Помоги проекту - поделись книгой:
«Что это вы на меня так смотрите?»
Кажется, я вызываю удивление у местных котов. С момента моего прибытия в буддийский храм коты все время меня разглядывают и глупо хихикают. Я, конечно, стараюсь не беспокоиться. Но думаю, что через какое-то время это начнет меня нервировать.
«Что вас так забавляет?
Скажите мне, и мы посмеемся вместе! Что это у меня на шее? Да это же ошейник, такой у всех кошек есть. Ах, у вас его нет?»
Они всех закашлялись словно гиены, это уже становится почти оскорбительным.
«Ну хоть я и ношу ошейник, я же не уличная кошка. Я самец, суровый и крутой. Кто назвал меня Ким Кардашьян?»
А сейчас я готовлюсь провести первую ночь в стенах храма. Я устроился как можно дальше от других котов. Их присутствие стало для меня невыносимым. Нет, не из-за снобизма, просто я считаю себя выше их, вот и все.
Но что там еще такое? Что за шум? Опять!
Как можно будить меня таким образом, ни в какие ворота не лезет!
Представьте себе, что монахи развлекаются тем, что звонят в гонг в 3 часа ночи, чтобы разбудить весь храм!
Какая странная мысль! Я себя знаю, мне еще придется несколько часов страдать бессоницей… Хрррр Хрррр Хрррр…
24 июля
«Эй, друзья мои, тише! Тише, я сплю!» Сейчас всего 4 часа утра, а монахи собрались медитировать в том помещении, что служит мне спальней».
«Если хотите, то медитируйте, но делайте это молча!»
Ладно, мне совершенно необходимо найти другую спальню себе. А спать у ног статуи Будды абсолютно невозможно, это плохая идея, если вам хочется спокойствия.
Подумать только, когда-то меня очень раздражало, если Марк в воскресенье вставал поздно, в 8 утра! Если бы монахи, по крайней мере, меня кормили, то я бы не имел ничего против этих ночных побудок. Но они предпочитают медитировать!
Один храмовый кот попытался мне объяснить, почему монахи живут в полной нищете, простоте и отсутствии комфорта.
Это объяснение я не могу даже представить. Это как если бы я решил лишиться всех своих диванов, кроватей, теплых батарей и подушек с целью быть ближе к Богу.
Если Бог существует, это он должен стать ко мне ближе, а не наоборот. Но пусть он не думает, что я предпочту ему хоть одну из моих подушек. Бог он или нет, не надо трогать мои вещи.
В сообществе кошек, живущих при храме, не все обладают сообразительностью. Я битый час объяснял одному коту, что я прибыл на его остров по воздуху, на самолете. И с тех пор он думает, что я – химера, полукот и полуптица. Какая глупость. Если бы я был котоптицей, то моя кошачья половина все свое время пыталась бы поймать мою птичью часть, и однажды я бы превратился в шизофреника.
Каждое утро монахи отправляются на улицы соседней деревни, где у дороги их ждут жители. Они кладут еду в чаши монахов. Мне совершенно необходимо найти себе миску, чтобы меня тоже кормили!
В этой системе есть рациональное зерно, но она гораздо менее совершенна, чем та, что я установил у себя дома. Не я выпрашивал пищу, а пища сама приходила ко мне. Мои слуги приносили мне мою чашку, наполненную паштетом, к моей любимой лежанке, и я не тратил на все ни малейшего усилия.
Дорогой дневник, я поел без всякого аппетита, даже с отвращением, остатки риса с курицей, где не было курицы. Подумать только, что я когда-то возмущался, если мои «хозяева» кормили меня низкокалорийным сухим кормом. Теперь об одном воспоминании о нем у меня идет слюна от голода!
25 июля
«Хорошо, я согласен, я расскажу вам все еще раз, но это последний».
Дорогие читатели, я уже десяток раз рассказывал моим приятелям, как я жил в доме. Они все никак не поймут, что в моей семье я был центром вселенной. Для них настоящей фантастикой звучат слова, что у меня было пять кроватей, три «когтеточки» и еда три раза в день, хотя я не попрошайничал, не рыскал в поисках еды и не охотился.
Дикие коты мне также не верят, когда я им объяснял про сад, принадлежавший одному мне. Хотя как любой хороший оратор, коим я являюсь, чтобы завоевать публику, я немного приукрасил действительность. Я им объявил, что у меня были слуги, которые занимались мной все 24 часа в сутки и 7 дней в неделю.
В этом есть доля истины. Родители и дети всегда были к моим услугам, и я им даже не платил.
Храмовые коты говорят, что в прошлой жизни я сделал что-то хорошее, поэтому у меня такая хорошая карма. Возможно, так и есть, я всегда думал, что когда-то был великой личностью в прошлой жизни.
– Итак, друзья, продолжим наше собрание. У кого есть вопросы? У вас, серый кот с коротким хвостом?
– Эдгар, значит, ты был домашним котом?
– Очень хороший вопрос. Нет, я не домашнее животное… Хотя, конечно, да, но… нет. На самом деле все немного сложней. Конечно, если вы загляните в толковый словарь, то там я домашний кот, при всем при том это не меня приручили, а я приручил моих людей. Так понятно?
– Ты квартирный кот?
– Нет, я домашний и садовый кот.
– Это одно и то же.
– Нет, это разные вещи, молодой деревенский невежда. Я благодарю вас за внимание. Это собрание, посвященное моей жизни, закончено. Не забудьте оставить мне немного еды в благодарность за потраченное на вас время.
Жить в большом сообществе очень трудно такому асоциальному существу как я. Я похож на католика, забредшего в лагерь анималистов, или на вегана, очутившегося на мясном рынке. Я нигде не чувствую себя в своей тарелке. Здесь пахнет сотней котов. Сам храм для меня является обонятельным покушением на мой нос!
26 июля
Надо же, капля!
«Эй, Пичай, Пичай, что происходит? Нет, это не может быть дождь! Когда у нас идет дождь, падает всего несколько капель, а здесь настоящий потоп!»
Дождь льет стеной целый час, и капли такие огромные! Наверняка это конец света. Мне совершенно необходимо найти Ноя и его ковчег.
Ведь важно, чтобы я сохранился как вид. Я слишком совершенный кот, чтобы позволить себе исчезнуть. «Пичай, ты спишь? Наступает конец света, а ты спишь! Какой бессовестный тип! А что это за взрыв? Гроза? Да нет, у нас гроза гремит гораздо тише! Пичай, это конец света! Ной, я иду!»
Однако хочу вас успокоить, дорогие читатели, конец света закончился, солнце снова светит, и мне тепло, даже жарко, так, что опять не хватает дождя! Какая страна, ну какая страна!
«Дорогие собратья коты, у меня есть к вам один вопрос. Что вы делаете, чтобы выйти из храма? Везде столько грязи».
Выходить из храма мне не хочется, ведь мои лапки слишком чистые, чтобы месить ими грязь. Что же я делал, чтобы не испачкаться, если дома шел дождь? Очень просто, я спокойно оставался в доме, на своем любимом диване и смотрел на дождь за стеклом. Мне кажется, что это было так давно…
27 июля
Оказывается, я еще не представил вам котов, что живут при храме. Кроме Пичая, моего проводника, чье имя обозначает «старший» по-тайски, поскольку он родился первым из выводка, здесь еще живет старый мудрец Сунти. Его имя переводится как «мир». Есть еще персидский кот, совершенно помешанный, поскольку считает себя самым красивым в мире, а все знают, что самый красивый это я. Его имя я никак не могу вспомнить. Кстати, я тут подумал об одной вещи…
– Пичай, пойди сюда. Я тоже хочу получить тайское имя. Оно должно быть звучным, одновременно загадочным и ужасающим! Короче, имя, похожее на меня.
– Хий, вот что тебе подойдет.
– Хий, хорошо звучит действительно. Отныне вы будете звать меня не Эдгар, а Хий. Дорогие читатели, вы теперь читаете
– Толстяк.
– Я не толстый!!! Да, я знаю, что здесь это комплимент…
Жизнь вместе с другими котами совершенно не для меня. Я никогда не стану как хиппи, и по двум причинам: у меня короткая шерсть и я не выношу всех остальных котов! Я уже рассорился с большей частью тех, кто живет при храме. Это странно, ведь у меня легкий характер, правда?
Этот квадратный метр моя собственность. Он принадлежит мне, и никто не имеет права на него ступать без моего разрешения.
Я знаю, вы скажете, что один квадратный метр – это слишком мало по сравнению с тем домом, в котором я жил в прошлом. А что делать, я вынужден приспосабливаться. Вы знаете, как говорят: «Лучше синица в руке, чем журавль в небе». Но, конечно, лучше иметь в руке журавля, чем синицу.
«Эй, сиамец, ты спишь на моем квадратном метре, пошел отсюда, подлый захватчик!»
28 июля
– Пичай, приближается автобус с туристами. Я уверен, что моя семья там внутри. У меня хорошее предчувствие.
– Ну что, Толстяк, ты их видишь? Я хочу сказать Хий, нет, Эдгар… Кто из них твоя семья? Я не знал, что твои люди – китайцы.
– Ну какой же ты невыносимый, мой бедный друг!
– Этот остров не такой уж большой. Мои люди совершенно точно однажды появятся в этом храме. Ах да, чтобы поджариться на солнце, как сосиска на гриле, так народу много, а как поехать по окрестностям, то никого! Кстати, по поводу сосисок, я хочу есть.
– Пичай, покажи мне, как ты просишь у туристов еды.
– Это просто, Эдгар. Нужно принять немного грустный вид, показать им, что ты очень худой и голодный. Ладно, будем делать ставку больше на твой грустный взгляд, чем на твою худобу…
Поделиться книгой: