Помоги проекту - поделись книгой:
— Да вижу я! — Страдальчески сморщился он, потирая ушиб.
— Полголовы! — Яростно прошипела Мерд. — Полголовы! Полголовы — это мозги наружу, понял, придурок?!
Джо Дантон был жив, это несомненно. Но сколько он еще пробудет в таком состоянии, было известно одному только Господу Богу. Джо лежал на носилках неподвижно, и было странно видеть его лицо таким спокойным и чуточку отрешенным. Вся голова его была покрыта красной жижей с черными прожилками, и непонятно было, где кровь Джо, а где чужая.
Татьяна Михайлофф заехала одному из докторов в челюсть и, подволакивая ногу, поковыляла к носилкам Дантона.
— Обалдеть! — Прошептала Гувер. — У нее же нога сломана!
— Точно? — Усомнился Стиви.
— Точно говорю тебе, крыса ты тыловая! Ей же зверски больно!
Стивен Солджер родился не в свое время. Он бы отлично смотрелся но палубе какого-нибудь скандинавского драккара веке этак в девятом. Суровые викинги по достоинству оценили бы несгибаемый дух мальчишки. Этот самый дух, правда, наверняка его бы и прикончил в пятнадцатилетнем возрасте. И дело не только в том, что Солджер всюду и везде мог защищать Великую Правду до потери пульса и никогда не бегал от драки, несмотря на то, что всегда был побит. У бравого смекалистого мальчишки, способного составить славу офицерского звания, была жуткая астма. Стиви всюду ходил с ингалятором. Они с Гувер были ровесниками, но если из нее еще мог выйти солдат, то Стиви упорно пихали в аналитики. Солджер был не менее гениален, чем его рыжая подруга, но совести у него было куда больше, поэтому энергию, которую Гувер тратила на проделки и тренировки, пускал в мирное русло. Талантливого мальчишку любили и уважали, но Стиви хотел быть солдатом. Он мог часами с тоской наблюдать за тренировками курсантов, на которые его не пускали. Несколько раз он специально нарывался на наказания, чтобы иметь возможность гладить форму агентов или чистить их ботинки. Агенты считали это блажью и подтрунивали над Солджером, не подозревая, какие раны наносят гордому сердцу. За эти насмешки Гувер расплачивалась жестоко. Чего только стоили боевые штаны Татьяны Михайлоф, подрезанные по шву. Штаны спали во время одной из ответственейших операций, явив главе чилийской мафиозной группировки и снайперу Джо малиновые кружевные стринги. Как назло, на правой ягодице у Татьяны был гигантский фурункул, причинявший шпионке немало неудобств, и предательски явленный всему миру.
Дантону вкололи что-то в вену, начали перевязывать голову. Татьяна держала его за руку, и Гувер чувствовала зверские муки ревности. Она была бы не против сама держать сейчас эту руку, но смыться надо будет прежде, чем Джо очнется и поинтересуется, кто она вообще такая и какого черта здесь делает. Джо вскочил, как укушенный, но тут же повалился обратно на носилки.
— Тихо, Дантон! — Скомандовала Татьяна, милостиво подставляя врачу ногу, на которую он сноровисто накладывал гипс.
Но Джо никогда не вел себя тихо. Он то и дело порывался встать, но тут же падал обратно. В горле у него хрипело, и три доктора не могли его удержать.
— От чего может быть такое нарушение координации движений? — С ужасом прошептал Стиви, приникая лицом к решетке.
— Ему же по голове дали! — Прошипела Гувер. — Кость небось в хламину. Что, еще хочешь на войну?
— Подумаешь, кость! — Фыркнул Стиви.
Все, кто бы его сейчас услышал, сказали бы что-нибудь в духе «никогда так не говори» или «пока сам не испытал…», но Гувер точно знала, что Солджер бестрепетно вынет сердце из груди, если это спасет хотя бы одного человека. Он уже порывался отдать пару раз свою почку в фонд спасения, но всякий раз ему отказывали из-за несовпадения группы крови и прочих вещей, которые на самом деле были сфальсифицированы Марией Кри.
Террористы вели себя не столь достойно. Они грязно ругались, пытались бить врачей, их приковывали наручниками или делали обездвиживающие уколы.
— Собрать бы их всех… — Яростно прошептала Гувер. — Собрать их всех — и в яму!
— Тише, Гитлер. — Прервал Солджер.
Гувер его не услышала. Она вдруг обратила внимание, что один из террористов что-то держит в руке. Что-то похожее на детонатор.
Он поднялся, шатаясь, и поднял руку в воздух, его лицо перекосилось от злобной радости, рот открылся для ликующего крика…
Нож прилетел с верхней площадки, оттуда, где никого не должно было находиться. Он коротко и зло свистнул в воздухе, и вонзился террористу прямо в горло. Мужчина застыл с искаженным лицом, потом его рука безвольно упала, а сам он медленно стал заваливаться набок.
— Обыскать! — Взревел Доусон.
Террористы, беснуясь, пытались добраться до детонатора, но их быстро перехватывали здоровые агенты. При вскрытии трупов потом обнаружилось, что взрывное вещество находилось у террористов в желудках, поэтому агенты ничего не смогли найти при обыске. Несколько добровольцев рассредоточились и полетели на лестницу, но Стиви и Мериды там уже не было, они на всех парах неслись прочь. Стиви начал задыхаться, но Гувер закинула его на плечо и потащила. Скинула перед дверью в казарму и полетела к себе. Она была сильной, Солджер тощим, но он был парень, а Гувер — девчонка, поэтому бег с ним на плече сократил ее время ровно вполовину. Она залетела в свой отсек и бросилась в кровать, за дверью уже слышались шаги патрульных. Гувер поняла, что не успеет успокоить сердце, и они все выяснят. Несмотря на то, что она обезвредила террориста, за нахождение в неположенном месте, за самовольное покидание отсека до подъема, за то, что действовала самостоятельно, не являясь квалифицированным агентом, в конце концов, за то, что бросила нож в горло, а не в руку, ей грозил трибунал, отчисление и ликвидация. Гувер резко села, сложила пальцы особым образом и ткнула себя в шею.
Агенты, заглянувшие в ее отсек, покачали головами. Младший курсант Гувер спала в совершенно немыслимой позе, рыжие волосы сбегали по подушке и огненной волной стекали на пол.
Кейдж никого так и не нашел. Так на базе появился Фантом.
— Гувер! Гувер, проснись! Да проснись же, чертова дура!
Гувер вскочила.
— Это не я!
— Ага! — Злорадно выкрикнул Питер Грин. — Водятся все-таки у тебя грешки за душой!
Но вдруг его лицо посерьезнело. Гувер, не привыкшая видеть Грина растерянным и испуганным, вцепилась ему в плечи и затрясла изо всех сил.
— Что? — Заорала она. — Что случилось?!
Пит вдруг всхлипнул и побелел, как простыня.
— Солджер…
Гувер выпрыгнула из постели и пронеслась мимо Грина ко входу. Сегодня впервые в жизни Стиви должен был покинуть базу для полевых учений. В чем они заключались — никто не знал, но Гувер сомневалась, что Кейдж позволит натаскивать новичков на реальных бандитах и внедрять их в преступные шайки.
— Они были в тюрьме. — Рассказывал Питер Грин, бегущий рядом. — Раскалывали заключенных. А там был один парень, Мак-Гинти, он устроил побег… и где он только взрывчатку взял…
Пит не договорил, Гувер уже вылетела с лестницы на нижнюю площадку, наплевав на всю субординацию. Грин торопливо убрался прочь, считая свою миссию выполненной.
Все повторялось. Те же лужи крови на полу, кисловатый запах пороха. Но аналитики — не бойцы, хотя тоже кое-что умеют, и куда лучше гражданских. И поэтому их погибло больше.
— Курсант! — Джо Дантон поймал прыткую малышку за плечо. — Вон отсюда! Тебе не положено здесь находиться!
— Солджер! — Заорала Гувер, суматошно оглядываясь по сторонам. — Стив!
Ее голоса почти не было слышно за жутким гвалтом и криками боли.
— Курсант! — В голосе Джо зазвенел металл. — Пошла вон, тебе говорят! Тоже мне, цыпленочек выбежал погулять.
Гувер изо всех сил заехала ему между ног. Дантон, не ожидавший такого от пигалицы, схватил ртом воздух, а руками пах, и согнулся до земли. Гувер оттолкнула его и выбежала за железную дверь, впервые оказавшись на свободе. Во двор садились вертолеты, доставившие раненых, которым нужна была немедленная госпитализация, с теми, кто мог подождать, подъезжали машины. Гувер, не содрогаясь, смотрела на оторванные обуглившиеся конечности, на кости, торчащие ослепительно белыми осколками.
— Стиви! — Крикнула она, и голос сорвался.
Медики неодобрительно поглядывали на нее, толкали плечами и носилками.
— Гувер. — Позвал один из раненых, доставленных из вертолета. — Солджер… он там остался… просто не было… уже… смысла… его забирать…
Мерида выпрямилась и проводила глазами санитаров, унесших носилки. Парень не выжил и умер на операционном столе под ножом. Гувер подняла лицо к небу. Был солнечный день, облака белыми барашками бежали вдаль. Вон то похоже на череп, а вот это — на лягушку.
— Курсант?
— Да, агент Доусон? — Гувер спокойно повернулась лицом к начальнику отдела.
— Вы находитесь на запрещенной территории.
— Простите, сэр. Разрешите вернуться в расположение?
— Разрешаю. Гувер?
— Да, сэр?
— Вы в порядке?
— Да, сэр.
— Ваш друг погиб.
— Я знаю, сэр.
— Завтра утром зайдите к доктору Брандту на обследование.
— Есть, сэр.
А на следующий день вечером Гувер уже сидела на гауптвахте за то, что посмела ударить агента, да еще и старшего по званию, при исполнении служебных обязанностей.
— Гувер!
— Ммммм…
— Гувер!
— Аргх…
— Дура, встать!
Гувер свалилась с кровати и посмотрела на часы.
— А-а-а-а-а!!!
— Ага! — Питер Грин предусмотрительно убрался за дверь отсека. — А вот те, кто нормально в казарме спит, на построение не опаздывает! За теми инструктора не посылают! Допрыгалась, курица, опять будешь всей базе ремни начищать!
Гувер захлопнула дверь за нахальной физиономией и рывком натянула майку и штаны, не размениваясь на нижнее белье. Черт, засиделась вчера за компьютером, проспала подъем! А ведь будильник играет не что-нибудь, а припев из «Comatose» группы Skillet!
Ботинки одела на босу ногу, к черту носки. Волосы запихала под серую форменную кепку. Заматывать их в пучок или заплетать некогда. Это у гражданских, если опоздал, можно не беспокоиться, все равно опоздал. На военной базе, где от дисциплины зависит все, подобный индивидуализм строго карался. По дороге она чуть не снесла незнакомого молодого человека, сопровождаемого Татьяной Михайлоф, но вовремя вырулила. Татьяна с усмешкой посмотрела ей вслед, в томных зеленых глазах мелькнуло одобрение.
— Сэр, по вашему приказанию курсант Гувер прибыл, сэр!
— Гувер! — Инструктор по борьбе Роквуд прищурил единственный глаз. — Скажите-ка, Гувер, за какие такие заслуги вы решили, что можете жить по своему собственному расписанию?
— Виноват, сэр!
— Может быть вы лучшая на курсе? — Продолжал подливать яда Роквуд.
— Да, сэр!
— Может быть, вы лучший друг директора Кейджа?
— Может быть, сэр!
— Что вы несете, курсант?
Гувер чуть не схватилась двумя руками за рот. Слова вырвались сами собой, будучи в трезвом уме, Гувер ни за что в жизни не ляпнула бы подобное Роквуду, которого глубоко уважала. В голове появилось ощущение, что она разделена на две половины. Левая принадлежала Мериде, правую же занял кто-то другой. Гувер даже с каким-то облегчением вдруг узнала своего «плохого парня».
— Простите, сэр! Не все ты видишь, с одним-то глазом, старый вонючий козел!
Курсанты застыли, несмотря на то, что они стояли неподвижным строем, все же был слышен шорох одежды, покашливание, звяканье оружия. Но сейчас можно было услышать, как гудит главный генератор базы, похожий на одно большое сердце.
Роквуд свел брови и открыл рот, а Гувер, насмешливо подбоченясь, готовилась отпарировать все, что он скажет, но тут зашипел динамик.
— Курсант Гувер, пройдите к директору Кейджу!
Глава 5. Растяжка
— Курсант Гувер, пройдите к директору Кейджу!
— О-о-о, не успеть. — Протянула Гувер в нос и лунной походкой направилась к двери, придерживая рукой кепку. — «Don» t wanna let you go…»!
Она сделала выпад и исчезла за дверью, оставив обалдевших курсантов и Роквуда.
— Меня же выгонят! — Сказала Гувер, заплетая косу перед стеклянной дверцей шкафчика с пожарной лопатой. — Меня теперь точно выгонят. Да и черт с ним. Посмотрю мир. Себя покажу. Вытащу Мак-Гинти из его клетки, он мне будет должен. Буду разрабатывать ему операции и ограбления. Подумаешь, Кейдж! Пусть сам себе компьютер чинит.
Про себя же она подумала, что зря не одела белье, если Кейдж и в этот раз заставит ее раздеваться, то его ждет маленький сюрприз в виде татуировки на ее заднице в виде герба базы, при желании способной интерпретироваться как весьма нехорошо отзывающейся о Кейдже, базе, да и военной службе в целом.
В этот раз посетителей к директору не было, неприемные часы. Гувер проверила, надежно ли держатся волосы под кепкой, оправила форму и вошла.
— Рядовой Гувер по вашему приказанию прибыл, сэр!
Молодой мужчина вскочил с кресла, облившись кофе, Кейдж, привыкший к подобному гарканью, только досадливо дернул бровью.
— Рядовой, познакомьтесь с доктором Коннором.
Гувер повернулась к смущенному мужчине, в секунду дала ему десять очков против доктора Брандта, оценила проницательную складку у глаз, стильные очки, «умные» руки и особую форму губ, говорившую о том, что с доктором всегда можно договориться.
— Дункан. — Представился он, вставая и подавая Гувер руку.
— Гувер.
Мерида не отказала себе в удовольствии сжать узкую ладонь посильнее. Док в первую секунду не понял, но быстро сообразил, что к чему, и поднажал. Гувер поднажала тоже. Пауза затянулась и Гувер с сожалением отпустила ладонь дока, напоследок энергично ее встряхнув. Они обменялись взглядами, молчаливо соглашаясь продолжить попозже.
«Опять парень. Хоть бы раз была женщина». — Сладко улыбаясь, думала Гувер, ощущавшая острый дефицит оных.
— Гувер покажет вам базу и вашу лабораторию. Также можете распоряжаться ей по своему усмотрению. Рядовой обладает всеми необходимыми навыками, нужными для того, чтобы помогать вам в работе. Также она будет вашим телохранителем и… Гувер, особенно оберегайте доктора от Фантома. На первых порах.
Поделиться книгой: