Помоги проекту - поделись книгой:
Валефор поставил бокал на стол и встал. Он нервно расхаживал, обдумывая дальнейшие действия. Стук его каблуков эхом разносился по залу. Джинн резко остановился.
— Я знаю, что нужно сделать, чтобы она загадала свои желания...
— И что же? — поинтересовался Амулий.
— Нужно создать для нее условия, ситуацию, понимаешь? Такую, из которой она не сможет выпутаться сама и будет вынуждена загадать желание! И у меня уже есть на примете один план. — Он внимательно посмотрел на стража. — Я в город.
***
Моника бесцельно щелкала пультом. На экране мелькал какой-то фильм, но ее мысли были далеки от кино. Получалось, что ей оставалось только ждать истечения срока. Другого выхода просто не существовало. Загадывать желания она не собиралась, но и умирать тоже не хотелось. Пэриш резко встала, полная решимости избавиться от своих оков. Если у нее это получится, то можно смело послать джинна куда подальше.
Моника набрала номер слесаря. Когда-то он чинил в их доме трубы и каждому жителю оставил свою визитку. Но прежде, чем пошли гудки, положила трубку. Валефор говорил, что никто не видит этого наручника. Что если это правда? А она сейчас вызовет специалиста и будет выглядеть настоящей идиоткой в его глазах.
В гостиной послышался какой-то неопределенный звук, и Моника крадучись направилась туда. На ее диване сидел необычный визитер. Валефор расселся на софе, словно король на троне. Пэриш более не крадясь, вошла в комнату. Она встала напротив своего визави, демонстративно скрестив руки на груди.
— Ну и какого черта ты здесь делаешь? — грубо осведомилась она.
— Ай, как некультурно... — мужчина покачал головой и щелкнул пальцами. В его руках оказались какие-то бумаги. — Это, — заговорщицки продолжил Валефор, — оффшорный счет на Сейшелах, два с половиной миллиона долларов.
— И что? Никогда не считала чужих денег! — буркнула Моника.
— А они не чужие. Твои. — Усмехнулся джинн.
— Мои? Два с половиной миллиона?! Да ну?!
Валефор улыбнулся, а в его глазах плясали чертята.
— Да, — подтвердил он и протянул ей несколько листочков, — твои.
Моника пробежалась глазами по тексту, но ничего не поняла.
— Я не совсем понимаю...
— Я с удовольствием объясню.
Валефор вольготно развалился на диване, положив лодыжку одной ноги на колено другой, и чуть подался вперед.
— Ты их украла, — пояснил джинн. — У фирмы «Монэ» и переправила на свой счет на Сейшелах. Кроме того, на договоре твоя подпись и пальчики, а сейчас...
Валефор открыл крышку карманных часов и начал считать от пяти в обратном порядке. Как только с его уст сорвалось «один», раздался звонок в дверь.
— А вот и полиция, — джинн нагнулся к уху Моники, — по твою душу, — сладко произнес он, — но ты можешь все исправить. Достаточно загадать желание...
Моника отвлеклась на стук, а когда повернулась, Валефора уже не было. В итоге, она осталась стоять одна с договором в руках и кучей ворованных денег на каком-то счете. И никаких доказательств обратному.
Глава 8
Полиция энергично стучала в двери, а Моника судорожно соображала, что делать. Она скомкала договор и выбросила в мусорное ведро. И только после этого, открыла дверь. На пороге стояли двое мужчин в форме. Один из них совсем молодой. Из чего Моника сделала вывод, что он стажер.
— Мисс Пэриш? — спросил тот, что постарше, — вы задержаны по подозрению в мошенничестве!
— На каком основании? — Моника скрестила руки на груди. — Ордер на арест у вас есть?
Молодой щуплый брюнет, расстегнул карман и достал свернутый лист.
— Пожалуйста, — продемонстрировал полицейский. — Можете ознакомиться…
Моника держала в руках ордер. Отпираться было бесполезно.
— Хорошо, — сдалась она, — я только переоденусь.
В полицейском участке было шумно. Возле дежурной части бушевала старушка, буквально атакуя будку дежурного. Двое полицейских тащили под локти девушку, которая едва держалась на ногах, а на ее лице алел синяк.
Монику провели по узкому коридору в допросную. Когда они проходили мимо очередной комнаты, оттуда выскочил мужчина. Лысый толстяк, грозно махал кулаками и сыпал оскорблениями, адресованные Пэриш.
— Мерзавка! Она обанкротила мою фирму! Приличные люди больше не обратятся в «Монэ»! Стерва…
Он бы и дальше брызгал ядом, но довольно крупный мужчина в гражданской форме, гаркнул на него. И владелец фирмы заметно успокоился. Он по-прежнему грозил кулаками, но уже не орал.
Моника находилась в легком недоумении. Вроде владельцем фирмы «Монэ», являлся Валефор. А этого мужчину, она видит впервые. Хотя, Пэриш работала всего один день и никаких договоров не подписывала, только отвечала на вопросы. Теперь до нее дошло, в каком дерьме, Моника оказалась. Владелец возможно подставной, а может наоборот хозяин настоящий, а вот Валефор занимал чужое кресло и исключительно в своих целях. От раздумий ее вырвал голос следователя.
— Мисс Пэриш, вы признаетесь в мошенничестве по отношению к фирме «Монэ».
— Нет, — сухо ответила она, — не признаю! Я этого не делала.
— Мисс Пэриш, вы же понимаете, что факты, вещь упрямая? На договоре ваша подпись.
— Послушайте, — начала оправдываться Моника, — посудите сами. Чтобы перевести деньги с одного счета на другой, да еще так, чтобы тебя не сразу засекли, надо быть хакером. А я не очень дружу с компьютером. Так, документик распечатать, текст накропать, да в гугл залезть, это, пожалуйста, а все остальное для меня лес дремучий. Кроме того, если бы я впрямь стащила такие бабки, сидела бы я сейчас здесь? Однозначно нет. Тусила бы на тех же Сейшелах!
— Логика в ваших словах есть, но вот вам улики.
Детектив положил перед Моникой сначала помятый договор, который она выбросила, затем и билет на самолет.
— Мы провели обыск в вашей квартире. Это, — мужчина ткнул в билет, — билет на Сейшельские Острова. Как вы сами и сказали. Вы все сделали правильно, только улететь не успели.
— Ложь!
Пэриш встала.
— Это все этот кретин! Господи, как я ненавижу Джастина! Если бы не он, я бы никогда не оказалась на этом проклятом острове! И уж тем более не выпустила Его! Монстра, чудовище и подлого засранца на свою голову.
Она резко замолчала и посмотрела на детектива. Пэриш буквально сверлила его взглядом.
— Знаете что? Передайте этому мерзавцу, что никакого желания не будет! Обойдется!
Моника села, скрестив руки на груди.
— Больше я ничего не скажу без адвоката!
— Офицер, — позвал детектив, — уводите в камеру…
***
Валефор праздновал свою победу. Второе желание у него почти в руках. Она непременно его загадает. Ей просто некуда деваться. Не станет же Моника сидеть в тюрьме. Ради всей авантюры, он даже подключил настоящего владельца фирмы. Так что план должен был сработать на ура.
— Повелитель, — раздался тихий голос Амулия. — Могу я задать вопрос?
Валефор кивнул.
— Зачем вы так поступили? Сами же говорили, что Моника слишком много пережила, а теперь загнали ее в ловушку?
— Если гора не идет к Магомеду, Магомед идет к горе! — пояснил джинн. — Мне нужны ее желания! Иначе в ловушке окажусь я! Ты же знаешь, что если Моника умрет, так и не загадав желания, то я вернусь в бутылку. И моим хозяином станет Джастин и уже навсегда!
Валефор встал, похлопал Амулия по плечу и исчез. Появился он уже в камере Моники, но не стал проявлять себя, а наблюдал. Девушка сидела на деревянной скамье, прислонившись к стене. Тусклая лампочка освещала лишь небольшой участок комнаты. Джинн сел рядом, он заметил слезы на ее щеках. В груди что-то дрогнуло, но тут же исчезло. Сейчас у Валефора был выбор, либо она, либо он.
— Ну что? — поинтересовался джинн, становясь видимым для нее, — желаешь стать свободной?
Моника резко встала.
— Не дождешься! Проваливай!
— Ну-ну... — Валефор усмехнулся, —думаешь, что сможешь обойтись без меня?
— Запросто! — фыркнула Пэриш. — Знаешь почему? За мошенничество в крупных размерах, мне светит от трех до пяти лет. И-и-и... — загадочно потянула она, — я просто не доживу! — торжественно завершила Моника. — Так что... — девушка подалась чуть вперед, таким образом, она оказалась лицом к лицу с Валефором. — Обломись!
Валефор молчал. А что он мог сказать? Моника была права. И в данный момент он облажался по полной программе. Еще ни разу ему не доводилось встречать такую упрямую девушку.
— Почему ты такая упрямая? — нарушил он тишину.
— Я не упрямая. Я упертая.
— Может, поможем друг другу? — вкрадчиво спросил Валефор. — Ты загадываешь оставшиеся два желания, а я буду к тебе снисходителен в будущем?
— О, Ваше Превосходительство, — Пэриш присела в реверансе. — Я польщена, — сарказм был очевиден.
— Нет, — продолжал Валефор, — правда! Я даже буду относиться к тебе на равных, когда мы наедине...
— Я дважды польщена, — буркнула Моника.
— Хорошо, — продолжал уговаривать джинн. — Я сделаю так, что на тебе не будет оков...
— Я польщена дальше некуда! — фыркнула Пэриш. — Ты серьезно?! Думаешь, я верю тебе? Хитрожопому жулику? О-бло-мись!
Последнее слово Моника произнесла по слогам и прямо в лицо наглому джинну. Тем самым разозлив его. Она практически плюнула ему в лицо и послала ко всем чертям. Джинн не привык терпеть от людей такого отношения. Пусть даже и от своей спасительницы. Валефор зло прищурился, в его глазах плясал недобрый огонек. Он резко схватил ее за подбородок.
— Ты еще пожалеешь, — прошипел он у самых губ девушки. — Очень пожалеешь о выбранном решении...
***
Моника высказала ему все, что хотела. А в довершении всего и разозлила Валефора. Реакция джинна не заставила себя ждать. Валефор грубо схватил ее за подбородок, но, несмотря на это, больно ей не было.
Лицо Валефора оказалось в паре сантиметров от ее собственного. Его дыхание обжигало губы. Сердце Моники билось в бешеном ритме, но не из-за страха. Сама не зная почему, Пэриш не боялась его. Хотя и стоило бы. Властного и наглого джинна видимо разозлило слово «Обломись» и то, каким тоном оно было сказано.
Но его реакция даже понравилась Монике. Очень хорошо, что он разозлился. Значит, Пэриш шагает в нужном направлении. И ни за что не сдастся ему на милость. Валефор никогда не услышит оставшихся желаний. Даже если она окажется в полном дерьме, как и сейчас.
Моника отпихнула руку джинна.
— Лапы убери! И катись отсюда в свои хоромы! Разговор окончен...
Она села на скамейку и обхватив колени руками, прислонилась к стене.
Глава 9
Уснуть на жесткой деревяшке именуемой кроватью, было невозможно. Но Монике все же удалось отправиться в царство Морфея.
Ей снился маленький домик, окруженный душистыми кустами роз. От цветов исходил приятный манящий запах. Моника привычным движением открыла дощатую калитку и вошла во двор. Она шла по выложенной камнями тропе к дому. У входа, весело махая рукой, стояла старушка.
— Бабушка!
Моника кинулась обнимать давно умершую бабушку, вдыхая такой родной аромат домашней выпечки.
— Ну-ну…
Бабушка утерла слезы любимой внучке.
— Не реви. Сейчас чаем напою…
Старушка завела ее в дом и, усадив за стол, принялась хлопотать, приговаривая:
— И как тебя угораздило связаться с этим существом? Ну, ничего-ничего. Я помогу тебе справиться. Только внимательно меня слушай и не перебивай…
Из рассказа любимой бабушки, Пэриш узнала удивительные вещи. Во-первых, в ее жилах течет кровь ведьмы. Мать Моники магический дар почему-то обошел стороной. А вот в бабушке и в ней самой, была огромная сила. Во-вторых, джинна, от которого казалось невозможно избавиться, все-таки можно уничтожить. А точнее запечатать обратно в бутылку. И ей, Монике это по плечу, достаточно лишь разбудить свой магический дар.
— Но, — бабушка поучительно подняла указательный палец, — для начала, ты должна стать свободной. Так что, используй второе желание, чтобы оказаться на воле…
— Но бабушка! — возмутилась Моника.
Старушка взяла лицо внучки в свои дряблые руки.
— Не бойся дитя, слушай свое сердце и кровь. Они будут верными спутниками в течение всей твоей жизни…
***
Моника резко открыла глаза. Она огляделась. Вокруг была все та же тюремная камера. Голые стены, цементный пол и неудобное ложе. Пэриш вытерла мокрые щеки. Сон. Это был всего лишь сон. Но такой явный, словно это случилось на самом деле.
Поделиться книгой: