<Из Парижа в Москву,> 19 февраля < 1931 >
Бесценный Рюрик Абрамович,
спасибо за письмо. Все были тронуты. Бузу от умиления поднял трижды лапу (заднюю). «Единый фронт» я пошлю Вам через диппочту. Я был уверен, что Вы вывезли с собой. «Федерация» по тупости вернула мне сюда рукопись. Неужто в Москве не можете раздобыть? Английские очерки я послал «Федерации». Если они найдут, что это чересчур мало по объему, я могу добавить: два о Германии: «Освобожденный Рейн» и «В предчувствии конца», один о Чехии — «На родине Швейка», один о Швейцарии — «Счастливая страна» и, наконец, «Лига наций». Всего, следовательно, пять. Но это несколько задержит дело, так как статьи пройдут раньше через журналы: «Звезда», «Стройка», «Ленинград». Можно, конечно, поторопить. Все это 30 и 31 года. Однако, если они хотят взять только «Англию», тем лучше. Раскольников предисловия уже послал. Очень прошу Вас поторопить это учреждение, изобилующее согласными, то есть ГИТХЛ. Выясните, когда книги выйдут в свет. Вот и все о моих делах. О Ваших: в «Монде» сказал. У меня просили срочно Вашу фотографию для радио-газеты. Дал. Насчет рыбаков еще неопределенно, надеюсь, скоро эти задумчивые халдеи дадут ответ. Я получил от Познера 200 франков и отослал их Гартману, так что это улажено.
Сава[12] заболел какой-то непонятной болезнью, именуемой «ацетоном» и пишет ультра-мрачные письма. Его, конечно, лечат вовсю, может быть даже чересчур[13].
Вышла книга «Мы и они», там много цитат Ваших — о Париже, о Бретани. Эмигранты бесятся от злобы[14]. По-французски она выйдет весной.
Я готовлюсь к книге о кино[15] — изучаю биографии заатлантических жуликов, балансы компаний и борьбу за патенты. Все это, конечно, ароматно, как старый мерд, но зато занятно. Роза живописует. Собаки готовятся к свадьбе, от чего я заранее теряю голову.
Сердечные приветы Марии Александровне от нас обоих!
Посылаю Вам нашу чету[16].
Впервые.
Париж <в Ленинград,> 19 февраля <1931>
Дорогой Слонимский,
спасибо за письмо и за хлопоты. Посылаю Вам при сем три статьи: «Родина Швейка», «Счастливая страна», «Лига наций». Это — Чехия и Швейцария. Место предоставляю на Ваше усмотрение. Номера «Стройки» с моей статьей[19] я не получил. Пришлите. Как с гонораром? Попросите также выслать мне «Звезду».
Теперь о самом существенном — о романе. Я высылаю сегодня заказной бандеролью рукопись «Единого фронта» на адрес редакции «Звезды» — это самое простое и самое скорое. На всякий случай вышлю через наше полпредство Вам лично другой экземпляр, тем же путем пошлю Вам «Мы и они», где Вы найдете немало цитат из Ваших вещей. Книга вышла несколько дней тому назад. Французский перевод ее выйдет поздней весной.
Здесь теперь издательский кризис. Однако интерес к нашей литературе растет, и я надеюсь Ваши книги пристроить.
Можете ли мне выслать по одному экз<емпляру> — для издательств?
Савич в Берлине, вот его адрес: Kurfurstendamm, 101 Berlin — Halensee.
Сердечные приветы Вам и жене от нас обоих.
Впервые — ВЛ. 1997, № 2. С.250–251. Публикация Б.Я.Фрезинского. Подлинник — ЦГАЛИ СПб. Ф.414. Оп.1. Д.65. Л.39.
<Из Парижа в Ленинград,> 16 марта < 1931 >
Дорогой Слонимский,
спасибо за весточку. Рад, что статьи Вам понравились.
Очень прошу Вас: сказать, чтобы мне выслали «Звезду», выслать номера «Стройки» со статьями, похлопотать о гонораре.
Попросите, если можно, «Звезду» высылать регулярно. Здесь ее негде достать.
Если Вы роман еще не получили через НКИД (также «Мы и они»), напишите — проверим, где застряло.
Ваших книг еще не получил.
Много работаю, пишу «Фабрику снов» — о кино, как «10 л.с.» об автомобиле.
Сердечный привет.
Впервые. Подлинник — ЦГАЛИ СПб. Ф.414. Оп.1. Д.65. Л.41.
<Из Парижа в Осло,> 9/IV <1931>
Дорогой господин Хёль,
благодарю Вас за Ваше письмо. Мне очень трудно решить, что лучше выбрать для Норвегии[20] — я не знаю читателя этой страны. Каждая страна начинала с чего-то своего[21]. Посылаю Вам список моих книг. Могу лишь сказать, что из всех моих книг я больше всего люблю Хуренито.
Впервые (с купюрами) — Х2, 332.
Печатается по:
Сигурд Хёль (1890–1960) — норвежский писатель и критик, автор ряда статей об ИЭ.
<Из Парижа в Ленинград,> 19 апреля <1931>
Дорогой Слонимский,
спасибо за письмо и книги. Последние только что пришли. Прочту и тогда предложу либо НРФ, либо другому издательству, в зависимости от характера книг. Надеюсь, удастся. Хотя острый издательский кризис, интерес к нашей литературе имеется.
Я не получил ни «Звезды», ни «Стройки», ни пр. — не видал ни одной моей статьи напечатанной. Очень прошу Вас — пришлите мне все эти номера. А «Звезду» <редакцию> попросите высылать журнал регулярно.
Как с гонораром? Есть ли надежда послать мне часть? Где он — т. е. по редакциям или сосредоточен?
Жду с нетерпением известий касательно «Единого фронта»: очень хочу, чтобы этот роман был напечатан у нас.
Сердечный привет Вам и жене
Впервые. Подлинник — ЦГАЛИ СПб. Ф.414. Оп.1. Д.65. Л.43.
<Из Парижа в Москву,> 21 апреля <1931>
Дорогой Рюрик,
почему Вы замолкли?..
Обращаюсь к Вам со слезной просьбой: выясните в Гихле, когда же выйдут мои книги?.. Раскольников уже давно послал им два предисловия. «10 л.с.» скоро станет историческим трактатом! Пожалуйста, добейтесь точного ответа!
У нас ничего нового. Я работаю с утра до ночи: кончаю книгу о кино. Сава чахнет в семейной обстановке. Бузу пробовал жениться на Малике, но безуспешно. Париж, беснуясь от восторга, встретил еще одного Альфонса вряд ли только тринадцатого[22].
Может быть, летом увидимся! Напишите и об этом!
Обнимаю
О рыбаках: еще не дают окончательного ответа — «c’est la crise»[23] и пр. Жму…
Впервые.
<Из Парижа в Москву,> 16 мая <1931>
Дорогой Рюрик,
только что получил Ваше письмо и спешу ответить[24]:
банк Устрика;
остановки между Парижем и Белльвю след<ующие>: Кламар, Медон, потом Белльвю, где находился банк рю Лаффит;
точного названия газеты для консьержек не помню. Или «Журналь дэ консьерж» или «Мессаже» или «Курье». Во всяком случае, если Вы переведете «Вестник консьержек», будет вполне точно.
Теперь мои просьбы:
Напомните в Гихле обо мне! Книги явно маринуют, так как Раскольников послал свои предисловия три месяца тому назад. Действительно ли они выйдут в июне? Для меня это очень важно: это ведь первые издания после «Проточного» — перерыв 4 года!
Выясните, пожалуйста, в «Федерации», хотят ли они печатать мои английские очерки. Большинство уже появилось в «Звезде».
Я только что закончил книгу «Фабрика снов» о кино-индустрии, вроде «10 л.с.». Насчет планов — туман. Собираемся в Испанию на 6 недель. Пустят ли и выпустят ли отсюда, еще не ведаю. Хотел бы поехать в начале июня. Не оставляю и мысли о скорой поездке к вам.
Парэну насчет «Отступника» напомню[25]. Вы со своей стороны напишите ему.
Сава через два дня прибывает сюда с половиной. Он отягчен, видимо, не столько недугами, сколько попечением.
В Париже все по-старому. Столики кафэ и прочее.
Очень прошу Вас, дорогой Солитер, вдохновиться моим примером и ответить поскорее на сие письмо.
Вы мне не написали, что думаете о моих дорожных планах?
Вопрос о книгах меня очень волнует.
Роза сердечно приветствует.
Горячий привет Марии Александровне!
Познер получил для Вас гонорар и послал Савичам.
Впервые.
<Из Парижа в Москву,> 29 мая <1931>
Дорогой Рюрик,
рад, что до Вас дошли вместе с поэзией конфеты. Надеюсь, что дочка[26] учла Ваши солитерские слабости и с Вами поделилась.
Парэн клянется, что Ваш роман переводится. Проверю в ближайшие дни. Вчера видел американку, которая много и живо расспрашивала о Вас[27].
Пожалуйста, не забывайте о моих книгах. Особенно меня занимает «10 л.с.». Боюсь, как бы не замариновали. Выясните, когда они собираются выпустить и насколько сие серьезно. Далее: я послал в «Красную новь» рукопись моей последней книги «Фабрика снов» — это о кино. В письме я просил редакцию, если они не примут вещи, отдать рукопись Вам. Тогда Вы дайте ее в другое место по Вашему усмотрению. Вещь, кажется, климатически бесспорная и занятная. Жду Вашего ответа.
Я хочу съездить в Испанию. Не знаю, удастся ли. Помышляю также о Сибири. Не забывайте и пишите.