Помоги проекту - поделись книгой:
— Мне нужно много магии. Той, что в Хогвартсе уже недостаточно, — пробормотал он и перевел взгляд на пергамент. — Так-так, что это у нас тут? Ага, ага, вот значит как… Да, девочка, не один я заметил огромную силу студентов мира Поттера…
— Давайте, попробуем открыть дверь, — предложил Люпин и кивнул Джеймсу на ручку.
— Вряд ли, — покачал головой Джеймс, — наверняка ее бы уже давно нашли и рассказали о ней.
Поттер взял в руки пергамент и очень осторожно, чтобы не порвать его, сломал восковую печать. Это оказалось завещание. По нему выходило, что замок передается в качестве наследства тому, кто на момент вскрытия завещания носит титул любого из Основателей. Отказаться от подобного наследства не было возможности, так как именно из-за посмертной воли умерших и после вскрытия завещания, магия тут же исполняла его. Как только Джеймс вновь скатал свиток, одна из четырех коробочек исчезла, а три остальных рассыпались прахом. Отныне замок отходит роду Поттеров и никто не в праве его у них отсудить.
— Давайте лучше поищем в замке что-нибудь интересное, — предлагает Орион. — Отец говорил, что Хогвартс никто до конца не изучил, что он постоянно меняется.
Джеймс первый вошел в небольшой зал и махнул друзьям. Зал, вопреки ожиданиям ребят был практически пуст, если не считать шкафа, на одной из полок которого лежали покрытые пылью свитки, а в центре стоял столик на высокой ножке с маленькой круглой столешницей. На нем обнаружились пожелтевший от времени свиток и четыре коробочки — футляры для перстней.
— Но ведь до меня здесь учился отец, а до него дед, а…
— А почему семь следов? — неожиданно заинтересовался этим вопросом Скорпиус.
Северус вошел в общую гостиную, которая соединяла его спальню и спальню четы Поттеров-Гриффиндоров в единые апартаменты.
В следующую секунду он вскрикнул и попытался отдернуть руку, но не вышло. Семь пар глаз уставились на семь аккуратных дырочек-укусов, появившихся на тыльной стороне ладони парня.
— Следов от укусов.
— Нахожу, — кивнула женщина и коротко взглянув на отца мужа, вновь опустила глаза к вышивке, — и думается мне, что это затишье перед бурей.
Юный Поттер разложил на столе карту Мародеров и активировал ее. Парни склонились над артефактом и принялись выбирать место, куда они направятся в первую очередь. Выбор пал на подземелья Слизерина. Спустя полтора часа все в пыли и паутине, ребята замерли перед потемневшей от времени, тяжелой на вид, деревянной дверью. Ничего особенного в ней не было, если не считать того, что покрыта она была несколькими слоями мощнейших иллюзий, на нее совершенно случайно наткнулся Джеймс. Парню показалось, что перед ним обычная, каменная стена и он оперся на нее. Рука прошла сквозь стену и Поттер рухнул на пол, больно ударившись локтем. Остальные иллюзии искали уже специально, логично предположив, что просто так, ради пустого коридора, ее накладывать не будут. Взгляды ребят скрестились на ручке, представляющей собой крайне необычное зрелище: бронзовый, волнообразный жгут, к которому были прикреплены четыре металлические фигурки: лев, змея, ворон и барсук. Осветив необычную ручку палочкой, ребята поняли, что фигурки сделаны из четырех видов металла, каждый соответствовал цвету своего факультета. Золото у Гриффиндора, серебро для Слизерина, бронза у Равенкло, медь для Хаффлпаффа.
— Может быть это общая комната Основателей? — неуверенно спросил Крам.
— Потому что вороны не кусают, а клюют, — закатил глаза Лонгботтом. — Да и вообще, какая разница сколько следов? Главное, что сейчас мы узнаем, откроется дверь или…
— Не семь, а тринадцать.
— Джей, — зовет Лонгботтом, — может пойдем, погуляем?
— Не находишь удивительным, что наши бандиты сегодня ничего не натворили?
— Как же мне выловить Поттера для разговора? Мальчишка… хм, точнее мужчина… Как же время летит, кажется, будто еще вчера он только пришел первый раз в Большой зал и проходил распределение. Шляпа тогда ему дала выбор: Гриффиндор или Слизерин. И он выбрал тот факультет, на который я и рассчитывал. М-м-м, как же все хорошо начиналось… Вот только не пойму, почему я тогда не обратил внимание на его слизеринские черты? Сколько можно было бы избежать проблем. Понадеялся на глупых магглов. Хотя, что же это я. Сестра Лили и ее муженек, оказались совсем даже не дураками. Вон как воспитали мальчишку, извернулись и обыграли меня, а я так ничего и не заметил до самого последнего. Жаль, очень жаль… Так, о чем это я? Ах да, Поттер совсем перестал считать меня авторитетом. А может и не считал никогда? Да-а, всегда считал, что твари-нелюди совсем неподходящая компания для магов. Дурсли и эти ошибки магии совершенно испортили моего Героя. Подумать только, Гарри Поттер защитник темных тварей! Просто нонсенс! Светлый маг должен отринуть тьму, а не защищать и спасать ее порождения. Ну да, что уж теперь, Поттер, оказавшийся еще и Гриффиндором… А кстати, я до последнего не верил в байки о том, что Поттеры потомки Годрика. Проклятые чистокровки так держатся за свои традиции и тайны, что сумели сохранить в своем кругу это знание ото всех. Впрочем, не я один считал сказкой то, что Поттеры могут наследовать титул Гриффиндора. Удивительно, что Джеймс мне об этом не рассказал. Да и Лили молчала. Может не знала? Жаль, что я считал это выдумкой. Как было бы хорошо, если бы предоставилась возможность заглянуть в родовые книги и древа родов чистокровных. Сколько бы тайн выплыло, сколько денег бы это принесло для нужд Света. Взять хотя бы Поттеров. Потомки Гриффиндора. Сила. Богатство. Знания. Но все так бессмысленно потеряно. Все ушло в этот новый мир… А ведь судя по детям, там много магии, очень много. И еще больше знаний, которые доступны всем жителям, ВСЕМ без исключения. Этот мир — сокровище. И владеет им Поттер. Владеет, но не использует все его ресурсы. Жители Terra Nova — это же личная армия Министра. Стоит только вспомнить, как малая часть этой армия пришла за Поттером в Азкабан. Да-а, они разбили нас за пару минут и даже я не смог ничего сделать. Поттер — глупец, он совершенно не осознает того, на что способна его армия. Какая это сила. Уж я точно смог бы найти ей достойное применение. Правда, там слишком много тварей, но ничего, их можно и убрать… — Дамблдор перестал кружить по кабинету и сел в кресло.
Лимонная долька из вазочки тут же перекочевала за щеку старого мага. Он звонко причмокнул губами и закинул в рот еще одну. Несколько минут старик сидел молча с закрытыми глазами. Казалось, что он заснул. Но нет. Альбус открыл глаза и взглянул на заваленную пергаментами столешницу. Один из них привлек его внимание. Чуть подрагивающая рука цепко схватила его. На секунду взгляд мутно-голубых глаз остановился на ней. Кожа тонкая с россыпью пигментных пятен, пальцы длинные, узловатые, ногти желтые. Альбус передернулся, старость никого не красит.
— Они меня укусили, — возмутился юноша.
— Хочешь найти сокровища? — насмешливо спросил Джеймс и не дожидаясь ответа, продолжил. — Можно и этим заняться, карта отца у меня с собой, так что…
Джеймс скучающим взглядом обвел выделенную для представителей его школы гостиную. Заняться было абсолютно нечем. Хотя другие и находили. Вон Мари что-то пишет, а Ричи рассказывает какую-то историю другу, Рамона вышивает… У всех есть занятие, кроме него и его друзей.
— Ага, — соглашается с ним Алекс.
— Не знаю, — ответил Джеймс, как завороженный глядя на старинные предметы.
— Ого, дяде оказывается принадлежит Хогвартс, — восхитился Дурсль.
— Да ладно вам, — Владислав нетерпеливо заглянул в проем двери, — пойдемте уже.
— Скучно… — тянет сбоку Скорпиус.
— Что это? — с любопытством спросил Скорпиус, указывая пальцем на содержимое столика.
— Ну, то что Гарри пытается как можно сильнее свести контакты с Дамблдором к минимуму — это вполне нормально. Просто сын боится, что может не выдержать сладких речей старика и раскатает его тонким слоем по кабинету. Сама понимаешь, кнат цена будет его славе, как политика. А правила отбора. Хм, изначально в артефакт накладывались параметры: самый — самый. То есть самый сильный, самый выносливый и прочее. А остальное… Скажем так, здесь основную роль играет удача и то, кого сами студенты выдвигают на передний план. Пропусти, например, наши бандиты других вперед и возможно, они не стали бы участниками. А количество заложено изначально, но организаторы об этом всем умолчали, взяв с директоров и Министров обязательство не предавать эти сведения огласке. Можно даже сказать, это было сделано для того, чтобы мы знали, кого наши студенты прочат на роль лидеров. Но для тебя Гарри выпросил право быть в курсе, как и еще для узкого круга лиц. Его в МКМ любят и во многом ему уступают.
— Вот оно значит как. А я все ломала голову, почему именно такой расклад получился при отборе…
— А Гарри разве тебе ничего не объяснял? — Северус выгнул бровь.
— Ага, — кивнул Джеймс. — Надо бы его об этом предупредить…
— Значит нужно посмотреть. Давай, Джеймс, — произнес с азартом Александр, хлопая кузена по плечу.
— Что тринадцать? — не понял Орион.
И действительно, дверь сама распахнулась, оставив руку Джеймса висеть в воздухе. Тот вздрогнул и перевернул ладонь.
Глава 50
Гарри внимательно слушал рассказ сына об их с друзьями прогулке до комнаты Основателей. Когда юноша замолчал, мужчина заговорил. Вроде бы тон его был спокоен, но близкие люди без труда услышали в нем нотки раздражения.
— … то есть ты хочешь сказать, что вам было скучно и лишь ради этого вы полезли искать себе на задницу приключения? — а вот к концу речи стало ясно, Гарри Поттер не просто раздражен, он зол.
Гарри осторожно поглаживал супругу по спине, но мыслями он был далек от нее. Хогвартс — его наследство, замок который получит Джеймс после принятия титула. С одной стороны это очень удачное приобретение, но с другой стороны он принесет слишком много проблем. Тем более, когда Дамблдор узнает, что замок теперь принадлежит ему, Гарри, то вцепится в Хогвартс руками и ногами и так просто ему его не отдаст. Может возникнуть война с магической Британией, ведь Поттер планирует лишить ее исторического наследства. А война — это совсем не то, чего хочет Гарри, на ней будут гибнуть люди и все лишь из-за того, что он получил наследство и не желает иметь со своей родиной дел. Да еще неизвестно, как в МКМ ко всему этому отнесутся. Что ж, видимо придется нагружать Совет решением этой проблемы.
— Но мы же не знали, — попробовал защититься наследник.
— Незнание не освобождает от ответственности, — осуждающе произнес Северус и поджал тонкие губы, отчего казалось, что дальнейшие слова он едва цедит. — Ты хоть понимаешь, что забота о Хогвартсе полностью ложится на плечи твоего отца? Думаешь ему мало забот с целым миром?
Подавая очередной, намазанный маслом и джемом тост сыну, Флер краем глаза заметила, как позади крестника мужа застыла темная фигурка. Женщина оглянулась. Слизеринка. Курс первый-второй не старше. Девочка, увидев, что на нее обратила внимание супруга Министра Поттера-Гриффиндора, присела в идеальном реверансе.
— Мистер Блэк, мистер Дурсль, вы разве уже закончили свой завтрак? — зашипела на парней Флер.
Флер всхлипнула и обняла мужа. Для нее всегда были очень болезненными разговоры о погибших родителях супруга. Она переживала их так, словно эта трагедия произошла с ней самой. Северус опустил голову и рухнул на диван, зря он напомнил о старших Поттерах. Это лишь заново разбередило незаживающую рану в сердце от потери единственной женщины, которую он когда-то любил.
Джеймс подавленно молчал. Поначалу ему казалось, что владение таким замком, как Хогвартс это очень удачный поворот дел. Но на самом деле оказалось все наоборот. К тому же его необдуманные действия привели к угрозе жизни для его отца.
— Дамы и господа! — раздался усиленный заклинанием голос лорда Нортона и все притихли, скрестив на нем взгляды. — Время для испытания пришло. Сейчас я объясню для всех задачу, которая ожидает чемпионов. Всем вам хорошо известно, что Запретный лес носит свое название не по чьей-то прихоти, а потому что населен опасными существами. Но вы можете не бояться за чемпионов, участок для проведения первого тура был тщательно очищен и защищен от проникновения в него любых существ. Так же он разделен на четыре сектора, по одному для каждой группы. В каждом секторе спрятан артефакт, который чемпионы должны найти, а также существует выход-портал, он так же скрыт и его необходимо обнаружить. Испытание проводится на время. Судьями будут выступать наши директора, Министры и я. Но помимо этого будет и еще один независимый судья — артефакт, который производил отбор чемпионов. Это сделано для того, чтобы исключить предвзятость судей-магов. Итак, чемпионы, правила озвучены. По моему сигналу входите в свой сектор.
— Не слишком ли жестко мы обошлись с ним?
— Джеймс, тебе неоднократно говорили и объясняли, почему мы до конца не разорвали все связи с магической Британией. До последнего мы надеялись, что скоро сможем обрезать все нити, соединяющие нас с этой страной. Но ты добавил еще одну. И лишь потому, что тебе было скучно! — Флер сердито отвернулась от старшего сына.
— Нет, — покачал головой Гарри, устало опустившись в кресло, — Джеймсу уже пора повзрослеть и понять, что шалости до добра не доводят. Ты сам знаешь, что отец имел такой же характер и жизнь его оказалась совсем недолгой.
— Доброе утро, юная леди, — изящно кивнула Флер.
— Осталось только подарить ему свой платочек и все будет как в старые времена, — поддержал смех друга Александр.
— Нет, мадам. Простите, мадам, — улыбки сползли с лиц ребят и они постарались слиться с обстановкой, так как злить эту ведьму крайне не рекомендовалось.
Поттер-Гриффиндор и Поттер-Снейп после озвучивания количества баллов, были крайне довольны. Их дети выиграли этот тур, заработав 91 балл. Следом за ними шли итальянские студенты — 86 баллов, после них ученицы Салема — 84 балла и замыкали турнирную таблицу студенты Хогвартса с 40 баллами.
— И не смотря на это он так и не научился принимать решения и думать собственной головой. Нельзя жить чужими советами. Он мог спрятаться где угодно, хоть в другой стране или даже попросить убежища. Аристократы не отказали бы, правило сохранения магической крови никто не отменял. А он предпочел сделать так, как сказал ему Дамблдор. Да вдобавок еще мантию ему отдал. Отец так до самой смерти и не повзрослел, его последняя ошибка стала роковой для них с матерью.
Флер обвиняюще уставилась на сына. Дети редко становились причиной гнева отца, обычно их шалости спускались им с рук. Но сейчас Джеймс своей выходкой разозлил Гарри, причем настолько, что ее супруг не особо выбирал слова.
— И именно по этому я не могу оставить замок без своего внимания. На момент моего сегодняшнего прибытия, я надеялся, что магическая Британия останется для нашего мира лишь в качестве рынка сбыта некоторого товара и поставщиком ингредиентов для зелий, которые можно вырастить лишь на этой земле и при этом климате. Гоблины, наконец-то, согласились открыть в Terra Nova филиал своего банка. А сейчас что? Или ты предложишь осуществить перенос замка и оставить здешних детей без школы? Но это еще не все. Мне придется теперь делить свое время между нашим миром, нашей семьей и наследием нашего предка. И не только время. Ты понимаешь, что замок, давно уже не получающий достаточной подпитки магией, не смотря на то, что стоит на источнике, просто выпьет меня? На мне сейчас десяток слоев защитных и экранирующих чар, чтобы Хогвартс не начал тянуть из меня магию. Благо, что Анарортад в этих чарах профессионал и снять эльфийскую магию замку не под силу. Мне между прочим придется теперь постоянно ходить в этом коконе, пока буду в здесь. И это я уже не говорю о том, сколько денег придется вложить в реставрацию и содержание Хогвартса. Из денег нашего мира и нашей семьи отрезается немаленький кусок. А у нас как раз сейчас строительство еще двух ферм и круглая сумма вложена в организацию заповедника во Франции, добрые отношения с которой нам крайне важны! И вот скажи, что мне теперь делать? — Гарри встал напротив сына и требовательно смотрел на него.
— Я вижу тебе нечего сказать. В таком случае, можешь отправляться в свою гостиную и подумать там над своим поведением. Подумать только, я еще считала тебя взрослым, — в данный момент Флер совсем не походила на ту мягкую характером женщину и любящую мать, какой ее знали их с Гарри дети.
— Тогда была война, — удивительно, но Северус попытался защитить того, кого когда-то считал не иначе, как врагом.
Оба отлично помнили рассказы отцов, как она сражалась с Пожирателями и прислужниками Дамблдора, будучи в то время еще совсем молодой, примерно их возраста. И пусть они знали женщину, как приятную, веселую и добрую собеседницу, но ведь боевое прошлое никуда не делось.
— Ах, как это романтично, — хохотнул Орион, — юная принцесса желает удачи своему непутевому рыцарю.
Подошел день первого испытания. Вся школа оказалась взбудораженной. На завтраке в Большом зале стоял такой шум, что рядом сидящие едва друг друга слышали. Дэниел сосредоточенно жевал тост, который ему подала жена крестного. Леди Поттер-Гриффиндор сегодня решила позавтракать вместе со студентами Terra Nova и если понадобится, подбодрить сына и его друзей. За неделю, прошедшую с неприятного разговора между Поттерами, Гарри и Флер поостыли, а Джеймс старался не делать пакостей и удерживал от этого друзей. Флер зорко следила, чтобы чемпионы от их школы сегодня хорошо позавтракали, благо заботу о Кристиане взял на себя Северус и сейчас кормил внука, сидя за столом преподавателей. В этом неблагодарном деле ему помогали Флитвик, заставляющий фрукты и овощи исполнять какой-то причудливый танец и Макгонагалл изменяющая форму еды на что-то смешное, тем самым привлекая внимание малыша. Крис весело смеялся и хватал маленькими ручонками убегающую от него еду и тут же засовывал в рот. Трое взрослых магов настолько были поглощены кормлением крохи, что абсолютно не замечали, как Гарри то и дело бросал на них очищающие чары. Без этого волшебники по окончании трапезы точно были бы похожи на шведский стол: кусочек сыра на лбу Флитвика, кружок помидора на воротнике Минервы, веточка зелени на рукаве Северуса и так далее.
— Привет, — щеки малышки зарозовели. — Я пришла пожелать тебе удачи.
— Но я не хотел, чтобы все так получилось. И потом, этот замок строил наш предок. Это же хорошо, что он теперь принадлежит нам, — причины гнева родных были не совсем понятны старшему сыну Поттеров.
Четыре группы распределились перед четырьмя одинакового цвета флажками, указывающими, где вход. Раздался громкий хлопок. Испытание началось. Чемпионы устремились внутрь своих секторов. Джеймс, Александр, Скорпиус, Дэниел и Орион не стали отходить от того места, где секунду назад был вход в сектор. Ребята стали оглядываться по сторонами, но вперед двигаться не торопились. Гарри напряженно наблюдал за действиями старшего сына и его друзей на экране. Вот они осматриваются. Вот Орион что-то говорит и Александр кивает ему. Вот Джеймс первый вскидывает палочку и выполняет простенькое поисковое заклинание. На пергаментах перед судьями появляется его название и название школы. Результат нулевой. Появляется еще одна надпись, один из итальянских студентов применяет другую вариацию поискового заклинания. И вновь безрезультатно. Пергамент продолжает заполняться, Министр нового мира старается уследить за действиями всех команд, но его больше всего интересует, как будут искать артефакт его студенты. Через четверть часа и огромное количество различных поисковых и сходных с ними по действию чар на пергаменте появляется новое заклятье, совсем не из области поиска. Скорпиус надумал использовать трансфигурацию, вернее ее отмену. Гарри внимательно уставился на экран. Минута, вторая, объединенные усилия ребят для массового охвата и… Вместо одного из деревьев на земле оказалась коробочка мутно-зеленого цвета. Гарри пригляделся — артефакт сделан из малахита. О да, организаторы постарались на славу. Редкий камень в этих землях. Промышленная добыча производится в России. На магию очень слабо реагирует. Малфой молодец, догадался использовать не то, что первое приходит в голову. Мужчина улыбнулся и скользнул взглядом по пергаменту. Оказывается девочки из Салемской школы решили использовать похожую технику, только они выбрали ритуал. А вот итальянцы работают с зельями, тоже хорошее решение. Гарри перевел взгляд на четвертый монитор. Н-да, студенты Хогвартса явно не выиграют этот тур, они до сих пор пользуются поисковыми чарами. Так, а его мальчики, кажется, нашли выход-портал. Действительно, перед трибунами со зрителями появились студенты школы его мира. Спустя две минуты там же оказались итальянцы, а почти сразу за ними девушки из Салема. Для хогвартских чемпионов время остановили и их вытащили из сектора с помощью аварийного портала.
Погода, не смотря на то, что уже было первое октября, еще стояла теплая. Солнце ярко светило, легкий ветерок трепал кроны деревьев запретного леса. Небольшой его участок был тщательно очищен от опасного зверья, обнесен щитовыми чарами и разбит на четыре сектора. Чемпионы группами расположились перед деревьями. Зрители расселись на специально построенных к этому дню трибунах и смотрели, то на четыре огромных экрана, парящих в воздухе, то на участников, готовящихся к испытанию.
Леди Поттер-Гриффиндор последний раз взглянула на смущенных Дэниела и слизеринку, после чего отвернулась, мысленно ставя галочку рассказать леди Лонгботтом о том, что ее сын, кажется, нашел себе избранницу.
— Привет, Розалинда, — с улыбкой поприветствовал девочку, обернувшийся Дэниел.
Казалось, что в одну секунду она превратилась в снежную королеву и способна заморозить взглядом не угодившего ей сына. Джеймс, чувствуя напряженную обстановку, церемонно поклонился и покинул гостиную родителей и деда. Трое взрослых магов еще несколько минут не нарушали тишины. Но, наконец, Северус спросил:
— Доброе утро, леди Поттер-Гриффиндор, — поздоровалась студентка.
Глава 51
Победу школы Terra Nova студенты праздновали в выделенной им гостиной с размахом. Вина, доставленного ухмыляющимся Анатолем, было в достатке. Эльфы Хогвартса натащили еды по просьбе юного Гриффиндора. Смех безостановочно звенел в воздухе, а музыка гремела на всю мощь. Если бы Князь не установил заглушающие чары на всю площадь перед стенами гостиной, ее двери и окна, то во всех концах замка ее можно было бы услышать.
Гарри молча стоял напротив входа в гостиную своих студентов и укоряюще взирал на древнего вампира. Тот же упорно делал вид, будто бы Хранителя тут и нет.
— Ты не правильно говоришь, мой дорогой друг, — фыркнул Северус, — надо так: «Это все ради твоего и малфоевского блага, мой мальчик. Не думай об этом, лучше съешь лимонную дольку».
— Здравствуйте, директор, — Джиневра улыбнулась, обнажая мелкие, белые зубы, — у меня здесь два дела. Одно наше личное с Гермионой.
— Как прикажете, доктор, — попробовал усмехнуться младший маг, но тут же оглушительно чихнул.
— Выпустил пар? — ухмыляясь, спросил Сириус, когда Гарри, наконец, занял свое место за столом.
Немногие были в курсе маленькой слабости лорда Малфоя, больше присущей женщинам. Никто и предположить не мог, что такой человек, как лорд Люциус Абрахас Малфой — жесткий, даже жестокий маг ко всем кто не является членом его семьи или узкого круга друзей, отменный политик, превосходно владеющий даром иронии, мог часами и со вкусом сплетничать о ненавистном ему семействе Уизли, попутно втаптывая их в грязь.
Неспешную беседу о финансировании нового проекта в их мире прервал гневный голос леди Поттер-Гриффиндор.
А Поттер-Гриффиндор тем временем размышлял, какая анимагическая форма у сестры бывшего «друга» могла бы быть. Судя по мелким зубам, возможно какой-то грызун. А вот по ужимкам, цвету волос и пигментации кожи — лиса. Одна проблема — лисы хитрые, а у этой все на лице написано. И еще глаза. Даже показное счастье от встречи не скрывает злобы в глазах. Эта злоба направлена не на кого-то конкретного, а на всех, кто лучше и успешнее ее. Уизли этого даже не осознает, такой взгляд, как помнил Гарри, был у нее уже на первом курсе. Даже раньше, он видел ее перед своим первым курсом. Малая была, а уже на всех злобно зыркала. Он, наконец, понял, кого Уизли ему напоминала. Маленькую, злобную, тявкающую в пустую, рыжую собачонку. Кажется, это порода называется пекинес.[4]
— Мне нужно посмотреть, — ответил старший мужчина и оттянул вниз веко Гарри, через пару секунд осмотра, он объявил диагноз. — Аллергия на резкие духи. Не смертельно, но неприятно. Сейчас принесу тебе зелье. И будь любезен, при встрече с этой… дамой, принимай меры по безопасности своих дыхательных путей.
— Глупость, — оборвал ее Гарри. — Никогда такого не было и быть не могло. Я всегда предпочитал блондинок. И, кстати, мой отец носит фамилию Поттер-Снейп.
— Прекрасно тебя понимаю, мой дорогой друг. Но боюсь от того, что они приличным магам не нравятся, им ни жарко, ни холодно. Гарри, подойди сюда, — приказал сыну Северус.
— Оставь, — раздался позади Поттера тихий голос Сириуса. — Не порть детям праздник.
— С прискорбием должен сообщить, что да, — ответил ей вместо крестника Сириус, так как тот под бдительным взглядом отца как раз пил зелье.
— Джинни, моя дорогая девочка, как я рад тебя видеть, — не менее сладко, чем запах духов Уизли, заулыбался Дамблдор. — Что привело тебя в Хогвартс?
— Это все ради тебя, — поучительным тоном ответил ему Люциус, поднимая палец вверх.
— Подожди-подожди, моя девочка. Давай я сначала представлю тебя нашим гостям… — Дамблдор тут же начал представлять ведьму Министрам и директорам школ-участниц турнира. Через пару минут дошла очередь и до Поттеров. — Ну, думаю этих господ представлять не надо.
— Эта, м-м-м… Уизли разве здесь? — удивленно вскинула брови леди Поттер-Гриффиндор.
Отойдя на пару шагов, Гарри вновь чихнул и скрылся за дверью для преподавателей. Уже при входе в гостиную его нагнали Сириус, Люциус и Северус.
— О, конечно, директор. Разве я могла забыть Гарри и профессора Снейпа, — рыжая продолжала улыбаться.
— Простите, госпожа директор, но кажется у меня обнаружилась аллергия на мисс Уизли и ее жуткий парфюм, — в подтверждение своих слов Гарри вновь чихнул. — Еще раз прошу простить меня.
Миссис Уизли, в девичестве Грейнджер, беспокойно крутилась на своей кровати. Студенты Поттера победили, а ученики Хогвартса проиграли. И даже не чувствуют себя виноватыми. Все эти, так называемые чемпионы, ни капли не старались показать свое раскаяние в том, что не старались победить. Они даже подошли к Поттеру и поздравили с победой его учеников. Женщина ни секунды не сомневалась в том, что чемпионы от их школы даже не старались победить. Они пользовались самыми простыми чарами поиска и не применяли ни зелья, которым она между прочим их учила в прошлом году, ни трансфигурацию. А ведь могли. Неужели они не понимают, что подобными действиями, только ухудшают свое положение? Не хотят видимо по хорошему. А чемпионы Поттера тоже хороши, как и салемские ведьмы — использовали у всех на глазах запрещенную магию. И ведь им никто даже слова не сказал. Да их за это нужно было дисквалифицировать! Проклятые темные маги, совсем ничего не боятся. Поттер совсем распустил своих студентов. Да что с него взять? Сам темный маг и ученики такие же. Еще и в жены взял магическую тварь. Подумать только, нелюдь строит из себя человека. Да ей самое место в резервации с себе подобными! А она замуж вышла, детей рожает, общается с людьми-магами и ходит тут, как у себя дома. Возмутительно! Ну ничего, завтра ей настроение подпортят. Пусть знает тварь свое место.
На секунду повисло молчание, которое разорвал оглушительный хохот четверых магов…
— Странно, а я думал он еще ночью его выпустил с помощью своей супруги. Столько лет надеялся, что с возрастом вы запомните: все происходящее за закрытой дверью супружеской спальни должно сохраняться с помощью заглушающих чар. И к слову, где мать моих внуков?
Флер, прищурив глаза и хищно улыбнувшись, подхватила его под руку и повела к дальней стене гостиной, у которой стояли пара кресел и маленький столик.
Поделиться книгой: