Помоги проекту - поделись книгой:
— Ты хоть представляешь, что эти дети там делают? — драматическим шепотом спросил тот.
Чувствуя, что если он пробудет в компании этой рыжей еще хотя бы минуту, то может сказать что-то лишнее, Поттер-Гриффиндор поднялся.
— Возмутительная наглость. Эти Уизли такие… — светловолосый лорд попытался выразить свое негодование, но никак не мог подобрать слов.
— Дорогая леди, вы бы видели ее, — тут же начал Люциус, — эта женщина просто до отвращения вульгарна. Только представьте себе, в такое раннее утро она нацепила на себя открытое, узкое платье. Нет, я понимаю, если бы в таком пришла бы маггла на какой-нибудь праздничный вечер. Но ведь она же волшебница! Как можно настолько не уважать свою родную культуру. Еще и заявляла о своей дружбе с Гарольдом, — Люциус сокрушенно покачал головой.
Гарри совершенно потерялся в мыслях и сравнениях того, как когда-то отдыхал он с Дадли, а позже и с друзьями и как это делают сейчас их дети. Из размышлений его выдернуло нежное прикосновение к губам. Оказывается, его супруга его целует, а он почему-то стоит без дела! Срочно нужно это исправить. Рука мужчины скользнула по спине женщины и зарылась в светлые, шелковистые волосы. Сегодня вечером Флер их не стала закалывать, позволив свободно лежать на плечах и спине слегка завитыми локонами. Гарри всегда нравилась именно такая прическа супруги. Нежный поцелуй довольно быстро перерос в страстный и вот уже женщина почувствовала, как супруг подталкивает ее к двери в их спальню. Воздуха стало катастрофически не хватать. Флер, вырвавшись из объятий мужа, побежала в спальню, сверкая шальной улыбкой. Гарри на мгновение замер, а потом в пару шагов добежал до двери в их комнату. Женщина остановилась у кровати и резко обернулась. Гарри вновь замер, любуясь супругой. Медленно Флер стала расстегивать крошечные пуговки на лифе платья, постепенно открывая взгляду мужа небольшие полушария груди. Через несколько минут, показавшихся мужчине вечностью, платье тяжелой волной стекло на пол и легло вокруг стройных ног его любимой. Он судорожно сглотнул, сегодня Флер не одела ничего под платье кроме маленьких, вызывающе-прозрачных трусиков и в тон им черных чулок, держащихся на изящных бедрах благодаря широкой, ажурной резинке. Женщина развратно улыбнулась и перешагнув через платье, устроилась на кровати. Вытянув вперед руку, она пальчиком поманила супруга к себе. Гарри стремительно пересек спальню и навис над женой. Леди тут же обвила его ногами, скрестив их в лодыжках. Тонкие пальчики нетерпеливо принялись теребить пуговицы рубашки, а припухшие губы терзать шею мужчины. Видя, что у Флер не получается быстро расстегнуть его рубашку, Гарри рванул ее за полы в разные стороны. Перламутровые пуговицы сверкнули в свете свечей и весело запрыгали по полу. Острые ноготки чувствительно прошлись по груди Гарри. Плотоядно улыбнувшись, мужчина перехватил руки супруги и закрепил их с помощью магии у нее над головой. Окинув горящим взглядом распростертое под ним тело, он наклонился и коснулся губами груди любимой…
— Ну что вы, лорд Поттер-Гриффиндор, не стоит извинений. Если ваше здоровье к вечеру придет в норму, то я буду рада видеть вас, вашего отца и вашу красавицу-супругу в своих апартаментах, — женщина улыбнулась.
— Да, милая. У меня внезапно обнаружилась аллергия на Уизли, особенно на ту, что хотела носить титул леди моего рода.
— Что случилось, дорогой? Ты заболел? — в гостиную впорхнула Флер, одетая в темно-синий бархатной халат, богато расшитый серебряной нитью.
— Ну что, Люциус, сделал гадость — на сердце радость, да? — вздохнул Гарри, глядя на сиятельного лорда, сидящего в кресле с видом обожравшегося сметаны кота.
— А ведь отпрыски Поттера, получается, наполовину магические существа! — вслух сделала вывод Гермиона и села на кровати. — А им еще позволяют находиться среди наших детей! Они же опасны и неконтролируемы, как все магические твари. Как только Поттеру пришло в голову дать им в руки волшебные палочки? Что, вообще, за беззаконие творится в его мире? Развел притон тварей и темных магов и командует ими с радостью. Министр, как же! Нет, я обязательно поговорю об этом с директором! Они сейчас в нашей стране и обязаны подчиняться нашим законам. Дамблдор найдет возможность его приструнить…
— Всенепременно, мадам. Мой отец — первоклассный зельевар. Уверен, к вечеру моя проблема будет решена и мы сможем навестить вас. Всего доброго, мадам Донован.
Многолетний политический опыт Министра пасовал перед еще более многолетней иронией двойного шпиона, мастера зелий и директора школы. Гарри пробурчал, что-то похожее на спит и уткнулся в тарелку. Сидящие рядом Люциус и Сириус безуспешно давились хохотом, в то время как Северус понимающе кивал головой и рассуждал вслух, что было бы неплохо, если к лету он вновь стал бы дедом еще одной внучки или внука. А то не порядок, для фамилии Снейп и возможно Принц нет наследника.
— Мой дорогой, лорд Малфой, а не расскажете ли вы мне поподробнее о сегодняшнем завтраке?
— Дешевка! — женщина хлопнула ладонью о столик, на котором стоял, неведомо откуда взявшийся думосбор. — Это же надо, совсем обнаглела, расфуфыренная курица. Ну ничего, я ей устрою…
— Будто бы ты и сам не был молодым, — хмыкнул Блэк. — Или мне стоит напомнить, как вы с Дадли шлялись по дискотекам?
Гарри хватило совести покраснеть от внезапно вспыхнувших в памяти воспоминаний. Эх, где теперь его молодые годы? Сириус хлопнул Поттера по плечу и подтолкнул в сторону лестницы. Флер понимающе улыбнулась, когда Блэк впихнул ее супруга в их гостиную. Женщина знала, куда ходил Гарри и специально отправила его крестного за ним. Как матери ей совсем не нравилось, что дети будут праздновать свою победу без присмотра. Но как бывшая чемпионка схожего с этим турнира, Флер понимала, что студентам и тем более участникам нужно расслабиться. И Гарри мог бы им в этом помешать. Встав с дивана и передав спящего сына его крестному деду, леди Поттер-Гриффиндор приблизилась к супругу. Его совершенно точно нужно было отвлечь от ненужных мыслей. Блэк, ухмыляясь ушел и унес с собой ребенка. Его комнаты располагались на этом же этаже и делил он их вместе с Люциусом.
Его в этом деле поддержал Северус, заставив своими словами щеки сына покрыться смущенным румянцем.
Блэк хмыкнул, глядя на эту парочку, а Северус лишь махнул рукой. Оба прекрасно знали о маленькой слабости сиятельного лорда посплетничать о ненавистных ему магах. А уж если дело доходит до Уизли, то он может долго и со вкусом рассказывать о том, какие они недостойные и так далее. Женская, конечно, черта и сложно сопоставима с таким человеком, как лорд Люциус Абрахас Малфой. Но у всех нас есть маленькие слабости. Верно? Никто из троих мужчин, пьющих у окна чай, не сомневался, что Флер сейчас узнает все до мельчайшей подробности о завтраке.
— Зачем? — спросил тот, но все же повиновался и встал напротив окна.
— Ой, да можно подумать, я не видел, как ты вчера смотрел на Анатоля, — Блэк продолжал ухмыляться.
— О чем ты? — наигранно-удивленно спросил Министр.
Завтрак подходил к концу, когда двери Большого зала распахнулись и вплыла, по другому и не скажешь, Джиневра Уизли. Женщина была одета в ярко-розовое платье, узкое до колен и заканчивающееся пышными воланами снизу. Оголенные плечи рыжеволосой ведьмы прикрывал фиолетовый плащ-накидка, опушенный по краям серым мехом. Едва она «доплыла» до стола преподавателей, как в нос сидящим за ним ударил приторно-сладкий запах духов. Гарри почувствовал, как в носу засвербило и тут же чихнул.
— Вас, мисс Уизли, видимо не учили в детстве, что по имени вы можете обращаться только к друзьям. А насколько мне известно, мой сын не находится с вами в подобных отношениях, — процедил Северус, мгновенно становясь похожим на себя прежнего, когда его звали «ужасом, летящим на крыльях ночи», ну или просто вампиром.
На завтраке в Большом зале было довольно-таки тихо. Студенты большей частью молча ели, лишь кое-где ученики переговаривались со своими соседями по столу. Сидящие за столом преподавателей маги и волшебницы особой разговорчивостью сегодня тоже не отличались. Леди Поттер-Гриффиндор отсутствовала, Снейп невозмутимо завтракал, перекидываясь редкими фразами с Блэком и Малфоем, Гарри стоял в углу, о чем-то беседуя с Князем вампиров, отчего тот почему-то имел землистый цвет лица. Чемпионы нового мира вяло ковырялись в тарелках, компанию им составляли, правда сидя за своими столами, чемпионы со Слизерина и Райвенкло. Дамблдор взирал на все это со смесью осуждения и досады, догадываясь, что победившие и проигравшие отмечали окончание первого тура вместе. Бывшая Грейнджер же выделялась среди всех, ожидающе поглядывая на двери Большого зала.
— Ну, что вы, профессор Снейп. Конечно, мы с Гарри друзья, — еще более усиленно засверкала улыбкой Джиневра. — Нас даже одно время считали парой.
— Господин Министр, вы уже уходите? — со своего места поднялась директриса салемской школы. — Я бы хотела с вами поговорить.
Флер еще раз яростно взглянула на думосбор и стремительно скрылась за дверями спальни. Гарри, Северус и Сириус непроизвольно вздрогнули, последние слова леди Поттер-Гриффиндор звучали, как обещание, не несущее ничего хорошего.
Глава 52
Время неумолимо летело вперед, приближая день второго испытания. За все пребывание Гарри в своей бывшей альма-матер, он так и не согласился на разговор с Дамблдором. Старик был назойлив и буквально фонтанировал приглашениями, посетить его кабинет. Поттер-Гриффиндор изворачивался, как мог, порой даже прибегая к тому, что отправлял вместо себя Сириуса, Люциуса или Анатоля, ссылаясь на то, что та или иная тема предлагаемая директором Хогвартса для беседы должна обсуждаться с тем, в чьем ведении находятся подобные дела.
Из всех четырех Министров, в Хогвартсе практически постоянно находился лишь Гарри. Трое других должны были посетить замок лишь во время очередного испытания. Сам Поттер-Гриффиндор и рад был бы покинуть свою бывшую школу, но опасался того, что Хогвартс начнет высасывать магию из Джеймса или Кристиана, не получая подпитки от признанного наследника. Присутствие Гарри в замке оттягивало внимание древнего строения на себя, оставляя детей в безопасности. Хогвартс всеми доступными ему средствами пытался пробиться к магии своего Хозяина, Наследника Гриффиндора. Но никак не мог справиться с его защитой, которую ставил как сам Поттер, так и эльфы с вампирами. Древние создания были очень хороши в искусстве защиты магического ядра, и Хогвартсу никак не удавалось получить желаемое. Несомненно, замок был очень силен, но Гарри в первый, же день возвращения и после разговора с сыном умудрился пробраться в ритуальный зал и спеленать часть его магии артефактами и ритуалами. Мужчина был безумно рад, что Анатоль и Анарортад научили его нужным вещам, когда впервые почувствовал пробную атаку Хогвартса. Позже он почти привык к ощущению чужого присутствия вокруг себя и мало обращал на него внимания, желая лишь того, чтобы Турнир побыстрее закончился и можно было решить проблему, которой любимый сын наградил его.
— Есть, — нехотя ответила Гермиона. — Джин, ты иди пока. Мне нужно подумать.
Благодаря хорошей акустике Большого зала словарный запас юных ведьм обогатился на пару десятков речевых оборотов, способных опустить соперницу ниже плинтуса, но не дающих ей быстро понять, что именно было сказано. Хотя, нужно отдать должное рыжей ведьме, понимала она достаточно быстро, правда не обладала тем же изяществом в искусстве оскорблений. Благодаря чему стало известно, что культура речи так и осталась недосягаемой роскошью для семейства Уизли в целом и Джиневры в частности. Правда, перья в руках юных ведьм быстро мелькали, записывая ВСЕ! речевые обороты. Видимо, девушки предполагали, что эксклюзивные «уроки» от леди Поттер-Гриффиндор не помогут им сойти за свою, если вдруг они ненароком забредут в Лютный переулок, а там как раз могут пригодиться познания в ораторском искусстве мисс Уизли.
— Да. Но ничего не вышло! Гермиона, нам нужен другой план.
— Другой… — задумчиво протянула миссис Уизли и, нахмурившись, потянулась к кофейнику.
Рыжая ведьма недовольно фыркнула, но послушно вышла из гостиной. Миссис Уизли же поднялась со своего места и принялась ходить из стороны в сторону. Женщина настолько углубилась в составление планов, что не заметила появления возле ее стола тени и посторонней магии, окутавшей ее плотным коконом. Гермиона медленно, словно во сне, подошла к своему рабочему столу и взяла в руки письмо, которого там еще минуту назад не было. Вскрыв пергамент, женщина пронзительно завопила. На руки ей пролился гной бубонтюбера, известный своими свойствами разъедать кожу и плоть подвергшегося атаке. Казалось бы, Гермионе уже давно пора научиться проверять письма, ведь как минимум однажды она получала письмо с таким содержимым, но сейчас проверки не было. Легкое заклятье древнего создания лишило ее осторожности и добавило жгучее любопытство. Срывая голос в крике, женщина не предпринимаю никаких других действий, смотрела, как гной разъедает кожу ее рук, обнажая мясо и суставы. Спустя пару минут она от боли потеряла сознание и уже не видела появления в ее гостиной красивой блондинки с брезгливо-довольной улыбкой на лице, прошептавшей очищающее и легкое лечащее заклинание, остановившее процесс разложения и слегка подлечившее руки декана Гриффиндора.
— Ты пробовала сейчас с ним пообщаться? — уточнила Гермиона, с удовольствием отворачиваясь от стопки с эссе.
— Никому не позволено протягивать руки к тому, кто принадлежит мне, — разнесся по гостиной мелодичный голос с французским акцентом. — И никто не имеет права мне угрожать.
Джинни яростно сверкала глазами на иронично улыбающуюся Флер, когда Дамблдор озвучил свою просьбу, но противоречить ему не осмелилась. Супруга Министра Terra Nova могла праздновать победу. Первый бой остался за ней. Кто-то мог бы и не понять одержимости светловолосой леди избавления от запаха духов мисс Уизли. Но некоторые, хорошо подумав, поняли бы причину. Парфюмерия — вещь коварная. Запах капли духов может перебить любой другой. Запах — это очень важная вещь во многих аспектах жизни. Например, при выборе партнера. По сути, для чего были создано парфюмерные композиции? Большей частью именно для этой цели. Вот, например, в нынешнее время маггловские специалисты, чтобы помочь некоторым женщинам привлечь внимание мужчины, создали специальную линейку духов с феромонами. А уж маги способны и на большее. Нет нужды искать определенный запах, просто сварить любовное зелье или какую-нибудь его разновидность, добавить в духи и вуаля. Запах зелья скрыт, но вместе с ароматом духов проникает в ноздри того, на кого рассчитан и тех, кто попал в зону ароматического действия. Еду и питье можно проверить заклинаниями, но разве станут проверять воздух? Даже параноики не прибегают к такому способу собственной безопасности.
— Так что, у тебя есть мысли на этот счет?
Пару минут обе женщины молчали, но наконец, Джинни не выдержала.
— Да! Другой. Желательно включающий в себя исчезновение этой твари! — злобно оборвала родственницу мисс Уизли.
— Следи за своим языком, Джин! Даже у стен есть уши. Но в одном ты права человекоподобным существам в нашей стране делать нечего.
Профессор зельеварения устало откинулась на спинку стула. Руки, испачканные красными чернилами, зарылись в волосы, разрушая тугой пучок прически и роняя на пол шпильки. Женщина тяжело вздохнула и щелкнула пальцами, вызывая эльфа. Короткий приказ, два хлопка эльфийской аппарации и вот уже перед ней стоит небольшой поднос с кофейником, чашкой и вазочкой с ореховым печеньем. Гермиона налила себе кофе и сделала глоток. Горький напиток обжег горло, заставив женщину выругаться. Остудив кофе с помощью охлаждающих чар, она сделала еще пару глотков. Взгляд метнулся к стопке пергаментов с эссе студентов четвертого курса. Проверять их не было никакого желания, таких глупостей, которые написали ученики, она не видела даже в эссе своего супруга в их бытность студентами. Не говоря уже о Поттере. Теперь-то женщине было ясно, откуда у него такие знания, а тогда она терялась в догадках.
— Как же меня достала эта проклятая нелюдь! Вечно она крутится рядом с Поттером! Его просто невозможно застать одного! — визгливо пожаловалась она.
Теперь оставалось показать рыжей и кудрявой их места, чем Флер и занималась, всячески изысканно оскорбляя этих двух выдр. Гарри и остальные члены ее семьи не мешали Флер развлекаться, втихаря устроив тотализатор для узкого круга. Но, так было только до того момента, пока пронырливый отпрыск министерской четы не сунул свой нос в тайны взрослых. После чего студенты Terra Nova, Слизерина и Райвенкло потянулись на поиски лорда Блэка с заветным списком.
За завтраком, обедом и ужином для студентов и преподавателей стала привычной картина, беседующих Джинни и Гермионы. Мисс Уизли с разрешения Дамблдора поселилась в Хогвартсе и, судя по всему, покидать его в ближайшее время не намеревалась. Но интересным для окружающих было не само присутствие единственной дочери Молли и Артура за столом преподавателей, а ее попытки флиртовать с Министром Поттером-Гриффиндором, не смотря на то, что его супруга сидела рядом с ним. Светловолосая леди насмешливо поглядывала на рыжую ведьму, не понижая тона, комментировала ее наряд, манеры, умение пользоваться косметикой и парфюмерией, жалкие попытки привлечь внимание Гарри к себе и своим прелестям. С первых дней появления Джинни в Хогвартсе леди Поттер-Гриффиндор демонстративно накладывала купол вокруг себя, Гарри, Северуса, Сириуса и Люциуса, заявляя, что дурной запах может сказаться не только на аппетите, но и на здоровье. И вообще, никто из ее близких не должен страдать из-за того, что некоторые особи женского пола не знают ни в чем меры. Чуть позже в этом ее стали поддерживать директора итальянской и салемской школы, высказывая возмущение, что они пришли есть еду, а не пить духи. Спустя неделю Дамблдор вынужден был просить свою гостью — а именно в таком статусе Джиневра Уизли находилась в Хогвартсе — отказаться от использования ею парфюмерии со столь божественным ароматом. Старику доставляло удовольствие неприятие других директоров, но случайно услышав разговор между ними о возможном отказе посещать трапезы в Большом зале, решил вмешаться. Скандал с ними мог сильно повлиять на его планы и плохо сказаться на итак уже знатно подмоченной репутации. Да и наживать врагов в лице итальянцев, славящихся своей мстительностью, не хотелось. Уж очень они изобретательны были в донесении своего «негодования» до того, кто посмел его вызвать. А определить это «негодование» в чашке чая или кубке с соком, а может быть в тарелке с едой или даже в одежде было почти невозможно, все-таки века владения искусством отравления играют на руку лишь тем, кто носит фамилию Медичи.
Являясь частично вейлой, Флер точно знала, что Джинни Уизли выбрала именно этот самый безопасный способ приворожить Гарри. Способность чувствовать запахи у француженки была в крови, доставшейся ей по материнской линии, и стоило ей только попасть в зону аромаатаки, как план Уизли стал ей ясен. Даже получилось узнать, кто изготовил для рыжей стервы приворотное зелье, его запах въелся в волосы бывшей Грейнджер. Флер тогда презрительно хмыкнула: считающаяся очень умной ведьма не оправдала свое звание. Любое зелье оставляет на зельеваре свои следы, которые можно смыть специальным мылом или шампунем, разработанным именно для мастеров зелий, чтобы их работа не нанесла вред собственному здоровью. После того, как Флер разгадала план двух Уизли, дело оставалось за малым. Заставить рыжую стерву отказаться от использования духов, а для этого леди Поттер-Гриффиндор пришлось тонко намекнуть директорам двух школ о появлении возможности проявления странной симпатии к гостье Дамблдора. А уж они оказались неглупы и в ближайшее время поддержали супругу Министра Поттера-Гриффиндора в ее «заботе о здоровье».
Вслед за этим на миссис Уизли, находящуюся в бессознательном состоянии было наложено заклятия стирания памяти. В себя Гермиона пришла лишь к утру. Она с непониманием огляделась по сторонам, пытаясь вспомнить, как так получилось, что заночевала на полу гостиной. Попытка встать принесла сильную боль в руках. Спустя четверть часа Дамблдор и колдомедичка пытались понять, что произошло с деканом Гриффиндора. А в это время леди и лорд Поттер-Гриффиндор предавались разврату…
Короткий стук в дверь не позволил миссис Уизли углубиться в мысли о бывшем друге. В гостиную, где Гермиона предпочитала проверять домашние работы студентов, ввалилась сестра ее мужа. Быстрый взгляд на рыжеволосую ведьму показал, что она находится не в настроении. И действительно, Джинни ураганом пронеслась по гостиной и рухнула в кресло.
Глава 53
Для участников из школы Terra Nova второй день турнира подкрался незаметно. С самого вечера парни не находили себе места, волнуясь о предстоящем испытании. В десять вечера Гарри, пришедший в гостиную студентов своей школы, разогнал парней спать, чтобы те смогли нормально выспаться. Уходя, Министр приказал Анатолю следить за тем, чтобы Джеймс с друзьями находились в своей спальне и не шлялись до полуночи, лишая тем самым свой организм полноценного отдыха. Сам же Гарри спал очень плохо, и едва первые солнечные лучи достигли окон его и Флер спальни, ушел в гостиную, где обнаружил такого же невыспавшегося отца.
— Доброе утро, — поприветствовал Поттер-Гриффиндор старшего мага.
Как оказалось, само испытание было достаточно простым. Нужно было всего лишь создать из снега и льда фигурку, которую получила каждая команда. Оценивалось время ее создания, сходство с оригиналом и арсенал заклинаний, использованный при создании. Чемпионам от Terra Nova досталась фигурка дракона с всадником, сидящем на его спине. Работали ребята, достаточно слаженно используя известные им чары и некоторые заклинания, которые узнали на занятиях по артефакторике, которую преподавали всем студентам в школе их мира. Первыми в этом задании чемпионы Terra Nova не стали, их опередили студентки салемской школы.
Мужчины молча, пили кофе, думая об одном и том же — об испытании, которое предстоит их сыну, внуку, крестнику и их друзьям. Никто, кроме самих организаторов не знал, что это будет за испытание. Даже от директоров и Министров эта информация была скрыта. Из спальни Северуса донеслось недовольное детское хныканье, и мужчина тут же отставив кофе, скрылся за дверью комнаты. Гарри тяжело вздохнул, очередная истерика младшего сына была совсем не вовремя. Сейчас и сам лорд Поттер-Гриффиндор с удовольствием выпустил бы пар, но, увы, нужно было держать себя в руках. Почти с самого прибытия в Хогвартс, Северус стал забирать Криса на ночь к себе, чтобы он не мешал Гарри и Флер. Те не возражали, решив устроить себе еще один медовый месяц, хотя правильно, наверное, будет сказать медовые три четверти года.
— Но ведь от мэнора ты не закрываешься в отличие от Хогвартса, который проявляет некоторую агрессию, пытаясь сделать из тебя источник магической подпитки.
— Уизли, тебя, как я понимаю, не учили относиться с уважением к людям. За оскорбление моей супруги я… — Джиневра отшатнулась от Гарри и в ту же секунду в лицо ей ударила белая перчатка.
Через час и три минуты работа девушек была окончена. Они представили на суд жюри и зрителей копию своей миниатюрной фигурки — двух взрослых единорогов и маленького жеребенка, склонившихся друг к другу и касающихся рогами. Через десять минут после них свою работу закончили чемпионы от школы нового мира. Через минуту после них справились со своим заданием итальянцы, а еще через две и чемпионы от Хогвартса, показав свои фигуры — ведьму, мешающую в огромном котле клюкой зелье и меч в камне, на рукояти которого сидит ворон, а лезвие обвивает змея. Судьи выставили всем высокие оценки, самая большая разница в которых составляла пять баллов — это между оценками Салема и Хогвартса. После этого Нортон предложил заработать дополнительные баллы, оживив свои фигуры. Сборная чемпионов от Райвенкло и Слизерина сразу отказались, даже не став пробовать. У студентов итальянской школы ведьма задвигалась со второй попытки, у девушек из Салема с четвертой, у парней из Terra Nova с третьей. Улыбающийся лорд Нортон объявил дополнительные баллы — 0, 10, 6 и 8 соответственно. После чего сказал, что все желающие полюбоваться на снежно-ледяные фигуры, смогут найти их у озера, где они простоят до весны.
— Но ведь в Поттер-мэноре он хорошо себя чувствует, — Гарри обеспокоенно оглядел сына, заснувшего у него на руках.
Инцидент, случившийся в преподавательском секторе, не стал тайной для окружающих и все были в нетерпении, предвкушая в один день два развлекательных мероприятия. Дамблдор, попытавшийся было повлиять на Флер, чтобы та отозвала свой вызов на дуэль, был достаточно резко и грубо прерван лордом Нортоном, который громко заявил, что отношения между двумя дамами номинального директора Хогвартса ни в коей мере не касаются. Также Генрих вызвался быть судьей и Флер с радостью согласилась. Теперь у нее была уверенность, что судейство на дуэли будет честным, лорд Нортон сможет это организовать.
Северус удовлетворенно кивнул.
— Доброе, — кивнул Северус и налив в еще одну кружку кофе, протянул ее сыну.
Женщина, конечно, могла бы, и промолчать, позволив супругу защитить ее честь и достоинство, но Гарри был Министром, а им для политической карьеры нежелательно пачкать руки о недостойных. А вот сама она вполне может развлекаться таким способом. Тем более что у Флер накопились достаточно претензий к этой рыжей выскочке.
— Мордред и Моргана, — зашипел Поттер-Гриффиндор. — И что же теперь делать?
Четыре группы чемпионов вышли на специальный помост, расположенный перед преподавательской трибуной. Джеймс с некоторой тревогой во взгляде покосился на родителей, которые сидели с абсолютно спокойными лицами. Но вот Гарри коснулся нежным поцелуем щеки супруги и прошел за стол судей. Место рядом с Флер тут же занял Сириус, что-то говорящий крестному внуку. До старшего сына главной семейной пары Terra Nova уже дошло известие, что его мать вызвала на дуэль одну из Уизли за то, что та назвала ее нелюдем. Сам Джеймс готов был тут же на месте разорвать эту наглую, рыжую тварь, посмевшую оскорбить женщину, которую юный маг почитал как божество. Но Скорпиус и остальные друзья смогли удержать его от необдуманных действий, всячески доказывая, что леди Поттер-Гриффиндор вполне по силам справиться с рыжим отродьем из семейки Предателей Крови. Сейчас Джеймс чуть подуспокоился, решив, что друзья правы, а мстить можно не только той выдре, но и всем тем, кто носит фамилию Уизли. Приняв для себя подобное решение, будущий лорд Гриффиндор попытался настроить себя на предстоящее испытание. А в чем оно будет заключаться, юный маг не знал и даже оглядываясь на приличных размеров, пустую, площадь за их помостом, не мог найти никаких подсказок, которые пролили бы свет на тайну задания. Думать долго, у юноши не было времени, так как со своего места за столом жюри поднялся лорд Нортон, чтобы огласить суть задания и дать знак к началу.
— О, Гарри, дорогой, а ты как я посмотрю, стал модником, — молодая женщина, жеманно улыбаясь, встала напротив четы Поттер-Гриффиндор.
— Знаешь, сын. Я почему-то всегда считал, что Глава рода — ты. И твое решения для членов рода — неоспоримо, — взорвался Северус. — Вот только почему-то ты об этом забываешь. Может пора уже взяться за ум?
— Я, леди Флер Мари Поттер-Гриффиндор, вызываю тебя, Джиневра Молли Уизли, на дуэль. Место проведения — Большой зал Хогвартса. Время — сразу после испытания чемпионов. Мой секундант — лорд Гарольд Джеймс Поттер-Гриффиндор, — Флер на мгновение опередила супруга, когда тот уже почти начал произносить общепринятую форму вызова на дуэль.
Второе испытание турнира должно было проводиться на квиддичной площадке, которую для этого специально расширили. День выдался ясным, но морозным и все пришедшие посмотреть испытание тщательно кутались в шарфы и мантии, попутно накладывая на себя и на младших товарищей согревающие чары. Делегация взрослых магов из Terra Nova под предводительством своего Министра явились одними из первых. Мужчины были одеты в шубы с очень коротким ворсом у кого-то черного, у кого-то серого, а у кого-то серебристо-белого цвета и длиной чуть ниже колена. Воротники же у всех были пушистые и закрывали всю шею и чуть ли не половину головы. Шапки так же были пушистые и напоминали собой енотов, свернувшихся на головах магов. Кожаные перчатки защищали руки магов от мороза. Единственная женщина среди них выделялась снежно-белой пушистой шубой из песца и в тон ей шляпой с отделкой из того же меха. Широкие рукава шубы позволяли разглядеть изящные руки леди, затянутые в белые кожаные перчатки с опушкой. Младший сын министерской четы, сидящий на руках лорда Блэка, был похож на медвежонка. Малыша одели в темно-коричневый, меховой комбинезон с симпатичными, круглыми ушками на капюшоне. Студенты школы нового мира тоже выделялись среди прочих зрителей. Они были одеты в шерстяные брюки темно-серого цвета, плотные, драповые пиджаки-сюртуки того же цвета и длиной до колена, а сверху в теплые плащи с жестким, коротким, черным ворсом и опушкой из волчьего меха. Такие плащи были в моде у маггловской аристократии в конце 18 начале 19 веков. Гарри они очень нравились, и он сделал их частью зимней, школьной формы. Зимы в Terra Nova были суровыми: много снега, сильные морозы, частые снежные бури. Выходя из здания школы, дети должны быть тепло одеты и именно из-за этого пришлось вводить теплую, зимнюю форму, хотя в Британии она ограничивалась лишь теплой мантией.
— А я как погляжу ты, дорогуша, тоже разбираешься в моде. Особенно той, что присуща папуасам из Зимбабве, — фыркнула Флер и окинула презрительным взглядом кричаще красную мантию с оторочкой из искусственного ярко-оранжевого меха.
— Я думаю из-за того, что Хогвартс на него влияет. Дети очень чувствительны к магии, особенно к такой специфичной, как магия сознания родовых домов и владений.
У него с Дурслями была тихая война. Северус желал, чтобы внуки были полностью только его, а Петуния с Верноном не желали делить детей Гарри с еще одним дедом. А ведь были еще и родители Флер, которые также претендовали на внимание внуков и заботу о них. Сам Поттер и его супруга лишь смеялись над таким детским поведением взрослых, и, казалось бы, разумных людей, но попыток влезть в это дело не предпринимали, считая все действия бессмысленными. Давно известно, что каждые бабушка-дедушка соперничают с другой парой со стороны второго родителя. И соперничество это длится бесконечно, по сути, являясь совершенно бесполезным.
— Я, Джиневра Молли Уизли, принимаю вызов. Мой секундант — Рональд Биллиус Уизли, — глаза рыжей ведьмы торжествующе блеснули, приняв вызов на дуэль, она ушла.
— Отправлять Криса в Terra Nova. Пусть Петуния за ним присмотрит. Она же вроде бы была не против, — чуть поморщившись, ответил Северус.
— Крис в последнее время плохо спит, — негромко произнес Северус, входя в гостиную и крепко прижимая к себе внука.
— Я… Хм, думаю, ты прав. Я отправлю Криса сразу после сегодняшнего испытания, — спустя пару мгновений кивнул Поттер-Гриффиндор, взяв себя в руки.
Гарри под руку с супругой прошли к трибуне, которую во время матчей по квиддичу занимали профессора. Устроившись на обтянутых бархатом лавках с наложенными на них чарами тепла, Поттер хмыкнул. Лавки на трибунах для студентов не изобиловали подобной роскошью, представляя собой простые деревяшки. Тихую беседу между супругами о том, что преподаватели Хогвартса в первую очередь заботятся о себе, прервала Джинни.
— Не знаешь почему? — нахмурившись, спросил Гарри, протягивая руки и беря сына.
— Она-то не против, наоборот, будет очень рада. А вот Флер… Ты же знаешь, какой она может быть упрямой. Я ведь с самого начала не хотел брать Криса сюда, — Гарри тяжело вздохнул.
Младший маг с удивлением взглянул на отца. Раньше он никогда не критиковал поведение Гарри, но сейчас случилась иная ситуация.
Передав малыша его отцу, Поттер-Снейп обратно уселся на диван и заклинанием подогрел кофе прямо в чашке. Лишь сделав пару глотков, он ответил:
— А тебя, нелюдь, никто… — начала было Джинни, но была прервана ледяным голосом Поттера.
Джиневра была довольна собой. Она выполнила первую часть плана, который они с Гермионой составили почти сразу после того, как последняя обнаружила то, что ее руки никогда не вернутся в прежнюю форму, и отныне она должна будет всегда носить перчатки. Входя в главные двери Хогвартса, рыжеволосая ведьма счастливо рассмеялась — сегодня все должно пройти, так как задумано и тогда Флер Делакур канет в небытие. А уж о том, чтобы стать новой леди Поттер-Гриффиндор, Джинни позаботится и получит, наконец, то, что принадлежит ей по праву.
Глава 54
Войдя в Большой зал, Гарри удивленно выгнул бровь. Его бывшие, так называемые друзья стояли рядом с уже наколдованным помостом. По правилам такого не должно было быть. Зал подготавливает судья, но никак не участники, иначе со стопроцентной уверенностью можно ожидать от соперника, проявившего инициативу, подлость. Один взмах посоха и помост исчез.
— Какого Мордреда ты делаешь, Поттер! — завопил Рон.
— Предательница Крови Джиневра Молли Уизли нанесла мне оскорбление, которое может смыть лишь ее кровь. Но смерти этой недостойной представительницы магического мира я требовать не буду. Пусть она отдаст мне свою палочку и принесет клятву, что никогда и никаким способом не станет колдовать, — с нескрываемым злорадством в голосе потребовала свою награду Флер.
Факультетские и преподавательский столы были отодвинуты к стенам. В двух футах от них начинался защитный купол. Генрих предположил, что у дуэли будут зрители и соответственно создал непроницаемую для заклинаний защиту, чтобы никто из наблюдающих не пострадал. Внутри купола маг создал огромный, овальный помост, сбоку от которого было возвышение в полтора фута высотой и три длиной, с которого судья будет следить за течением дуэли.
Отовсюду раздались испуганные возгласы и крики. Купол самостоятельно пал и к чете Поттер-Гриффиндор тут же приблизилась часть вампиров, взяв их в защитное кольцо. Остальные охранники окружили студентов школы Terra Nova, Северуса и Люциуса.
— Тот же самый вопрос я могу задать и тебе, Уизли, — процедил Гарри. — Если тебе не известен дуэльный кодекс, то советую его прочитать. Иначе твое невежество однажды сыграет с тобой дурную шутку.
Рон протянул вперед ладонь, ожидая получить артефакт, но вместо этого услышал надменный голос Поттера-Гриффиндора, от которого не хуже, чем от дементоров повеяло лютой стужей.
Оставив задыхающегося от боли в груди старика лежать на каменных плитах пола, он прошел к Джинни, даже не взглянув на бьющегося в невидимых путах Рона.
Голос Генриха, раздавшийся, как набат в шуме прочих голосов, вынудил всех замолчать. Зрители внимательно слушали мага, стараясь не пропустить ни единого слова. Альбус Дамблдор, словно неживой замер в дверях Большого зала. Только что старик осознал, что все его планы окончательно рухнули. И произошло это из-за неимоверной глупости его сторонников.
— Принимаю, — прозвучал голос Флер.
— Вы не понимаете, что говорите. Это нереально! Маги этого мира действительно сильны и ваши же слова это подтверждают. Захват Terra Nova — чистое самоубийство! Нам просто-напросто не потянуть его. Подумайте, сколько магов погибнет! И не факт, что мы сами останемся живы!
— Ты не доверяешь мне, Кингсли? — голос Дамблдора похолодел и Министр невольно поежился.
Поделиться книгой: