Там, у края неба (авторская редактура)

– Конечно, есть – я же с вами честный торг веду!

Через пару часов, погрузив на лошадь припасы, мы покидали Кряжник. Перед тем я переоделась в мужскую одежду, спрятала волосы под шапку, и, как сказал Патрик, если не присматриваться, то вполне могу сойти за парня. Не знаю, можно ли это считать комплиментом, потому как я чувствовала себя очень непривычно в этой грубой одежде, но тут уж не до выбора.

– Может тебе показалось?

– Почему же, имею опаску... – девица подавила вздох. – Просто деньги нужны.

– Спасибо, не интересуюсь.

Очень скоро Кряжник остался у нас за спиной, лишь кое-где встречались крепкие каменные дома, стоящие на участках обработанной земли. Дорога стала подниматься чуть выше, а потом и вовсе пошла по краю пологого склона. Несколько раз нам встречались люди: один раз это были рудокопы, которые на небольших тележках везли неровные куски меди, пару раз на нашем пути оказывались охотники, возвращающиеся с добычей, крестьяне, везущие в город овощи... Каждый раз при встречах мы все здоровались, желали друг другу счастливого пути и шли дальше. Правда, оглядываясь, я видела, как люди с любопытством смотрят нам вслед, что неудивительно, ведь в эти места редко заглядывают чужаки. Ну, значит, сегодня кое у кого из здешних жителей найдется тема для разговора о том, что какие-то пришлые отправились в горы.

– Тебе не кажется, что за нами кто-то идет?

– Ну, знаешь ли!..

Не стала говорить Патрику о том, что путеводной звезде сейчас больше всего хотелось бы указывать путь назад. Вместо этого я лишь пожала плечами – ну, раз я звезда, значит, попытаемся искать нужную дорогу вместе.

– Очень надеюсь, что это она никогда не узнает... – покрутил головой Патрик. – Ну, а если это все же произойдет... Придется выдумывать нечто вроде того, что будто бы я, случайно увидев на улице прекрасную девушку, решил позволить себе перед свадьбой некоторую вольность, но девушка оказалась строгих правил, так что пришлось вступить в светский брак, который можно легко расторгнуть. Конечно, подобная история вызовет небольшой скандал, который, надеюсь, можно будет легко уладить, особенно если учесть, что отец Розамунды в свое время поступил точно так же.

По словам Патрика, вначале его беседа с соседями по столу проходила как нельзя лучше. Рудокопы долго и с подробностями рассказывали своему новому знакомому, как добывают руду, поднимают ее наверх, а там, в небольших печах, находящихся неподалеку от выхода из шахты, из руды выплавляют нечто вроде слитков. Как это происходит, Патрик не совсем понял, лишь запомнил, что на поверхности раздробленную руду смешивали с древесным углем в яме, расположенной на склоне холма. А еще эта яма была окружена каменной стенкой, да еще и с двумя отверстиями для дутья – дескать, так мы выплавляем медь, которую для продажи привозим в Кряжник... По словам Патрика, слова рудокопов для него оказались чем-то совершенно неясным, и более того – он даже не имел представления, о чем идет речь, но, тем не менее, кивал головой с умным видом, слушая жалобы мужчин о том, что в последнее время медные руды становятся все беднее и беднее, добывать их сложнее, а, значит, падают и заработки...

Неизвестно, чем могли бы закончиться эти разговоры, но однажды в Кряжник пришла весть – усадьба разрушена, а сами рудознатцы куда-то пропали. Все это выглядело более чем странно, особенно если учесть, что никаких землетрясений не было, однако на месте каменного дома рудознатцев теперь находятся одни развалины. Кто и как разрушил большую усадьбу – так и осталось загадкой. Куда пропало семейство – об этом так никто и не узнал, а к развалинам усадьбы люди стараются лишний раз не подходить, и для этого есть причина – замечено, что если кто-то подходит к этому месту, то его еще долго преследуют неудачи и болезни. Более того – неприятности сыплются и на тех, с кем те люди общаются. И вообще места там сейчас нехорошие, люди туда стараются не ходить...

– А придется поинтересоваться, милок, иначе никак. И дергаться не советую, а не то враз подраним, жалеть не станем, тем более ты нам и раненый сгодишься, как и баба твоя...

– Патрик, я все думаю – а вдруг эта девица нас обманула?

Через несколько минут служанка собиралась уйти, но Патрик ее остановил.

Кода через четверть часа служанка собиралась уйти, она вновь обратилась ко мне:

Не знаю почему, но я рассмеялась – злиться на эту особу было невозможно.

– Не сомневайся. Ну, а если собьюсь с верного пути, то ты, радость моя, будешь служить мне путеводной звездой.

– Тут я не спорю...

– Ладно, хватит говорить о постороннем... – вздохнула я. – Сейчас нам надо запастись едой в дорогу...

Э, нет, голубушка, такого никому не надо – тут можешь мне поверить! Я, и верно, ступить в сторону не могу без дорогого супруга – боюсь, как бы наведенная не него драконья внешность не стала проявляться, и вот тогда нам обоим несдобровать. А еще я и сама не заметила того, что за такое недолгое время привыкла к тому, что всегда, когда мы не находимся наедине, Патрик держит меня за руку. Видимо, со стороны это смотрится достаточно трогательно, раз впечатлило даже такую нахалку.

– Цветок сердца моего, не ревнуй – пока что я твой навек... – хохотнул Патрик. – К тому же я обещал тебе верность, во всяком случае, можешь быть абсолютно уверена в том, что я отношусь к числу надежных и преданных мужей. Считай, что я чту заветы церковников, и веду себя благонравно и безгрешно. Во всяком случае, до того времени, когда, надеюсь, вновь стану нормальным человеком. А там, как говорится, куда меня кривая вывезет...

– Так может нам просто выйти из города, и отправиться...

– У тебя совесть есть?

– Хм... – в голосе супруга было сомнение. – Прошу меня извинить, но где уверенность в том, что за свои деньги я получу правдивые ответы?

Негнущимися пальцами я вынула из ушей серьги и положила их в протянутую ладонь служанки.

– Интересно, что скажет твоя невеста, если выяснится, что ты женился?.. – съехидничала я.

– И что будем делать?

– Нам пора... – это я произнесла не столько для Патрика, сколько для себя. – Кстати, ты мне так и не сказал, сколько у нас осталось времени до того, как дракончики появятся на свет?

– К сожалению. Он относится к Розамунде с заметной неприязнью, и даже не пытается это скрыть. Зато моему отцу очень нравится эта девушка, и он считает ее вполне подходящей парой для своего сына, то есть для меня.

– Как хотите... – пожала плечами служанка – Мне идти надо – работа ждет.

– Э, мужики, вы поосторожней... – начал, было, он, только его сразу же перебили.

-Понимаю.

– Знаю... – кивнула головой девица. – Только за это уже надо заплатить. И учтите – кроме меня вам вряд ли кто-то укажет верный путь – люди сейчас о той пропавшей семейке рудокопов стараются даже не упоминать.

– Я еще и не то знаю, а вот ты сделай вид, будто ничего не слышал... – мне только и оставалось, что вздохнуть. – Извини за грубость. Просто я стараюсь не произносить ничего такого, за что меня могут осудить посторонние, только вот это не всегда получается – иногда прорывается словечко-другое. Разве твой дядюшка, когда выяснял мою подноготную, не сказал тебе, что мое детство проходило едва ли не на самых бедных улицах нашего города? Там, как понимаешь, не до учителей, бонн и воспитателей, так что среди детей бедноты я невольно успела нахвататься как не самых лучших манер, так и слов, довольно далеких от изящества. Правда, при родителях я никогда не позволяла себе ничего такого – им и без того приходилось несладко, не хватало еще неприятностей от меня. Ну, а после их смерти меня в свою семью взял брат отца, и там правила поведения были другие, куда более строгие, соответствующие тому, как должны себя вести люди нашего сословия.

Однако постепенно пошли разговоры о том, что семейка рудознатцев связалась с темными силами, и именно от них эти люди узнают о богатствах, скрытых под землей. Утверждают, что слухи появлялись не на пустом месте. Достаточно сказать, что с какого-то времени в тех выработках и штольнях, где появлялся кто-то из семейства рудознатцев, то и дело случались несчастья, а работающие там рудокопы сталкивались под землей с непонятными созданиями, от одного вида которых сердце уходило в пятки. Более того – в тех местах руды становились все более бедными, а то и вовсе шла одна пустая порода. Со временем местные жители стали обходить стороной усадьбу рудознатцев, старались лишний раз не связываться с этой семьей, а еще заговорили о том, что следует пригласить святых отцов (а то и инквизицию) для того, чтоб навести порядок в этом, еще недавно уважаемом семействе.

Однако рано утром в нашу дверь постучали, причем вежливо и не очень громко. Интересно, кому мы могли понадобиться в такое время?

– И что же такое интересное они могут тебе сказать?

– Если бы! Это только одна из нескольких точек нашего маршрута. До нужного места еще идти и идти.

– Интересно, сколько же к тому времени ты успел выпить?

– Да я теперь на все вопросы вам бесплатно отвечу... – девица выглядела донельзя довольной. – Спрашивайте, не стесняйтесь!

Не знаю, сколько мы еще просидели около костра, прислушиваясь к звукам окружающего мира. Время шло, но ничего не менялось, и я уже почти успокоилась, когда внезапно раздался хруст – кажется, кто-то в темноте наступил на сухую ветку. Вряд ли это сделало какое-то животное – понятно, что рядом с нами находятся люди, и вряд ли они приближаются к нам с благими целями. Ох, как бы мне хотелось в этом ошибиться!

– Дракон!!

– Не... – замотала та головой. – Ежели вас в горах дракон сожрет, то сережки все одно пропадут, а так хоть мне достанутся. Буду носить, вас добрым словом поминать. Говорю же – свадьба у меня скоро, а таких сережек я сама купить никогда не смогу.

– Тут я не спорю, хотя... Ладно, оставим это – сейчас для нас куда важнее не сбиться с верной дороги. Надеюсь, ты хорошо запомнил то, что нам рассказала нам эта нахальная девица?

– Не знаю... – вздохнул Патрик. – Просто тот человек, которого допрашивала герцогиня, сказал, что отряд герцога Малка, покинув Кряжник, через какое-то время миновал развалины усадьбы. Следовательно, и нам нужно пойти туда.

Когда во второй половине дня мы добрели до очень высокого холма, то сразу поняли, что именно на этой вершине и находится усадьба рудознатцев, вернее, то, что от нее осталось. После того, что нам сказали об этом месте, хотелось обойти его стороной, но вокруг все было усеяно камнями, и вести по ним лошадь было просто рискованно. Ничего не поделаешь, надо идти по дороге.

Патрику понадобилось всего несколько секунд, чтобы отыскать глазами знакомого офицера – к счастью, тот смотрел в другую сторону. Пока что нам везет, но долго это продолжаться не может, а, значит, нам нужно побыстрей уйти отсюда.

А еще незадолго до отъезда в нашу комнату вновь постучалась все та же служанка, правда, в этот раз она принесла мое платье, которое успела выстирать и высушить.

– Я этого не знал... – развел руками Патрик. – Дело в том, что дядюшка Эрнил выяснил лишь то, что ты сирота, и... В общем, ничего особенного.

– Ладно, для начала это можно и так рассказать, без денег...

– Сам понять не могу... – подосадовал дорогой супруг. – До определенного момента все было нормально, мы с ними так душевно разговаривали и уже готовы были стать закадычными друзьями до конца жизни...

– Вы ж сами, гости почтенные, говорили – ежели вам что-то понадобится, то обратитесь ко мне. Ну, а коль вам ничего не требуется, то я пошла.

– Было дело... – неохотно отозвалась та. – Я тогда совсем молоденькая была, глупая... Мы тогда до водопада добрались, и там чуть ли не месяц провели... Да что об этом вспоминать, дело прошлое. Кстати, в то время усадьба стояла целой, невредимой, и люди там жили. Это потом она разрушилась, и все, кто там жили, исчезли невесть куда...

– Можно подумать, они знают и об этой дороге, и о драконе! А уж о детенышах дракона им все доподлинно известно!.. – съехидничала я.

Не знаю, что в то время могли подумать другие, но, на мой взгляд стороннего человека, если бы в то время Патрик не был в хорошем подпитии, то еще неизвестно, стал ли бы он столь скандальным образом защищать честь прекрасной дамы. Естественно предположить, что после такой эскапады предложение руки и сердца напрашивалось само собой.

– Постой!.. – дорогой супруг посторонился. – Заходи...

– Нет, все без обмана!.. – девица сжала ладонь, и было ясно, что сейчас ее не разожмет вся артель рудокопов. – Расскажу все, что знаю, на все вопросы отвечу!..

– И давно тут дракон появился?

– Общение с тобой обходится дороговато... – съязвила я.

Мы не стали задерживаться в этом невеселом месте, а поспешили вниз, подальше от этих мрачных развалин. Хотя я подспудно ожидала каких-то неприятностей, но ничего не произошло, и мы спокойно спустились с высокого холма. Ну и хорошо, можно идти дальше со спокойной душой.

– Да с чего ты решила...

– Надо же, а я думала, что ты его себе забрала... – усмехнулась я.

– Э, нет, ты лучше отвечай, что те тут надо... – один из рудокопов достал нож. – И только попробуй наврать... А может, нам твою бабу лучше расспросить, на кой ляд ты сюда проперся?

– А с чего это те мужчины так взъелись на нас?.. – спросила я. – Мы просто задали вопрос, и ничего обидного там не было.

– Должен тебе сказать, что у нас почти не осталось денег.

– Какие есть...

– Только то, что вы вчера чуть дело до драки не довели... – наивно похлопала глазами девица. – Те парни, с которыми вы сидели рядом – они подраться любят, а наш хозяин потасовок на дух не выносит, потому как это плохо для дела. Ежели бы те парни с вами сцепились, то именно вам хозяин счет бы и выставил за побитую посуду и мебель: те рудокопы – они здешние, то есть свои, а вы пришлые...

Кажется, девица знает немало, и заявилась к нам не просто так – эта особа явно намекает на то, что не прочь заработать.

– Кто здесь?.. – спросил Патрик, поднимаясь с места.

– Да, невесело... – согласился дорогой супруг. – И все же, не подскажешь, как добраться до водопада и озера?

– Кто б спорил! Только сейчас все одно доплатить надо.

Похоже, служанка в гостинице не обманывала, когда говорила о том, что в горах хватает всяких людей, и далеко не все ведут праведный образ жизни. Что же им от нас надо? Боюсь, что ничего хорошего...

Первым делом вновь посетили лавку старьевщика, и там купили мне мужскую одежду и обувь. Правда, это была та простая одежда, в которой здесь ходят рудокопы, но она хотя бы оказалась сравнительно новой и чистой. Разумеется, можно было бы проискать магазинчик, где торгуют не ношеной, а новой одеждой, только вот лишний раз ходить по городку нам не хотелось – в этом маленьком городке все на виду, так что не стоит привлекать к себе ненужное внимание. Заодно, все у того же старьевщика, приобрели пару больших фляжек для воды и еще кое-какие мелочи, необходимые в пути. Что же касается еды в дорогу, то с этим проще – закажем ее на постоялом дворе.

– Вряд ли... – покачал головой Патрик. – Если мы вернемся в гостиницу, и расскажем хозяину о том, как его работнички разводят посетителей на деньги, то наша новая знакомая вылетит со своего места, как пробка из бутылки с шампанским. Ну, а если принять во внимание, насколько девице нужна эта работа...

– А причем здесь вино?.. – недовольно произнес Патрик. – Это же свадьба, многие позволяют себе лишнее.

– Догадываюсь, что обычно ты засыпал не в обнимку с плюшевым медвежонком... – фыркнула я.

В следующий миг с улицы в гостиницу заскочили несколько человек, захлопнув за собой дверь – как видно, прятались от летающей твари, зато часть посетителей, что были в зале, вскочили со своих мест и кинулись к окнам, желая рассмотреть дракона. Колокол на улице звенел, не переставая, невольно наводя страх на людей. Рудокопам тоже на какое-то время стало не до нас, и каждый из той веселой компании, кто был в состоянии идти, тоже потянулись к окнам. Не спорю – мне тоже очень хотелось посмотреть на дракона, но у окон и без нас уже хватало народа, так что вряд ли мы сумеем там хоть что-то рассмотреть, зато под шумок нам с Патриком удалось убежать из-за стола в свою комнату. Там я первым делом бросилась к небольшому оконцу, но ничего не рассмотрела, а вскоре умолк и колокол. Значит, дракон улетел, а я его так и не увидела... Жаль.

– А ты в тех местах бывала?.. – спросила я.

– Постой! Если они тебе так понравились, то забирай!

– Ладно, как сказали бы уличные мальчишки – наплевать... – мне стало стыдно за собственный срыв. Что ни говори, но Патрик не виноват в том, что эта дерзкая девица умудрилась выманить у меня серьги. И потом, я их отдала сама, безо всяких просьб со стороны дорогого супруга.

– Ваше дело...

Оказывается, когда-то на Синих горах стояла богатая усадьба, и там жила семья рудознатцев, проще говоря, тех, у кого был дар отыскивать сокровища, спрятанные в подземных глубинах. Как говорят, подобный талант был едва ли не каждого мужчины семейства. Именно эти люди в свое время отыскали все те места, где близко к поверхности земли располагаются медные руды. Более того: часто семейство рудознатцев приглашали в иные края, и даже в чужие страны на поиски богатств, спрятанных в недрах земли. Естественно, что за такие находки семейство имело неплохие деньги, а заодно почет и уважение. Казалось бы, этим людям самое место жить в городе, причем на главных улицах, не отказывая себе ни в чем, тем более что жители испытывали к ним подлинное почтение. Однако рудознатцы даже слышать не хотело о том, чтоб покинуть свой дом в горах – дескать, здесь им живется куда лучше и свободнее, чем в шумном городе.

– Погоди! Нам еще надо узнать, как добраться до водопада и горного озера.

– Вино развязывает еще и не такие языки.

– Знаешь, я так и не понял, в чем тут дело... – подосадовал Патрик. – Их отношение ко мне поменялось после того, как я упомянул о разрушенной усадьбе... Очевидно, в этом и есть причина такого непонятного поведения рудокопов... Кстати, дорогая супружница, нечего смотреть в окно, все одно уже сумерки, и потому вряд ли сумеешь рассмотреть хоть что-то. Ложись спать – не знаю, как ты, а я сегодня прошагал немало, и здорово подустал.

Постепенно со склона холма дорога перешла вниз, и стала виться (вернее, петлять) меж высоких каменных круч. А еще от этой дороги то и дело отходили тропинки, которые (как нам пояснила служанка в гостинице) вели к маленьким горным селениям или же к небольшим шахтам. Да, так невольно и согласишься со словами Патрика о том, что, не зная точного пути, здесь можно легко заблудиться.

– Скажем так – время у нас еще есть, хотя его уже не так и много.

– Сомневаюсь... – Патрик потряс головой, отгоняя остатки сна. – Это, скорей всего, кто-то из здешней обслуги. И с чего это в дверь вздумали барабанить ни свет, ни заря?

– Пока не знаю. Определимся утром. Ну, а сейчас давай спать – на ясную голову и думается лучше.

– Лучше скажи, кто из наших недругов тебя сюда послал?.. – заплетающимся языком произнес второй. – Ох, как ты сейчас от нас огребешь по-полной! Для ума...

– Конечно... – кивнул головой Патрик. – К тому же окружающая обстановка очень этому способствовала, да и я был не против подобного развития событий.

Ответом были одобрительные возгласы веселой компании, и вскоре на столе оказался кувшин с вином, а потом еще один. Мужчины становились все более развязными, их речи куда громче и бессодержательней, а некоторые уже стали клясться Патрику в вечной дружбе. Первое время я старалась слушать, о чем идет речь, а потом просто-напросто потеряла нить разговора – если честно, то вся эта невнятная болтовня была мне совершенно неинтересна, и потому у меня осталось только одно желание – как можно скорей уйти отсюда. К тому же рудокопы, от души хлебнувшие горячительных напитков, стали отпускать в мою сторону весьма недвусмысленные намеки, а подобное уже находилось за гранью моего терпения.

– Обижаешь... – Патрик даже немного обиделся. – Розамунда – очень красивая девушка, но ее семья совсем небогата, да и большим приданым она похвастаться не может. Просто эта девушка мне давно нравилась, я оказывал ей знаки внимания, но все было в разумных пределах, не превышающих обычной любезности. Знаешь, я как-то не думал о женитьбе до одного случая. Все случилось спонтанно...

– Куда именно?.. – поинтересовался Патрик. – Из Кряжника в горы идет, по меньшей мере, с десяток небольших дорог, и по которой из них нам следует отправиться? Вот и я не знаю. В округе полно небольших шахт по добыче руды, к каждой из них проложен путь, так что дорог и тропинок тут куда больше, чем требуется. Отряд, посланный герцогом Малк, к нужному месту вел колдун, которому была хорошо известна дорога, а нам, как ты понимаешь, придется полагаться только на себя.

Все происходящее выглядело далеко не лучшим образом, и трудно сказать, как события могли развиваться дальше, но в этот момент с улицы донесся колокольный звон, причем это был не благостный звук, а самый настоящий набат, когда колокол гремит без остановки. Этот колокольный звон произвел на присутствующих должное впечатление – моментально смолкли все разговоры, в зале наступила тишина, а потом кто-то истошно завопил:

– Мужики, я минуту отойду, со старым другом поздороваюсь... – начал, было, Патрик, но у рудокопов были другие намерения.

– Что вам надо?

– Милый, тут твой давний приятель пришел, тот самый, с которым мы недавно на улице встретились... – заторопилась я. – Надо бы к нему подойти, а не то как-то неудобно твоего друга лишний раз не поприветствовать! Обидится еще...

– Ты нам че такое мелешь?.. – рявкнул один. – Может, ты еще чего пожелаешь? А вот хрен тебе!