Terra Nova или мой мир (полная версия)

— Убил? — Посланник расхохотался. — Не смеши меня, Хранитель. Ты даже не почувствовал моего присутствия и продолжал спать. Да и вообще, твоя реакция хромает.

— Долохов, МакНейр, Рабастан Лестрейндж, Нотт-старший и Алекто Кэрроу, — ответил Посланник, хоть и понимал, что мысли юноши сейчас заняты несколько другим. — И еще один.

— Клянусь честью рода Малфоев, — произнес Драко.

— Ура!

— Почему ты не пришел ко мне раньше?

— Крестник, иди сюда. Я за тобой.

— Ты когда-нибудь доведёшь меня, а я потом буду жалеть, что убил тебя.

— Как вы можете мне такое говорить, мистер Поттер! Немедленно отправляйтесь к директору, — декан ало-знаменного факультета была возмущена до глубины души словами своего студента.

Минерва недовольно посмотрела на студента, но все же еще раз проверила список.

— Что-о-о!

Гарри с удовольствием потянулся на своей кровати. Мышцы приятно ныли, напоминая о вчерашней тренировке под руководством Анатоля. Юноша улыбнулся, как же ему этого не хватает в Хогвартсе.

— Защита ориентирована на демона-предателя. Видимо он был с Волдемортом, а слуги недолорда шли первыми. Так что их разделило. А как они смогли пройти… В школе есть один из пары исчезательных шкафов, правда он был сломан, второй находится в лавке в Лютном переулке. Они работают по принципу двух связанных между собой каминов. Младший Малфой его пытался сделать, но у него не вышло. А кто-то доделал его работу. Признаюсь, я пропустил этот момент, так как был уверен, что у блондинчика ничего не выйдет. А теперь представь, что ты бы остался на каникулы в замке, как того хотел Дамблдор, — демон замолчал, глядя на сосредоточенное выражение лица своего подопечного.

— Профессор Макгонагалл, я же вам говорю, я регистрировал себя. Может быть, вы мне объясните, куда делось мое имя из списка? Если нет, то я уеду без объяснений и нарушу это ваше правило, — Гарри не собирался уступать.

— Петтигрю.

Вот и все. Коротко и ясно. Малфой определенно вспомнил все, что происходило в Запретном лесу в ту ночь во время их первого года обучения. И судя по всему, сейчас их роду грозит уничтожение. Ведь задание, данное ему Волдемортом, Драко не смог выполнить. Это письмо, хотя правильнее будет сказать записка, пришло сегодня утром, когда Гарри, довольный от известия, что Петтигрю пойман, собирался на тренировку в свой мир. Величественный филин застал Поттера уже на выходе из дома и спикировал ему прямо в руки, чего пернатые письмоносцы никогда не делали. Это могло означать лишь одно — послание очень срочное. Гарри, отвязав записку и прочитав ее, бросился на второй этаж, где через дневник вызвал Анатоля и написал ответ Малфою. Дождавшись вампира и попросив создать порт-ключ, юноша отправил филина обратно, надежно примотав к его лапке записку и кожаный шнурок. После этого они с Анатолем ушли в парк, ждать гостей. Петунию и Дадли же отправили в новый мир, на всякий случай. За мистера Дурсля можно было сейчас не волноваться — он был на работе. Уже в парке к Гарри и Анатолю присоединились несколько оборотней и вампиров на тот случай, если письмо было ловушкой. Хотя Поттер чувствовал — это была настоящая просьба о помощи.

— Мистер Поттер, тут вашего имени нет.

— Как это нет, — возмутился Гарри, — я лично вписывал свое имя туда неделю назад. Посмотрите внимательнее сразу за Невиллом Лонгботтомом.

— Зачем?

— Мистер Поттер, — голос профессора трансфигурации звучал сухо, — вашей фамилии нет в списке отбывающих.

— Кто был пойман? — тихо спросил Гарри, пытаясь по новой оценить Дамблдора.

Глава 32

Гарри с кривой усмешкой наблюдал за тем, как трое аристократов переводили ошарашенные взгляды с крыш пока еще совсем немногочисленных домов, покрытых слоем снега, на обитателей его мира, не прекращающих работу по обустройству Terra Nova даже в зимний период. Конечно, некоторые расы сейчас не могли помогать другим на улице, но зато они делали все, что можно внутри жилых помещении. Например, через одно из окон ближайшего дома можно было увидеть, как крошки-феи, одетые в смешные, теплые комбинезончики, порхают над столом, расставляя креманки с джемом. Гарри улыбнулся, забавно было за ними наблюдать. Он вспомнил, что эти одежки феям подарила его тетя, сшив их самостоятельно.

Движение сбоку привлекло внимание зеленоглазого юноши. Он повернулся и мягкая улыбка заиграла на его губах. К нему шла Флер под руку с Седриком. Несколько секунд и девушка оказалась в объятиях своего жениха.

* * *

* * *

За время пребывания Тонксов в Terra Nova Гарри заметил, что его почти второй крестный, то есть Ремус Люпин, наконец-то, нашел ту, что могла стать его парой. Поттер ухмылялся, глядя на то, как оборотень обхаживает Нимфадору, а сама девушка то краснеет аки маков цвет, то сама усиленно с ним флиртует. А заодно открылось и то, что Сириус Блэк не устоял перед обаянием одной из вейл. Зря, эти двое насмешничали над ним, когда Гарри ухаживал за своей невестой. Теперь пришло его время. Да и Флер не отставала от своего жениха. Слишком уж много крови Блэк и Люпин попортили девушке своими двусмысленными шуточками…

Младший блондин удивленно вскинул брови. Его мать всегда было очень трудно вывести из равновесия, хотя она и являлась урожденной Блэк, признанных обладателей бешеного темперамента. Вот оказывается, как выглядит его тетка, а он еще удивился почему эта женщина так похожа на Беллатрикс Лестрейндж. Он пригляделся, отмечая различия в двух своих тетках. Их было не так уж и много, но они были. У Андромеды был более вменяемый вид, чем у ее младшей сестрицы, более «тяжелые» черты лица. Она была на несколько дюймов выше и в ней гораздо больше чувствовалась аристократическая стать, чем в Беллатрикс. И это при том, что Андромеда была отлучена от рода Блэк и жила среди магглов, в то время как ее младшая сестра вышла замуж за представителя старинного, чистокровного рода и вращалась только в среде аристократов, ну конечно, только до своего заключения в Азкабан.

— Да, — кивнул Поттер.

— Здравствуй, Нарцисса, — поздоровалась миссис Тонкс, в ее голосе не чувствовалось ни капли теплоты к стоящей напротив одной из двух младших сестер.

— Не стоит извиняться, миссис Тонкс. Я думаю, ваша дочь уже все поняла. Или поймет и у нас больше не возникнет разногласий. А теперь…

— Здравствуй, Флер, — ответил Поттер, на мгновение крепче прижав к себе невесту, после чего отстранил и протянул руку другу. — Седрик.

С Тонксами было проще. Во-первых, главой семьи была Андромеда. Ее муж и дочь признавали ее главенство, а значит будут делать то, что она решит. Во-вторых, после открытия завесы над некоторыми тайнами, Нимфадора начала пересматривать свое отношение к Дамблдору. Это стало заметно, когда девушка погрузилась в свои размышления…

— Привет, Гарри, — Диггори пожал протянутую руку. — Я гляжу у нас пополнение.

— Ты? — удивленно переспросила девушка и цвет ее волос сменился с розового на зеленый. — Нет, я, конечно, понимаю, что ты — Гарри Поттер и всякое такое, но чтобы устанавливать правила по которым должны жить окружающие. Это уже слишком. Тебе не кажется, что ты много на себя берешь?

— Именем закона вы…

— Что? Поттер, ты хочешь сказать, что…

Она была неглупой женщиной и понимала, что сейчас ее дочь едва не перешла некую границу. Если бы Андромеда ее не остановила, то вполне возможно, что девушка никогда не узнала бы, какой дар ей хотели предложить. В свое время миссис Тонкс очень интересовалась другими мирами и прочитала в этом направлении немало литературы. Ей было известно, что образование нового мира крайне редкое и важное явление и что на роль Хранителей выбираются лишь самые достойные. Она практически сразу поняла, что мир в который ее привел Сириус принадлежит именно этому мальчику — Гарри Поттеру. Последним подтверждением стал символ власти нового мира — посох, появившийся в руке зеленоглазого юноши, когда Нимфадора направила на вампира свою палочку. Женщина бросила взгляд на притихшую дочь, она прекрасно понимала, что девушка возмущена тем, как с ней разговаривала мать и подчинилась ей сейчас лишь потому, что Андромеда использовала подобный тон по отношению к ней лишь в крайних случаях. Что ж, то что дочь выросла такой непокорной — это тоже лишь ее вина. Андромеде необходимо было быть с Нимфадорой строже, но она так боялась стать похожей на тетку Вальпургу. А теперь приходится пожинать плоды своего воспитания.

Взяв невесту под локоток и сделав Малфоям жест следовать за ним, направился к Поттер-мэнору. Необходимо было подлечить Люциуса, а потом поговорить с ними.

— Я не хочу, а говорю. Ты сейчас находишься в МОЕМ мире и НЕ ИМЕЕШЬ права арестовывать кого-либо здесь. Мой мир не подчиняется правилам того мира, в котором живешь ты. Так что опусти палочку и бери пример со своей матери!

— Твой закон, аврор Тонкс, здесь не играет никакой роли, — резким, холодным голосом прервал ее Гарри.

— Я смотрю все в сборе, значит можно начинать. Кстати, дамы, что же вы стоите? Присаживайтесь. В ногах правды нет, — неторопливо произнес Гарри и щелкнул пальцами, вызывая домовика.

— Нимфадора замолчи. Не заставляй присутствующих здесь считать тебя глупее, чем ты есть на самом деле. Хранитель, приношу извинения за недостойное поведение моей дочери. Она не знает о том, что существуют другие миры и не осознает всей важности того, кому представлена. Боюсь, это моя оплошность, — Андромеда говорила спокойно и размеренно, глядя прямо в глаза Гарри.

— Где мы? Что это за место? — спросила Андромеда, дождавшись когда Гарри отдаст распоряжение эльфу.

Нимфадора Тонкс только сейчас поняла, кем является этот так пугающий ее мужчина. Она выхватила палочку и направила ее на вампира.

— Я, — коротко ответил Гарри.

Молчание затягивалось и в конце-концов его нарушил хозяин дома.

— И кто установил здесь такие правила? — спросила дочь Андромеды.

Каникулы прошли довольно быстро. Можно даже сказать незаметно, так как были наполнены различными делами. За три дня до возвращения Гарри и Драко в Хогвартс состоялся перенос аж четырех домов, что наделало немало шума в магическом мире Англии, особенно, когда Дамблдор и Орден феникса заметили исчезновение особняка Блэков, а Волдеморт и его Пожиратели не нашли Малфой-мэнор на положенном ему месте. Особняк Диггори и недавно приобретенный на окраине графства Кент двухэтажный дом так же исчезли в неизвестном направлении. На месте четырех выжженных котловин еще долго топтались как маги, так и магглы. И если первые ломали головы над тем, как связаны эти четыре дома, их исчезновение и куда они делись, то последние почему-то пришли к выводу, что это работа инопланетян и оцепили четыре участка земли, чтобы проводить известные лишь им исследования. Никто из непосвященных пока еще не знал, что вскоре такие же обожженные ямы появятся во Франции и Болгарии. А когда магглы об этом узнают, то придут к мнению, что их первое решение было верным.

— Гарри, — Делакур улыбнулась и поцеловала юношу в губы.

Разговор с Тонксами и Малфоями был очень сложный. После него Гарри мечтал лишь завалиться спать и чтобы никто в ближайшее время его не трогал. Но все же результат беседы был удовлетворительным: Тонксы и Малфои не только приняли предложение здесь жить, но и выразили желание помочь со строительством этого мира. Гарри видел интерес лорда Малфоя и понимал, что когда придет время именно Люциус встанет во главе всех переговоров с представителями старого мира. Так же Поттеру удалось убедить Малфоев в том, что чистота крови не имеет значения и они обещали относиться к магглорожденным и сквибам как к равным. Гарри понимал, что им по началу это будет сделать очень сложно, ведь отказываться от своих мировоззрений непросто, но они должны с этим справиться. В этом мире не должно быть той грязи, какая существует в старом.

— Андромеда?! — пораженно воскликнула мать Драко и вскочила с двухместного диванчика, на котором сидела вместе с мужем.

Драко устроился в кресле у окна светлой гостиной и наблюдал за танцем крупных снежинок, устлавших землю пушистым, белоснежным ковром. Ему нужно было привести свои мысли в порядок перед тем, как начнется разговор. Благо, время для этого у него еще оставалось, так как Поттер сказал, что во время этой беседы будут присутствовать не только он и родители, но и другие близкие Гарри люди. И не только люди. Сейчас в гостиной мэнора были Драко, его мать и отец, Ремус Люпин, смутно знакомый мужчина, если ему не изменяла память, то это именно он спас их от одного из бешеных кентавров. Были также Флер Делакур, Седрик Диггори, Оливер Вуд и несколько мужчин и женщин, который Драко не знал. Самого Поттера не было. Он ушел куда-то с князем вампиров. Малфой-младший смутно припоминал, что вроде бы вампира зовут Анатоль. Наконец, дверь открылась и в гостиную, отделанную в светло-бежевых тонах с кофейного цвета вкраплениями, вошла еще группа магов. Юноша, девушка, трое мужчин и женщина. Последняя имела очень знакомые черты лица…

— Это место называется Terra Nova. Это новый, молодой мир. Мир, отличный от того, в котором вы живете. Здесь нет правил и предрассудков процветающих в известном вам мире, здесь есть место для всех, кто хочет новой жизни. В этом мире действует лишь два правила — принимать окружающих такими, какие они есть со всеми их достоинствами и недостатками и не предавать.

Леди Малфой молчала, пожалуй впервые в жизни она не знала, что сказать. Когда-то давно она, как и почти все Блэки отказалась от общения с Андромедой лишь потому, что та вышла замуж за магглорожденного, тем самым поправ все традиции семьи. Тетка Вальпурга даже изгнала свою старшую племянницу от рода из-за этого. И с тех пор Андромеда была практически забыта для всех Блэков, за некоторыми исключениями, которыми были Сириус и ее дядя Альфард. Впрочем, кузен Нарциссы и сам был изгнан из рода, хоть за ним и осталось право носить фамилию Блэк. Последний раз Нарцисса видела Сириуса и Андромеду более десяти лет назад и вот сегодня она встретила их обоих одновременно. И где? В другом мире, мире, который судя по всему принадлежит Гарри Поттеру, главному врагу бывшего хозяина Малфоев.

Тонкс пораженно уставилась на юнца посмевшего отчитать ее, аврора, как какую-то безмозглую девчонку. Она только открыла рот, чтобы высказать Поттеру все, что она о нем думает, как ее остановил голос матери.

— А тебе не кажется, девчонка, что прежде, чем извергать из себя поток глупости, нужно поговорить с умным человеком? — недобро оскалился Анатоль.

Глава 33

После возвращения с зимних каникул, Гарри не успел даже дойти до башни Гриффиндора. На половине пути его перехватил Рон и сказал, что директор желает видеть Поттера в своем кабинете. Гарри слегка удивленно приподнял брови, выражая свое недоумение. Он, конечно, ожидал вызова от Дамблдора, но не так быстро. Рыжий юноша сопровождал своего бывшего друга к директору с таким торжественным видом, что Гарри становилось не по себе.

— Директор Дамблдор, — кивнул Хранитель старику, когда он и Рон вошли в круглый кабинет.

— Хм, да. Но ты должен сам понимать, что в такое время, какое наступило сейчас, может случиться разное. В данном случае в школе был тот, кто помог Пожирателям Смерти преодолеть защиту Хогвартса.

— Мальчик мой, не смотря на уверенность своих слов, что ты сказал о мистере Уизли, его сестре и мисс Грейнджер, я считаю, что…

— Давайте не будем об этом, профессор. Великое у меня будущее или нет еще пока не известно, для начала нужно окончить школу. Лучше скажите, почему вы не сделали ничего, чтобы восстановить защиту школы, раз вам было известно о том, что она повреждена?

— Что тебе? — грубо спросил Поттер.

— Нет, мне неинтересны твои бредни. И в конце-концов, пойми своей деревянной головой, все, что я сказал в кабинете Дамблдора о тебе и Грейнджер — правда. Я действительно так думаю. Ты и Гермиона никогда не были моими друзьями. Так что отвали от меня и иди доставать кого-то другого.

— Вы нашли того, кто это сделал? — спросил Гарри.

— Не так много, мой мальчик. Во-первых, ты должен быть крайне осторожен. Во-вторых, рядом с тобой должны быть верные тебе люди, которые смогут помочь. А ты, к сожалению, не делаешь ни того, ни другого. Ты, не поставив никого в известность о своем отъезде, покинул школу в неизвестном направлении.

— Нет, спасибо, — вновь отказался Поттер.

— Вы все сказали, профессор? — спросил Гарри, когда Дамблдор, наконец-то, замолчал. — Мне тоже есть что сказать. Вы так хорошо расписываете Рона и Гермиону, но почему-то с моей точки зрения и с вашей они не совпадают. Вы, говорите, что мы вместе прошли все испытания, выпавшие на мою долю. Но ведь в самом конце я всегда остаюсь один. Так было на первом курсе, когда Волдеморт-Квиррел чуть меня не задушил. Так было на втором курсе, когда василиск и призрак Тома Риддла меня едва не отправили на тот свет. Так было на третьем курсе, если не брать в расчет маховик времени. Дементоры тогда за малым не поцеловали меня и Сириуса. Так было и на четвертом. Только в отличие от первых трех лет, тогда Рон отвернулся от меня в самом начале, а на моей встрече с Волдемортом присутствовали другие чемпионы. Вы говорите, мы с Роном друзья. Вот только настоящий друг не станет поливать грязью, кричать оскорбления или называть обманщиком. Если бы Рон был мне настоящим другом, он бы поверил, когда я сказал, что не бросал свое имя в Кубок Огня. А он обвинил меня в том, что мне нужно еще больше славы, чем у меня уже есть. Вы говорите, что он и Гермиона помогали мне с заданиями? В чем же заключалась их помощь? Все заклинания и чары я учил сам, с жаброслями мне помогла книга Невилла, а к моменту третьего задания мы с трудом могли разговаривать без ссор. Вы говорите, что вытащил Рона из озера. Так деваться было некуда, там ведь было всего четыре заложника и ясно было, что Рональд был определен для меня. Ну в самом деле, не Флер же должна была его освободить, — Гарри ухмыльнулся, глядя как лицо бывшего друга стало ярко-красного цвета. — Да и задание необходимо было выполнять. К тому же заложников определяли вы. Я, например, с большим бы удовольствием вытащил какую-нибудь девушку, это было бы больше похоже на то, как рыцарь спасает прекрасную принцессу. А то с Роном я как-то не почувствовал себя храбрым рыцарем, наоборот, у меня было такое ощущение что жестоко надули. Да, Великий Мерлин, я бы с радостью прыгнул бы туда за Малфоем, в конце-концов он не дает мне заскучать и я считаю, что без этого белобрысого, слизеринского безобразия моя жизнь была бы пресная и неинтересная. Рон, как я понял, проанализировав все годы нашего общения никогда мне не был другом. Все эти годы он мне завидовал и мечтал занять мое место. Правда он совсем упустил из внимания, что моя жизнь представляет собой игру на выживание, причем риска в ней выше крыши, а помощи меньше, чем от Пивза послушания. Дальше. Гермиона Грейнджер, умница, красавица и просто послушная девочка. Слушает всех, кроме того, кого называет другом. Делает только то, что считает правильным, а правильным для нее является лишь ее мнение. И не важно, что своими действиями она задевает чувства других людей, более того своих друзей. И ведь когда ей указывают, что она не права, обижается и даже не думает извиниться. Вы говорите она мне друг, так почему же она злится на меня каждый раз, когда я получаю лучшую оценку, чем она сама? Разве настоящий друг не должен был бы на ее месте порадоваться? А еще я считаю, что если ты называешь кого-то другом, то должен в первую очередь согласовывать свои действия в отношении этого самого друга и хоть на секунду задуматься, а не обидят ли мои действия его? А ведь еще друзья должны хранить тайны, доверенные им и доверять в суждениях. Так что с мисс Грейнджер мы тоже не друзья. И, кажется, никогда ими и не были. Что ж, а теперь о Джиневре Уизли. Меня не волнуют ее нежные чувства в мой адрес. Мы никогда бы не смогли быть с ней вместе. В ее облике есть что-то отдаленно похожее на мою мать. Это волосы и взрывной характер, а я, извините, инцест не одобряю. Наша с Джиневрой пара была бы идентична паре моих родителей и мне кажется, что это неправильно. По-моему мы просто пытались бы прожить их жизнь, а она у них, к моему глубокому сожалению, была короткой. Да и не испытываю я к Джинни ничего. И вообще, у меня есть невеста — Флер Делакур. У нас даже уже состоялась помолвка, которую ни я, ни она разрывать не желаем. А Джиневра Уизли… Знаете, в маггловском мире девушки говорят о неподходящем им молодом человеке — он герой не её романа. Так вот, мисс Уизли — героиня не моего романа. И прошу вас, директор, не сватайте ее мне. У меня есть моя любимая Флер, а другие мне не нужны. И вообще, профессор, лучше ответьте на вопрос, куда делось мое имя из списков, отбывающих домой на каникулы. Замолчав, Гарри пристально уставился на старика, игнорируя возмущенное бульканье Рона. По всей видимости рыжий пытался что-то сказать, но все никак не мог подобрать слов. Дамблдор выглядел тоже не особо довольным тем, что только что сказал Гарри.

— И что же я должен делать? — Гарри уже догадался, куда клонит старый маг и что здесь делает Рон, но задать вопрос было необходимо.

— Почему же не поставил? Я вписывал свое имя в список уезжающих на каникулы, но оно каким-то чудесным образом оттуда исчезло. Да и профессор Макгонагалл видела, что меня забрал мой крестный отец. Так что с этим все в порядке. Тем более, там где я провел свои зимние каникулы, я был в большей безопасности, чем в школе. Ведь вы сами знаете, что произошло в это время. Если бы я остался, я мог бы подвергнуться нападению или более того, цель Волдеморта была бы достигнута. Меня могли убить. Так что у вас не должно быть претензий. Вы ведь сами говорите, чтобы я был осторожен и рядом со мной находились верные МНЕ люди. Я более, чем уверен, Сириус на моей стороне и он не позволит никому причинить мне вред. В-общем, ваши… м-м-м, пожелания я исполнил еще тогда, когда о них не знал, — Гарри говорил спокойно, в его тоне слышалась уверенность.

Гарри отвернулся и пройдя к столу, занял место рядом с Невиллом. Он не заметил недобрый взгляд двух пар глаз — Грейнджер и Уизли. Гермиона, как и другие студенты слышала все, что сказал Гарри и ей это не понравилось. Но если Поттер не увидел недобрых взглядов своих бывших друзей, то их заметил Невилл. И они ему очень не понравились. Кажется, пора и ему выходить из тени…

— Меня это не волнует, — достаточно грубо оборвал его Поттер. — Моя точка зрения остается неизменной. А вы уходите от ответа на мой последний вопрос.

— Может, хочешь лимонных долек? — казалось, Дамблдора нисколько не огорчил отказ Гарри от чая.

— Ну как же, вы сами сказали, что замок живой и он хотел получить защиту. А значит, в первую очередь он должен был обратиться к вам, ведь на данный момент именно вы являетесь здесь главным. Директор школы это что-то вроде хозяина родового особняка. Не так ли? — в зеленых глазах Хранителя мелькнула и исчезла насмешка.

— Да, — кивнул Рон, придвигая свой стул поближе к столу.

Юноша неодобрительно покачал головой, ему совершенно не нравились действия директора и он все сильнее убеждался в мысли, что с Волдемортом нужно разобраться как можно быстрее. Иначе старик может придумать еще более бредовый план, который вполне может статься окончится летальным исходом для него, Гарри Поттера. Хранитель настолько ушел в свои мысли, что абсолютно не замечал идущего рядом бывшего друга, который что-то пытался ему втолковать. Уже в Большом Зале рыжий дернул его за руку, привлекая к себе внимание. Гарри нахмурился и выдернул свою руку из надо признать крепкого захвата Уизли.

Поттер пальцем стер усмешку с губ, он прекрасно понял, что старик не желает разговаривать с ним на тему прорыва защиты. А еще в голове у зеленоглазого мага появилось смутное подозрение о личности того, кто помог отремонтировать шкаф, через который в замок проникли Пожиратели. Чем дальше Гарри размышлял об этом, тем больше убеждался в своей правоте. Он даже в какой-то степени понимал действия Дамблдора, но ни в коей мере их не одобрял. Директор пытался как можно чаще сталкивать Гарри с тем, что считает злом, чтобы он, Поттер, как можно скорее уверился в своей избранности и даже не допускал мысли, что ему необязательно выходить против Волдеморта, отстаивая позиции Света. В этом году в замке не бегал Волдеморт в затылке профессора ЗОТИ, не ползал василиск, управляемый через глупую девчонку Темным Лордом, не сбегал из тюрьмы опасный преступник, не было Кубка Огня. В этом году не было других возможностей, чтобы стравить его, Гарри, с Волдемортом и Пожирателями Смерти, поэтому Дамблдор и позволил слугам Темного Лорда проникнуть в Хогвартс. Более того, он лично помог им в этом.

— Да, профессор, я читал об этом в газетах. И в связи с этим, у меня к вам вопрос. Как Пожиратели смогли проникнуть в Хогвартс? Ведь вы всегда утверждали, что школа — это самое безопасное место во всей магической Англии.

— Нет, спасибо, — покачал головой Поттер, пытаясь подавить раздражение на фамильярное обращение старого мага.

— Хм, да. В этот раз все обошлось. Но один Сириус не способен обеспечить тебе достаточную защиту. Тем более его нет сейчас в замке. Тебе нужны друзья и помощники, на которых ты можешь положиться. А ты, как я с прискорбием заметил, оттолкнул от себя своих друзей. Неужели, мой мальчик, ты забыл, что мистер Уизли и мисс Грейнджер вместе с тобой проходили все трудности, что выпали на твою долю? Вспомни, ведь Рональд и Гермиона вместе с тобой шли спасать философский камень и мистер Уизли пострадал там, причем должен отметить довольно сильно, а мисс Грейнджер первая разобралась какое зелье нужно выпить. На втором вашем курсе твой друг не бросил тебя и вы вместе спустились в Тайную комнату, в то время, как мисс Грейнджер пожертвовала собой, чтобы найти и предоставить вам ответ, кто же является Ужасом Слизерина. А на третьем курсе вы трое раскрыли настоящего преступника, виновного в смерти твоих, Гарри, родителей и тринадцати магглов. И, конечно же, не будем забывать, как в прошлом году твои друзья помогали тебе с заданиями для турнира. Ты ведь не забыл, кого вытаскивал со дна Черного озера? Помнишь, у тебя должны были взять самое дорогое. А ты сам говорил, что дружба для тебя очень ценна. Да разве был бы выбран мистер Уизли в качестве заложника, если бы не был твоим другом? А как они с мисс Грейнджер переживали, когда ты исчез из лабиринта… Ты должен с ними помириться, ведь вы друзья. Да и вся семья Уизли тебя любит и очень дорожит отношениями с тобой. А ты их отталкиваешь. Посмотри, как они переживают. Джиневра, бедная девочка уже вся извелась, видя, что ты не желаешь с ней общаться. Неужели, Гарри, ты не заметил, что она в тебя влюблена? Я часто за вами наблюдаю в Большом зале и вижу, что вы будете очень красивой парой. Тем более, что мисс Уизли достаточно сильная ведьма и всегда сможет прикрыть тебе спину, как и твои друзья.

Старик протянул кружку с ароматным напитком Рыжику и одновременно пододвинул поближе к зеленоглазому юноше вазочку с ярко-желтыми, кисло-сладкими конфетами. Гарри скривился — он никогда не любил лимоны и от одного вида любимых сладостей Дамблдора у него во рту появился кислый привкус.

— Но ведь в школе оставалось не так уж и много людей, — Гарри чуть удивленно взглянул на директора, — разве вы не смогли среди них вычислить предателя?

Дамблдор подавился чаем от заявления своего студента.

— Это сложное дело, Гарри. И мы продолжаем разбираться в произошедшем. Однажды мы сможем найти виновного. Но я позвал тебя не для этого. Как ты сам знаешь, Волдеморт возродился и тебе грозит еще большая опасность, чем раньше. Поверь, мой мальчик, он ни перед чем не остановится, лишь бы достичь своей цели. А его цель в первую очередь, к моему глубочайшему сожалению, это твоя смерть. Я обещаю тебе, что мы сделаем все возможное, чтобы уберечь тебя. Но и ты должен нам в этом помочь.

— Гарри, мой мальчик, не знаю известно ли тебе, но на этих каникулах на школу было совершено нападение.

— К сожалению, мой мальчик, мы не смогли этого сделать, — Дамблдор покачал головой.

— Гарри, мой мальчик, рад видеть тебя в добром здравии. Присаживайтесь, ребята, — Дамблдор приторно улыбаясь, указал студентам на два стула, стоящих напротив его стола. — Чай?

— Ты что, совсем меня не слушал!? — практически проорал Рон.

— С чего ты взял, что я знал об этом? — директор впился взглядом в Гарри.

— Я не знал о прорыве защиты, мой мальчик. Неужели ты думаешь, что я не предпринял бы мер, если бы знал об этом. Да, кстати, сейчас уже начнется ужин, так что мальчики можете идти. Мы позже с тобой, Гарри, еще поговорим.

— Что ж, если ты так настаиваешь, — глаза директора нехорошо блеснули за линзами очков-полумесяцев, — раз ты говоришь, что вписывал свое имя в список, то я вижу лишь одно объяснение. Хогвартс хотел, чтобы ты остался и защитил его. Он ведь живой и даже может общаться с нами, не словами, конечно, другими способами. Просто их нужно увидеть и суметь понять. И если он хотел, чтобы ты защитил его, то это еще одно доказательство в том, что у тебя великое будущее.

Глава 34

С момента возвращения Гарри в Хогвартс прошло чуть больше двух недель. За это время он успел еще дважды поговорить с Дамблдором и подраться с Роном. Да, эта драка и то, что ей предшествовало достойны были долгих размышлений. Началось все вечером в пятницу. Гарри и Невилл сидели у камина и неспешно беседовали о некоторых сортах магических дельфиниумов, их волшебных свойствах и применении в зельях. Поттер был удивлен тем, что Лонгботтом довольно неплохо разбирался в «тонкой науке не для идиотов», то бишь в зельеварении. Все же Снейп был отвратительным учителем и вместо того, чтобы научить студентов полюбить приготовление всевозможных магических составов, заставлял бояться себя и нервничать на уроках. Чем и было вызвано неумение подавляющей части учеников сварить даже элементарное зелье. Впрочем, взрывы котлов были вызваны этим же. Гарри понимал, что если бы зельеварение преподавал другой учитель, то мастеров в этой науке было бы куда как больше чем сейчас. И Невилл бы мог стать неплохим зельеваром.

Лонгботтом в тот раз первым заметил приближение к ним рыжего гриффиндорца, имеющего на тот момент очень воинственный вид. И Гарри потом долго корил себя за то, что позволил себе расслабиться и не следил за окружающей его обстановкой, как делал это все годы своего пребывания в Хогвартсе. Рон в тот раз вел себя отвратительно. Едва приблизившись к тому месту где сидели Гарри и Невилл, он тут же обвинил своего бывшего друга во всех смертных грехах. Поттер решил, что оставаться в долгу у столь неблагодарной личности, как шестой сын четы Уизли, последнее дело и ввязался с ним в ссору. Все может быть и обошлось бы, если бы рыжий не направил на Гарри палочку, выкрикнув, что дети грязнокровок являющиеся Мордредовыми Мальчиками-которые-выжили — это худшее, что может случиться с магическим миром. Два удара, полученные одновременно отправили рыжего в полет на пол. Гарри четко, как учил его Анатоль, впечатал кулак в челюсть бывшего друга, подобное оскорбление себя и главное матери он не мог спустить с рук никому. Одновременно с Гарри удар нанес и Невилл. Юноша знал, каково это не иметь родителей, ведь его собственные хоть и были живы, но находились в таком состоянии, когда смерть является предпочтительней. Лонгботтом всегда плохо реагировал на оскорбления родителей, пусть даже и не его, вот и сейчас он захотел вбить рыжему недоумку в глотку его оскорбления в адрес Гарри и его мамы. Поттер был для Невилла другом с первого курса, хоть сам Гарри об этом и не знал. Лонгботтом сразу, как только увидел растрепанного, зеленоглазого мальчишку почувствовал некую связь между ними или если выражаться точнее, то между их родами. Из рассказов портретов и бабушки юноша знал, что когда-то Поттеры и Лонгботтомы стояли в сражениях плечом к плечу, в то время между ними была прочна связь побратимов. Но по истечении лет она почти исчезла. И вот первого сентября девяносто первого года она вновь стала крепнуть. Конечно, Гарри тогда об этом не знал и выбрал себе в друзья младшего сына Уизли, но Невилл пообещал самому себе, что однажды станет ему другом, таким, какими были его предки для предков Гарри. Все эти годы Невилл был рядом с Поттером, готовый всегда помочь и поддержать. Он хранил секреты Гарри, которые случайно узнавал и ждал своего шанса. И вот во время прошлого года обучения Лонгботтом получил этот шанс и терять его был не намерен. Сейчас он не задумываясь бросился на защиту чести своего друга и его покойной матушки. Довольно мощный кулак Невилла ударил в солнечное сплетение обидчика. Рыжий упал, заходясь в кашле и плюясь кровью вместе с парочкой зубов.

* * *

Гарри негромко переговаривался с Невиллом, сидя на завтраке в Большом зале. За последнее время парни очень сблизились. Лонгботтом каждый раз радостно улыбался, чувствуя, как древняя связь между ними становится все крепче. Сегодня он собирался рассказать другу об этой связи. Но сначала они оба полюбуются на бесполезные попытки Амбридж поиздеваться над учениками.

Гарри успел похвалить себя за хорошее усвоение уроков Анатоля и только после этого понял, что Невилл, всегда тихий и спокойный сокурсник вместе с ним ударил Рона. Парни переглянулись, отвлекаясь на мгновение от рыжего недоразумения. Вот только они не ожидали того, что Рон еще не отошедший полностью от двойного удара, кинется на них драться. Клубок из трех тел покатился по полу. Растащить их смогли только четверо рослых семикурсников за минуту до того, как гостиную влетела взбешенная Макгонагалл. Женщина узнав в чем дело, рвала и метала. Гарри еще никогда не видел своего декана в таком состоянии и сейчас она внушала ему ужас, хотя, казалось с таким окружением, как демон, оборотни и вампиры его уже ничего не могло напугать. Но вот сейчас оказалось, что это не совсем так. Да-а, головомойку Макгонагалл устроила им всем знатную. Опросив всех, кто на момент начала драки находился в гостиной, главная гриффиндорка пришла в ужас. Она никак не могла поверить в то, что студент ее факультета, сын светлых магов, известных своим расположением к магглам, мог назвать магглорожденную ведьму считающуюся героиней прошлой войны этим мерзким словом — грязнокровка. Да еще и сказать, что Гарри Поттер, сын лучшей студентки своего времени и представителя древнего, чистокровного рода, всегда стоящего на стороне Света — это худшее, что может случиться с магическим миром. Макгонагалл кричала на Рона так, что стекла в окнах жалобно звенели, грозясь осыпаться осколками. Впервые она вслух заявила, что звание Предателей Крови дается не просто так. Рону были назначены отработки до конца года, а факультет лишился двух сотен баллов, причем женщина акцентировала внимание всех, что в этом виновен лишь Уизли. Так же она сказала, что вынесет вопрос о его исключении из школы во время ближайшего педсовета и сегодня же отправит письмо миссис Уизли с сообщением о том, как ведут себя ВСЕ представители данной фамилии в Хогвартсе.

За своей беседой парни не заметили, как Амбридж поднялась со своего места. Лишь когда она громко откашлялась, Гарри и Невилл обратили на розовую жабу свое внимание. Амбридж выглядела до крайности довольной и Поттер тут же почувствовал, что то, что она скажет будет очень и очень неприятным для многих студентов. Юноша не ошибся в своем предчувствии. Нынешний преподаватель ЗОТИ или если сказать честно, то пародия на преподавателя с абсолютно идиотскими взглядами на это самое преподавание, долго и пафосом вещала о том, какое в их стране прекрасное Министерство Магии и как оно заботится об учениках и о том, чтобы они лучше усваивали школьная программу. Итогом ее напыщенного кваканья, то есть речи, стало объявление, что принят новый декрет. Согласно ему студенты не могут больше собираться группой более, чем из двух человек, а также самостоятельно создавать какие-либо клубы, организации или кружки. Соответственно, если подобное нарушение декрета будет обнаружено, то это повлечет за собой наказание вплоть до исключения из школы. И естественно данный декрет был принят лишь во благо самих студентов, которые слишком мало уделяют времени учебе и слишком много развлечениям. Гарри бросил косой взгляд на Невилла, который отчетливо скрипнул зубами от досады. Поттер и сам бы пожалуй не удержался от подобного действия, если бы взгляд женщины-жабы не был устремлен на него. По окончании речи Долорес, студенты поспешили обсудить последнюю новость. Гарри и Невилл не стали исключением, им необходимо было решить как еще обезопасить членов своего клуба, чтобы их не вычислила Амбридж. За этим делом они не заметили торжествующего взгляда Рона Уизли. Рыжий, стремясь отомстить своему бывшему другу, последнее время очень пристально следил за Гарри. Он, в отличие от профессоров и других студентов, смог узнать, что Поттер основал какой-то клуб, в который ему, Рональду Уизли, вход был закрыт. Вот сейчас юноша и думал о том, насколько ему выгодно будет сдать Гарри. И, похоже, не сегодня, так завтра он, наконец-то, сможет отомстить Мальчику-который-выжил…

Сейчас же, пока занятия не начались, Гарри и Невилл, наложив вокруг себя чары конфиденциальности, обсуждали очередное предстоящее занятие их клуба защиты. На данный момент в него входило двадцать четыре человека, включая и их самих. Совсем недавно к ним присоединился Драко. На этом настоял Гарри и члены клуба восприняли это на удивление спокойно. Невилл объяснял это тем, что они полностью доверяют своему лидеру, то есть Гарри Поттеру. Сам же зеленоглазый маг понемногу приглядывался к «своим» ученикам, решая, кто из них однажды переступит границу этого мира и Terra Nova. В Невилле он был уже сейчас уверен и ждал лишь последней битвы с Темным Лордом. Гарри решил, что как только Волдеморт канет в Лету, он все расскажет тому, кто стал ему настоящим другом. И вполне возможно к тому времени появятся еще кандидаты на переселение в его мир.

Гарри был в предвкушении сегодняшнего урока ЗОТИ. С того дня, как Посланник по колдовал над Амбридж, эта с позволения сказать женщина не могла никак оскорбить ни одного ученика, а тем более применить к нему свой излюбленный метод издевательств — кровавое перо. Хотя, глядя на нее, Гарри понимал, что упрямства у этой «дамы» больше, чем у осла, причем такого же глупого упрямства. Видимо, Амбридж никак не могла сообразить, что же не так с ее орудием пыток. Каждый раз, когда она заставляла студентов писать этим предметом строчки, порезы появлялись на ее теле. А вместо оскорблений у нее изо рта вылетало кваканье. Отчего большая часть занятия превращалась в цирк.