Гиртам. Инициация (СИ)

— Спасибо, — сказал Таваль, но Шорб уже ушёл. Щелкнула дверь и индикатор замка сменил цвет с зелёного на красный. Напарник хмыкнул и негромко произнёс, — Доверяй, но проверяй, значит. Не удивлён…

Я, занятый осмотром, не обратил на слова компаньона внимания. В том, что свободно передвигаться мы не сможем, я даже не сомневался. Наше временное жилище впечатляло. Я уже привык к тесным каютам, поэтому несколько больших комнат сильно меня удивили. Зачем столько места для двух разумных? К тому же заполненных таким количеством мебели!

— Как думаешь, — спросил я у Таваля, — сколько тут обычно живёт народа?

— Нисколько, — хмуро ответил человек, — Эти помещения специально для нас подготовили, мой любопытный друг. Вернее для тебя, так как я сюда попасть был не должен. Кстати, спасибо, что все же поднял эту тему на переговорах.

— Да не за что, — улыбнулся я, — Куда же я без всезнающего полковника лок Трингера!

Таваль быстро приблизился и навис надо мной. Я почувствовал запах гормонов и бушующую ярость в эмоциях компаньона.

— Никогда, — прошипел человек, — Слышишь, шонг? Никогда не называй меня так! Полковник лок Трингер умер. Сдох на орбите Струмэ. Вместе со своими подчинёнными. Нет его больше.

Я напрягся в ожидании удара, но его не последовало. Таваль резко выдохнул и ушёл, скрывшись за одной из дверей. Вскоре оттуда послышался шум льющейся воды. Я передернулся, представив, что напарник добровольно занимается подобными вещами, и достал из кармана прихваченную из кабинета господина Юргена плитку рациона.

— А ещё меня безумцем называет, — пробурчал я с набитым ртом, — Сам не лучше…

Доедая паек я вдруг задумался о своём состоянии во время переговоров. Вспышка ярости напарника была очень яркой, почти осязаемой. Во время беседы с главой корпорации оба человека тоже должны были испытывать эмоции, но тогда я их почему-то не почувствовал, хотя некоторые отчётливо видел в движениях и мимике. Сбой моего организма или что-то другое? Может у корпорации есть средства защиты от подобных способностей? Данный вопрос, к сожалению, так и остался без ответа.

Вскоре пришёл улыбчивый пожилой человек в белом костюме странного покроя. К этому моменту напарник уже вернулся и занял одно из свободных кресел.

— Я очень рад, что вы согласились принять участие в моих исследованиях, господа, — тараторил человек, — Меня зовут профессор Коул, можно просто профессор или Ганс, кому как удобно. Нас ждёт много увлекательных экспериментов и я с нетерпением жду начала исследований.

Надо сказать, что эмоции Коула соответствовали его словам на сто процентов. Вспышки радости и нетерпения следовали одна за другой.

— Фанатик, — тихо буркнул Таваль, но значения этого слова я не знал.

— Что от меня требуется, профессор Коул? — спросил я.

— О, я так рад, что вы задали этот вопрос! — всплеснул руками человек, — Первоначально нам нужно провести анализ всех жидкостей и тканей вашего организма, затем мы проведём несколько экспериментов с разными видами излучения, затем…

— Погодите, Ганс, — поднял руку я, внезапно поняв, что уже устал от этого деятельного старика, — Просто скажите куда идти и что делать. Я готов начать прямо сейчас.

— Как это прекрасно, юноша! — воскликнул Ганс, — Идемте скорее в лабораторию и приступим.

Через несколько часов я уже проклял свое решение совершить сделку. Меня кололи иглами в самые неожиданные места, отковыривали куски кожи, срезал волосы, царапали зубы. К вечеру я был настолько измучен, что едва добрел до нашего временного жилья. Сопровождавший меня профессор, всю дорогу причитал, что очень огорчён тем фактом, что за сегодняшний день успели так мало.

Я завыл бы от радости, когда за моей спиной, отсекая болтливого старика, закрылась дверь, но сил хватило только на то, чтобы доползти до дивана.

— Что значит «фанатик», Таваль? — неразборчиво спросил я уткнувшись лицом в подушку.

— Это значит, мой любознательный друг, что разумный настолько увлечён своей работой, что может достать ей кого угодно.

Остаток фразы я не услышал, потому что банально уснул. Следующие два дня превратились в настоящий кошмар. Я побывал в невероятном количестве оборудования. Куда-то я залезал сам, куда-то меня затаскивали на специальных носилках.

Когда очередь дошла до изучения возможностей моего тела, то меня привели в огромную пещеру, где располагались различные снаряды. Ненавистный голос профессора давал команды и мне приходилось их беспрекословно выполнять. Если ужасного старика не устраивали результаты, то мне все приходилось делать заново. Моё терпение лопнуло, когда Коул приказал мне лезть в бассейн с водой и пройти его по дну.

— Да вы издеваетесь?! — заорал я в потолок, потому что не знал где стоят камеры, — Я не полезу в эту жижу!

— Это очень важный эксперимент, Гирт, — зачастил профессор, — Его обязательно нужно пройти, иначе у нас будут неточные данные, а этого допустить никак нельзя!

— Да мне плевать на ваши данные, — взорвался я, — Давайте следующее испытание.

Вместо ответа под потолком вспыхнул свет и все объекты вокруг пришли в движение. Препятствия уходили в пол, стены начали сдвигаться. Через пять минут я стоял в узком коридоре. Впереди был бассейн с водой, позади глухая стена.

— Это очень важный эксперимент, Гирт, — снова повторил человек, — Я рассчитываю на твоё понимание.

После его слов стена за моей спиной начала приближаться.

— Вырубите эту хургову хреновину, — заорал я и упёрся руками в стену.

— Отлично, — пробормотал безумный старик, — Заодно выясним экстремальное значение силы.

Бороться со стеной было бессмысленно — на мои усилия она никак не реагировала. Я отскочил к самой кромке воды и затравленно огляделся по сторонам. Бежать было некуда. Будь я в основной форме, то легко забрался бы на стену, она было высотой всего метра четыре, но в теле шонга это было практически невозможно. Практически…

Я рыкнул и сосредоточился. Ногти на руках кольнуло болью. Мышцы ног свело коротким спазмом. Я присел и с места прыгнул вверх почти на два метра, вгоняя когти прямо в поверхность стены. Рывок и я оказался на каменном гребне. Обратная трансформа прошла без проблем, оставив после себя два чувства. Голода и совершенной ошибки.

— Потрясающе… — протянул Коул, — Давай ещё раз. Ник, моделируй схожие условия в других плоскостях. Работаем, работаем.

Остаток дня я скакал по стенам и бегал по потолку. В какой-то момент, я все же ошибся и полетел вниз. Отвратительная жидкость приняла меня в свои жадные объятия. Было ужасно холодно и противно. Я начал биться, пытаясь выбраться на поверхность, но совершенно потерял направление. Мой, полный ужаса, вопль превратился в цепочку пузырей, сознание начало гаснуть.

Как меня вытаскивали из бассейна я не помню. В сознание я пришёл уже в коридоре. Я висел на плечах работников исследовательского центра, а передо мной метался профессор Коул.

— Это удивительно! — бормотал этот псих, — Это просто невероятно! Вы меня поразили в самое сердце, юноша!

Я боролся с дурманящим сознание чувством голода и отчаянным желанием убить своего мучителя и всех его подручных. Страшно даже представить на что способен этот человек и что было бы, попади я в его руки в качестве пленника…

— Еда, — прохрипел я.

— Конечно, конечно, — тут же закивал Коул, — Молодой здоровый организм, тем более после таких нагрузок требует пищи. Скоро вас доставят в ваши апартаменты. Осталось провести ещё пару экспериментов и, на сегодня, мы закончили.

Я рванулся вперёд и схватил человека за отвороты халата. Трансформа глаз произошла сама собой и я увидел притягательный свет вокруг тела профессора.

— Сейчас, — прорычал я.

— Хорошо, Гирт, — быстро сказал Коул, — Пожалуй на сегодня закончим, хоть и выбьемся из графика, но ничего не поделаешь.

* * *

Совещание лидеров галактических корпораций в этот раз проходило спокойно. Процесс был запущен и теперь обратного пути не было. Недовольные утихли и включились в общую работу.

— Что удалось узнать, Юрген? — спросил Томаш.

— Много всего, — ответил глава Интронидис, — Не думаю, что тебя интересуют физические параметры нашего подопытного. Одно могу сказать — профессор Коул в восторге.

— Ты все ещё держишь у себя этого психа? — удивлённо спросил андроид.

— Да, — кивнул Юрген, — Но я не выпускаю его с территории исследовательского центра.

Присутствующие сдержанно посмеялись, но по взглядам многих коллег Юрген видел, что его слов недостаточно.

— Тело испытуемого невероятно устойчиво ко многим видам излучений, — начал перечислять человек, — Мы изучили ткани и жидкости его организма, но найти глобальное отличие от обычного шонга так и не смогли.

— Воспроизводить пробовали? — спросил Аркот.

— Конечно, — кивнул Юрген, — В первый же день. И даже успели испытать материал в деле.

— И что? — не выдержав спросил один из присутствующих.

— Ничего, — ответил Юрген, — Ралингот не отреагировал на копию, хотя мои биологи клялись в полной идентичности образцов. Без самого гиртама его запчасти ничего не стоят.

— Жаль, — протянул Томаш, — Это было бы очень изящное решение проблемы…

— Ганс не отчаивается, — успокоил коллег человек, — Профессор ищет отличия с упорством бешеного хурга, но нам нужно время.

— Мы все понимаем, Юрген, — произнёс Шиул, — Но и ты нас пойми. На карту поставлено очень многое и мы хотим видеть конкретные результаты.

— К тому же времени остаётся не так много, — подал голос шонг, — Мне сообщили об активизации сил империи. Несколько подразделений снялись с места и ушли в неизвестном направлении. Хочу отметить, что на данный момент задействованы наиболее верные императору войска, по крайней мере в составе этих подразделений нет ни одного моего информатора.

— А такие разве ещё остались? — удивился Томаш, — Я думал, что твои соглядатаи есть в каждой имперской заднице, Тиар.

Шонг-альбинос развёл руками, не став вступать в дискуссию со вздорным цилиндром.

— Я на ситуацию тоже существенно повлиять не могу, — произнёс трогг, — Задача братству поставлена, но серьёзных результатов от них ждать не стоит. Жизнь имперцам пираты конечно осложнят, но на это требуется время. Ты уверен, что хватит сил отбиться, Юрген?

— Да, — кивнул человек, — Я приказал развернуть все произведённые за последнее время защитные комплексы, со дня на день прибудут дополнительные эскадры из других систем. Плюс Шиул обещал помочь.

— Три эскадры будут у тебя завтра, — кивнул андроид, — Ребята хорошо упакованы и полностью проинструктированы.

— Поэтому не вижу причин для паники, господа, — подводя итог, произнёс глава Интронидис, — Думаю, что, как минимум, один полноценный образец уже в наших руках.

— Хорошо если так, — кивнул Тиар, — Мой путь начал давать побочные эффекты. Боюсь следующий цикл мне уже не пережить.

— Значит ты будешь вторым испытателем, — произнёс Аркот, — Если у других нет возражений по этому поводу.

— Кстати, — сказал Шиул, — Как дела у первого номера?

— Стабилен, — ответил Юрген, — Всё показатели выше нормы на 15 %. Если бы не знал о его первоначальном состоянии, то никогда бы не подумал, что ему полторы сотни лет.

— Юрген, — произнёс Томаш, — Я считаю, что нужно провести полевые испытания и отправить твоего кондидата к ралинготу. Время идёт. Ситуация изменилась и теперь у нас нет возможности изучать гиртама годами.

— Поддерживаю, — кивнул Аркот и с ним согласились остальные члены общества.

— Я услышал вас, господа, — кивнул Юрген, — В ближайшее время мы проведём этот эксперимент и я сообщу вам о результатах.

— Только, ради всего святого, передайте все по галасвязи! — взмолился Томаш.

— Не ной, банка, — усмехнулся Шиул, — Сейчас не время говорить о своих неудобствах. Общая безопасность важнее твоих жалоб. Если мы пошли на прямой конфликт с империей, то не стоит доверять её средствам связи.

— Поддерживаю, — кивнул Юрген и остальные присутствующие тоже согласились с доводами андроида.

Юрген выпустил артефакт и вызвал своего помощника.

— Шорб, утром приведи ко мне наших гостей и сообщи профессору Коулу о временном прекращении исследований. Пусть работает с тем, что есть.

Глава 4

Я с трудом разжал пальцы и, отпустив человека, позволил отвести себя в апартаменты. Там меня ждал большой стол, заполненный тарелками с едой, и флегматично читающий что-то с планшета напарник. Едва почувствовав запах пищи, я вырвался из рук моих провожатых и накинулся на еду. Хватая все подряд, я глотал огромные куски почти не разжевывая и старался не смотреть на удивленного моим поведением Таваля. Глаза в норму так и не пришли и я боялся соблазниться светом его ауры и совершить очередную ошибку.

— Вижу исследования даются тебе непросто, — произнёс человек, глядя как я сгребаю с тарелок еду и запиваю её тёплой жидкостью из странной чашки с длинным носом.

— Этот хургов фанатик чуть не довёл меня до голодного срыва, — с набитым ртом, невнятно прошамкал я, — Я вообще не понимаю зачем они все это делают…

— Всё просто, мой уникальный друг, — отобрав у меня посудину и наливая содержимое в изящную белую кружку, произнёс напарник, — Они никогда не сталкивались с подобными тебе существами, а уж изучить в лабораторных условиях живого гиртама и мечтать не могли. Думаю, что за последние дни корпорация получила о твоём роде больше данных, чем за все время своего существования.

— А ты чем занимался, пока меня мучили? — немного придя в себя, спросил я.

— Я побывал на Шиноко. Работы по ремонту уже начаты. Думаю, что завтра все будет готово.

— Отличная новость, — устало развалившись на диване, произнёс я. Глаза неудержимо слипались, голод отступил и мне было хорошо. Таваль ещё что-то говорил, но я его уже не слышал.

Утром, вместо профессора Коула, к нам неожиданно заглянул Шорб.

— Доброе утро, господа, — с порога сказал он, — Господин Юрген ждёт вас у себя.

Мы удивлённо переглянулись.

— Что-то случилось? — решил спросить я.

— Всё необходимое вы узнаете при встрече, — вежливо ответил шонг и я понял, что задавать вопросы не имеет смысла — все равно ответа не будет. Я пожал плечами и пошёл к выходу. Таваль последовал за мной. По дороге все молчали. В эмоциях шонга тоже все было спокойно, но возможно, это было его постоянное состояние. По мере приближения к нужному этажу, мои чувства притуплялись, а когда двери в кабинет хозяина корпорации открылись я понял, что снова перестал ощущать чужие эмоции. Значит дело не во мне.

— Доброе утро, господа, — поприветствовал нас Юрген. Человек сидел за столом и крутил в руках какую-то каменную безделушку, — Уже нашли общий язык с профессором Коулом? Как идут исследования?

— Думаю, что с результатами работы профессора вы знакомы лучше нас, — прямо глядя в глаза главе корпорации, произнёс я, — Надеюсь, что вы получили необходимую вам информацию.

— Не буду отрицать, — улыбнулся в ответ Юрген, — Результаты действительно впечатляют. Но я пригласил вас не за этим. Присаживайтесь, господа. Нам есть что обсудить.

Мы заняли кресла и я привычно цапнул с подноса плитку рациона. Интронидис дождался пока мы устроимся и продолжил:

— Мы готовы перейти ко второй фазе наших исследований. Профессор Коул конечно не очень доволен этим, но есть некоторые моменты, вынуждающие нас двигаться дальше.

— Я готов, — тут же сказал я. Упускать возможность сбежать от своего мучителя я не собирался, — Что нужно делать?

— Что вы знаете о ралинготах, уважаемый Гирт, — вместо ответа спросил Юрген.

Все мои знания об этих устройствах ограничивались справкой Шиноко и сумбурными видениями, но я все равно напрягся. Одно дело поучаствовать в ряде экспериментов и совсем другое — стать ключом огромной корпорации к наследию своих предков.

— Почти ничего, — ответил я, — Только общие сведения и то, что эти устройства довольно редки.