Помоги проекту - поделись книгой:
Его милость пронзил меня возмущенным взглядом.
– Да, милорд, - кивнула я, подтверждая.
– Соберись, Кэтрин. Твой жених тебя ждет, - ободрила меня мать и подтолкнула к отцу.
Лорд Дарроу тонко усмехнулся.
И мистер Оуэн вторил ему недовольным взглядом.
Девушка пожала плечами с откровенной растерянностью.
Поцелуя я толком не запомнила. Просто отметила про себя, что он был. Как были поздравления гостей, рис, которым нас осыпали, веселый смех сестер. Все это я слышала словно бы через воду. Ту самую воду, в которой мне когда-то довелось хорошенько искупаться. До смерти искупаться.
Заметив меня, девушка радостно ахнула и, подхватив юбки, опрометью бросилась навстречу.
Проклятье… Мне так и не удастся насладиться в полной мере покоем и тишиной.
Я приняла предложенную лордом руку с изрядной долей облегчения. И в самом деле, оказалось, мужчина действительно хотел поговорить со мною. Я бы предпочла, правда, просто отдохнуть и не вспоминать о том страхе, который довелось переҗить.
Превосходно. Значит, мне ещё и не поверили.
– Надеюсь, наш с его милостью брак принесет ему все, что он пожелает, – вздохнула я.
– Не сказала бы, что закат ваших лет так уж близоқ.
– Уоррингтоны не падают в обморок! – напомнила я и сцепила руки в замок на коленях.
– Видите ли, дорогая, случилось так, что вас в моем облике видели с мистером Греем,и моя репутация погибла окончательно и бесповоротно. Без шанса на спасение. Соответственно,и репутация всей моей семьи. Помочь может только поспешный и выгодный брак. К тому же, за мной охотится Неблагой двор, а это тоже веский аргумент, чтобы держаться рядом с могущественным колдуном. Разве нет?
Покачав головой, я ответила:
– Что бы вы не возомнили себе, милорд, не смейте так неуважительно относиться к моей старшей дочери. Как вы только могли подумать…
– Кэтрин никогда ничего не делает из дурных побуждений, - в очередной раз начала петь мне хвалу миссис Чавенсворт. Выбор его милости она, кажется, одобряла больше все прочих, и готова была говорить о моих достоинствах бесконечно. Впрочем, быть может,добрая женщина перенесла на меня любовь, которую испытывала к мисс Оуэн,
Сестры почему-то опять решили, будто я на самом деле просто расстроена перспективой выйти замуж за немолодого человека, не отличавшегося легким характером. Хотя не так давно уже предположили, будто в его милость я влюблена. Какая редкая наивность… Впрочем, я не ожидала иного от Энн и Эмили. Как бы то ни было, своим бурным деятельным сочувствием сестры меня буквально душили… Мама только таинственно улыбалась, она, по моим наблюдениям, уже приняла будущего члена семьи как близкого родственника и вела себя с ним на редкость сердечно. Это хоть немного уравновешивало ту холодность, которую демонстрировали брат и отец. Отец, слава Создателю, в меньшей степени, он старался смотреть на ситуацию с моим замужеством с большей прагматичностью. Вероятно,так ему было легче.
Единственным спасением оставались племянники будущего мужа, которые, как обычно, не давали мне унывать. Правда, мистер Уиллоби умудрялся при этом доводить меня едва ли не до состояния неконтролируемого бешенства своими бесконечными шутками. Но, стоило признать, лучше уж постоянно злиться, чем впадать в состоянии прострации, которое все чаще настигало меня перед венчанием.
Правда, после того неожиданного поцелуя… От одного только воспоминания о нем в груди что-то сжималось и сердце начинало стучать в два раза быстрей. Словом, со мной происходило нечто поистине странное.
Перед завтраком мистер Уиллоби в очередной раз решил отчитать меня за невероятную самонадеянность, а младшие умудрились подслушать. Словом, мой подвиг стал достоянием широкой общественности. Энн и Эмили умели хранить тайны, но только если сами считали необходимым это. Сейчас сестры считали, что молчать не следует.
Лорд Дарроу усмехнулся.
Я почувствовала ужасную неловкость из-за того, что даже на секунду усомнилась в искренности и благородстве своей подруги. Она ведь одна из самых светлых и чистых людей, каких я только знала.
Хотя бы немного? Да лорд Дарроу способен мне помешать сделать что угодно. Разумеется, я этого вслух не сказала, старательно уткнувшись в первую попавшуюся книгу. Ею оказался сборник любовных стихов, что не преминула отметить Энн, явно потешаясь над моими изменившимися вкусами. Объясняться я не стала. Как и читать вирши о пламенной страсти. Глаза бездумно скользили по строчкам, но ңи одно слово не задерживалось в голове.
– Вот и все… – еле слышно прошептала я.
Я вспомнила своим чувства, когда согласилась отправиться спасать его милость из лап Тшилабы.
Как так можно обращаться с собственной племянницей? Пусть его милость все ещё зол на Эбигэйл, в чем я была практически уверена. Он вообще, как мне кажется, не очень хорошо умел прощать, особенно, если его разочаровывали.
Разумеется… Эбигэйл не могла не заговорить со мной на эту тему. Любовь. Любовь и брак по расчету – как абсолют всего возможного зла.
– Большинство девушек рады собственной свадьбе, особенно , если жених богаче их родителей. Ты же всегда отличалась редкостным честолюбием.
– Вы удивительная девушка, Кэтрин. Чем дольше я знаю вас,тем больше в этом убеждаюсь.
– Ты потеряла всяческий стыд! – воскликнул брат, шагнул ко мне и, схватив за руку, оттащил от лорда Дарроу.
Все присутствующие встали при нашем появлении, и на меня пристально уставились десятки глаз. Тут же захотелось провалиться сквозь землю. Раз и навсегда. Но на поверхности земли меня оставил чуть насмешливый взгляд лорда Дарроу.
– Я понимаю это, Николас, - выдохнула я и зажмурилась от страха.
– Кэтрин, разве ты не знаешь, насколько важно подготовиться как должно к венчанию? - возмущенно вопросила она. – Невеста должна сиять красотой! В твоем случае это потребует прорву работы и времени, если ты забыла!
– Я готова, папа, - сообщила я и мы вошли в церковь.
– Не имеет значения, - мотнул головой мужчина. - Вы хотели перевязать меня – так перевязывайте.
Я прожгла младшую сестру взглядом. В обморок? Какая чушь!
– Кэтрин, неужели ты и правда отправилась спасать его милость? - изумленно произнесла Энн, глядя на меня едва ли не с благоговением.
– Но почему тогда не Чарльз или Роберт? - возмутилась она. - Зачем было соглашаться выйти за дядю! Он же не молод!
– Мы с вами больше не добыча, Кэтрин. Мы хищники. И Тшилабе придется считаться с этим, – не скрывая собственного торжества произнес мужчина.
Я обиженно посмотрела на родительницу. Ведь уже не раз говорила, какие чувства испытываю к будущему мужу.
– Что бы ни случилось, ничего не бойтесь и не выпускайте моей руки, – велел мне будущий муж. – Возможно, от этого зависят наши с вами жизни. Когда вы поддерживаете меня, я становлюсь практически непобедимым.
Этим я и начала заниматься. Прикасаться без перчаток к обнаженному – мужскому! – телу оказалось действительно странно. Но почему-то смущаться я уже перестала. Практически перестала…
А заодно разуверится в любви как таковой. Нет более надежного способа лишить всяческих иллюзий молодую девушку, чем выдать ее замуж. Пусть это и немного жестоко.
Да и действительно, зачем мне грустить, не так ли? Бедная провинциалка вот-вот станет супругой лорда. В наших злоключениях, по большей части, все отделались испугом. Никто не умер. Пусть Тшилаба все еще на свободе, но есть шанс, что мы выиграем, цыганская ведьма не сможет более вредить нам.
– Но ты же любишь Кэтрин! Ты просто обязан ее любить! – продолжила мисс Оуэн, желая получить хоть какое-то моральное удовлетворение.
И тут вступила матушка.
Создатель… Она в глуши похорошела ещё больше, став настолько сильно похожей на ангела что казалось просто невозмоҗным видеть ее в Чавенсворт-лодж среди простых смертных.
– Тебе нужно отдохнуть и переодеться, Эбигэйл, - только и сказал вельможа. – Миссис Чавенсворт уже приказала подготовить для тебя твою обычную комнату. Думаю, мисс Уоррингтон будет рада составить тебе компанию.
Захват брата на какое-то мгновение ослабел,и я вывернулась,чтоб встать за спину его милости. Туда, где мне самое место.
Сестры переглянулись так, словно бы я их невероятно сильно шокировала своими словами. Мисс Оуэн полностью поддерживала мнение моих младших. Словно бы его милость откажется от меня, если я внезапно не похорошею. Он берет в жены Кэтрин Уоррингтон, неумелую провинциальную интриганку без намека на приданое. Лорд твердо заявил, что не станет брать ни единого пенса вместе со мной… Потому что я сама настолько редкое и удивительное сокровище.
Я до невозможности скучала по той легкой и свободное манере общения, к которой привыкла среди мужчин. А еще… еще хотелось, чтобы его милость снова поцеловал меня. Может, тогда мне хватит духа звать его просто по имени. Разумеется,только наедине. И…
Я взяла отца под руку. Вздохнула, выдохнула, приқрыла глаза…
Я так раздулась о гордости, что, казалось, вот-вот лопну. Его милость часто признавал мои достоинства, но чаще с откровенной иронией. Сейчас же… Очень хотелось поблагодарить, но ведь тогда бы брат снова начал возмущаться. Он не понимает всех хитросплетений в отношениях между мной, лордом Дарроу и его родными.
– Кто вас так? – только и спросила я, чувствуя жалость.
Но, видимо, мама считала иначе,и вместо общества мистера Уилллоби, мистера Оуэна и его милости я оказалась в окружении исключительно женском. Неожиданно оказалось, что я уже отвыкла от такого, и общество сестер, миссис Чавенсворт и мамы приносило мне куда меньше удовольствия, чем общество лорда Дарроу и его племянников. Создатель… А если и общение с мисс Оуэн более не будет доставлять мне прежнего удовольствия? Тогда я потеряю подругу?
Лорд больше не казался мне таким уж непреклонным. Я почти не сомневалась в том, что смогу добиться желаемого замужества для подруги. И сохранить свой покой ко всему прочему. Пусть даже его милость и считает, будто ему удалось сохранить свою непоколебимость. Блажен, кто верует. Но женская хитрость сильней мужского упрямства.
Я неуверенно поинтересовалась у лорда, не лучше ли, не дожидаясь нападения, самим попытаться найти цыганскую ведьму и решить все разом. Его милость покачал головой, но объяснять ничего не стал, хотя я подозревала, что у него есть множество причин, чтобы поступать именно так.
Я только застонала, но к лицу даже не осмелилась прикоснуться. Потому что тогда у меня были все шансы изуродовать себя и придется заниматься прической и прочими вещами по второму кругу.
Я как-то не нашла аргументов в пользу того, что брат мой человек разумный и приятный. Проклятье… Он был таким, но до того, как я уехала в столицу, после возвращения все изменилось сильно, чрезвычайно сильно.
Лорд Дарроу рассмеялся едва ли не до слез. Никогда прежде мне не доводилось видеть, чтобы его милость демонстрировал такое искреннее, безудержное веселье. Вероятно, так благотворно на него подействовало то, что я два раза подряд назвала его по имени. Надо будет учесть и использовать в будущем: очень полезно, когда у мужа хорошее настроение.
– И вот об этом «у меня не оставалось выбора» мы ещё с вами поговорим, – многозначительно протянул Роберт Уиллоби.
Звучало как-то… Ну да, не слишком удачно. Остается надеяться на благородство всех родственников его милости, которое, несомненно, не позволит им оскорбиться из-за угрозы появления других наследников.
– Мы поговорим обо всем после свадьбы, Кэтрин, - чуть смягчился лорд. - Прошу, пока не донимайте меня этой темой.
– Не по любви, - согласилась я, даже не пытаясь солгать мисс Оуэн.
И снова я почувствовала себя чудовищно неловко, особенно учитывая, что все взгляды оказались направлены на меня. Больше всех, кажется, удивились матушка и сестры.
– Мне сейчас совершенно не удается понять,что же творится в вашей голове.
От такого предположения я растерялась, не зная, что ответить. Нет, мои чувства к лорду Дарроу были по-настоящему теплыми, но здесь речь шла скорее о восхищении и практически преклонении. Места для романтических иллюзий у меня практически не было… О чем я и поведала матери.
В итоге, когда нас объявили мужем и женой, почему-то не грянул гром, не пролился свет с небес… Словом, не изменилось ничего, вообще ничего. Просто я стала леди Кэтрин Дарроу. Но только ведь на самом деле ничего не изменилось. Даже обидно как-то.
Лорд Дарроу вздохнул.
К тому же, как можно назвать его милость старым? Право слово, про него нельзя даже сказать,что он хорошо сохранился! Потому что его пока вовсе не нужно сохранять!
И снова внутри кольнуло от сожаления. Как же дурно все-таки я поступила, пусть мною двигали исключительно добрые намерения.
Сестры возмутились и справедливо заметили, что мы с его милостью пока еще даже не женаты. Миссис Чавенсворт рассмеялась.
– Вас слишком долго не было, милорд, – пожала я плечами, продолжая осторожно смывать кровь с груди мужчины. - А вокруг сновали цыгане. Мы не могли даже из дома выйти. Как вы думаете, стоило ли мне и дальше молчать?
– Юные леди, вам стоит привыкнуть, что между будущими супругами могут быть тайны, которыми они более не поделятся ни с кем, - наставительно произнесла хозяйка дома с таинственной улыбкой. – Семейная пара – особый мир, в который нет хода другим, с этим приходится просто мириться.
Через несколько минут лорд Дарроу отослал племянников,дабы те сообщили миссис Чавенсворт о его возвращении. Племянники странно переглянулись и ушли, оставляя нас с его милостью наедине. Но почему-то я уже не почувствовала ни капли неловкости.
– Не знаю, - тихо отозвалась я. - Но свадьбе я рада.
– Никогда в вас не сомневался,дорогая моя. Никогда.
– Мы постараемся больше не расстраивать вас слишком сильно, - усмехнулся лорд без какого бы то ни было смущения.
Губы же будто каленым железом прижгли.
– Право, Кэтрин, мы совсем скоро стаңем мужем и женой.
Чем больше я говорила,тем сильней распалялась, пытаясь донести до мамы все свои чувства и переживания.
Да, я тоже любила свою семью. Даже когда они ненароком замечали, что мне никогда не сравняться красотой с младшими сестрами. Все равно это же правда. Я никогда раньше не завидовала Энн и Эмили, а уж теперь, когда меня вот-вот начнут называть не иначе как леди Кэтрин,и подавно нет причин печалиться о том, что природа позабыла досыпать мне красоты при рождении.
Близким людям я предпочитала не договаривать. Так было проще. Гораздо проще. Хотя бы меньше шансов запутаться в собственных фантазиях… В крайнем случае, можно просто не договаривать. Проще и спокойней.
– Но вы ведь не любите дядю Николаса. А он не любит вас! – возмущенно воскликнула мисс Оуэн, заламывая руки. - Разве так можно?!
Я покачала головой. Если мой будущий законный супруг перед Создателем и людьми рассчитывает, что я легко обо всем забуду, то зря…
Матушка посмотрела на меня так, словно бы я предложила вынести из фамильного склепа останки наших предков и с плясками сжечь во дворе.
Заговаривать с его милостью об Эбигэйл я больше не решалась, да и никак не подворачивалась подходящая возможность. Право, не в Фартингтон-хаусе же было уточнять, можно ли приехать на нашу свадьбу мисс Оуэн…
В ее голубых, как небо, глазах я различала и укор,и сожаление…
– Ты просто влюблена в него и не видишь, насколько ужасен этот человек! – вновь напустился на меня брат, который явно был тверд в своем намерении спасти меня от ужасной участи. И как донести до него, что участь вовсе не так уж ужасна… Похоже, мне даже понравится быть леди Дарроу,и не только из-за богатства будущего мужа. А ещё по множеству иных причин.
– И все-таки, где лорд Дарроу пропадал столько времени? И как сумел вернуться? – спросила меня Эмили.
С каждым моим словом мисс Оуэн мрачнела все больше, больше и больше.
– Да-да, конечно, я красавица, – покивала я,только чтобы меня оставили в покое.
Та покачала головой и задавать вопросы прекратила. Только заявила, что до самой свадьбы не собирается оставлять меня без присмотра. Чтобы не случилось ничего дурного или же непристойного. Будто бы я или его милость только и ждали, как бы предаться преступной страсти и по этому поводу отменить свадьбу. Ну, смешно же, право слово!
– Ну, она же выходит за лорда Николаса Дарроу. Неудивительно, что сестра едва в обморок не падает.
– Никогда не сомневалась в том, что мисс Уоррингтон – девушка совершенно необыкновенная, – подвела итог миссис Чавенсворт, с лукавством глядя на меня.
Эмили заахала.
– Интересно, когда ваш брат снова явится сюда, дабы блюсти вашу честь? – с иронией произнес мужчина, косясь на дом. Как мне показалось, он всерьез оҗидал, что Эдвард вот-вот вернется из нашего дома ради новой ссоры.
Поделиться книгой: