак и киль), при этом был ранен пилот адъютант Илие Терчи и убит воздушный стрелок сержант Николае Ангелашке. Однако «Лось» все же сумел вернуться на базу. Еще один румынский бомбардировщик Potez-633B-2 № 13 из Esk. 74 Bomb, был подбит зенитками при бомбардировке станции Выгода и совершил аварийную посадку южнее Гниляково. Его экипаж не пострадал.
Советские зенитчики в этот день вообще были очень результативны. В сводке Южного фронта сообщалось:
Пара И-16 старших лейтенантов И.К. Калинина[119] и А.Ф. Берестовского[120] из 2-й эскадрильи 9-го полка в этот день вылетала в район Одессы, которая расположена в 100 км к юго-западу от Николаева. По возвращении летчики доложили об успешном воздушном бое и двух сбитых самолетах. Однако каких именно, осталось невыясненным.
В то же время Не-111Н-4 из 2-й эскадрильи KG27 «Бельке» был атакован в районе Одессы двумя И-16 и подбит. Однако обер-ефрейтору Кристиану Хонишу все же удалось дотянуть до своей территории и совершить вынужденную посадку в районе Клястичи (Kljastizy). Сам пилот при этом получил ранение, а повреждения «Хейнкеля» оценили в 60 %. Но вот кто именно атаковал бомбардировщик, непонятно. Стоит отметить, что в связи с экстренной эвакуацией 9-го ИАП из Николаева в Крым документация в полку какое-то время не велась. Уже много позже при восстановлении документации и подготовке наградных документов в летные книжки Калинина и Берестовского было записано по одному сбитому Me-109 за 12 августа. Возможно, что на самом деле они и атаковали указанный Не-111.
А вот заявленный пилотом Як-1 лейтенантом В.Т. Добровым[121] из 9-го полка сбитый Me-109 подтверждается документами противника. Bf-109F-4 W.Nr. 3466 из 9./JG77 был подбит в районе Николаева и тяжело поврежден (35 %) при вынужденной посадке. В свою очередь, пилоты II./JG77 доложили, что в 18:30 сбили в этом же районе 2 СБ и 1 И-16.
Утром летчики 69-го НАЛ провели воздушный бой с Me-109 в районе станции Выгода и отчитались об одном сбитом самолете. По румынским данным, в 07:30 в бою с советскими истребителями в районе Одессы (Фомина Балка — Васильевка) были повреждены и совершили вынужденные посадки, но уже на своей территории Bf-109E-3 W.Nr. 2328 бортовой № 31 и Bf-109Е-3 W.Nr. 2508 бортовой № 25 из Esk. 58 Van. При этом второй «Мессершмитт» во время посадки скапотировал[122]. Оба пилота не пострадали.
Ближе к обеду лейтенант Алексей Маланов заявил, что сбил одномоторный разведывательный самолет в районе Кримидовки (данные не из документов полка, а из летной книжки пилота). По данным противоположной стороны, в 12:00 IAR-39 из Esk. 15 Obs над линией фронта был атакован 6 И-16. Подбитый ближний разведчик совершил вынужденную посадку, но после починки неисправностей силами экипажа взлетел и благополучно долетел до своего аэродрома.
А вот еще один IAR-39 из Esk. 20 Obs. действительно сбили (время не указывается) советские истребители в районе Одессы. Его пилот капитан Франсис Мараско погиб, остальные два члена экипажа выпрыгнули с парашютами и позже смогли перейти линию фронта.
В 18:00 6 IAR-38 из 11-й и 12-й разведывательных эскадрилий бомбили советские позиции в районе Васильевки. Один из ИАРов был сбит огнем с земли. О судьбе его экипажа ничего не сообщается.
На станции Карпово румынские бомбардировщики разбомбили железнодорожный состав с боеприпасами.
В 20:00 IAR-39 из Esk. 17 Obs. получил прямое попадание зенитного снаряда, в результате штурман был убит, а воздушный стрелок тяжело ранен в ногу, но пилот смог привести подбитую машину на свой аэродром.
Всего же в течение дня FARR потеряли в районе Одессы 5 самолетов, в том числе 2 безвозвратно. Кроме этого, немецкий Bf-109E-4/B W.Nr. 5896 был сбит (по немецким данным, «огнем корабельной ПВО») над морем южнее Очакова, а его пилот фельдфебель Гюнтер Маршхаузен из 5./JG77 погиб.
Боевую активность в этом районе проявили и союзники немцев. Венгерский Не-46Е-2 с бортовым номером «F+316» из 1-й ближнеразведывательной эскадрильи на Днепро-Бугском лимане подбит пулеметным огнем с учебных торпедных катеров У-1 и У-2 и разбит при аварийной посадке южнее Вознесенска, не дотянув совсем немного до своего аэродрома.
В этот день большая группа летчиков 69-го ИАП была представлена к государственным наградам. Командир эскадрильи 32-летний капитан Юрий Рыкачев за 2 лично сбитых самолета и один в группе был представлен к ордену Ленина. 20-летний младший лейтенант Михаил Шилов совершил 93 боевых вылета, имел одну победу в паре[123], а фашистским стервятникам, согласно сведениям в наградном листе, «не раз приходилось удирать, не выполнив задания» после его смелых атак. Шилова представили к Красному Знамени, но потом лист переписали на орден Ленина. 21-летний младший лейтенант Алексей Алелюхин также не имел на своем счету сбитых лично самолетов[124], но зато совершил 83 вылета, в основном на штурмовку, разведку и патрулирование, чем также заслужил Красное Знамя. Командир эскадрильи 33-летний капитан Михаил Асташкин к этому моменту совершил 78 боевых вылетов, и за ним числилась одна личная[125] и три групповые победы, за что он также был представлен к ордену Красного Знамени. Военный комиссар полка 32-летний батальонный комиссар Николай Верховец, о боевой работе которого «восторженно отзывалась вся часть», был представлен к ордену Ленина, но военный совет Приморской армии заменил его на Красное Знамя. Заместитель командира эскадрильи 26-летний старший лейтенант Николай Голубев совершил 53 боевых вылета, побед не имел, зато
Комиссара 4-й эскадрильи 33-летнего старшего политрука Феодосия Дубковского представили к Красному Знамени за 52 боевых вылета и один сбитый самолет, командира эскадрильи 29-летнего старшего лейтенанта Агея Блохина — за 82 вылета и один сбитый самолет, заместителя командира эскадрильи 26-летнего старшего лейтенанта Петра Полоза — за 42 боевых вылета и две личные победы, командира звена 33-летнего младшего лейтенанта Василия Серогодского — за 45 боевых вылетов и одну личную победу, 27-летнего адъютанта эскадрильи лейтенанта Ивана Пескова — за 66 боевых вылетов, один подбитый бомбардировщик и две групповые победы, 23-летнего младшего лейтенанта Михаила Тараканова — за 92 боевых вылета и одну групповую победу, 23-летнего адъютанта эскадрильи лейтенанта Виталия Топольского — за 16 боевых вылетов и три сбитых самолета, 29-летнего капитана Виктора Климова — за 69 боевых вылетов, один сбитый лично и несколько в группе, 26-летнего старшего политрука Семена Куницу — за 95 вылетов и одну личную победу, 23-летнего командира звена младшего лейтенанта Григория Педько за 41 боевой вылет и два сбитых самолета, 27-летнего командира звена Павла Эсаулова — за 59 вылетов и 5 истребителей, сбитых «в группе товарищей», 24-летнего командира звена младшего лейтенанта Дмитрия Чватова — за один сбитый самолет, 22-летнего младшего лейтенанта Василия Верянского — за 23 боевых вылета, одну личную и одну групповую победу.
А вот ничем особенно примечательным не выделившегося 25-летнего командира звена лейтенанта Виктора Шелемина почему-то представили к ордену Красной Звезды. Хотя к тому моменту летчик выполнил всего 25 боевых вылетов и имел одну воздушную победу в группе. Напомним, согласно статуту, Красная Звезда вручалась за «выдающуюся деятельность, способствовавшую крупному успеху наших войск в военное время». Но ничего такого в наградном листе Шелемина указано не было.
24-летний младший лейтенант Дмитрий Иванов и 25-летний младший лейтенант Александр Иконников, успевшие совершить соответственно по 19 и 38 боевых вылетов и сбить по одному вражескому самолету, были представлены к ордену Красного Знамени посмертно.
К очередной награде — ордену Красного Знамени — был представлен и помощник командира полка (фактически и. о. командира) 26-летний майор Лев Шестаков. С начала войны он совершил 56 боевых вылетов и сбил 3 самолета (Me-109, ПЗЛ-24 и Хе-111). Как и остальным летчикам ВВС Южфронта, самих наград всем вышеперечисленным товарищам пришлось ждать до ноября. Но до него дожили не все…
Приведенные данные свидетельствуют о двух вещах. Во-первых, опровергают расхожий миф о том, что личный состав ВВС РРКА в основном состоял из молодых, необстрелянных юнцов. Средний возраст летчиков 69-го ИАП составлял 25 лет, а за плечами у них были годы обучения в аэроклубах, авиационных школах и учебных полках. Во-вторых, бросается в глаза огромное, по меркам 1941 г., количество боевых вылетов при небольшом числе побед. Большая часть из них совершалась на патрулирование, разведку и штурмовку. Это в очередной раз опровергает распространенное утверждение, что «в первые месяцы войны наших летчиков сбивали после 10–15 вылетов и менее».
В ночь на 14 августа, с 23:00 до 05:00, 9 СБ из 5-го СБАП поодиночке бомбили румынские и немецкие войска в районе Кринеца, Ольгополя и Еланца. И хотя в районе целей экипажи «наблюдали пожары», понятно, что точность и эффективность подобных атак по площадям в ночное время оставляла желать лучшего.
По всему периметру обороны Одессы в этот день шли ожесточенные бои. А поскольку авиация теперь действовала не на обширных пространствах, а в основном над 60-км плацдармом, который удерживали советские войска, схватки в небе стали происходить регулярно.
Младший лейтенант Н.П. Жедаев в воздушном бою в районе Одессы сбил Me-109. По немецким данным, это был Bf-109E-4 W.Nr. 3260 обер-лейтенанта Вальтера Хокнера из 5-й эскадрильи JG77, который действительно был сбит в районе города. Летчик выпрыгнул с парашютом и остался цел.
Младший лейтенант Василий Серогодский в составе группы сбил другой «Мессершмитт» в районе Большого Фонтана. Еще на один Me-109, сбитый в районе Аккермана, претендовал командир 69-го ИАП майор Лев Шестаков. По данным противоположной стороны, истребители люфтваффе в район Аккермана не летали, а потерь румынских Bf-109 в этот день не отмечено. А вот Bf-109E-1 W.Nr. 3447 фельдфебеля Рудольфа Шмидта из 6./JG77 был действительно подбит в бою с советскими истребителями в районе Одессы и тяжело поврежден (30 %) при вынужденной посадке, перетянув линию фронта. Судя по всему, именно этот самолет и был засчитан в качестве воздушной победы Серогодскому или Шестакову.
Кроме этого, в 11:00 в районе Спиридоновки был сбит (по румынским данным, в результате атаки 9 И-16) разведывательный IAR-38 № 34 из Esk. 13 Obs. Наблюдатель локотенант Николае Опря был убит, а пилот адъютант-стажер Спиридон Фоксаненяну и стрелок сержант Георге Хюлубан тяжело ранены.
Также летчики 69-го полка доложили, что в районе Одессы им удалось сбить бомбардировщик Хе-111. 14 августа ни германские, не румынские данные потерь Не-111 не фиксируют, но вечером 13 августа Не-111Н-3 № 32 из Esk. 79 Bomb, действительно был подбит советскими истребителями над Одессой, получил ряд прямых попаданий в топливные баки и один из двигателей. Однако бомбардировщик тем не менее сумел уйти от преследователей и дотянуть на одном моторе на свой аэродром.
В 19:00 9 И-16 из 67-го ИАП нанесли штурмовой удар по войскам противника в районе Шевченко — Ольгополь.
Гидроаэродром в Хаджибеевском лимане был внезапно атакован 8 румынскими истребителями IAR-80. Прорвавшись через зенитный огонь на бреющем полете, они сожгли стоящие на воде 3 МБР-2 и тяжело повредили еще 3 гидросамолета (из 8 находящихся на аэродроме). Во время штурмовки румынский истребитель IAR-80 бортовой № 65 из состава Esk. 42 Van. получил попадание в мотор и совершил аварийную посадку на фюзеляж, сломав шасси. Его пилот сублокотенант Йон Воника не пострадал.
Пилоты II./JG77 в течение дня доложили про следующие воздушные победы в районе Одессы:
10:30 — И-16;
15:00 — И-153;
15:18 — И-17;
18:00 — 3 ДБ-3.
При этом все заявленные сбитые истребители были из состава 9-го ИАП ВВС ЧФ. В этот день полк понес очень болезненную потерю. В воздушном бою был сбит новый Як-1 (по советским данным, «огнем ПВО») командира 4-й эскадрильи капитана С. Житникова. С большой долей вероятности можно утверждать, что его сбил унтер-офицер Эрнст Вильгельм Райнерт из 4-й эскадрильи JG77, которому и был засчитан сбитый в 15:18 И-17.
Командир полка майор Лев Шестаков доложил командованию про невозможность полноценного выполнения поставленных перед ним боевых задач, так как в составе 69-го ИАП к этому дню осталось только 20 боеготовых И-16. Между тем реальную помощь окруженной Одессе в пополнении авиатехникой в тот момент могли оказать только ВВС ЧФ. Армейские авиаполки, как было показано на примере 20-й САД, к этому времени остались почти без матчасти.
Ко всему прочему румынские истребители выполнили еще один успешный налет на наш гидроаэродром в Хаджибеевском лимане. Северное побережье этого длинного и узкого озера к тому моменту уже было захвачено противником. В итоге к вечеру 15 августа в строю осталось только 5 летающих лодок МБР-2 из 7-й и 82-й ОМРАЭ.
Активно пока еще продолжали содействовать обороне Одессы летчики 9-го ИАП ВВС ЧФ. И это несмотря на то, что вражеские войска уже находились на окраинах Николаева. Лейтенант Е.В. Петренко в районе Прогнойска (Прогнои) лично сбил Ю-87, а затем в составе группы Ю-88. По данным противника, в районе колонии Erkelsdorf действительно был потерян Ju-87R-2 W.Nr. 5094 из 3-й эскадрильи StG77. Оба летчика: унтер-офицер Артур Шрамм и ефрейтор Эрих Сайпель — погибли. Но вторая победа Петренко не находит подтверждений.
В этот день немецкие бомбардировщики впервые появились у западного побережья Крыма. Атаке подвергся порт Ак-Мечеть и транспорт «Чехов». По тревоге были подняты все боеготовые морские истребители ВВС ЧФ, в том числе и 9-го полка. На траверзе мыса Тарханкут лейтенант А.М. Катров на Як-1 таранил один из «Юнкерсов». После удара летчик выпрыгнул с парашютом над морем, но был найден и спасен катером МО. Впоследствии в летную книжку Катрова было записано ½ сбитого Ю-88. И действительно, у Ju-88A-4 W.Nr. 88-1236 «9K+BL» из 3-й эскадрильи KG51 «Эдельвейс» в результате тарана был разбит киль. Тем не менее пилот лейтенант Хайнц Унрау все же смог довести тяжело поврежденный бомбардировщик до берега в районе Аккермана. После этого, не рискуя совершать посадку, экипаж попросту выпрыгнул с парашютами. Кроме бортстрелка унтер-офицера Максимилиана Полока никто не пострадал.
Интересно, что еще одному пилоту Як-1 — лейтенанту В.В. Куфтину (но из другого полка ВВС ЧФ — 5-й эскадрильи 32-го ИАП) в этот день было записано ½ этого же сбитого Ю-88 в районе Тарханкута.
Неудачно сложился этот боевой день у венгерской авиации. Из 9 вылетевших на разведку в район, в документах противника указанный как «Danzig-Doprienka» (?), разведывательных самолетов WM-21 из VII Koz.Szd. — 5 были подбиты ружейно-пулеметным огнем с земли и совершили аварийные посадки в разных местах. О потерях личного состава ничего не сообщается.
Румынский Bf-109E-3 бортовой № 41 сублокотенанта (резерва) Винтила Братяну из Esk. 56 Van. был подбит в бою севернее Тилигульского лимана, получив попадание в мотор. Летчик сумел перетянуть через линию фронта, и самолет был тяжело поврежден при вынужденной посадке. Пилот не пострадал, но истребитель пришлось списать и разобрать на запчасти для ремонта других поврежденных «Мессершмиттов».
На железнодорожной станции Одесса-Товарная (она же в документах фигурирует иногда и как 1-я Застава) румынские бомбардировщики с малой высоты разбомбили состав с артиллерийскими снарядами и цистерны с бензином. После взрыва вагона с боеприпасами вся охрана и железнодорожники, опасаясь детонации других, стоявших на станции вагонов со снарядами, в панике разбежались. В итоге ликвидацию последствий налета взяли на себя случайно оказавшийся там 22-летний моторист 69-го ИАП сержант Виктор Сусанин и два армейских офицера. Взяв мотодрезину, они стали прицеплять к ней по 3 вагона и отвозить в безопасное место. В итоге добровольцам удалось спасти 150 вагонов с боеприпасами, а подоспевшие воинские части тем временем потушили пожар. Позднее за совершенный подвиг сержант Сусанин, не посрамивший образ своего тезки — героя Смутного времени, был награжден орденом Красной Звезды.
На траверзе Ново-Дофиновки упал в море бомбардировщик СБ из 40-го СБАП. Все 3 члена его экипажа (пилот лейтенант М.И. Якунин) погибли.
Летающие лодки МБР-2 из 80-й ОМРАЭ нанесли удар по румынской кавалерии, разогнав ее по степи. За этот вылет все летчики получили благодарности от командующего Приморской армией. Особенно в операции отличился экипаж штурмана звена лейтенанта Михаила Данилевского. 24-летний пилот был одним из самых опытных и успешных в эскадрилье, он участвовал в налетах на военно-морскую базу в Сулине и остров Фидониси. Нередко Данилевскому поручали особо ответственные задания по уничтожению точечных целей и объектов с сильной ПВО, в том числе в ночное время[126].
В этот же день немецкий Ju-88A-4 W.Nr. 88-1033 «9K+IL» из 3-й эскадрильи KG51 «Эдельвейс» при выполнении боевого задания в районе Одессы пропал без вести вместе с экипажем (пилот обер-лейтенант В. Бюлов, штурман фельдфебель Б. Ортман, бортрадист унтер-офицер X. Ясинек и бортстрелок X. Риглер). С большой долей вероятности можно утверждать, что его сбил огнем своих спаренных 76-мм зенитных орудий недостроенный эсминец «Огневой», который буксировали из Николаева в Крым.
Кстати, когда бои в это время уже шли на окраинах Николаева, продолжались и схватки над ним в воздухе. Пилоты II./JG77 заявили о трех сбитых самолетах в этом районе:
07:30 — 1 ДБ-3;
14:30 — 1 И-153;
19:00 — 1 Ил-2.
Румынские одномоторные легкие бомбардировщики PZL-23A «Карась» из Esk. 73 Bomb, с малой высоты атаковали советский бронепоезд на позиции в 5 км северо-западнее станции Выгода. По возвращении летчики отчитались о прямых попаданиях и о том, что бронепоезд выведен из строя.
Во время боев нашей 1-й кавалерийской дивизии за Кагарлык была отмечена большая активность вражеской авиации, которая силами Ю-88, Ме-110 и Ме-109 в течение всего дня беспрепятственно бомбила и штурмовала наши части на малых высотах, вплоть до бреющего полета. В результате кавалеристы понесли большие потери.
Советские самолеты-разведчики зафиксировали переброску на станцию Раздельная и разгрузку там румынской мотобригады из состава 1-й бронетанковой дивизии. Вечером и ночью по объекту нанесли бомбово-штурмовой удар несколько МБР-2, вылетавших с гидроаэродрома в Хаджибейском лимане.
Напомним, бомбовая нагрузка летающих лодок составляла 500 кг. Обычно под плоскости подвешивали по паре бомб ФАБ-100 или же ФАБ-250. Также на МБР-2 стояли два турельных 7,6-мм пулемета ШКАС. Однако недостаток вооружения компенсировался фантазией экипажей и импровизацией. Штурманы и стрелки-радисты брали на борт мелкие зажигательные и осколочные бомбы, а также ампулы с самовоспламеняющейся жидкостью «КС». К примеру, стрелок-радист Василий Грибов и штурман Новохатский из 82-й ОМРАЭ всегда брали на борт партии бомб ЗАБ-2,5 и АО-2,5, которые во время ночных и дневных налетов с малой высоты сбрасывали на румынские войска. Стрелок-радист младший сержант Алексей Ливеровский перед вылетом грузил на летающую лодку ящик с ампулами КС. Во время первого захода на цель МБР-2 сбрасывал бомбы, затем делал три-четыре захода, во время которых по сигналу штурмана Ливеровский бросал ампулы. И только после израсходования этих средств самолет делал еще несколько заходов, поливая румын пулеметным огнем.
Имевшая большие крылья летающая лодка хорошо держалась в воздухе, поэтому, в отличие от обычных штурмовиков, она могла буквально зависать над целью. Понятно, что во время этих атак по самолету палили все кому не лень и лодки всякий раз возвращались на базу с многочисленными пробоинами.
Тем временем Николаев был взят немецкими войсками. Все находящиеся в строю самолеты 9-го ИАП ВВС ЧФ перелетели либо на аэродром около Скадовска (Текелы-Конрад), либо в Крым. Наиболее неудачно сложился перелет для четырех последних оставшихся в полку Як-1. Вскоре после взлета они были атакованы немецкими Bf-109. Капитан Рыбалко был сбит, но спасся, выпрыгнув с парашютом, а помощник командира полка майор Пислегин был подбит и совершил вынужденную посадку на своей территории. В его самолете насчитали 52 пробоины, и он был признан не подлежащим ремонту. Лейтенант Лещинец в бою не пострадал, но разбил свой Як-1 (заводской № 1019) во время вынужденной посадки. Немцы же потеряли в этом бою Bf-109F-4 W.Nr. 8333 белая «9» из 7-й эскадрильи JG77. Согласно документам противника, он был сбит над морем юго-западнее Херсона. Пилот «Мессершмитта» фельдфебель Альфред Йешко, имевший на своем счету 7 воздушных побед, пропал без вести.
Всего же летчики II./JG77 заявили про 4 сбитых советских самолета в районе Николаева:
17:00 — 1 Су-2;
17:30 — 1 ДБ-3;
17:44 — 1 ДБ-3;
18:56 — 1 И-16.
По советским данным, последний был сбит огнем ПВО, а его пилот младший лейтенант Г.К. Писаненко погиб. Помимо того, пилоты из учебно-боевых эскадрилий l.(J)/LGl и 2.(J)/LG1 претендовали на еще два сбитых И-16 (время не указано).
На этом участие 9-го полка морской авиации в битве за Одессу также подошло к концу.
Боевой состав 9-го ИАП ВВС ЧФ по состоянию на 20 августа 1941 г.
| Эскадрилья | Тип самолета | Количество / в том числе боеготовых |
|---|---|---|
| 1-я АЭ | И-16 | 10/5 |
| 2-я АЭ | И-15бис | 2/1 |
| И-16 | 5/2 | |
| 3-я АЭ | И-153 | 4/3 |
| 4-я АЭ | - | - |
| 5-я АЭ | И-16 | 6/3 |
| Всего | 27/14 | |
| По типам | И-15бис | 2/1 |
| И-16 | 21/10 | |
| И-153 | 4/3 | |
Подводя итоги, мы видим, что истребительный полк довоенного формирования был разгромлен всего за неделю активных боевых действий (с 9 по 17 августа). При этом пресловутые «самолеты новых типов», на нехватку которых до сих пор ссылаются военные историки, были потеряны все до единого. 28 июля полк получил 14 Як-1 и лишился их всех менее чем за месяц боевых действий. Один был потерян при перелете, четыре сбиты в воздушных боях, один — зенитным огнем, еще один в результате тарана. По данным командования полка, еще 6 Як-1 были уничтожены «румынскими танками» на аэродроме Кульбакино. На самом деле эти неисправные машины с заводскими номерами № 0123, № 0317, № 1719, № 1922, № 2022 были просто брошены.
Поделиться книгой: