Ездовой гном. Битва (издательская)

Внук сразу примирительно поднял руку и сбавил тон:

Мысли понеслись было в прошлое, но нет. Не выходит. Сложно думать, когда рядом стоит один из взрослых внуков. И ладно бы почтительно молчал, но нет! Могучий воин кричит и ярится, слюна из неприкрытого толком рта, «делающего Ы», брызжет и от нее поблескивают его длинные белые клыки. Так о чем он там? А тот как раз схватился за рукоять черного меча на поясе! Тело старого вождя, прошедшее тысячи схваток среагировало само. Он мигом отпрыгнул, выхватывая два черных зазубренных топора и присел в стойке:

− Мы одно из самых слабых племен! Нас не наберется, со всеми детьми, стариками и старухами и семи сотен! И главное… Что тебе сказал тот чужак из-за которого ты нас сюда притащил? Ты велел разобрать нашу единственную шаманскую кибитку, ведущую на плато каменных слизняков. Теперь у нас пропала возможность быстро убраться при нападении врагов! Чего ради? Ты заставил всех членов племени продать все что накопили, и купил какие-то поганые драгоценности! Да и те отдал этому… этому щенку, который получил черную секиру, даже не десять лет назад, а на этой неделе!

Одинец кивнул и, показывая, что таиться дальше не имеет смысла, сказал в голос:

Орки переглянулись и отправили оружие в ножны, молча решив, что проносящиеся с сухим треском ломающихся поленьев, молнии без признаков дождя, значительно интересней спонтанно возникшего конфликта. Они заглянули за край, чуть ли не касаясь головами и увидели, что вся дрожащая толща воздуха над ущельем пронизана разрядами. Молодой орк удивленно разинул рот, а старый напротив радостно оскалился.

Но тут над ущельем пронесся глухой рокот. Орки не сговариваясь отскочили друг от друга и уставились в небо. Солнце, едва перевалившее за полдень, палило все так же беспощадно. Ни единое облачко не омрачало прозрачную синь, а вот над ущельем вдруг появилось подрагивающее марево. Россыпи камней внизу причудливо исказились, сухие деревца и выживающие там кое как кактусы, затряслись и зашевелились под какими то расходящимися понизу прозрачными волнами. С ветром они не имели ничего общего − в этом каменном склепе, открытом свирепому солнцу, по-прежнему не было ни малейшего движения воздуха.

Когда начали тикать последние секунды существования иллюзии, он с облегчением пробормотал:

Подавая пример, он схватил моток веревки, пропитанной противокислотным составом, и швырнул оружие вниз. Копьё свистнуло, разматывая за собой веревку. Миг и в торчащем из под панциря брюхе, усыпанном толстыми, сочащимися кислотой наростами, возникла маленькая, в сравнении с чудовищной тушей, палочка. Но монстр укол ощутил, его брюхо вздрогнуло, а по ушам ударил пронзительный визг боли.

Старик покачал головой:

Тут, выглядывающая через край иллюзия пропала. Орк-игрок, заметил кивок предводителя и коротко свистнул. В кустах начали появляться варги с орками, а игрок над которым горел ник Антак, уверенно сказал:

− По варгам!

Убедившись, что тварь не может метнуть кислоту вверх, вождь пинком развернул рогожу, открыв вязанку длинных копий. Он схватило одно и закрутил его так что оно превратилось в прозрачный пропеллер. Над скалами пронесся его громкий рык:

− Ур-ра!

Игрок буркнул недовольно:

Молнии пропали, а в тускнеющем столбе света появилось гигантское чудовище, поблескивающее иссиня-черным панцирем. Орки как один подхватили победный вопль своего вождя. Молодой орк уже забыв о своих притязаниях ошарашенно указывал на тварь пальцем и бормотал:

Вождь усмехнулся, резко дернул веревку, выдернув наконечник и начал сматывать на локоть, подтягивая оружие к себе. Члены племени радостно завопили, а вниз дождем посыпались копья и дротики.

− Царица бомбардиров! Монстр силы полубог!.. Вяжем веревки к древкам, орки! Швыряем в нее, потом выдергиваем и снова, до тех пор, пока она не сдохнет! Сегодня племя Зеленого Налима, станет великим, во славу Урра! О панцирь копья не тупить! Бросать только в то что из-под него торчит! Да осторожно, рыбьи дети! Она будет ворочаться, трясти скалы. Не слетите с края!

− Говоришь мозги старика съели кошки, раз он поверил тому молодому чужеземцу? Хочешь проверить, лишился ли старик силы?

− Эльфам не до нас будет. Пока сообразят, что приключилось, может успеем к налимам? Ухватим немного экспы, возьмем редкое достижение от убийства эпика…

Молодой воин небрежно махнул рукой:

Одинец затаился за толстым высоким пнем, из которого росла густая зеленая поросль молодых стволов, сплетающихся как осьминожьи щупальца. Его взгляд прикипел к иллюзии орка-воина, на которую пришлось потратить недешевый свиток. Дорого, зато выглядит очень правдоподобно. Как раз, чтобы отвлечь неосторожного эльфа, сунувшегося сюда и дать время на пару прыжков, чтоб с ходу снести его ушастую голову.

− Заманчиво, но рисковать не будем. Эльфы не дураки и сообразить, что мы к этому причастны, смогут легко. Прятаться, петлять и плыть под водой, это лучшее что мы можем сейчас делать. Наша полусотня шаманов подгадала момент правильно. Эту кислотную тварь забросило за десять километров в горы, так что ее хозяин не сразу сможет понять, где она застряла. Даже прокачанный радиус управления подобным петом не может быть больше километра. Но облегчать ему задачу не стоит, может послать стрекоз, вычислив направление, куда мы едем.

В центре ущелья взвился вихрь, становясь все больше, он начал притягивать молнии, что начали бить именно в него. Наконец снизу мощно ахнуло, словно закричали сами горы, твердь под ногами дрогнула. И вождь, который все это время приплясывал будто сбросил груз лет и превратился в непоседливого орчонка, заорал во всю глотку:

Справа раздался шорох, заставивший стиснуть секиру крепче, но это всего лишь подполз один из орков-игроков. Он шепнул:

Одинец рыкнул строже:

− Да, как договаривались. Подбираем шаманку, если она конечно выжила, и начинаем путать следы.

− Этот парень родился в нашем племени, и поумнее тебя будет. Я знавал его мать, она была храбрым воином. Возможно он даже мой сын...

Старик пожонглировал топорами, нехотя сунул их в чехлы, и с ехидцей проскрипел:

− Дед, племя Зеленого Налима и так постоянно меж молотом и наковальней. Оружие из рук не выпускаем, чтобы выжить. Нужно охотиться, нужно потрошить купцов, а ты притащил всех в этот каменный мешок, где мы тупо сохнем тут уже несколько часов! Ты хочешь, чтоб мы превратились в мумий?

Чудище попыталось повернуться, но его заклинило в каменном мешке. Бока панциря со скрежетом терлись о твердый камень, но оно не могло даже высвободить ноги, лишь приседало и тыкалось во все стороны гигантской головой. Положение это монстру совершенно не понравилось. Под ним глухо чавкнуло, из под панциря по бокам выплеснулись зеленые волны, и гигантский жук окутался зеленым туманом. Каменья, которых коснулась жидкость, запузырились, зашипели из них повалил желтый дым. Но ни тяжелый дым, ни едкая зелень не доставала до верха ущелья.

− Это… это…

Старый орк кивнул и небрежно сказал:

Игорь покачал головой и ответил строго:

− У тебя их половина племени. Но видно ты не лучший предок, раз год за годом оно чахнет! Пора тебе на покой, доживать смотрителем какого-нибудь алтаря в глуши, которую никто не посещает!

Иллюзорный орк настороженно шевелил черным двузубцем на длинном древке, сверкал клыками и напряженно щурился. Игорь подвигал курсором, заставив его прокрасться на десять шагов левее. Иллюзия вытянула шею, красный ирокез волос высунулся за край оврага, словно орк высматривал там врага.

«Внимание! Вы получили 50 единиц репутации с племенем орков Зеленый Налим. + 5 репутации со всеми племенами орков»

Молодой орк вновь взъярился:

Одинец улыбнулся. Последние сомнения исчезли, он положил руку на холку своего небольшого зверя и зычно скомандовал:

− Да это то самое!

− Все-все, не спорю, командир. Ты затеял это, тебе и решать.

− Ну что, кажется все получается? Выходим, как и предполагали через правое ответвление?

Глава 18

После обращения стражников «ваше благородие», мы с Кассиди припустили к замку еще быстрее, горя любопытством. Пыль под ботинками так и клубилась, наверное сверху для неподвижных наблюдателей наши ноги слились в сплошную полоску. Мы легко огибали фуры груженые бревнами, неторопливо ползущие вверх. На стенах замка их уже ошкуренные и заточенные с гиканьем и громогласными рабочими заклятиями, устанавливали сервы, сплошь облепившие верх стены. Местами, «орочья защита» уже превратилась в серьезную преграду, что должна помешать дроу штурмовать ее верхом на скаковых тарантулах. И работа кипит вовсю.

Едва мы преодолели ворота, как увидели во дворе сотни гномов, открывших загадку опустевших пещер. Наши соплеменники ныряли один за другим в свежую шахту, прорубленную прямо в центре замкового двора, а обратно появлялись с огромными коричневыми глыбами на плечах, которые складывали перед двумя молотящими кирками потными здоровяками гномьего племени, одетыми лишь в штаны и кожаные фартуки. Их кирки стучали как отбойные молоты, только клубы пыли взлетали да брызгали в стороны фонтаны осколков. Пыль липла к гномам, покрывая сплошной коркой их обнаженные мускулистые спины. При особо мощных ударах, когда мышцы вздувались, ее пласты трескались, делая гномов похожими на каменных големов.

Воины переглянулись и разом пожали плечами, громыхнув доспехами. Сержант буркнул:

− Там цветник нашего пьянчуги растет. Снова что-то новенькое насажал, − тут он просветлел, на лице появилось восторженное понимание, − точно-точно! Ломик психанет и тут же порвет всех «сдутых» дроу, как Тузик колбасную шкурку!

− О, это уникальный гибрид плюща и цепкой огненной мохнатки! Я успешно привил к ней темный хлюст, так что теперь время ее полного цикла продлилось до восьми дней!

Тот вновь вскинулся и всплеснул руками:

− Так ты, скамп тебя задери, еще и поэт! Сержант стражи! Балалайку этому просветленному и в барды!

Сержант угрюмо буркнул, наконец оправдав свое имя:

Я крутнул карту на приближение, обнаружив нужную арку из которой лестница со двора вела на стену, отбарабанил сообщение своей гномке, и помчался перекинуться парой слов с Иеронимусом.

Иеронимус гневно воздел руки, и резко опустил их, прервав гомон согласных с такими раскладами воинов.

Солдаты тут же выпрямились, вытянув руки по швам, а сержант мигом нахлобучил шапель, болтающийся на поясе и бросил ладонь к виску в воинском приветствии:

Воины послушно заглянули через край, через едва доходящую им до пояса кладку по периметру донжона. Я тоже, невольно заинтересовавшись,привстал на цыпочки посмотреть, и увидел внизу лесовика, что пританцовывая поливал из лейки какие-то желтые цветы усыпавшие узловатые лианы, покрывавшие крепостную стену как плющ. Тот заметил наш взгляд и отсалютовал лейкой.

− Повторяю еще раз, для тех кто в бочке! Дергать за рычаг только когда эльфов на краю появится несколько! Мана копится долго! На десять воздушных кулаков в час! Отсюда она может лишь сбить дроу вниз! А те на пауканах! Они знаете, как хорошо из задницы паутиной плюются? Р-раз! Прилипло и затормозили. И затормозят, будьте спокойны! Главное, чтобы сделали это так как нужно нам…

− А чо? Ломик за цветочки бывает сильно злой и не владеющий собой…

Я посмотрел на человеческих каменщиков, споро разбиравших базальтовые блоки и сказал:

− Хорошо. Для тех кто в бочке ПОД КРЫШКОЙ! Ветер сшибет врагов к стене, а что там у нас?

Лица солдат мучительно напряглись, лбы пошли складками размышлений, а я помог:

− Конечно! Я об этом и говорю! Будут держать и жечь, не давая им воспользоваться своими любимыми заклинаниями тлена, чтоб освободиться.

Сержант обиженно надулся и буркнул:

− Ничего этого она не делает. Два дня по этим хвостам строители напрямик на стену забираются, срезая путь. Снова какая-то неудачная туфта, на которую Ломик горазд.

− Ну и дык зачем тогда нам это магичное щастье на донжоне? Каждый воин на счету, а стрелять лучше в упор, из арбалетов. Со стены. Зачем тут-то торчать? Вот на стене эти «кулаки воздушные», по делу стоят. Там падать высоко. А тут сорвавшись даже тормозить не надо. Всего-то метров пятнадцать. Даже нам особого урона не будет, а дроу то и подавно…

Я кивнул, все ж Росланд завязан на игроков, так что похоже Инк игры искусственно не дает даже самым продвинутым неписям делать очевидные выводы и добавил:

− Сейчас иду к барону, через полчаса навещу тебя в башне. Авось как раз найдешь «поумнелку». К тому же у меня есть кое какая добыча, которая тебя несомненно заинтересует.

Морщины мучительных раздумий разгладились. На их простых грубых лицах разом отразился восторг и уважение, перед таким крутым тактическим коварством. Иеронимус аж глаза закатил в досаде. А я быстренько шепнул ему:

Оскорбленный лесной эльф вновь подхватил свою лейку и отвернулся, только подрагивающая струя воды, то и дело проливающаяся мимо цветов, выдавала глубину его негодования. Правда из его речи солдаты явно поняли только одно слово, и оно им сильно не понравилось, судя по тому, как они угрюмо переглядывались, щупая арбалеты за плечами.

− Ломозепэ-ель! Что за цветы растишь на стене?

− Воздушный кулак сбивает эльфов с крыши донжона в эти заросли, те их оплетают и держат. А стрелкам остается лишь нашпиговать их болтами, да поднять уровни!

Налицо проблема коммуникаций. Я не раз наблюдал, как психуют ребята из техподдержки, пытаясь объяснить цепочку действий клиенту, который понятия не имеет даже, где находится кнопка «пуск». Без менеджера, что переведет со специального на человеческий, обычно бывает все плохо, поэтому я крикнул, вновь привлекая внимание к себе:

Иеронимус пристукнул посохом, задумчиво пробормотав:

В голосе эльфа, который его прекрасно услышал, зазвенела обида:

− Так она вцепляется при контакте в плоть и жжет!...

«Вам даровано звание лейтенант баронства Арндского. +15 репутации у стражников. ???»

Лесовик вскинулся и вдохновленно крикнул снизу:

− Рон, у наших гномок есть рецепт «улиточного бульона», увеличивающего на время интеллект. Но он слаб. Может быть у тебя тоже, есть какое-нибудь заклинание на разум, а то у стражей похоже с ним совсем беда.

− Садовника каждый обидеть может, да. Ломозепэль, в общем ты добился того, что эти лианы будут хватать только дроу?

Один из стражников, с бляхой сержанта на панцире развел руками:

− А что она делает?

Эта фраза старого мага совсем добила, он всплеснул руками возмущенно рявкнув:

− Ну чё, правда ведь! Помнится присел как-то по-большому возле стеночки, да оторвал один. С мягонькими лепесточками. Для соблюдения чистоты, значит, организма. Чертов лесовик тогда, как из-под земли выскочил! Заверещал, словно ему конь в пах лягнул. Чуть тогда и по второму разу не сходил, значит, до ветру! Подпрыгнул, как зверь кенгуру, так, значит, огорчился от испуга...

Тот выпрямился перед пирамидой в рост человека, венчавшей крышу донжона. Над ней подпрыгивая, парил голубой кристалл. Волшебник хмурился и зычно вещал стражникам, которые посматривали по сторонам с тоскливым выражением «куда бы от него заныкаться» на лицах.

Иеронимус нервно вскинулся и пристукнул посохом, но промолчал, заметив мой успокаивающий жест. Ломозепэль же восторженно воскликнул:

− Так вот кто листья топчет… И я же говорю. С Темным Хлюстом, болваны!

Воин насупился и развел руками:

− Еще головой можно нос сломать. Хочешь покажу, гноме?

Солдаты заржали как целый табун лошадей. Взгляд мага наполнился мукой, он встретился со мной глазами и махнул рукой в стиле: «видишь с кем приходится иметь дело?»

А сержант слегка смутился и буркнул:

Ников над головами этих незнакомых воинов не было, поэтому я подбоченился и внушительно сказал:

Никогда бы не узнал Громодара в ближайшем чумазом гноме, что выглядел как шахтер три смены отработавшего в забое да потом еще и проползшего по-пластунски километр по жидкой глине, если бы не ник над его головой. Старик хекнул особенно зычно, и очередная темная глыба рассыпалась на десяток ровных кирпичей.

Увидев меня, бывший ездовой помахал рукой. На чудовищно перепачканном лице сверкнули белые зубы.

Кассиди сделала жест, который я понял, как «подожди минуточку» и взлетела с озабоченным выражением лица по приставной лестнице на стену. Я посмотрел на стражников у донжона, скрестивших алебарды перед входом и тут заметил над ними знакомый халат мага. От души отлегло. Все-таки старик выкрутился!

− Молодцы! Главное не докопайтесь до преисподней. А то демоны прилезут всем скопом спасибо говорить.

− Сержант Грюм, к вашим услугам! И… ваш бродь, получили бы вы тогда уж бляху лейтенанта, во избежание, так сказать, лишних казусов. Вас сопроводить к интенданту?

Я заметил с какой тоской переглянулись солдаты и поспешно спросил, пока у них не рассеялось внимание:

Старик гаркнул:

Я с удивлением отметил, что бороды – гордость каждого уважающего себя жителя Подгорного, превратились в грязные и спутанные ошметки волос. Если старики даже на это не обращали внимания, становилось ясно что работают не как обычно «на все сто», а на двести, а то и триста процентов!

− Погоди бушевать, Иеронимус. Солдаты же, а ты им загадки загадываешь. Подумайте то, подумайте это… Голова солдату нужна чтобы в нее есть, и точка. Нужно говорить прямо и конкретно.

− Горн! Этот замок, как я и думал, стоит на мощном кристаллическом базальте. В пекло известку! Вот из чего надо строить стены!

Я заметил, как великий маг стиснул посох явно готовясь припечатать этому вояке по лбу набалдашником, и едва сдерживая смех, сказал вполголоса: