Академия Метаморфоз. Ученица ворона (черновик)

На Стефани тоже кто-то напал. Существо было очень сильным, двигалось оно стремительно, сразу сбило ее с ног, навалившись всем весом своего тела. Стефани пыталась отбиваться, ее руки касались чего-то твердого, острого и склизкого, на лицо то и дело капала отвратительно пахнущая слюна.

— Надо выбираться отсюда, — услышала она голос Кроу. — Уходите, ищите комнату, это наш единственный шанс!

— Лана! — крикнул где-то Гран.

Стефани услышала шаги: кто-то добрался до выхода из библиотеки и побежал по коридорам. Сама она слабела под натиском невидимого противника. Ее почти охватило отчаяние, когда неожиданно раздался глухой звук удара, и чудовище обмякло, придавив ее к земле. От вони, исходившей от существа, у Стефани закружилась голова. Но кто-то довольно быстро избавил ее от бессознательного чудовища и дернул за руки, заставив подняться с пола.

— Бежим, — едва слышно скомандовал Кроу и потащил ее куда-то.

Стефани ничего не видела. Она не представляла себе, где выход из библиотеки, как выбраться отсюда и как вернуться в комнату, из которой они пришли, но профессор уверенно тянул ее за собой, и она решила полностью довериться ему.

Она бежала, выбиваясь из сил, задыхаясь от нехватки кислорода, но, тем не менее, бежала, увлекаемая его рукой, которая крепко держала ее ладонь. Клацанье когтей по камню, леденящий кровь клекот и хлопанье крыльев, преследующие их, подстегивали ее, заставляя переставлять ноги, хотя мышцы и легкие уже горели огнем. Она не представляла, как Кроу разбирает дорогу, как узнает, куда бежать. Лестницы, повороты, снова лестницы, бесконечные коридоры…

Чудовища не отставали. Они следовали за ними неотступно, готовились прыгнуть в любой момент, едва жертва замедлит шаг или оступится и упадет.

Стефани вдруг поняла, что им не убежать. Просто некуда. И не хватит сил. Они уже кончились. По крайней мере, у нее.

12

Когда Стефани уже готова была свалиться на пол, Кроу вдруг резко дернул ее в сторону, затащил в узкую нишу, где они едва поместились вдвоем, и зажал рукой рот. Их преследователи прошуршали мимо, видимо, не заметив, что потенциальная добыча сменила траекторию.

Несколько минут, показавшихся вечностью, они стояли, не шевелясь, прислушиваясь к каждому шороху. Стефани задыхалась: легкие разрывало от нехватки кислорода после бега, но рука профессора плотно зажимала рот, не давая отдышаться. Он как будто не понимал, что его действия убивают ее, но она не решалась подать знак. Боялась, что это привлечет к ним внимание, заставит существ вернуться. Стефани просто сосредоточилась на дыхании, убеждая себя, что, пока она может вдыхать через нос, ничего с ней не случится.

Внезапно хватка Кроу ослабла. Он медленно убрал руку от ее лица и судорожно вдохнул. Только теперь Стефани заметила, что себе он тоже не позволял глубоко дышать.

— Кажется, они ушли, — едва слышно констатировал профессор. — Вы в порядке?

Стефани кивнула, но когда он повторил вопрос, осознала, что Кроу, как и она, ничего не видит.

— Все нормально, я цела, — хрипло сказала Стефани. — Кто это был?

— Ответ на ваш вопрос, я полагаю, — едко предположил Кроу и попытался от нее отодвинуться, но в тесноте ниши ему это не удалось: их тела все еще были слишком близко, ее лица то и дело касалось его дыхание.

— Что же нам теперь делать?

Стефани поморщилась, услышав панические нотки в своем голосе.

— Надо ведь как-то вернуться в ту комнату… Но как? Вы что-нибудь видите? Вы имеете хоть какое-то представление о том, где мы находимся?

— Нет, — спокойно ответил Кроу. — Не вижу. И весьма посредственно представляю, куда мы забрались. Но я неплохо ориентируюсь в пространстве, даже в темноте. Я могу попытаться провести нас обратно тем же путем, каким мы пришли сюда. Для этого глаза мне не нужны.

— Вы полны сюрпризов, — вырвалось у Стефани.

Она тут же прикусила язык, но было уже поздно. Кроу усмехнулся. Стефани не видела лица профессора, но очень живо представила ухмылку на его губах. Напряглась, ожидая жесткой отповеди, но та так и не последовала.

— Вы даже представить себе не можете, насколько правы.

Неужели это была шутка? Тон был похож, но Стефани не поручилась бы, что Кроу шутит.

— Вы точно не ранены? — вдруг спросил он.

— Я уверена в этом. А что?

— У меня на правой руке что-то липкое, похоже на кровь.

Не задумываясь о том, что делает, Стефани коснулась его плеча и скользнула по руке вниз. Конечно, подобная вольность в отношении преподавателя в обычной ситуации едва ли сошла бы ей с рук, но сейчас, когда на зрение они полагаться не могли, осязание могло частично его заменить.

— Это вы ранены, — огорченно заключила Стефани. — У вас рукав на плече порван и там все промокло от крови. Неужели вы не чувствуете боли?

— Теперь чувствую, — признал Кроу. — Наверное, эта тварь поцарапала меня, когда мы боролись, а я не заметил.

— Снимите мантию, это нужно посм… Черт… Это нужно как-то перевязать, — сбивчиво пробормотала Стефани.

— А вы что, бинт захватили с собой? Если вы помните, магия здесь не действует.

Стефани закрыла лицо руками. В один момент на нее навалилась вся ужасная правда ситуации, в которой они оказались: одни в чужом мире, без оружия, без магии, в кромешной темноте, окруженные монстрами. Ладони ее были ледяными, а вот лицо горело. Ее затрясло, грудь болезненно сдавило, и Стефани судорожно вздохнула. Вздох этот оказался подозрительно похож на всхлип.

— Только этого мне не хватало, — растерянно пробормотал Кроу.

Он не имел ни малейшего представления о том, как утешать истеричных барышень. Да что там! Он сам был на грани истерики. Ему было не привыкать к темноте, но никогда еще она не была такой абсолютной. Кроу знал несколько немагических способов постоять за себя, но еще ни разу не сталкивался с существами, подобными этим… он даже не знал, как их назвать. Ему приходилось бежать наперегонки со временем, но у него обычно была возможность хотя бы следить за тем, сколько у него осталось в запасе…

Сейчас же он оказался слеп, беззащитен и беспомощен, а с ним к тому же была еще и эта девочка. Он был обязан вытащить ее из этой передряги, все-таки она его студентка, пусть даже и не имеет отношения к его факультету. Надо как-то выбираться. Попытаться вернуться туда, откуда они пришли, сделать это в ближайшие четыре с чем-то часа, при этом не угодив в лапы кровожадным монстрам. И все в темноте и без магии. Эта Ночь Умертвий определенно запомнится ему до конца жизни.

— Только не ревите, Грей, — потребовал Кроу. — Мы еще не умерли.

— Я и… не реву, — прерывисто ответила Стефани и язвительно добавила: — Хотя думаю над этим, потому что когда мы умрем, реветь будет уже поздно.

Кроу закатил глаза, но потом вспомнил, что она не может этого видеть.

— Если очень хотите, можете пореветь секунд тридцать, но не дольше. Мы не можем долго здесь оставаться: время играет против нас.

— Вы действительно думаете, что мы выберемся отсюда? — с сомнением переспросила Стефани.

Она, сколько ни приглядывалась, не видела даже самого Кроу, хотя судя по всему его лицо находилась в нескольких сантиметрах от ее. И от этого сердце в груди заходилось в бешенном темпе и дышать становилось трудней. Паника накатывала волнами и не давала пошевелиться, сколько Стефани ни пыталась убедить себя в том, что попадала в переделки и похуже.

— Не знаю, но попытаться мы должны.

— Класс, — процедила Стефани, хватая ртом воздух.

Чего ж тут так душно стало? Как будто воздух затвердел и теперь не хочет лезть в легкие.

Кроу не сразу понял, что происходит, только почувствовал, что Стефани задрожала сильнее, ее дыхание стало сиплым и поверхностным. Паническая атака. Однажды такое случилось и с ним, поэтому он знал, как трудно в такой ситуации взять себя в руки.

Он схватил Стефани за плечи и с силой сжал, пытаясь привести ее в чувства.

— Мы выберемся, мисс Грей, не тряситесь. Успокойтесь! — прошипел он, понимая, что слова на нее никак не подействуют. Она продолжала задыхаться. — Давай же, девочка, вспомни, кто ты и через что прошла. — Он легонько встряхнул ее. — Закрой глаза и дыши глубже.

— Я и так ничего не вижу, — заявила Стефани, с трудом борясь за каждый вдох.

— Делай, как я говорю, — потребовал Кроу.

Она послушалась, закрыла глаза и снова попыталась вдохнуть. Почему-то действительно стало легче это сделать. Сейчас, когда ее глаза были закрыты, темнота не воспринималась как нечто из ряда вон выходящее, теперь она не пугала ее. Паника отступила, позволяя сосредоточиться на действительности. А в действительности были сильные, теплые руки, сжимающие озябшие плечи так, что на месте пальцев наверняка останутся синяки, было горячее дыхание, которое обжигало лицо где-то чуть выше левой скулы, был мягкий обволакивающий шепот, который проникал глубоко в душу, вытесняя страх и вселяя уверенность:

— Ты здесь не одна, слышишь? Я с тобой, я тебя не брошу. Мы сейчас выйдем из этой ниши и вернемся назад. Вернемся туда, откуда пришли. И потом снова окажемся дома. У нас достаточно времени, чтобы найти обратную дорогу, нам его хватит. Мы будем идти очень тихо, эти монстры нас не услышат и не найдут. С нами все будет хорошо, слышишь меня? Если мы не будем паниковать, у нас все будет хорошо. Идем?

Стефани судорожно вздохнула и покачала головой:

— Подождите, там очень темно, мы с вами потеряемся. Там ведь ничего не видно. Может, подождем, пока наши глаза привыкнут?

— К такой темноте невозможно привыкнуть, — возразил Кроу. — Мы видим предметы, потому что от них отражается свет. Когда света мало, мы видим хуже, но к этому можно привыкнуть. А когда света нет совсем, то здесь уже ничего не сделаешь. Мы только потеряем время.

— Почему здесь нет света?

Стефани знала, что задает глупые вопросы, что у него нет на них ответов, но ей хотелось слышать его голос. Это все, что ей оставалось. Она боялась, что сейчас они замолчат, и ей будет казаться, что она осталась одна.

— Я не знаю. Но это нам и не нужно. — Он помолчал, а потом предложил: — Я возьму вас за руку. Так мы не потеряемся. — Он нащупал в темноте ее кисть и сжал, для надежности переплетя их пальцы. — Вот, я буду держать вас очень крепко. Я не отпущу.

Его ладонь была горячей и сухой, что почему-то вселило в Стефани уверенность. Ее рука сразу согрелась. Дрожь унялась, дыхание успокоилась достаточно, чтобы было не страшно снова открыть глаза. Ничего не изменилось, темнота по-прежнему была абсолютной, но сейчас она не пугала так, как несколько минут назад. Вдвоем — каким бы неожиданным ни оказалось партнерства — все же не так страшно, как было бы одной.

— Я вас тоже не отпущу, — заверила Стефани, улыбнувшись, но он, конечно, не мог этого видеть. — Идемте.

— Только не шумите, — напоследок бросил Кроу.

13

В последний раз глубоко вдохнув, они выбрались из ниши. Первые шаги дались Стефани с трудом: идти вперед, не зная, что происходит в паре сантиметров от тебя, очень сложно, особенно когда воображение подсовывает воспоминания о мерзких тварях, которые могут быть где угодно. Однако профессор Кроу действительно крепко держал ее за руку и довольно уверенно шел вперед, ничего не происходило, и постепенно она начала успокаиваться.

Кроу ступал бесшумно, словно не шел, а летел по воздуху. Он всегда знал, что умение так ходить — весьма полезный навык, но не мог предположить, в каких условиях придется его применить. Его спутница, как ни странно, тоже почти не шумела. Оставалось порадоваться, что даже для вечеринки она предпочла выбрать мягкие удобные туфли на небольшом каблуке, а не громоздкие шпильки с металлической набойкой. И тому, что в момент нападения ближе к нему оказалась рассудительная мисс Грей, а не тупоголовая Бран. Пусть девочка поддалась панике на какой-то момент, но разумного человека всегда проще успокоить, нежели безмозглую истеричку, которая только и умеет, что обжиматься с парнями по подсобкам. Кроу было все равно, кого спасать, его долг преподавателя заключался в том, чтобы помочь любому студенту, но спасать Грей ему было чуточку приятнее.

Он шел с закрытыми глазами, превратившись в слух. Свободной рукой касался стены, надеясь, что память не подведет. Когда они убегали из библиотеки, он тоже держался за стены, считал длину коридоров, повороты, ступеньки… Если он сможет воспроизвести все это в обратном порядке, они вернутся туда, где на них напали. Оттуда будет проще добраться до комнаты. Главное, успеть и не попасться в лапы населявшим этот мир тварям. И, конечно, хорошо бы предположения Прюитта оказались верны.

Стефани тоже прислушивалась, но не слышала ничего, кроме чуть учащенного дыхания преподавателя. Подумав немного, она решила, что это не самый плохой звук. Профессор сейчас был для нее единственной связью с привычной реальностью, единственной надеждой на возвращение домой. И как же хорошо, что это был именно он. Окажись она в этой переделке с Арнольдом или Граном (о том, что могла оказаться в ней с Ланой, она предпочитала вообще не думать), ей пришлось бы быть сильной, чтобы соответствовать друзьям. Брать инициативу на себя, искать выход из ситуации наравне с ребятами. С Кроу она могла позволить себе побыть перепуганной девчонкой, коей и являлась, могла положиться на него, могла доверчиво вложить свою ладонь в его руку и идти туда, куда он вел, не задумываясь над тем, как он находит дорогу. Он был взрослым, преподавателем, он знал гораздо больше, чем она. А еще он был хитрым, живучим и надежным. Наверное, немногие разделили бы ее мнение по последнему пункту, но Стефани была уверена, что в войне Орденов Кроу занимал правильную сторону. И победа над Орденом Черных Псов во много стала его заслугой.

Как раз в тот момент, когда она уже убедила себя, что рядом с деканом змеиного факультета ей нечего бояться, тот неожиданно замер на месте, заставляя остановиться и ее.

— Что?.. — начала, было, Стефани, но Кроу снова зажал ей рот рукой, заставляя замолчать.

Он попытался отобрать у нее руку, но тут уж она не подчинилась. Тогда профессор неожиданно привлек ее к себе, обняв одной рукой за плечи. По спине Стефани пробежала волна мурашек. Что он задумал? Но Кроу всего лишь нашел губами ее ухо и зашептал. Его голос был едва громче дуновения ветра, горячее дыхание — щекотным.

— Мне нужно ощупать стены. Мы на каком-то открытом пространстве, я не уверен, куда нужно идти дальше. Мне нужны обе руки. Пожалуйста…

Стефани почувствовала, как паника возвращается. Ей не хотелось отпускать его. Что если он оставит ее здесь? Или с ним что-то случится, и она останется вот так стоять здесь одна? Или он просто не сможет потом ее найти? Нет, ей не хотелось отпускать его, но это его «пожалуйста»… Она никогда раньше не слышала от профессора таких слов. Поэтому, стараясь контролировать дыхание, Стефани разжала ладонь.

Кроу шагнул в сторону и исчез. Она больше не чувствовала его тепло, не слышала его дыхания, его шагов. Стефани стояла, вслушиваясь в глухую темноту, дрожала так, что вот-вот начнут стучать зубы, слезы жгли глаза, но хотя бы она больше не чувствовала удушье. От страха немели руки и ноги, казалось, сердце тоже вот-вот остановится, сведенное судорогой, но Стефани заставляла себя не издавать ни звука. Кроу все не возвращался.

Она не знала, сколько прошло времени. Это вполне могла быть одна минута или целая вечность. Ей казалось, что она что-то слышит — то ли шаги, то ли дыхание, — но это вполне могла быть галлюцинация или стук ее собственного сердца. Сколько еще она может продержаться, чтобы не позвать Кроу? Сколько еще выдержит, не бросившись бежать, куда придется? Ей не суждено было это узнать. Сначала внимание привлек явственный шорох, который никак не мог ей померещиться, а потом какой-то сдавленный звук и…

Крик. Тот самый нечеловеческий, леденящий кровь крик. Тревожно захлопали перепончатые крылья, много крыльев. Где-то рядом завязалась жестокая борьба. Первые мгновения Стефани оставалась неподвижной, потому что не знала, что делать: убежать, вступить в схватку, никуда не лезть? Ее сомнения разрешил приказ Кроу:

— Беги!

И она побежала. Выставив перед собой руки, чтобы не расшибиться о стену, нащупала вход в коридор и побежала по нему. За ее спиной раздалось уже знакомое клацанье когтей по камню. В этот раз все закончилось быстрее: Стефани услышала, как звук оборвался почти над ней, и шестым чувством поняла, что ее атакуют. Страх неожиданно сыграл ей на руку, придав сил и ловкости: она проворно затормозила и метнулась в сторону, из-за чего преследователь промахнулся и ударился об пол.

Обрадованная этим, Стефани попыталась обогнуть его, но дорогу ей неожиданно кто-то преградил. Судя по вони, исходившей от существа, и слизи, в которой она тут же испачкала руки, это был не человек. Тогда Стефани сделала единственное, что ей оставалось: закричала. Громко, пронзительно. Это, как ей показалось, заставило существо замереть, а в следующую секунду раздался звук удара и возмущенный визг монстра.

Стефани уже не понимала, что происходит. Было похоже, что рядом кто-то борется, но она не знала, кто с кем и в чью пользу счет. Инстинкт самосохранения требовал, чтобы она убиралась подальше, но совесть не позволяла оставить профессора одного. Разум твердил, что она все равно бесполезна и ничем не может помочь, но сердце требовало немедленно прекратить панику и что-нибудь придумать. А пока все, что она могла, это пятиться назад, пока неожиданное препятствие не остановило ее.

Самое странное, что за спиной оказалась не холодная каменная стена, как везде, а… дверь. Стефани изо всех сил одновременно надавила на ручку и на саму дверь, которая неожиданно легко поддалась. Резкий толчок в спину заставил Стефани полететь вперед, потерять равновесие и упасть на пол, больно ударившись коленями. Когда она смогла подняться и оглянуться назад, перед ее глазами оказался дверной проем, в котором маячил монстр, готовый прыгнуть. Не успев подумать, что она делает, Стефани бросилась к двери и захлопнула ее изнутри, для надежности надавив на нее всем весом своего тела. По ту сторону несколько раз ударили по дереву, поскреблись, после чего все затихло.

Стефани медленно сползла на пол. Прикосновение к плечу заставило ее подпрыгнуть и вскрикнуть, но это был всего лишь профессор Кроу. Он выглядел слегка потрепанным, но вполне живым, на его лице читалось волнение. Прошла пара секунд, прежде чем Стефани осознала, что она его видит.

— О боже, — прошептала она, расплываясь в глупой улыбке.

Чтобы убедиться, что перед ней действительно он и все это не плод ее воображения, она протянула руку и коснулась его лица. Судя по тому, что Кроу не развеялся, а лишь досадливо поморщился, это действительно был не мираж.

— Профессор, я вижу вас.

— Да, мисс Грей, — подтвердил он, — я вас тоже.

— Как же, — пробормотала она, — как же я рада вас видеть…

Это была истинная правда. Она разглядывала его лицо так, словно не видела в этой жизни ничего более занимательного и привлекательного. Только сейчас Стефани поняла, как это важно — видеть того, кто рядом.

— Вот уж не думал, — насмешливо заметил Кроу, — что доведется услышать такие слова от кого-то с факультета фениксов.

14

Невзирая на пережитое, Стефани нашла в себе силы улыбнуться.

— Да, но почему я вас вдруг вижу?

— Потому что здесь есть окна. — Кроу указал рукой в сторону противоположной стены.

Стефани повернула голову вправо и испуганно ойкнула: в паре метров от них лежало довольно крупное существо, отдаленно напоминающее очень костлявого человека, но с перепончатыми крыльями и сильно вытянутым черепом как в области пасти, так и в области затылка. Шерсти у него не было, кожа при тусклом свете луны в окне казалась серой. Распахнутая пасть поблескивала густой слизью вонючей слюны.

— Спокойно, мисс Грей, он мертв, — утешил Кроу.

— Да я вижу, — отозвалась Стефани, красноречиво глядя на неестественно вывернутую шею.

Потом она снова посмотрела на своего преподавателя и только теперь обратила внимание на его руку. Улыбка исчезла с ее лица. Левый рукав мантии был практически оторван, а на когда-то белой рубашке красовались прорехи от чьих-то острых когтей, разодранная ткань пропиталась кровью.

— Это надо перевязать.

Кроу согласно кивнул. Он даже позволил ей помочь ему снять мантию. Не имея под рукой ничего другого, Стефани оторвала от нее второй рукав и соорудила из него неуклюжую повязку.

— Лучше у меня не получится, — виновато пожав плечами, призналась она.

Кроу, который все это время сидел на полу, привалившись спиной к двери, махнул здоровой рукой.