Наставник дезертиров (издательская редактура)

– Конечность или вернется к относительно небольшому размеру, пусть даже переместив остальную часть носителя в пространстве в нежелательную сторону, или рассеется, – бесстрастно ответил магический симбионт. – Падение же вниз вызовет фатальные повреждения. В текущем состоянии защита от внешних факторов подобной силы невозможна.

– А твои тени? – Самому что-то делать с противником не хотелось. Одно удачное попадание здоровенной, в пару метров, стрелы, и даже живой артефакт не пришьет на место оторванную голову и не соединит расчлененное на два куска тело. – Посылай их. Если они передают тебе часть силы своих жертв, то при такой мясорубке их можно поддерживать при любом количестве повреждений хоть до утра.

– Интересно, а какое обидное прозвище у кентавров для расы людей придумано? – заинтересовался я, на всякий случай отдавая команду щупальцам живого артефакта максимально нарастить свою длину.

– Вероятно, маг, создавший его, умел закладывать в свои творения функцию поддержания целостности при поврежденных участках плетения и запас маны на самовосстановление, – пожала плечами кровопийца. – Наша госпожа тоже так может, а вот ее слуги, увы, нет, и потому если одну из теней покалечить, она начнет пить силы создательницы до тех пор, пока та не умрет или не рассеет плетение… ммм… вкусно!

– Понятия не имею, наверно, что-то вроде двуногие или там половинчатые, только на их собственном языке. – Все внимание кровопийцы было там, где сумевшие кое-как разогнаться всадники уже схлестнулись с нелюдями. Хорошо хоть, перепутать своих с чужими лучникам будет сложновато, ведь, чтобы стать похожими на врага, кавалеристам пришлось бы слезть с седел и перебраться прямиком на голову собственному транспортному средству.

– Ну-ну, высшая так высшая. – Желания спорить не имелось. Как и заранее пугаться и трепетать перед заявленными возможностями. Пример Филарима и его свежепокусанных родственников показывает, что в соревновании спесивой древней и могущественной нежити с обладателями хороших мозгов последние имеют вполне реальные шансы остаться в живых. – Отзови лучше уцелевшие тени, чтобы по кустам пошуршали и помелькали на виду у тех, кто будет оглядываться назад. Во избежание досадных эксцессов, так сказать, а то что-то многовато лиц обращено в противоположную от противника сторону.

Кентавры, атаковавшие нас, наконец-то закончились, погибнув или отступив к основной части своих сородичей, по-прежнему ожесточенно и сосредоточенно бодающихся с кавалерией бывшего регента. Свалка переместилась в центр пустого пространства и изрядно поредела в связи с выбытием части бойцов с обеих сторон, однако же затихать не спешила. Ни одна из сторон взять над другой верх была не в силах, люди, лошади и их гибриды смешались в единый хаотически меняющий свои очертания клубок. Да даже определить, а кто там, собственно, побеждает, сумел бы лишь очень опытный полководец!

Противники, кто находился дальше от фронта и потому не мог добраться до сил бывшего регента, развернулись и поскакали на нас. Две или три деревянные палочки с железными наконечниками, попавшие не в жизненно важные органы, просто не могли остановить крупные и сильные организмы кентавров достаточно быстро. Но те из них, которые неслись впереди всех, все же не смогли пустить в дело свои копья, остановившись на половине пути и выпустив оружие из цепенеющих пальцев, настолько плотно спасающие свою жизнь лучники их утыкали стрелами. Оставшиеся же, пройдя кое-как возведенную специально для них полосу препятствий, врезались в каре, смяли его первые ряды и… застряли. Ходить по еще дергающимся и норовящим пырнуть их из последних сил в животы людям, как по ровному месту, утратившие инерцию разбега конелюди не могли. Да и участок умеренно зыбучей грязи, налипающей на их копыта настоящими пудовыми башмаками, вместе с гуляющими над головами завихрениями скорости не добавляли. Сначала прошедшим через эту полосу препятствий кентаврам нужно было добить отчаянно отмахивающихся своими короткими клинками и топориками солдат, спасавшихся от ударов копытами или копьями и не имевших достаточно времени, чтобы натянуть тетиву. А прямо в лица нелюдей с дистанции в считаные метры впивалась оперенная смерть, выпущенная руками бывших дезертиров, ранее находившихся в середине строя и неожиданно для себя оказавшихся на передовой. Обойти же наше построение с боков не давали деревья, стоящие излишне плотно, чтобы между ними смогли протиснуться большие количества контратакующих кентавров, и пропускающие лишь оперативно уничтожающихся одиночек. Да, те, кто построил лучников столь плотным строем, явно знали свое дело. Рассыпную цепь, находясь в которой бойцы причинили бы своим залпом больший урон, неприятель прорвал и уничтожил бы за считаные секунды. В лучшем случае за пару минут.

Щупальца, прекратив охотиться за пытающимися атаковать меня кентаврами, повинуясь полученным командам, рванули к выделяющейся своими размерами юрте и, оборвав какие-то канаты, видимо, поддерживающие форму состоящего из ткани строения, обрушили его на головы собравшимся внутри духовным лицам. Упавшая вниз материя, зацепившись по центру шатра за возвышения, задержалась на пару мгновений, обрисовав контуры чего-то большого и вытянутого вверх, но потом вспыхнула в месте, где касалась статуи божества, и, частично осыпавшись пеплом, окончательно опустилась на землю и, судя по недовольным выкрикам, на служителей культа. Ну а я занялся созерцанием страхолюдной морды титанического орка с двумя дубинами. Ну, точно, Кровавая Ярость, не ошибся в своих предположениях. Пусть теперь жрецы попробуют провести свои обряды, от точности которых зависит очень и очень многое, вошкаясь в полной темноте и с громадным одеялом на головах. А чтобы стало еще веселее, попробую-ка я шевелящиеся бугры снаружи отдубасить.

– Стой! Не туда! – Определенно, живой артефакт стал сильнее. Раньше он так время для нас замедлять не мог.

Доламывая самодельное средневековое артиллерийское орудие, метая по всем сколько-нибудь привлекательным целям тяжеленные бревна, летящие хоть и не очень точно, но покрывающие собой изрядную территорию, я обернулся на секундочку назад, чтобы посмотреть, куда там подевались эти чертовы лучники?! Вопреки самым страшным подозрениям, солдаты не дезертировали снова, а стояли своей поредевшей толпой практически у меня за спиной и стреляли. Но не по прислуге баллист, впрочем, уже почти уничтоженной живым артефактом или разбежавшейся от хищных щупалец подальше, а по новой волне кентавров, не слишком густой, накатывающейся от почти завершившейся конной сшибки, где последних всадников увлеченно гоняли явно победившие в столкновении конелюди. Осталось их, похоже, всего сотни полторы, но даже вдвое превосходящую легкую пехоту такая сила почти наверняка раздавит, пусть и с потерями. Проклятье! Если Льюи, ринувшийся на врага, которого бы стоило просто обойти, каким-нибудь чудом выживет, то после схватки этого титулованного фаталиста, одинаково бездарного в любом деле, точно прибью, чем окажу большую услугу Азалии!

– Нет!

Свитая из канатов тетива дальнего родственника арбалета взвелась с ощутимым усилием, вероятно, пожми я кому-нибудь с подобным усилием руку – кисть обычного человека тут же бы протекла между крепко сжатых пальцев. Снаряды, к счастью, нашлись поблизости, штабель из десятка плохо обструганных заостренных бревен сложновато не заметить. Однако, когда оружие уже оказалось изготовлено к стрельбе, возникла новая проблема. А как из него, собственно, целиться-то? Никаких видимых деталей вроде мушки или тем более прицела на грубой и примитивной конструкции просто не было! Судя по всему, чтобы попасть куда надо, следовало разворачивать всю конструкцию, представляющую собой нечто вроде тачки, сверху которой и примостился щит со здоровенным однозарядным самострелом! Очевидно, в комплекте с ней имелся опытный артиллерист, наводящий, что называется, «на глазок»! Или, скорее, штатный жрец бога войны, накладывающий благословение, позволяющее лететь громадной стреле не куда придется, а точно в цель. Иначе объяснить великолепную меткость в устроенной засаде при отсутствии механизмов горизонтальной и вертикальной наводки просто невозможно!

– Чего это она? – удивился Льюи, во все глаза уставившись на вампиршу, затрясшуюся в судорогах, сопровождавшихся, судя по стонам, слетавшим с губ кровопийцы, на редкость приятными ощущениями. Да и аура ее стала на глазах наливаться силой, будто получила приток их извне. Нечто похожее мне уже доводилось видеть, когда ее соплеменники, теперь поселившиеся в покоях придворного мага, изволили вкушать жертвуемой им донорской крови, правда, масштабы были куда меньшими. А раз под клыками показывающей нам путь дамы сейчас никого нет, значит, она сосет из своей жертвы жизнь неким удаленным способом. Вероятнее всего, через тени, ведь не для того же, чтобы служить проводниками и пугать морально нестойких солдат, они были изначально предназначены.

Поскольку одних только слов было явно недостаточно, чтобы вселить в людей боевой дух, способный переломить ситуацию, мои щупальца как кнуты хлестнули спины солдат. Сначала ближних, потом дальних. Созданные древними темными чарами конечности, выходящие из рук, спины и груди, ветвились и непрестанно наращивали свое число. Достойных аналогий происходящему не нашел бы и самый больной разум, можно сказать, начался практически сеанс одновременной игры клубком взбесившихся осьминогов на трех пианино сразу. Впрочем, удары избегали тех, кто как раз сейчас пытался целиться, и не наносили вообще ни малейших повреждений, лишь едва задевая вздрагивающих от испуга людей. Я еще не настолько сошел с ума, чтобы лишать себя союзников или ухудшать их бойцовские качества прямо во время битвы. Да и живой артефакт, судя по всему, ничего не имел против предложенных ему в пищу кентавров, к которым рванула единственная оставшаяся без дела, самая длинная и толстая из сотворенных магическим симбионтом конечностей. На полосе наколдованных препятствий скопилось достаточно много врагов, кажется, уже не меньше двух сотен, и я скрепя сердце решился использовать против них свою козырную карту.

Порядком уменьшившееся, но все же сохраняющее прежнюю форму каре, подгоняемое мной, причем в самом прямом смысле подгоняемое, ударами кнутов-щупалец, рвануло вдоль леса к дальнему краю громаднейшей поляны. Благо, стрелять по кентаврам это абсолютно не мешало. Правда, какие-то командиры из людей бывшего регента пытались отдавать свои команды, призывающие к чему-то иному, но их почти никто не слушал. Видимо, придворный маг с широко известными человеколюбивыми гастрономическими пристрастиями, периодически охаживающий по спинам плотоядной плетью, способной сожрать провинившегося целиком, внушал солдатам большее почтение, чем обычные вояки, пусть даже с острыми железками в руках. Да и осталось от первоначального числа надзирателей и офицеров маловато народу, видимо, остальные полегли в рукопашной с конелюдьми, сдуру сунувшись в первые ряды или просто не успев вовремя оттуда смыться. Я все так же возвышался в тылу на своих импровизированных ходулях, а рядом парила легко узнаваемая вампирша. В общем, ничего удивительного в том, что артиллеристы выбрали для себя такую заметную цель, не было. Это я понял потом. Когда встать с какого-то лучника получилось.

– Нет, я перед боем аппетит нагуливаю. – Вот еще, делать мне нечего, только его команды исполнять. Один раз их выполнишь, второй, и вот уже приказывают все, кому не лень, а в случае отказа страшно оскорбляются. – Своих бодигардов посылайте. И еще, почему тени-то с ними справиться не смогут? Дрался я как-то с одним фантомом древнего умертвия, так он удары держал не хуже, чем крепостная стена!

Пока я возился с баллистой, дракон, потихоньку, полегоньку, по капельке, как сосиска, выдавливаемая из целлофана, начал все-таки выбираться из портала. Стоит ему освободить проход, и через дыру в пространстве сюда проникнут новые враги. Да и жрецы под упавшей юртой, кажется, уже прекратили выяснять отношения и теперь, судя по медленно поднимающимся тканевым стенам, пытаются вернуть ей прежнюю форму и выбраться наружу. Похоже, пора бежать и надеяться, что у летающего ящера крайне плохо с выслеживанием добычи. А чтобы обеспечить его нежелание выискивать под деревьями верткую цель, надо все-таки всадить в него хотя бы один снарядик, раз уж орудие все равно зарядил. Вот только отсюда мне по огнедышащей рептилии точно не попасть, ох, бедные мои плечи, похоже, придется оперативно менять этому стационарному арбалету позицию, чтобы уж точно не промазать. И, как только сделаю выстрел, срочно драпать.

– Сожру, тварь! – От испуга я заорал первое, что пришло на ум, и, балансируя на скользкой чешуе, с размаху опустил свою ношу прямо между глаз рептилии. – Проглочу! Живьем съем!

– Без сомнения, – кивнула вампирша, наблюдая за удаляющимися всадниками сквозь ночную темноту, уж точно не являющуюся для такой, как она, помехой. Кстати, бывший регент все-таки перестраивается потихоньку в середину строя, уже одной головной болью и поводом для паники меньше. – Вот только вряд ли это сильно поможет нашим противникам. Кентаврам, конечно, одеваться не надо, только копье схватить, да и спят они стоя, словно лошади, но сильно ли поможет слепым знание о том, что сейчас их будут бить?

– Перекусывает дозорными Виреи. – Судя по тому, как сначала шарахнулась в сторону, занося руку с мгновенно удлинившимися раз в пять ногтями для удара, а потом агрессивно на меня оскалилась успевшая в себя прийти Медовица, предположение угодило прямо в точку. Для подобных ей оказаться застигнутыми в момент трапезы и не зачистить свидетеля в девяти случаях из десяти равносильно смертному приговору. – Правда, я всегда придерживался крайне низкого мнения о гоблинах. В том числе и об их гастрономических качествах. Или с ними имелся офицер-человек?

– Я высшая! – гордо заявила Медовица. – Мой самоконтроль не нарушить такими мелочами, как идущая рядом битва!

– Вот сейчас и посмотрим, – ноздри девушки жадно раздувались, а глаза подозрительно блестели, даже светились изнутри алым светом. – Я уже чувствую, как пролилась первая кровь!

Рывок к ближайшей баллисте, сопровождающийся чисто рефлекторным отфутболиванием кинувшегося под ноги с какой-то железкой гоблина, видно, решившего таким экстравагантным способом совершить самоубийство, окончился вполне успешно. Выбирающийся из портала дракон по какой-то причине застрял на половине пути и теперь отчаянно дергался всем телом, рыча от злости или испуга. Если бы сейчас работа пространственных чар оказалась нарушена, его бы прикончило быстро и с гарантией, просто отрезав половину туловища, но увы, живой артефакт наотрез отказался ломать заклинание, во всяком случае, до тех пор, пока его владелец не окажется там, откуда и лезет к нам гигантская рептилия. А этого делать, помня горячий прием, оказанный в прошлый раз, очень не хотелось. Да к тому же мимо здоровенной крылатой ящерицы, похоже, оказавшейся слишком толстой, чтобы поместиться в предоставленном ей проходе, протиснуться бы удалось лишь долго голодавшей мыши.

Выплюнутая плотоядными отростками взвесь, вне всяких разумных пределов насыщенная энергиями смерти, разрушения и распада, разошлась широким веером и дополнила собой волшебные барьеры, отрезав треть атакующих от их основной массы участком, на котором живые кентавры слабели, останавливались и в муках умирали. Концентрированный удар в одном месте стоил бы жизни всего нескольким из них, вряд ли бы даже успевшим почувствовать свою гибель, а свежеиспеченные покойники стремительно разрушились бы до состояния пролежавших на солнышке недели полторы трупов, но распыление сил позволило накрыть куда бо́льшую площадь и продлило агонию конелюдей до десятков секунд. Ну хоть трупы оставались более-менее в нормальном для них состоянии, если кто-то будет заниматься похоронами, то дополнительных проблем они ему не доставят. Увы, долго этому своеобразному продукту жизнедеятельности живого артефакта в воздухе не продержаться, но этого времени как раз хватит, чтобы люди уничтожили врукопашную сначала ближайших к ним противников, а потом расстреляли тех, кто так и не смог подобраться ближе.

– Я тоже! Ума приложить не могу, куда же он подевался? В теплые края, что ли, подался, минеральными водами и регулярно их пьющими целебными аборигенами живот лечить?

– Пожалуй, нам будет лучше находиться среди пехоты, – решил я, увидев, как те целят луками преимущественно себе за спину, вероятно, сильно напуганные мелькнувшими рядом с ними существами, после чего схватил вампиршу под локоток и затащил ее в строй недавних дезертиров. Последние благодаря пинкам и затрещинам назначенных десятников спешно сбивались в каре. Люди перед нами расступались, словно перед лицами августейшей крови, и еще долго не решались даже ступать туда, где прошли ноги придворного мага и его союзной нежити, образуя своеобразный кильватерный след. – Там серьезно раненных и рек крови, способных спровоцировать тебя на необдуманные поступки и агрессивное поведение, быть не должно. Если все пройдет согласно планам, разумеется.

– Если вернусь на Землю, то человеком-пауком мне в Голливуде не быть, – пришло осознание, когда до ближайшей баллисты не долетел, стукнувшись об ветку дерева и абсолютно негероически плюхнувшись вниз. – Способности к прыжкам не те, значит, сэкономить на спецэффектах не получится, а без этого они и пофотогеничнее кого найдут. Интересно, а сценарий для роли человека-кальмара там кто-нибудь написать сумеет?

Обжигающий удар в спину, нанесенный с нечеловеческой силой, оторвал от земли как пушинку, отправил и меня и баллисту прямо по направлению к голове летающего ящера. Живой артефакт прислал мыслеобраз о том, что его способности к действию вне тела носителя временно урезаны, как, впрочем, почти всегда поступал в подобных случаях, когда попадал под удар кого-то из жрецов бога войны. Регалия главы ковена, до того сжимаемая в одной из дополнительных конечностей, улетела куда-то в сторону, когда держащий ее плотоядный отросток просто исчез. Кувыркаясь в воздухе я, благодаря ускоренному восприятию, увидел того, кто и придал мне способность к полету, и начал ругаться даже раньше, чем врезался в морду дракона. Кентавр, чья человеческая половина оказалась облачена в алые одежды слуги бога войны. Эта скотина, выбравшаяся из-под своей храмовой юрты, просто лягнула меня, очевидно, благодаря помощи бога усилив удар в десятки раз! Ожидавший чего угодно, но только не такой таранной атаки и потому забывший от удивления просто спалить агрессора или поймать его своей зубастой пастью, дракон получил по морде сначала придворным магом, а потом и сжимаемым им в руках осадным орудием.

С легким хлопком взмахнув кожистыми крыльями, Медовица воспарила на высоту метров двух-трех и зависла там в пугающей неподвижности. Интересно, зачем ей вообще нужны такие дополнительные конечности, судя по всему, состоящие, подобно отросткам моего прожорливого симбионта, скорее из магии, чем из материи, если она банально левитирует, а не опирается ими на воздух, подобно птицам? Немного подумав, я решил присоединиться к ней, поднявшись на тот же уровень при помощи нескольких упершихся в землю щупалец, сработавших как ходули. Следовало признать, с занятой нами позиции вид на сражение открывался просто великолепный.

Стоит запомнить, что дети ночи умеют сканировать головы тех, в чьи шеи они вцепились. Взятая мной на поруки троица этого не умеет, причина, видимо, в их юном возрасте. Или этому вообще отдельно учиться надо. Хорошо бы последнее, ведь тогда я, при помощи живого артефакта, возможно, тоже сумею провернуть подобный трюк! Льюи разослал весточки командирам отрядов и стал вскарабкиваться на подведенного ему оруженосцем жеребца. Бедное животное! После такого ночного марафона, пусть даже в поводу, на нем еще и скакать собираются! Надеюсь, этот лихой кавалерист шею себе и своему скакуну не свернет, напоровшись на какую-нибудь ветку. Рванувшие откуда-то сзади тени, проскользившие сквозь защитников Виреи в окружении испуганных матерков и воплей, канули в лес, очевидно, отправившись сворачивать шеи остальным вражеским дозорным.

С остервенелым воем, рычанием, стонами и воплями несколько в стороне от нас толпилась и бурлила масса сражающихся людей и нелюдей, безжалостно сминая собой некое подобие навесов, образующих вражеский лагерь и, видимо, укрывавших его обитателей от непогоды. Несмотря на вроде как внезапное нападение, конелюди сумели организоваться и теперь, навалившись на клин всадников, судя по всему, старательно уничтожали защитников Азалии, пользуясь численным преимуществом. Однако качественное все же оказалось именно у солдат регента, чьи тела прикрывала какая-никакая, но броня, а не только мужество, честь и отвага. Большая физическая сила мало помогала кентаврам в ближнем бою против острых клинков, к тому же на ограниченном пространстве они не могли воспользоваться своим несомненным преимуществом в маневренности.

– Ну-ну, – хмыкнул я, мысленно завидуя наличию у нее достаточного количества времени, чтобы развивать свои способности и не бояться, что за это оторвут голову. Впрочем… Интересно, а какие фокусы у меня получится вытворять с живым артефактом лет эдак через десять, при условии, конечно, что он меня сам раньше не сожрет? Ведь когда я его только-только получил, трюков, подобных сегодняшнему, провернуть не смог бы в принципе.

– Проглот? – вопросительно обратился ко мне бывший регент.

Секунд двадцать я просто лежал там, куда упал, не обращая внимания на еще тлеющий пепел, в который превратилось все, по чему погулял драконий огонь, непонимающе смотря на место, где находилось чудовище, решившее, судя по всему, скрыться бегством от настолько психически неадекватного противника, и не верил своему счастью. А затем развернулся и окончательно утратил чувство связи с реальностью. Живых кентавров в зоне видимости не было. Только люди, стоящие с оружием в руках и, очевидно, тоже пока еще не способные осознать свою победу.

– Левей, левей забирай! – командовали назначенные бывшим регентом десятники и сотники, выстраивая схему боя в соответствии с только им известным планом. – Заходим во фланг копытным! Сейчас мы всех этих живых жеребцов сделаем мертвыми меринами!

– Прыгаем! – скомандовал я магическому симбионту, изо всех сил отталкиваясь ногами от земли. Вовремя. Волна огня, куда более широкая, чем жалкая струйка, выдаваемая пострадавшим драконом во время налета на колонну, едва не опалила ноги. И заодно затопила всех служителей бога войны, как успевших выбраться из своего обрушившегося храма, так и еще барахтавшихся под плотной тяжелой тканью. Надеюсь, больше их живыми не увижу, только хорошо прожаренными. А сокращающееся щупальце, словно лебедка, потянуло меня к распахнутой пасти твари, извергающей прямо-таки целый океан напалма.

– Не очень, – ответила Медовица, в очередной раз поправляя свою ношу. – Мы прошли больше трех четвертей пути. Кстати, четверо солдат пробуют сбежать. Пошлите кого-нибудь на двести шагов левее остановить их.

– Не знаю, – задумался я. – Но так ли велико наше преимущество? Ведь лучники тоже не будут особо видеть, куда стрелять, а их у нас половина отряда.

– Залп! Залп! Залп! – разнеслись начальственные вопли, и под их звуки собранный из дезертиров-лучников отряд наконец-то вышел на относительно свободное пространство, представленное огромной и явно искусственно созданной поляной. Во всяком случае, торчащие тут и там пеньки служили прямым доказательством того, что раньше в лесном массиве столь обширной проплешины не имелось. Интересно, как отсюда бревна оттаскивали? Драконом? – Первым рядам целиться, тем, кому не видно врага, посылать стрелы навесом на три пальца левее луны! На три! Кто будет на два, того на плаху отправят за стрельбу по своим!

Глава 7

– Пожалуй, тебе нужна помощь, заблудшая душа, – решил чей-то смутно знакомый голос, раздавшийся у меня над плечом, безжалостно извлекая из паутины радостных видений. – Срочная, пока еще ничего непоправимого натворить не успел.

– Отвянь, святоша, и не мешай мне думать – послал я подальше неведомого жреца, подкравшегося ко мне со спины. Кем-нибудь другим этот тип быть точно не мог. Вход в часовню был прямо перед глазами, а значит, отвлекающий от интенсивных раздумий человек появился из внутренних помещений культового объекта. Ладно, если живой артефакт его ударом хищных щупалец не угостил, значит, все в норме. А что с мыслей сбили, так это пустяк, их все равно где-нибудь записать надо, чтобы структурировать. Да и на осуществление задуманного уйдет очень много времени, и первоначальные наброски придется еще не раз править…

– Оно тебе надо? – задал риторический вопрос бог, но потом, видимо, прочитав ответ в моих мыслях, все же соизволил ответить. – Ладно, слушай сюда, смертный. У нас, высших сущностей, свои законы имеются. И одним из главных среди них является запрет на целенаправленные изменения мира, под который попадает и распространение технологий, привезенных подобными тебе путешественниками. Должен соблюдаться эволюционный, а не революционный путь развития.

– Толково, – решил я и начал непринужденно натягивать мантию обратно, подхватив щупальцем сброшенную ранее на пол кирасу. – Ну, о моих приключениях по дороге сюда, кажется, уже не слышали только глухие.

– Смертный, да ты, похоже, совсем, как это говорится у вас на родине, оборзел. – В голосе плескалось нешуточное веселье. И говорил он на русском. А я наконец-то вспомнил, где и при каких обстоятельствах ранее его слышал.

– Это вроде дополнительного стимула, чтобы я лучше работал? – В душе кипела настоящая буря эмоций, которые хотелось выплеснуть на мир чем-нибудь громким, заметным и до крайности неприятным. Метеоритным дождем, например. Интересно, маг земли хотя бы теоретически способен дотянуться своей силой до расположенных неподалеку от орбиты планеты астероидов? И есть ли таковые в данной звездной системе? – Мол, не только жизнь свою спасаю, но и благое дело делаю?

Если бы вепрь, способный служить одоспешенному тяжелому рыцарю конем, не был жареным, то от такого эпитета в свой адрес помер бы на месте от инфаркта. Или, не в силах стерпеть подобный позор, совершил харакири при помощи своих клыков, формой и цветом напоминающих скорее слоновьи бивни, а не оружие диких родственников обычных хрюшек. Зуб даю, с предками данного свинтуса маги-химерологи ставили весьма любопытные эксперименты, призванные кардинально улучшить породу.

– А я-то тут каким боком причастен? – У меня начали закрадываться ужасные подозрения. Ведь в самом-то деле, вероятность многих событий, которые со мной периодически происходили, была очень маленькой. Буквально стремящейся к нулю величиной. Впору было заподозрить происки высших сил, в наличии которых с некоторого времени не осталось вообще никаких сомнений, но останавливал здравый смысл. Ну, в самом деле, зачем кому-то из подобных сущностей возиться сначала с обычным землянином, а потом с простым бомжом? Это потом, вместе с получением живого артефакта, я мог привлечь внимание кого-нибудь могущественного к своей персоне. Но до того все странные, опасные и маловероятные события определенно являлись самыми обычными случайностями, произошедшими в силу обычного стечения обстоятельств. Несколько раз. Подряд.

– Мэтр, вот от кого, но от вас такого неприятия столь полезного волшебства не ждал, – удивленно посмотрел на меня молодой король. – Вы же и сами, мягко говоря, не святой.

– Еще что-нибудь заслуживающее внимания есть? – Надеюсь, в голосе не слишком сильно слышалась усталая обреченность. Вот, можно подумать, своих проблем мне мало было!

– Вероятно, – пожал плечами с немного растерянным видом начальник охраны его величества. Кстати, а ведь он, как и я, золотого эликсира при смене власти порядочно наглотался. Интересно, что же получилось под его воздействием из весьма посредственного колдуна, предпочитающего пользоваться ловкостью рук и спецэффектами вместо чар? – Хм… Мда… Ситуация. Что делать-то будем, Проглот?

– Я пыталась с тобой связаться, – хмыкнула тетка короля. – Но все никак не получалось точно установить твое местоположение. Да и вообще, вряд ли о главе ковена магов, сожравшем своего предшественника и всех других кандидатов на этот пост, смогут придумать хоть какие-то новые сплетни! Ну, не сердись! Хочешь, вину свою заглажу?

– Как вы? – Король смерил заинтересованным взглядом меня, из-за своих щупалец на классического чародея ни капли не похожего, и Мальграма, благодаря разным фокусам убедившего чуть ли не весь свет, будто он умеет проходить сквозь стены, что со времен древних магов считалось невозможным.

– Выходит, нам остается только сидеть в обороне и ждать, когда соберется достаточно сил, чтобы задавить врага числом, – сделал очевидный вывод я, втайне радуясь, что в крупных войсковых операциях участвовать не доведется. Оставим романтику сражений на голову ушибленным еще в период ученичества рыцарям, а сами мирно отсидимся в тылу, поближе к королевским поварам. А что касается того полугнома… Зачем еще нужны властям спецслужбы, если не для устранения неугодных и опасных личностей? – Кстати, насчет порталов, которыми так портят жизнь нашим тылам вражеские чародеи. Есть кое-какие мысли о том, как они получили подобное преимущество, и наметки мер, необходимых, чтобы лишить их его. Правда, способ для этого нужно применить немного… сомнительный. И даже не знаю, стоит ли его озвучивать при таком количестве народа.

– Удалось выяснить, что маячки, применяемые для постановки портала, представляют собой весьма оригинальные кристаллы, производит которые, судя по всему, некий полугном, – не стал ходить вокруг да около я. – Его талант, а может быть, знания – не представляю, как и с помощью чего происходит процесс производства, – уникальны. Речь идет о наследии темных гномов, давно исчезнувшей ветви подгорного народа, практиковавшей кровавые методы магии при абсолютно зверской религии, характеризующейся скорее словом «демонопоклонничество». Вот только последние их представители официально вымерли сотни лет назад, а значит, скорее всего, перед нами тот, кто овладел, казалось бы, прочно забытыми знаниями.

– Ты!

– Да начни мы здесь и сейчас разнузданной страсти предаваться, никто ничего не увидит и не услышит, – фыркнула аристократка. – Или ты не слышал, что я говорила про защищающие беседу артефакты? Наши места сейчас скрыты сильнейшей иллюзией, поддерживаемой одной фамильной безделушкой, изготовленной еще древними магами! Чего бы ни случилось на ближайших к месту Дэриела, хотя бы и пустующему, четырех стульях, остальные будут видеть лишь мирное поглощение пищи и тихую беседу на отвлеченные темы, прикрытую стандартными и не слишком-то сложными чарами от посторонних ушей. Так, может, все-таки…

– Не-а. – Ремес исчез из поля зрения, а может быть, и из данного измерения, но голос его все равно продолжал звучать. – Мой братец, несмотря на свое могущество и возраст, так и оставшийся большим ребенком, слишком уж увлекся перетягиванием общего одеяла на себя и не обращает внимания на то, что его по затылку намереваются стукнуть совочком ребятишки из совсем другой песочницы, где хорошо известный тебе Млфурий когда-то был главным заводилой. А чего не желает видеть покровитель, на то и жрецы дружно закроют глаза. Кстати, кристаллический трупоед, осколок чьей силы ты носишь, из числа своих собратьев самый вменяемый и человеколюбивый, а потому не допустить среди смертных распространения знаний, являющихся калиточкой для чужих богов, в твоих интересах.

– Разница между обычным убийством и использованием жертвоприношений, требуемых для их ритуалов, такая же, как между духами и сваренным опытным алхимиком приворотным зельем, – нагло заявил я, мысленно благословляя умение философствовать на любую тему, получаемое любым студентом Земли, если под рукой есть Интернет и неохота делать самостоятельную работу. Поверьте, в данном случае игра не только не стоит свеч, но и фитили их при горении будут источать вместо света один лишь ядовитый дым.

– Извините, ваше величество, – с показным неудовольствием вздохнул я. – Но тут один из очень немногих случаев, когда буду вынужден вам возразить. Причем категорически и используя все имеющиеся в распоряжении ресурсы, включая должность главы ковена магов Азалии. Вплоть до открытого неповиновения и отказа выполнить полученный приказ. Знания темных гномов должны быть уничтожены вместе с носителями. Без исключений. Если вам мало моих слов, можете поговорить с кем-нибудь из высших жрецов Ремеса Торговца. Те тоже в курсе, о чем идет речь, и, уверен целиком и полностью, будут не менее категоричны.

– Леди Сейлел, вот как его величество появится, тут же начну соблюдать правила этикета, – пообещал я эффектно выглядящей лет на восемнадцать диве в кружевном пышном платье, по степени своего распутства способной дать фору любым маркитанткам солдатского обоза. Интересно, а дальше она молодеть будет? В каком возрасте она теперь останется, после принятия золотого эликсира, самой большой драгоценности этого мира, позволяющей резко продлить жизнь и усилить магические способности? Мы с Мальграмом, ставшим сейчас начальником личной охраны короля, ей, конечно, отдали далеко не все, употребив значительную часть найденного на личные нужды, но и остатков, найденных на мертвых телах заговорщиков, подкупленных прежним главой ковена, хватило бы на многое. – И потом, там, куда вы столь старательно пытаетесь меня уволочь, нет его! Моего маленького миленького поросеночка!

– Хотя бы, – не стал отмалчиваться невидимый собеседник. – Мотивация никогда не бывает излишней. Хм, разболтался я сегодня что-то. Ладно, раз уж такое дело, можешь до кучи мне и еще один вопрос задать. Отвечу.

– Уничтожим его, а для гарантии и всех остальных, кто каким-нибудь образом причастен к появлению на свет подобных древних тайн, коим лучше бы оставаться погребенными под пылью веков, – категорично заявил я, просто не имеющий возможности поступить по-другому из-за поставленного Млфурием ультиматума. – И открываемых тут и там порталов почти наверняка не станет.

– По мелочи, – сделала рукой неопределенный жест графиня Сейлел. – Широко разошлась информация о сумевшем сбежать от тебя драконе, которого ты надкусил, но не догрыз. И еще жрецы бога войны внесли тебя в список существ, за уничтожение которых от лица их покровителя в обязательном порядке будет выплачена более чем щедрая награда. Большая честь и своеобразное признание заслуг, если подумать. Впрочем, паладины на официально служащих короне темных магов практически никогда не нападают, а от внимания наемных убийц нам обоим все равно никак не избавиться.

– Стой! – воззвал к начавшему растворяться в воздухе небожителю я. – Объясни, чем тебе тот полугном так не угодил, что своих жрецов к делу его уничтожения подключаешь? И можно ли надеяться в этом деле на помощь, к примеру, слуг бога войны?

– Ну, во-первых, светлым божествам так делать не положено, а нарушения профессионального кодекса – это тоже далеко не самый лучший поступок для карьеры и бизнеса, – заметил бог торговли. – А во-вторых, без очень веских причин спорить с Судьбой, знаешь ли, чревато, все-таки она является одной из самых великих сил во всем мироздании. И эта дама, подобно своей сестренке, Смерти, хорошим нравом, мягко говоря, не отличается.

– Лиена Римле, – начала по памяти зачитывать досье будущей королевы леди Сейлел. – Семнадцати лет от роду. Блондинка. Имеет болезненную склонность к худобе, возможно, являющуюся следствием ее чрезмерного увлечения темной магией. Убежденная мужененавистница. Была против собственной воли помолвлена дважды, женихи скончались в муках, ее отец с трудом смог замять оба дела, причастность к которым данной особы не вызывает никаких сомнений. Мэтр, вы должны в как можно более сжатые сроки доставить ее сюда из родового замка. Дело осложняется еще и тем, что резиденция рода Римле, куда девушку увезли подальше от столицы, сейчас находится за линией фронта и взята в осаду. Возможно, уже пала, последние вести оттуда приходили четыре дня назад.

– Лучше остальные слухи, которые обо мне ходят, перескажите, – поспешил увести разговор в сторону я, второй раз убирая руки дамы оттуда, куда лично ее пускать абсолютно не хотелось. Заберет еще в коллекцию сувенир на память.

Как оказалось, яблоня от грохнувшегося со стремянки садовода недалеко падает, и в то время как лучший друг прошлого короля угробил едва ли не всех своих людей и почти угробился сам, нынешний монарх, сын предыдущего, повторил тот же маневр, только в бо́льших масштабах. Теперь владыка Азалии, Дэриел Второй, умудрившийся одержать пиррову победу в весьма крупном сражении, выведшем из строя до трети его армии, в то время как противник лишился всего лишь четверти своих бойцов, валялся в кровати под присмотром дюжины целителей и одного некроманта-альбиноса, являющегося по совместительству новым главой разведки. Нет, Фильери, конечно, чародей сильный и профессионал знатный, да к тому же одним из замов бывшего регента являлся до повышения, вот только есть некоторые сомнения в его верности, несмотря на все принесенные клятвы. Ведь один-то раз по другую сторону баррикад я его уже ловил… Хотя отступные за свое недолгое предательство и дальнейшее о нем молчание маг смерти выплатил, конечно, впечатляющие.

– Думаешь, мне это нравится? – фыркнул Ремес Торговец. – Да ты хоть представляешь, какое поле деятельности для мне подобного божества открывается в высокоразвитом мире? Игра на бирже, торги через всемирные компьютерные сети, соперничество транснациональных корпораций, у которых дневная выручка больше, чем бюджет какого-нибудь карликового государства… Увы, обмануть наши законы невероятно сложно, а штрафы за их нарушение предусмотрены астрономические. В прямом смысле слова, на подобную сумму планету можно купить. И потому лучше даже не пытайся ничего из задуманного воплотить в реальность. Ликвидирую.

– Плохо, – насупился подросток, вынужденный быть первым лицом государства. – К тому же провел его совсем не я, а мои генералы. Они смогли выманить довольно значительные силы налетом группы легких всадников и заманить их ложным отступлением под удар скрытых иллюзией лучников. Но потом к избиваемым врагам подошло подкрепление в виде оркской пехоты, и наши потери в итоге все равно получились выше, чем у них! Этих проклятых нелюдей, благословленных их полудикими жрецами, даже боевые маги не остановили! Они, шагая под настоящим дождем из стрел и заклинаний, просто отказывались умирать раньше, чем смогут вонзить оружие в противника!

Да, тут уж не поспоришь. Ремес Торговец вообще самый популярный в Азалии небожитель, и ему посвящены три четверти религиозных сооружений. Пожалуй, зря я все-таки сюда зашел. Мог и другое место поискать, достаточно укромное и тихое, чтобы побыть одному и хорошенько подумать. В крайнем случае выйти за пределы замка, где я сейчас нахожусь. И шагать от раскинувшегося вокруг него лагеря подальше. Километров, скажем, на пять.

– А что, они уже главный источник информации для нашего штаба? – удивился я. – В послании, отправленном через астрал личным магом Льюи, я ведь полностью обрисовал ситуацию с той парочкой кровопийц и предложением от их госпожи. Да и о попытках клыкастой братии выйти на контакт ты знала еще после новостей из замка сэра Трегеста. Сильно нечисть боится победы Виреи, раз чуть ли не по головам друг друга скачут, словно куры, завидевшие в своем сарае хитрый лисий нос.

– Мотивация никогда не бывает излишней, – повторил слова бога торговли я, понимая, что ко мне применили метод кнута и пряника. И, самое главное, отказаться не получится, слишком уж сладка висящая прямо перед носом морковка в виде возвращения домой. На Земле, конечно, никто бесплатно кормить не будет, равно как и платить золотом за надувание щек на должности придворного мага, но зато там вряд ли найдутся разнообразные убийцы, компетентные в деле уничтожения колдунов. Специалисты святой инквизиции уже лет двести сидят без работы в связи с поголовным сожжением их кормовой базы, сиречь всевозможных ведьм и ведьмаков, а в крайнем случае, если кто-то из них еще остался и мониторит окрестности, можно будет уехать куда-нибудь в тайгу, где на тысячу километров леса приходится примерно полтора лесника. Или лучше на далекий тропический остров, где женщины не обременяют себя большим количеством одежды, а христианские священники бывают лишь мимоходом, да и то по турпутевкам. Ну а спутниковый Интернет, дополненный имеющимися возможностями к сотворению чар, прекрасно заменит большинство благ цивилизации.

– Насколько правдивы те слухи о сотнях вампиров, просто разорвавших целый табун кентавров Виреи, которые ходят среди пленных? – Такими были слова самой влиятельной женщины страны, едва мы передислоцировались на подготовленные ею позиции. Хм, а она сильно сдала за прошедшее время. Флиртовать направо и налево не пытается, а через густой слой косметики под глазами проглядывают сине-черные мешки, выдающие прямо-таки валящую с ног усталость. И это у одного из лучших алхимиков если не мира, так страны, способного сварить любой эликсир, превосходящий по эффективности все известные на Земле стимуляторы, с самым минимумом побочных действий, и уж тем более не имеющего необходимости заниматься чисто физической работой.

– Мы этим обязательно займемся, – пообещала мне леди Сейлел. – Но позже. Сейчас у нас есть дело куда большей важности. Свадьба.

– Герцог Римле, второй после меня начальник в армии, в первую очередь ответственный за то, что во время смены власти солдаты, по большому счету, не вмешивались в разборки между аристократами, наконец назвал цену своего нейтралитета, – вздохнул молодой король. – И это брак с его засидевшейся в девках дочерью. Удачно выбрал время, мерзавец! Требования шантажиста придется выполнить! Иначе с бойцами Виреи будем разбираться лишь имеющимися силами, не надеясь на подход подкреплений в виде дворянского ополчения и их отрядов. Иначе говоря, можно будет сдавать трон в ломбард. Поверьте, обеспечить такое третий по величине землевладелец страны вполне может.

– Проглот, третий раз тебе говорю, пересядь к началу стола! – Тетка короля была, пожалуй, единственной, кто относился ко мне в точности так же, как и раньше. Впрочем, она и во время борьбы за власть, когда ее вместе с племянником заговорщики убить готовились, ничего особо не пугалась. Только злилась по понятным причинам, глупо хихикала от принятого наркотика, метко плевалась ядом, которым, собственно, иногда и отправляла себя в страну чудесных галлюцинаций. – Твое место подле короля!

Для нее удачно. Не для меня.

– Ну а кого ты ожидал здесь увидеть? – усмехнулся собеседник, сейчас выглядевший как высокопоставленный офисный клерк. Темные брюки, белая рубашка, удавка галстука, украшенная булавкой с парочкой мелких драгоценных камешков, золотые часы на руке. – Все-таки это мои владения, мой храм!

– Чего? – Такого ответа я не ожидал. – Чья?

– Да, – ошеломленно кивнул я, разглядывая божество, только что растоптавшее мои радужные мечты сделать этот мир подобием родной Земли в пух и прах. – Почему?!

– Верно мыслишь, – кивнул Ремес Торговец. – У Судьбы почти нет служителей как таковых, зато время от времени она подбрасывает смертным разнообразные испытания. Бывает, что в довольно большом количестве. В народе тех, кому достались подобные приключения, обычно знают как великих героев или ужасных злодеев, если они, конечно, успели хоть с чем-нибудь справиться раньше, чем отбросили копыта. И ты как раз и относишься к их числу. Поздравляю, можешь гордиться своей избранностью. Кстати, по этой же причине никто из богов перебрасывать тебя на родную Землю не станет, а демоны запросят за подобную услугу такую цену… Нет, штраф за нарушение нормального развития мира, конечно, будет все равно выше, причем намного, но ради какой-нибудь мелочи становиться причиной неудовольствия владычицы рока просто глупо. Да и Млфурия по этой же причине можешь особо не бояться. Убить может, с дальнейшим надругательством над телом и переработкой оного в какую-нибудь хищную тварь, но душу порабощать не станет и отпустит ее туда, куда Судьбой уготовано. Пробивайся обратно своими силами, если сможешь, конечно же. Ну, вроде на все ответил, теперь давай, до свидания.

– Ну-ка, ну-ка, – подобралась враз, словно хищник, почуявший добычу, тетка короля. – Эй, вы, пятеро, а ну вон! Все равно пока мэтр здесь, напасть на его величество решится лишь самоубийца, жаждущий распроститься с жизнью самым жестоким образом.

– Вы преувеличиваете мои способности, леди, – заметил я, наблюдая, как друиды и телохранители безропотно покидают помещение, не выдав своего недовольства ни единым жестом. Хорошо ушастых выдрессировали во время обучения и подготовки к службе августейшей особе. Вот только не воткнут ли они при случае нож или, скорее, древесный корень в спину с точно таким же спокойным выражением лица?

– А почему же в таком случае этого еще не сделал? – осторожно уточнил я, чувствуя, как по загривку стекает холодный пот. – В превентивных, так сказать, целях? Ведь это куда безопаснее, чем подвергаться подобному риску.

– Такая сила могла бы и нам самим пригодиться, – хозяйственно заметил Дэриел Второй. Мда, в общем-то, мнение короля имело право на существование. Мгновенная переброска порталами могла бы стать лучшим и полезнейшим из имеющихся в его распоряжении видов транспорта, даже будь она очень-очень дорогой.

Пока я находился в ступоре, коварная аристократка умудрилась вытащить меня из-за стола – задача, учитывая нашу разницу в размерах и массе, далеко не тривиальная, – и куда-то потащила с мощью и целеустремленностью паровоза. Нет, это же надо… вроде с момента стычки с кентаврами прошло всего ничего! Десять дней! Как, ну вот как, даже учитывая наличие у противника порталов, позволяющих обмениваться новостями чуть ли не в режиме реального времени, информация умудрилась разлететься так широко и столь причудливо исказиться, а? И вообще, куда мы идем-то? Новости, несмотря ни на что, не настолько выбили из колеи, чтобы организм полностью потерял способность сопротивляться насилию, которое явно собираются над ним учинить! Или, может, поддаться, раз служанки в стороны шарахаются? Авось получит, чего хочет, успокоится и отстанет.

– Идем, говорю тебе! Обсудить кое-что надо, а артефакт для защиты беседы сюда незаметно не перетащишь. – Кажется, нас все-таки разлучат. Обидно. Я успел обглодать не больше половины его ребер! Но не прислушиваться к настойчивым просьбам второго человека в стране даже придворному магу не позволено. Тем более если первый сейчас настолько плох, что даже на вечеринке в честь собственной победы не присутствует.

Я только вяло выругался от таких новостей. Остается надеяться, что среди аристократов не найдется благородных дураков, рискнувших бросить мне вызов на дуэль за столь неподобающее поведение. Маги-то чуть ли не на инстинктивном уровне впитывают некоторое количество интеллекта, достаточное для того чтобы осознать предполагаемую мощь и возможности фигуры, прогрызшей через врагов себе дорогу на пост главы ковена. Впрочем, поединок, думаю, можно отложить на время окончания войны, а там всех озабоченных искоренением столь жуткого чернокнижника либо враги убьют, либо самому постараться придется.

– Мы уже обсуждали эту тему, – вздохнул я, убирая ее руку со своего бедра. Нет, даже усталость ее не берет! Интересно, а мертвой она к кому-нибудь приставать будет? Практически уверен, что да, причем не с банальным желанием как следует отобедать, а с куда более затейливыми предложениями. – Причем не раз. Ничего с тех пор не изменилось. И вообще, здесь же люди!

– Ну, э, поздравляю. – Я все еще не мог полностью осознать ситуацию и, самое главное, свое место в ней. – Ну, или, скорее, выражаю соболезнования. Не знаю, что тут уместнее. Но при чем…

– Я в порядке! – поспешил заверить король, проворно соскакивая с постели. Мда, действительно, больной так прыгать не будет. К тому же он одет в кольчугу, не самая распространенная униформа для находящихся на излечении. Подобравшиеся было друиды расслабились, поняв, что сражаться и умирать во славу родины им если и придется, то не сегодня. – В полном! Топор того орка-берсеркера, прорвавшегося через телохранителей, оставил лишь крохотную царапину, которую и найти-то с трудом удалось!

Внезапно тишина святилища нарушилась громким и недовольным бурчанием. Желудок, за время пути истосковавшийся по нормальной еде, а не полусгоревшим на кострах кабанам и зайцам, избежавшим попадания в щупальца живого артефакта с последующим поеданием живьем, намекал на то, что время наступило как раз самое обеденное. Хм, пойду проверю, а не начался ли банкет. Если нет – промотивирую поваров парочкой монеток и собственными хищными конечностями, которые что-нибудь утащат на благо нашего общего организма. Думаю, работники плиты и котла превзойдут сами себя, не желая допускать даже возможности того, что они станут дополнительным пунктом меню.

– Я же не устраивал ничего такого. – Удивлению моему не было предела. – Да мне просто некогда было! То возня с ковеном, то разборки с дезертирами и невесть как возникшими в центре страны опасными тварями, перегородившими собой дорогу к столице! Кстати, насчет последних, думаю, их в нужные места противник просто телепортировал, выставив нам этакие живые заслоны из тех, кого ему ну абсолютно не жалко.

– Мэтр, а почему вы раздеваетесь? – Вопрос, заданный буквально через тридцать секунд очень знакомым голосом, заставил меня почувствовать себя идиотом. В комнате, куда затащила придворного мага тетка короля, находился лично его величество. А также мой коллега, авантюрист и самозванец Мальграм Исчезающий, занявший место главы охраны венценосной особы, и пяток неизвестных личностей, три из которых щеголяли острыми ушами, зелеными одеждами и деревянными посохами, покрытыми живой листвой. Друиды, однозначно. А оставшиеся, наверное, телохранители. Помнится, незадолго перед началом войны представители эльфийского анклава, расположенного на территории страны, хоть и со скрипом, но согласились предоставить своих специалистов практически даром. Ну, попробовали бы они закапризничать, после того как прежняя гвардия, чуть ли не наполовину состоящая из жителей леса, выбрала в борьбе за трон проигравшего в итоге кандидата.

– Хе, – довольно усмехнулся Ремес. – Если бы ты лучше владел самоконтролем и мог попытаться выяснить действительно важные вещи, обещания получить ответ просто не удостоился бы. Впрочем, знание о работе того межмирового портала, который время от времени включается в реке рядом с Иролем, смертными волшебниками не утеряно. И если сделаешь так, чтобы Азалия в этой войне отделалась минимумом жертв и разрушений, а один конкретный полугном со своими знаниями исчез раз и навсегда, то я скажу, где они находятся. Или даже копию прямо в руки передам, но ради такого очень-очень постараться нужно.

– Чрезвычайно, – солгал я. – Оставшийся лишь на страницах истории народ черных гномов он знает в прямом смысле слова назубок, а значит, ошибка исключена. Но проверить полученные данные вряд ли удастся, общение с данной сущностью – процесс весьма специфический. Во всяком случае, даже пытаться призывать его здесь, при наличии под боком священников и светлых магов, я не буду.

Крайне мелкая по размерам крепость какого-то полунищего провинциального феодала, выстроенная буквально для галочки и уступающая высотой стен иным столичным заборам, оказалась наполнена войсками до такой степени, что даже придворному магу в качестве жилплощади смогли предложить лишь однокомнатную кладовку, где с моими габаритами повернуться-то тяжело, плечи об стены задевают. Единственная радость – король расположился буквально в пятнадцати метрах дальше по коридору, а следовательно, охраны и слуг всегда поблизости от дверей толпится предостаточно. Увы, больше места даже для самых высоких персон выделить просто не могли, ведь солдаты, сопровождающие его величество и охраняющие его же, заняли буквально каждый кубометр пространства. Они даже в голубятне свои лежаки расстелили сплошным ковром, а те из них, кто и там устроиться не сумел, с большим интересом посматривали на оккупированные ошалевшими от подобного наплыва гостей пернатыми жердочки.