Тиадар (издательская редактура)

— Ну ладно, — было очевидно, что это решение далось Лейнеру через силу. — Но ты действуешь на свой страх и риск. Я тебе помощь не оказываю. На сегодняшний день ты еще не мой сотрудник.

— Я знаю, что ты этого не сделаешь, — спокойно возразил Дойл. — Вам не нужна огласка в таком ключе и настолько громкая, что дойдет до Марса. Ты сам сказал, что властям в системе Геллиона о ваших делах знать ни к чему. Далее, простая логика. Убив меня, ты поднимешь шумиху на Марсе, и вашей организацией займутся всерьез. Не стоит думать, что лишь местная полиция не любит правдорубов и искателей истины, которые добиваются правды таким способом. Мне, собственно, не ваши конфликты с «Нантеком» интересны, а люди. Я хочу, чтобы не пострадали те, кто сидит в подвале.

— Нету никакого смысла, — отмахнулся собеседник. — Кроме того, чтобы себя миру показать, да обычный ход жизни нарушить. Раз тут вылезли, значит, возможно, «Серебряная Луна» вскоре где-то ударит намного серьезнее. А тут так, отвлекающий маневр. Может быть опять взорвут что-то, может быть нападут на базу «Нантек». Кто его знает.

— Понял тебя. Ты сейчас где?

— Вам помощь не нужна? Там, наверху, осталось еще несколько человек…

— Моя судьба уже решена, — невесело усмехнулись из комлинка. — Ты не сможешь ничего изменить.

— Не откажусь, — кивнул Майкл. — Тебя как звать?

— Может быть донесете ее через меня?

— Майкл? Что, твою мать, происходит? Ты там в порядке?

— Прекрасно отдаем, — кивнул Раксли. — Не совсем идиоты. Плазмокамера, по нам уже плачет, так чего терять-то?

— Вот, привели, мозгоковыряльщика. — довольно сообщил напарник Хэба. — Говорить будете, или сразу его в подвал отправить?

— Нет у нас военных опергрупп. Да и антитеррористического отдела нет. — изрек Лейнер, отведя взгляд в сторону и рассматривая возвышавшееся над невысокими домами здание торгового центра. — И вообще, мы в глубокой заднице. Провинция она и есть провинция.

3. Отправные моменты

Примерно в тоже самое время. когда Дойл обустраивался в своем гостиничном номере из окон которого открывался прекрасный вид на город Аббервил и на окружающие его необычные горы, похожие на спутанные щупальца осьминога, с трапа шаттла, приземлившегося в местном космопорту сошел человек, которого город также привлекал возможностью легкого заработка. Вот только в органы правопорядка он идти не собирался, ибо это означало слишком кардинальное изменение жизненных устоев и окружающего его мира. На вид ему было около сорока, длинные темные волосы, были завязаны в хвост красной ленточкой, смуглая кожа все-таки носила следы имплантации нейромодуляторов, о чем свидетельствовала черная роговица глаз и темный цвет нижних век. Он прибыл сюда без багажа, каких либо вещей и прочего хлама, который был ему не особо и нужен.

Звали его… а, впрочем, это неважно. Сам себя он называл Рэндом Блэкли, хотя было ли это его истинное имя, сказать не брался никто. Он был одет в легкий кожаный комбинезон с полосными терморегуляторами, такие же штаны, высокие сапоги с мышечными амортизаторами, которые в разы снижали чувство усталости, а поверх всей это нехитрой одежки был наброшен темный плащ из титанового волокна. Порой его слишком яркий блеск раздражал владельца, но это была лучшая защита от всякой мелочи, вроде виброножа. А потом, встроенные в плащ сенсорные ипритовые нити, могли здорово охладить пыл уличным задирам. Что такое улица Рэнд знал не понаслышке, так как вырос в таком захолустье, что и планетой-то назвать язык не повернется.

Еще один выстрел и Най вскрикнул от пронзившей плечо боли. Заряд ударил в выступавшую под шеей ключицу, чуть не разломив ее пополам. Лапы судорожно заскребли когтями по пластале-бетону, тело изогнулось дугой. Единственное что было страшнее, это мысль о том, что любой следующий выстрел может быть произведен в полную мощность.

Он не знал, видят ли их другие. Боялся спросить. Боялся, что люди узнают и тогда для него видения прекратятся… боялся, боялся и опять боялся, с надеждой ожидая снов.

Рэнд замер с чашкой в руке, с интересом разглядывая Таю:

Он встретил ее приветливой ухмылочкой и коротким:

На Тиадаре начинался новый рабочий цикл… Для каждого свой…

В целом, он был контрабандистом, мошенником, шулером и какое-то время космическим пиратом. Однако последний бизнес имел массу рисков для жизни, а это было не по душе Рэнду. Он предпочитал яркий свет казино и голоклубов вспышкам лазерного огня и взрывам. Вероятно единственное, что роднило его с беглыми убийцами, пиратами и шайками бандитов, наживающихся в местах недавних космических войн, это была страсть к глубокому космосу. И хотя он не видел нужды оставлять свои следы на пыльных тропинках далеких планет, зашибить на этом деле денежку никогда не отказывался.

— Даже врать не умеешь, — последовал ожидаемый ответ. — Зачем только таких как ты вывели?

Най не успел даже отвести взгляд, когда тихо хлопнул выстрел. В глаза ударил сноп света, страшным ударом под глаз его отбросило к стенке. Люди все-таки не решились убивать его, пистолет был настроен на травматический огонь и заряженный в него железный шарик диаметров в десяток миллиметров просто разорвал Наю кожу под левым глазом, отлетев затем куда-то к рекламной стойке. Подобный выстрел не наносил серьезных ран, но имел мощное останавливающее действие, сопровождавшееся серьезным ушибом.

— Да, вот его заказ. — толстый повар ткнул пальцем куда-то вбок, указав на стоявший на столе поднос. — Мог бы не протирать кресло своей пушистой задницей, а двигаться побыстрее и следить за заказами.

— Ну что ты орешь, а? — из небольшой дверцы, находившейся прямо возле стойки бара выглянул заспанный хозяин.

— Ты с ним ведь работала после того, как наша команда развалилась?

— Да, было пару раз. Потому, я и поставила его в известность. У него есть проверенные точки, откуда он может достать товар. Единственное, что я не рассчитала, так это то, что он приплетет к делу тебя.

— Не уверена, но кому еще тут могут понадобится фазовые заряды, считающиеся повсеместно запрещенным оружием?

— Твоя хвостатая хрень не умеет даже на ногах стоять! Что теперь делать будем? Странфилд, ты проблем хочешь?

Вот, как обычно… стоит присесть, как найдется какой-то умник, считающий, что повара, занимающиеся раскупоркой банок с синтетическими ингредиентами и быстрой заправкой их в кухонный биосинтетический блок, работают недостаточно быстро… Самое интересное, что этот наивный человек считает, что ему подают оригинальное блюдо… Счастье хозяина бара, что не все владеют таким обонянием как биодроны и не могут отличить продукт молекулярно-белкового синтеза от настоящих продуктов. Най юркнул на кухню и как можно вежливее напомнил о заказе. Да, лишний раз торопить людей тоже не стоит, так как могут и двинуть по ушам чем-нибудь тяжелым.

— Извините, обычная проверка. — Рэнд недовольно покосился на подошедшего к нему охранника в черном экзоскелете с белыми щитками. — Протяните мне…

Тив был его единственным приятелем из всего населения гетто. Были те, с кем Най поддерживал отношения, иногда перебрасывался парой слов, но Тив отличался от всех прочих биодронов. Они сошлись с ним очень необычно и потом об этом случае долго говорили не только в самом гетто, но и на пропускных пунктах людей.

Накопленные в свое время деньги он потратил на подкуп одного очень талантливого доктора и имплантацию себе телепатического нейромодулятора и контроллера эмоций высшего, двадцать восьмого уровня по Шкале Парксона. Не прогадал, хотя в период привыкания к модуляторам он лишился почти всех друзей из-за совершенно невменяемого поведения. Зато теперь он мог похвастаться таким же уровнем телепатии, какой был у личной гвардии Президента Майлона О'Коннора и у директоров «МенталКорп». Хочешь заработать, сначала вложись, так оно и вышло. И все бы ничего, если бы не конкуренты.

Он обещал, что если с Наем случится подобное, то не задумываясь поступит так же. Он сдержал свое слово, когда доведенный до отчаяния бесконечными издевательствами Най бросился на натянутую над забором высоковольтную решетку. По крайней мере, он оттащил обожженного приятеля от забора, но охрана загнала его в одиночный карцер, решив, что пусть судьба решит, выживет черно-серебристый или нет. Най выжил. А потом к нему пришли сны. Поначалу пугавшие до озноба, но потом ставшие желанными.

Как то раз, возвращаясь из города, Най наткнулся на бело-серого биодрона, лежавшего неподалеку от ворот гетто. На него никто не обращал внимания, люди проходили мимо, мелькали глайдеры и ховер-мобили, однако никто не остановился и не поинтересовался, что случилось. Шла обычная разгрузка прибывшего транспортера с Терры, когда отказали гравитационные захваты и с приемного трапа съехали несколько контейнеров, набитые какой-то аппаратурой. Двоих биодронов раздавило сразу, а Тива задело краем одного контейнера и отбросило в сторону, под другой, раздробивший ему кости на ногах.

— Да нет, брось, чушь это все. Если они борются за умы людей, то не будут взрывать жилые кварталы. — отмахнулся Рэнд. — Тебя что-то еще сдерживает от сделки?

— Конечно знаю. А почему пряников?

— Парни, давайте его вон туда, за бар. — сказал он. — Там и разберемся. Даже если орать начнет, то народу вокруг немного.

— В том-то и дело. — вздохнула Тая. — Если я сознаюсь в том, что оговаривала с «Луной» сделку по доставке фазовых бомб, меня обложат по всем направлениям. Но с другой стороны, ты только представь, что они могут сделать с этими бомбами…

Стоило поторопиться, ведь скоро начнется разведение на всякие службы. В город биодронов не отправляли лишь по причине серьезных травм, если, конечно, пострадавший мог добраться до гетто. Обычно давали прийти в себя и после наказаний. Но для всех прочих, отсутствие с утра на площади перед первым заслоном, отделявшим биодронов от города, приравнивалось к тяжелейшему нарушению и обычно каралось очень жестоко. Пробовать это на своей шкуре Най не хотел, а потому, натянув грязновато-белые, кое-где разодранные шорты с заклепкой над выемкой для хвоста, вышел на широкую, усыпанную темным камнем дорогу, ведущую к выезду из гетто. Он бросил короткий взгляд на поднимающееся над неровными рядами собранных из всевозможного хлама домиков солнце и на силуэты бредущих по улочкам биодронов. Ну вот и начинается… Вздохнув, легонько подтолкнул вперед на миг замеревшего Тива и так же как и прочее население гетто поплелся к массивным, запирающимся на силовые замки воротам, окруженным охраной. Под лапами проседала легкая, забивающаяся под шерстинки пыль, длинный и гибкий хвост безвольно волочился сзади по земле, собирая грязь на давно уже не светившиеся ворсинки кисточки.

Нейроконтроллер определял только одного хозяина для рабочей смены — того, кому отдавали биодрона. Все остальные власти над ними не имели. Най мелкими шажочками отступал к боковому проходу, а Тив, увернувшись от бросившегося на него горожанина, ухватил его за волосы и с размаху ударил лицом в угол выключенной установки для расщепления отходов.

— Куда собрался, скотина…

Здание космопорта, большое, круглое, с выгнутой внутрь крышей, почти безлюдное даже в дневной по местному времени час, осталось позади, и, поднимая сапогами облачка легкой серой пыли, Рэнд зашагал в сторону города, вежливо отослав прочь пытавшихся подвезти его таксистов. Пустынная дорога нагоняла на него всякие мысли о невеселом бытие и приходящих благах. Он ненавидел себя за подобные всплески философского настроения, так как оно мешало зарабатывать слишком нужные в повседневной жизни креды, но в то же время не гнал его прочь, ведь оно очень помогало забить голову всякой ерундой в те моменты, когда ни о чем серьезном думать не хотелось. Вот и сейчас, глядя на приближающийся с каждым шагом Аббервил, Рэнд вспоминал Марс. Наверное и мегаполисы Олимпуса начинали вот с невзрачных поселений подобных Аббервилу, вырастая потом в раскинувшиеся на много миль города, упиравшиеся в самые звезды вершинами небоскребов. Всему свое время. Рано или поздно и здесь поднимутся свои титановые исполины, и тут будут сновать вездесущие и надоедливые клерки, наводняющие собой похожие друг на друга как браться близнецы офисы крупных корпораций, и тут солнце будет закрыто плотной движущейся массой аэромобилей и глайдеров. И тогда здесь станет намного интереснее жить таким, как Рэнд. Но для этого должны пройти годы. А он собирался остаться здесь всего на пару дней, чтобы разобраться с одним любопытным делом.

Неделя за неделей, год за годом… одно и тоже. Грязь, безысходность и иногда слишком много крови. Никакие нейромодуляторы не отменяли сознания, в которое с каждым твоим пробуждением командами и электрошоками вдавливалось то, что тебя СОЗДАЛИ. Что ты ничто. Что творение не способно противится и пытаться оспорить замысел Творцов. Более того, оно не смеет даже пытаться его познать. Но наступал отдых, Най закрывал глаза и каждый раз видел один и тот же сон. Сон, который впервые пришел к нему около месяца назад и после этого преследовал постоянно Тиадар, его бескрайние бесплодные пустоши, раскинувшиеся на много миль сверкающие огнями города из стали, закрытые тускло поблескивающими куполами, ползущие над горизонтом уродливые темные громады межзвездных кораблей, снова города, но на этот раз поменьше, окруженные свернутыми в спираль, срастающимися в округлые, обвисшие ледяными сталактитами плато скалы, бездонные жерла криовулканов, озаренные снаружи красным светом солнца, а изнутри серебристым сиянием. Он лежал в своем шалашике, накрывшись рваным одеялом, или же на койке в подземном каземате, куда биодронов загоняли на планетарную ночь, когда температура на поверхности опускалась почти до ста градусов ниже нуля. Лежал с открытыми глазами и смотрел на парящие вокруг него синеватые огоньки. Отплясывая в воздухе подобно светлячкам, они роились в темноте, то объединяясь в стайки, то рассыпаясь блистающими искрами, проходя сквозь стены, сквозь энергощиты, сквозь тела бродящих по периметру гетто людей. Они поднимались в звездную высь из земной тверди, иногда задерживаясь на шерстинках Ная, путаясь в них и освобождаясь, пытались догнать своих более расторопных приятелей.

В большинстве случаев, простые горожане сторонились биодронов. Их услугами пользовались, но долго находится рядом с ними не отваживались. Может быть, не верили в спасительные нейроконтроллеры, а возможно, просто испытывали отвращение к непохожим на себя существам.

Что, собственно и произошло.

— Лопай, сука! — издал булькающий визг ползавший рядом с Наем человек с раскрошенной челюстью.

Грейт когда-то говорила, что с киборгами биодронов роднит лишь нейроконтроллер в мозгу, в остальном, они полноценные биологические существа, способные к такой же полноценной биологической жизни. Половины этих слов Най не понимал, но всегда задавался вопросом, что если по сути, биодроны не так далеки от человека, то почему никто не вмешается и не даст им возможность жить нормально? Ведь сами люди стараются создать приемлемые условия даже для самых низших слоев своего общества. Но легче биодронам не становилось, все катилось по наклонной и пропасть становилась все более различимой. Наю приходилось еще тяжелее, ведь среди своих соплеменников, у которых основными цветами меха были комбинации серого, рыжего, коричневого, бурого и бледно-голубого, сочетание черного и серебристого не встречалось вовсе. В случае какой либо провинности, его находили очень легко, для этого не требовалось даже мыслесканирование. Довольно редких среди биодронов особей женского пола в гетто почти не было, по крайней мере, Най видел их всего пару раз. Говорят, их держали в отдельных лагерях, дабы не провоцировать у самцов возможные естественные реакции, но больше Най верил фразе, которую некогда сказала Грейт — «люди просто бояться, что вы сможете воспроизводить себе подобных, ведь тогда вас станет сложнее контролировать».

— И что? Какие проблемы-то? Если я буду нести ответственность за криволапость каждой этой твари, то мне денег не хватит. Хотите, можете его забирать. Они все равно тут все с браком. Или мозги не пашут или координация движений хромает.

— Ну, решетка не решетка, а ведь живы еще. — развел четырехпалыми лапами серо-белый биодрон. — И вообще, мне не нравится твой настрой. Еще неделю назад ты был иным.

— Привет Тив, — буркнул Най. — Я смотрю вы тут все такие веселые, за решеткой-то.

— Вот хрень… — человек соскочил с Ная и биодрон смог перевернуться на спину, чтобы понять что происходит.

— Да, разумеется. — согласился Рэнд. — Барлоу, с которым ты тут проворачивала дела, наверное красавец и умница, а я…

— Как поживаешь? Смотрю, ты меня не забыла?

— Вот как? Не расскажешь поподробнее?

Возможно, это сопротивление и было неожиданным, но у людей было оружие, а два биодрона не имели ничего, кроме своих когтей и зубов. Глухо ухнул волновой пистолет и Тива отбросило к стене, одним мощным разрядом оторвав ему левую ногу возле колена.

— Итак, заказ на бомбы, их рук дело?

Тая Тизино, услышав трель сигнализатора внешнего шлюза, ожидала увидеть в приемном отсеке кого угодно, но только не того, кто там стоял. Она прекрасно помнила эти перехваченные красной лентой волосы, черную бородку клинышком и не сходящую с худого лица ехидную усмешку. Поселиться в этом городе под своим настоящим именем было первой ошибкой. Второй ошибкой было затевать дела с этим Барлоу, ведь понятно же, что где этот старый балбес, там же рано или поздно окажется Рэнд Блэкли, как обычно успешно обрабатывающий слитые Барлоу дела. А раз Блэкли стоит сейчас за ее дверью, то Барлоу опять что-то напортачил.

Тая укоризненно посмотрела на него из под спадавшей на глаза черной челки:

— Я могу тебе все-все объяснить. Ответ на твой вопрос содержится в нашей истории. А потому, садись за столик, ешь свое овощное рагу, а я тебе поведаю сказку.

У заднего выхода из бара стоял Тив. В руке он держал отломанную от стола ножку, а рядом с ним, держась за разбитое в кровь лицо ползал один из людей. Произошло все настолько быстро, что люди даже не успели удивиться, а сам Тив испугаться. Одним прыжком преодолев отделявшее его от Ная расстояние, он ударил стальной ножкой державшего вибронож человека по руке, и сразу, размахнувшись снизу вверх, раскрошил ему челюсть.

— Хатчер, ты у меня частый гость, поэтому я не хочу, чтобы ты плохо думал обо мне. Сегодня я тебе налью бесплатно. — отмахнулся хозяин бара. — Угощайся. И решайте свои проблемы не тут, а снаружи, хорошо?

Холодная вода прогоняла сон и именно за это биодрон ненавидел ее.

— Предчувствие у меня Рэнд. Нехорошее. Зря я в это дело ввязалась, следом за Барлоу.

— Негодяй? Я? Да за что же так? — с наигранной обидой воскликнул Блэкли. — Но… пожалуй я согласен. Я немного не чист на руку. Ты удивлена этим, или тем, что в таком мире как наш, еще осталось место таким. как я?

— Тут ситуация намного сложнее, Рэнд. Я впервые не горю желанием исполнять свои обязательства перед заказчиком.

— Зря ты так. Если тебя не станет, как жить мне?

— Зато мы теперь знаем, что у него все как у людей, — усмехнулись рядом с биодроном. — Хатчер давай еще разок между лап, пусть в следующий раз будет повнимательнее.

Най закричал, когда сильные пальцы ухватили его за голову, глубоко вдавив кожу под челюсть, но рот быстро заткнули какой-то тряпкой.

Как обычно, при обслуживании всяких баров, биодронам доверяли лишь кое-какие дела по готовке, вытаскивание всяких помоев, да наведение порядка в зале после ухода посетителей. Если официанты уставали или им было просто лень, то блюда заставляли разносить тоже биодронов, однако практиковалось это лишь в дешевых забегаловках, созданных для среднего и низшего класса, так как ни один владелец солидного бара или припортового клуба ни за что не согласится впустить к себе биодрона. Конечно были и плюсы. Во-первых, можно было наесться до отвала, хотя, конечно много синтетики в рот не запихнешь, а к натуральным продуктам с гидропонных ферм сородичей Ная близко не подпускали. Во-вторых, иногда особо благодушный хозяин пускал помыться, так как не хотел, чтобы в его ресторанчике воняло Чистилищем. Хотя зачастую, ничем кроме пыли биодроны не пахли — все-таки банальная гигиена в их гетто поддерживалась.

— Ну хорошо. Ты знаешь про партию фазовых пряников?

— Ничего не знаю, оно выглядит как овощное рагу. — Рэнд легко обнял Таю за плечи но она резким движением сбросила с себя его руки. — А между прочим, во время рейса через нулевой транспортер, не кормят.

— Ты хорошо тут устроилась. — констатировал Рэнд. — На постоянное место жительства. да?

Рэнд не собирался упускать возможность подзаработать при той финансовой мели, на которой он сидел, а посему взял операцию в свои руки. По своим каналам он узнал, что на Тиадаре почти весь провоз всяческого нежелательного груза курирует Тая Тизино, а это имя было ему весьма знакомо. Да и не только имя. Эту даму Рэнд знавал в свои лучшие годы куда ближе, чем на расстоянии до экрана монитора голопроектора. Красивая, высокая, смугленькая… любила всякую блестящую одежду в обтяжечку… Вот только одно время служила в ВКС и это наложило отпечаток на всю ее прелестную головку, а главным образом на мозги. Занималась контрабандой и пиратскими рейдами просто потому, что до этого руководила отрядом по обороне торговых путей от пиратов и кроме как торговле и драке ничему не научилась. Зато при правильном подходе, могла дать куда больше, чем от нее можно ожидать. Обнадеженный такими новостями, Рэнд собрал свой немногочисленный багаж, состоявший из старенького портативного СВЧ-лазера, титанового плаща, нескольких хитроумных электронных примочек, не бывавших лишними в тяжелой и опасной работе контрабандиста и отправился на Тиадар.

— Так вот. Эту партию заказали мне люди, которые не совсем довольны положением дел на Тиадаре. Они давно уже закупают оружие через нас или инопланетные правительства, которые продают свои пукалки не шибко заботясь о том, кому они пойдут. Ну вот и вышли на Барлоу.

— Что-то ты сегодня грустный… — в импровизированном дверном проходе показалась навострившая острые уши голова, с длинными растрепанными светло-серыми волосами. — Хотя, конечно, веселится поводов нет…

— Вот, пожалуйста. — Най поднес заказ к столику. — Еще что-нибудь?

Да, уж, действительно. Виновато прижав уши, Най схватил поднос с кастрюлей какого-то дымящегося супа, на который хоть и противно было смотреть, но все же, хотелось попробовать и тарелкой маслянистой жидкости. Таскать такое было не очень удобно — подушечки на пальцах скользили по гладкому полу, а высокая ступня в данном случае удобства не добавляла. Приходилось выезжать на природной гибкости и ловкости.

— Знаешь, так намного интереснее, чем отдавать приказы истукану с нейроконтроллером. — констатировал державший пистолет человек.

Глухая стена, перегораживавшая небольшой закуток между баром и стеной какого-то склада, непонятно, то ли действующего, то ли заброшенного, установка молекулярного расщепления различных отходов, которые вдоволь поставляет кухня, да покореженная стойка с давно уже потухшей рекламой бара, вот и все, что успел заметить Най, прежде чем его схватив за волосы ударили носом о титановую перегородку. Тонкая и длинная кость переносицы каким-то чудом не треснула, но хлынувшей из носа крови от этого меньше не стало. Всхлипнув от боли он зажал его ладонью, с ужасом понимая, что на деле, это только начало.

Через три года Най сдался. Он перестал пытаться что-то изменить, перестал сопротивляться и перестал искать выход из того тупика, в который его загнали. Он просто плыл по течению, доверившись своей удаче, лишь надеясь на то, что следующий двенадцатичасовой цикл функционирования не окажется для него последним. Как бы ты не был силен и как бы ты не верил в свои силы, вера кончается на словах: «Код H, Замри!» и на том, когда непроизвольно замирает все твое тело. А потом боль, боль и еще раз боль… До кого-то все доходит сразу, до кого-то нет. Кто-то погибает в первый же день. Най продержался семнадцать лет и наверное, это был своеобразный рекорд среди тех биодронов, что были отправлены в коммунальный сектор. Но как и любое живое существо, а Най считал себя живым, несмотря ни на какие басни про искусственное рождение, он устал. Сейчас, просыпаясь в установленный не им срок, биодрон чувствовал, что скоро не выдержит. И тогда, никто не будет оплакивать его, никто не вспомнит о нем, просто на Тиадаре станет еще одним кибернетическим организмом меньше.

— Вот как? Не похоже на тебя.

Тиадар заинтересовал его приблизительно полтора месяца назад, когда ему позвонил отправлявшийся в эти края Бен Барлоу. Этот старый прохвост, грубиян и космический пират постоянно вертелся возле делишек, суливших довольно призрачный, но в случае успеха, крайне неплохой или весьма необычный доход. Однажды он сумел выменять несколько тонн феноратина, какого-то жуткого наркотического вещества, запрещенного всеми мыслимыми и немыслимыми конвенциями, на древний артефакт вымершей расы с планеты, название которой Рэнд не мог выговорить даже после крепкого подпития. История умалчивает, что это был за артефакт, но то, что Барлоу получил за него сначала миллиард кредов, которые никто и никогда бы не дал за феноратин, а потом сорок лет строгого режима за расхищение гробниц дружественной расы, являлось неоспоримым фактом. На этот раз Барлоу пронес Рэнду по голофрону какую то чушь про партию фазовых бомб средней мощности и заинтересованных лиц, готовых купить их на Тиадаре за приличные деньги. Фазовые бомбы Барлоу действительно достал, вот уж откуда, так Рэнд даже не спрашивал — меньше знаешь, лучше спишь, и даже предлагал взять в долю, так как сильный телепат, особенно из знакомых, был при совершении сделки весьма полезен. Рэнд, поразмыслив, согласился. Все-таки ему не придется заниматься переправкой груза, договорами, контактами, а надо будет всего лишь проконтролировать чистоту заказчиков, в целях избежания подстав. Барлоу назначил день встречи, указал рейс которым необходимо прилететь на Тиадар, а потом исчез. С концами.

Пораженное начальство гетто обеспечило лечение Тива и тогда люди впервые приметили черного биодрона с белыми волосами и голубовато-серебристой шерстью на лапах от локтей и колен, и с такой же по цвету меховой «маечкой» на плечах, груди и верхней части спины. После того дня Наю стало еще тяжелее. Творцы поняли, что это создание способно мыслить и учиться. Вернее, именно оно имело глупость и неосторожность продемонстрировать людям свой разум. Зато Тив не отходил от Ная ни на шаг, изредка шепча на ухо единственное слово, от которого на сердце становилось до невозможности приятно — «спасибо».

— Поднимите его, — попросил позади Ная пострадавший от пролитого супа человек. — Не будем тратить время…

— Извините за неудобства. — произнес охранник несколько смущенным тоном и пропустил Рэнда вперед. — Вы желаете сесть на транспорт до гостиницы?

— Ну ты сволочь… — рассмеялась Тая. — Ладно, это я так, хандрю со скуки. Раз уж взялась за дело, надо доводить до конца. А что касается наличности, то если рыцарь соизволит сводить даму своего сердца в обещанную кафешку…

Ему дали отдышаться и прийти в себя. Измываться над находящемся в бессознательном состоянии существом было неинтересно. Люди неторопливо заливались бесплатным пойлом и ждали, пока Най снова попытается подняться. Полузверь уже оперся на дрожавшие от охватившего все тело напряжения и страха руки, когда его ударили ногой по затылку и он снова врезался носом в бетон.

— Тут скоро полиция примчится на его вопли.

В этот раз Най сразу понял, что об удобствах можно забыть, квартальчик оказался не ахти, да и посетители бара, где воздух был прокурен и играла странная, режущая слух музыка, являлись в основном жителями тех районов, где селились шахтеры, строители и служащие космопорта. Здесь редко появлялись надменные люди с сероватой кожей, или терранцы, как они сами себя называли, но зато можно было легко встретить неприятности. Собственно потому, что шанс налететь на проблемы равнялся почти десяти шансам из десяти, Най и старался избегать таких разнарядок. Неприятно было весь день ходить в страхе за собственную шкуру, которую могли запросто содрать в переулке между старомодными, жмущимися друг к другу домами из пластале-бетона, похожими на опрокинутые стаканы с округлыми окнами.

— Конечно хочу. а ты нет? Знаешь, почему товарно-денежная система, какой бы морально устаревшей она ни казалась, не исчезнет в человеческом обществе, как, например, исчезла в обществе парриан? Да потому что только она наглядно позволяет одному человеку чувствовать себя королем, а другому быдлом. А природа человека такова, что ему это нравится. Мы все немного негодяи и ворюги. Поэтому давай-ка не упирайся и расскажи в чем тут дело. Все равно, я или помогу, или тебе придется завершать дела одной, ведь заказ сделан.

Биодрона грубо схватили за руки, поставив на лапы, перед глазами мелькнули пьяные, непонятно даже то ли обозленные, то ли смеющиеся физиономии, а затем он увидел направленный ему в лицо волновой пистолет.

…Иногда, чтобы кто-то выжил, должен умереть другой. Най бежал так, как наверное не бегал никогда в жизни, перелезая через заборы и какие-то недостроенные конструкции, бежал прочь от того места, не слыша гудения волнового разрядника, просто зная, что в этот момент испуганные и озверевшие люди исступленно расстреливают уже мертвого Тива, превращая его тело в неузнаваемое месиво. Он не знал, зачем Тив вмешался, но, видать, иногда происходит нечто, что заставляет одно существо пожертвовать собой ради другого, потому что тот, другой, для него в чем-то более важен, чем он сам. Лишь забежав в квартал, сдавленный нависающими над проулками старыми, уже обезлюдевшими домами, стоящими на самом краю города, откуда людей выгнали плохие условия жизни и отсутствие противоветряных сооружений, Най остановился, и привалившись спиной к покосившейся стене бессильно сполз по ней в серую пыль. Будущее превратилось для него в туман безысходной неизвестности, но одно он знал точно. В Чистилище он больше не вернется. Разве что его приволокут туда на цепи, однако это надо было еще постараться сделать, ведь теперь он знал, что может и укусить.

И товарно-денежная система именно одна из таких вещей. Вот из-за нее, я и здесь.

Краем глаза Най видел, как владелец бара выходит в зал, как раз вовремя, чтобы увидеть пытающегося встать на ноги биодрона, забрызганного темным соусом.

Слоняться без дела по улицам города получалось лишь перед окончанием двенадцатичасового цикла, когда Най возвращался в гетто. В это время он осматривал человеческие дома, непонятные ему строения вокруг возвышающегося за городом Периметра, пролетающие над городом грузовые ховертранспортеры, сувениры и безделушки, лежавшие на витринах магазинов. Как странно, что достигшая таких высот раса, не умеет ценить жизнь. Они преодолевают гигантские расстояние между звезд, делают смертоносное оружие, могут даже создать таких как Най… Но совершенно не ценят жизни. Не только своей, но и жизни сотворенных ими существ. Хотя, быть может, для того, чтобы так высоко подняться и надо перестать заботится о тех, кто тебя окружает?

Сейчас можно было расслабиться и более об этом не думать. Закрывшись от систем слежения поливолновым экраном, поглощающим большинство видов сигналов локационных систем, корабль Рэнда приземлился на автопилоте неподалеку от Аббервила, а его хозяин, как и всякий законопослушный гражданин пройдя проверку в космопорте, сейчас готовился приступить к выполнению второй части своего плана. Барлоу, незадолго до своего исчезновения обмолвился парой слов о том, что товар уже привезен и ждет покупателя. Тая в курсе, где отыскать схрон с контрабандой, а если конкретнее, то имеет точные координаты корабля Барлоу, скорее всего точно так же находившегося неподалеку от города. Следовательно, для успешного продолжения операции, следовало обработать Таю, скорее всего воспоминаниями о бурных прошедших годах, и убедить ее, что Барлоу доверил проведение сделки не кому-нибудь, а именно Рэнду.

— А, ну вот и отлично. Я тут решил, что раз попал на эту планету, то не заскочить ли в гости к такой очаровательной особе, тем более, если эта особа не против меня видеть.

Заточенная на лазерной установке сталь коснулась основания хвоста, Най отчаянно дернулся, пытаясь скинуть усевшегося на нем человека, ударил гибким хвостом по руке державшей нож и лезвие скользнуло вбок, глубоко распоров ягодицу и бедро.

— Нет, как раз, садится я никуда не желаю, а вот маршрутизатором разжиться было бы неплохо, — как можно более приветливо ответил Блэкли. — Не хочу плутать по закоулкам вашего городка.