Попаданка для всех

С этими словами Беларетта придвинула поближе к своей новой хозяйке вазочку с восхитительным мороженым.

В самом деле, чем? Раз уж граф сумел так устроить свою семейную жизнь, беспокоиться похоже, было не о чем.

После завтрака Беларетта распахнула перед Тамарой шкаф, в котором висело множество платьев.

— Что вы сегодня наденете?

У Тамары разбежались глаза, да и любая женщина, которая любит наряжаться, осталась бы довольна. Пусть наряды совершенно иные по сравнению с привычной одеждой, но роскошные фасоны, ткани и кружева покорили бы сердце любой. Ведь так чудесно почувствовать себя принцессой! Тамара сразу же вытащила из шкафа парочку ярких платьев — бирюзовое и коралловое… Вот только одна мысль слегка омрачала радость. Раз ее водворили в комнате бывшей любовницы графа, значит, и наряды ей достаются с чужого плеча. Беларетта, видимо, угадала, о чем подумала хозяйка, и сказала:

— Здесь почти все новое, ни разу не надетое. Свои любимые туалеты Клэрминда увезла. Но если вам что-то не понравится, портниха быстро исправит или снимет с вас мерку, и сошьет что-нибудь другое…

Через полчаса Тамара в бирюзовом платье уже сидела у окна и любовалась видом на парк. Она успела принять ванну (за второй дверью оказалась небольшая, зато со всеми удобствами ванная комната. Приятный сюрприз, хотя еще вчера можно было догадаться, что цивилизация в здешнем мире дошла до изобретения водопровода). Горничная удалилась, пообещав явиться по первому звонку колокольчика, висевшего у постели. Новая жизнь налаживалась.

Пожалуй, стоит пояснить, почему Тамара с таким энтузиазмом приняла статус графской любовницы да и остальные шокирующие события, произошедшие накануне. Дело в том, что Тамаре очень нравились мужчины, секс и все, что с ними связано. Такой уж она уродилась.

«Слаба на передок» — сказали бы строгие бабушки у подъезда. «Нимфоманка» — заявил бы желающий похвастаться тем, что знает много умных слов. Однако мы обзываться не станем, ведь своими увлечениями Тамара никому не вредила, кроме себя, без конца попадая во всевозможные приключения. Обращать внимание на представителей сильной половины человечества Тамара начала еще в юном возрасте, и все знакомые были на двести процентов уверены: с девственностью она рассталась очень рано. Эти догадки были ложными, потому что все старшие классы Тамара безответно вздыхала о молодом преподавателе физики. А тот бегал от шустрой старшеклассницы, без устали попадавшейся на его пути. Причем бегал не только из-за педагогических соображений. Еще и из-за того, что сам страдал по физкультурнику, чьи бицепсы, трицепсы и длинные ноги буквально сводили физика с ума. Его страдания тянулись довольно долго, но и им пришел конец. Под занавес учебного года физик и физкультурник уволились в один и тот же день. По школе ходили слухи, что они открыли фирму по техобслуживанию автомобилей и вообще зажили душа в душу. Такая вот история вышла. Благодаря ей Тамара умудрилась сохранить девственность до совершеннолетия. Зато потом переключилась на других мужчин и парней, начала это переключение во время незабвенного выпускного. Впрочем, это уже давняя история.

А сейчас предоставлялась шикарная возможность оттянуться по полной программе, да еще и позабыть о нудной и нервной работе, постоянной нехватке денег и прочих неприятностях. В сущности, в привычном мире Тамару ничто не держало. Близких подруг, таких, чтобы сильно по ним скучать, не было. С родителями она виделась только по большим праздникам. Да и по большим праздникам общение в основном сводилось к нотациям, требованиям остепениться и напоминаниям, что в двадцать восемь лет давно пора удачно выйти замуж. Поэтому сменить обстановку хотя бы на время (а кто знал, сколько продлится странное приключение?) Тамара была даже рада.

*******

Через два дня Тамара сидела на столе в рабочем кабинете графа. Граф был занят исключительно серьезным делом — гладил Тамарины ножки в тончайших шелковых чулочках. Намечалась очередная (уже неизвестно которая по счету) жаркая сцена, когда раздался осторожный стук в дверь.

— Кто там еще? — с неудовольствием крикнул граф.

— Простите, Ваше сиятельство, у нас тут такое происшествие… Позвольте войти.

Граф с досадой отстранился от Тамары.

— В этом замке вечно что-то случается!

Он кивнул ей на ажурную ширму в дальнем углу кабинета. Тамара успела понять, что спорить с графом бесполезно, поэтому послушно спрыгнула на пол и юркнула за ширму. За ней оказались мягкое кресло и низкий столик, заваленный альбомами. Можно было устроиться с комфортом и переждать временную помеху. Конечно же, для подобных целей этот уголок и был предназначен.

Между тем в кабинет зашел знакомый управляющий.

— С какой стати ты меня беспокоишь? — осведомился граф.

— Прошу прощения, Ваше сиятельство, но в замок пыталась пробраться воровка. Ее буквально сняли с ограды, когда нахалка почти уже добралась до самого верха.

— Так отведите ее к судье. А лучше отвезите на большую дорогу и вышвырните за пределы поместья. Только воровок здесь еще не хватало.

— Мы бы непременно так и поступили. Однако она умоляет о личной встрече с вами. Говорит, что у нее есть чрезвычайно важное сообщение…

Глава 6

Управляющий вернулся в сопровождении двух дюжих мужчин, крепко державших под локотки некую особу. Ее лица было толком не разглядеть из-за закрывшей его гривы спутанных абрикосово-рыжих волос. Граф с недовольным видом наблюдал за новоприбывшими.

— Вот, собственно говоря, эта девушка, — пояснил управляющий. — То есть воровка.

— Я вижу.

— Я не воровка! — раздался тонкий и довольно приятный голосок. — Только позвольте мне все объяснить, умоляю! Мне просто необходимо поговорить с вами наедине.

Граф обернулся к управляющему.

— Хорошо. Оставьте нас на пять минут, а потом можете забирать ее обратно.

Тот слегка замялся, потом ответил:

— Как прикажете, Ваше сиятельство. Мы ее обыскали, оружия при ней не было. Если вдруг что — мы будем стоять под дверью.

— Ты думаешь, я испугаюсь женщины, даже если у нее припрятан кинжал под юбкой?

— Конечно же, нет. Однако осторожность не помешает. Всякие бывали случаи…

— Хватит рассуждать.

Незнакомку высвободили, и трое мужчин молча покинули комнату.

— Итак, что ты хочешь мне сказать? — не особенно приветливо спросил граф.

Тамара с живым интересом наблюдала за происходящим сквозь отверстие в ажурной ширме. Самой стало любопытно, какая тайна здесь скрывается, и из-за чего столько суеты.

Незнакомка, которая сперва по-прежнему стояла неподвижно, так резко вскинула голову, что Тамара подскочила на месте. Из школьного курса истории она смутно помнила шокирующую выходку Шарлоты Корде. Подробности из памяти стерлись. Но Тамара четко усвоила: французская террористка зарезала какого-то там Марата, тоже предварительно заявив, что хочет сообщить нечто важное. А если сейчас именно такой случай? Самоуверенный граф может ухмыляться, сколько угодно, однако от острого ножа у него брони нет. Где гарантия, что обыскали дамочку не спустя рукава? Надо срочно спасать графа, пока не поздно!

К счастью, никого спасать не понадобилось. Рыжая грива взметнулась, подозрительная незнакомка откинула волосы со лба и оказалась вполне симпатичной, даже можно сказать, красивой дамочкой. Этот факт Тамаре решительно не понравился. Она сразу насторожилась.

— Я тебя слушаю, — повторил начинавший терять терпение граф.

— Ваше сиятельство, я так давно хотела вам сказать… признаться…

— Не тяни, мне некогда.

— Я… я обожаю вас. Столько времени мечтала высказаться. А когда прошел слух, что эта безобразная, склочная, коварная фурия Клэрминда покинула замок…

Граф немедленно откликнулся, не дав ей продолжить.

— Насчет «безобразная» я бы не согласился. Но в остальном ты, пожалуй, права. Только зачем ты залезла на ограду?

— Видите ли… Я живу довольно далеко отсюда, в городке Терминблосс. Здесь меня никто не знает, и было неудобно пытаться проникнуть в замок через ворота. Кто бы меня пустил? К тому же я так застенчива и совершенно теряюсь в незнакомой обстановке.

— То есть, карабкаться на чужую ограду тебе застенчивость не мешает?

Тамара очень хотела задать незнакомке тот же самый вопрос.

Незнакомка снова опустила голову.

— Простите, но мне было настолько тяжело решиться приехать сюда, преодолеть свою скромность, стыдливость и неопытность…

Граф произнес уже гораздо мягче:

— Ладно, ничего страшного в самом деле.

— Как же я мечтала встретиться с вами. Вот уже почти двадцать лет!

— Двадцать?! Сколько же тогда тебе самой? — изумился граф.

Незнакомка смутилась. Кстати говоря, ее возраст действительно трудно определялся. Нет, выглядела она вполне привлекательно, хотя явно была далеко не первой молодости. Однако она быстро выкрутилась.

— Я… я влюбилась в вас, еще когда была маленькой девочкой. По рассказам няни.

Нереально было представить, что графу знакомо такое чувство, как смущение. Однако на сей раз, кажется, смутился именно он. Или просто такое впечатление сложилось у Тамары.

— Да какая, в сущности, разница, — любезно отозвался он. — В конце концов, для женщины возраст не так уж важен.

Тамара впервые сталкивалась с подобным утверждением. Раньше она всегда считала, что в этом плане все обстоит как раз наоборот. И окружающие придерживались такого же мнения.

Незнакомка сверкнула светло-зелеными глазами и пролепетала:

— До чего же я счастлива, граф Кьянофорр не отвергает мою пламенную любовь! Граф Кьянофорр… Армаэль…

«Этой авантюристке известно его имя, — мрачно подумала Тамара. — А я, почти что официальная возлюбленная, до сих пор не в курсе, как зовут графа, и сам он мне не удосужился сказать. Значит, не ценит. Это прямо идиотизм — знать любовника только по фамилии».

Тем временем предприимчивая незнакомка продолжила:

— А я — Зэлла Меренбрикс. Меня назвали в честь весеннего цветка. Может, видели — он такой нежно-фиолетовый, растет на склонах гор…

— Видел.

— Мне самой не верится, что когда-нибудь получу шанс отдаться графу Кьянофорру и его чудесному… то есть чудесным…

Тут Зэлла слегка покраснела и запнулась. В общем-то, ясно, что именно она имела в виду. Можно было сделать вывод, что анатомические особенности Кьянофорров широко известны в здешних краях и уже успели обрасти легендами. Бесстыжая нахалка — так охарактеризовала бы ее Тамара, если бы тамариным мнением кто-то изволил поинтересовался. Однако на графа Зэлла явно произвела самое благоприятное впечатление.

— Почему это «когда-нибудь»? — бодро произнес он. — К чему откладывать? Кстати, сейчас я тебя кое с кем познакомлю…

Графу даже не пришлось кое-кого звать — Тамара сама выскочила из-за ширмы. Зэлла испуганно ахнула.

— Эта женщина все слышала?!

Зэлла закрыла лицо руками, правда, уже в следующую секунду меж пальцев показались лукавые глаза. Они были действительно зеленые, прозрачные, похожие на спелый крыжовник. Теперь Тамара отлично рассмотрела нахальную конкурентку. Что ж, конкурентка оказалась достойная, по крайней мере внешне, и это буквально выводило из себя. Граф невозмутимо сообщил:

— Тамара поселилась в замке на днях.

— Значит, я опоздала, — печально прошептала Зэлла.

— Вовсе нет. Мы прекрасно проведем время втроем.

Чисто теоретически Тамара не имела ничего против подобного расклада и старалась смотреть на вещи широко и толерантно. Но это чисто теоретически и если не принимать во внимание неприязнь, которой она немедленно прониклась к Зэлле. Ноги сами понесли Тамару к выходу. Вдогонку послышалось:

— Уже уходишь? Жаль. Я думал, мы неплохо уживемся.

Удалиться с гордо поднятой головой не получилось. Тамара представила: оставшись наедине, граф и хитрая конкурентка начинают… начинают… Короче говоря, Тамара решила остаться и по мере сил и постоять за свои шаткие и неопределенные пока права. Граф едва заметно усмехнулся. Приоткрыл дверь и выглянул в коридор, где до сих пор скучал управляющий со своими прихвостнями.

— Можете уходить, с этой девушкой я все выяснил. И пусть меня сегодня не беспокоят.

Дверь снова захлопнулась. Граф приблизился к Зэлле и сказал:

— Раз уж ты так долго ждала… Ты ведь сберегла себя для меня, да?

— ДА!!!

Ответ не понравился Тамаре, зато пришелся по душе графу. Он легко подхватил Зэллу на руки и усадил на стол, где совсем недавно сидела Тамара, наивно полагавшая, что на это место в ближайшее время никто претендовать не будет. Платье из ткани цвета свежего сливочного масла задралось, открыв стройные ноги в полупрозрачных чулочках, из которых один уже едва держался. Нижнее белье в здешнем мире, насколько успела разобраться Тамара, было довольно удобным, хотя, конечно, уступало по части удобства белью, к которому она привыкла. Не было эластичных тканей и резинок, зато с успехом применялись крошечные пуговки, завязки и крючки, да и в целом фасоны приближались к естественным пропорциям. Ничего общего с картинками в интернете, где демонстрировались ужасающие старинные панталоны ниже колен, корсеты и стоящие колом многослойные юбки. Вот и у Зэллы под платьем обнаружилась только короткая нижняя юбчонка, а отделанные кружевом панталоны лишь прикрывали бедра. Граф сразу впился долгим поцелуем в пухлые губы Зэллы. Не глядя, левой рукой рванул застежку на спине платья. На стол частым дождем посыпались жемчужные пуговки. Оборки на платье были уже частично оборваны и неряшливо повисли, наверное стражники постарались, когда стаскивали Зэллу с изгороди, или она сама зацепилась за металлические завитушки. Теперь оборкам и прочим деталям тоже досталось, на этот раз от нетерпеливого графа.

«Вот ведь не зря мне бабушка говорила, что девственность всегда в цене, — мрачно размышляла Тамара, опустившись в кресло и по-наполеоновски сложив руки на груди. — И в романах примерно тоже самое пишут. Надо же, как граф воспламенился. Эта хитрюга не зря терпела. Если бы я продержалась всего каких-то десять лет, сейчас тоже была бы в центре внимания. Ну, что мне стоило немножечко потерпеть?»

Ее размышления прервали слова:

— Не дуйся, дорогая. Лучше иди сюда.

Граф хлопнул ладонью по столешнице. Почти обнаженная Зэлла лежала, запрокинув голову. Согнутые в коленях ноги свешивались вниз, один белый башмачок валялся на полу, другой еще держался на кончиках пальцев. Стол был завален скомканной одеждой и обрывками одежды, но свободное место все же оставалось. Граф сбросил на ковер толстую тетрадь и исписанный цифрами лист толстой бумаги, переставил чернильницу на полку.

— Просто невежливо заставлять себя ждать.

Что ж, Тамара последовала его приглашению, залезла на стол.

— Неужели тебе не нравится такая соблазнительная девственница?

Если бы Тамара была мужчиной — такая девственница, вероятно, приглянулась бы, но… Пышная грудь с розовыми звездочками сосков, тонкая талия, молочная кожа без малейшего изъяна, которой могут похвастаться рыжие женщины, разметавшиеся волнистые волосы… Нет, все эти черты пробуждали в Тамаре одну лишь досаду.

Глава 7

Стол в кабинете графа Кьянофорра подходил для эротических утех гораздо больше, чем тот предмет офисной мебели, что принадлежал Виктору Леопольдовичу. Места полно, натуральная древесина, стильная обстановочка в комнате и вообще… Однако на офисном столе Тамара находилась одна, и это, как выяснилось, могло считаться заметным плюсом. Все ведь познается в сравнении и в сексе тоже. Виктору Леопольдовичу даже не приходило в голову затащить в свой кабинет Тамару вместе с кем-нибудь еще. Например, с главным (и единственным) бухгалтером Мариной или менеджером Ритой. Может, просто фантазии не хватало. Сейчас в офисе рабочий день близится к концу, сотрудники уже на низком старте и считают минуты, когда можно будет отчалить и заняться личными делами. Часы показывают без четверти шесть… А тут подкидывают сюрпризы… Тамара всегда недоумевала, почему порно ЖМЖ пользуется в сети такой бешеной популярностью…

Тамара, как вы, вероятно, заметили еще раньше, обладала странноватым свойством в самые неподходящие моменты отвлекаться от реальности и предаваться размышлениям и воспоминаниям. На этот раз их довольно бесцеремонно оборвали.

— Ты, кажется, спишь с открытыми глазами?!

Она и сама удивилась, что отвлеклась на циферблат, когда буквально под носом намечаются жаркие события. Пока Тамара витала в облаках, граф времени не терял и теперь находился в полной готовности, его центральный член тоже.

На Зэлле оставалось еще меньше одежды — лишь какие-то кружевные обрывки, ничего не скрывавшие. Конкурентка лежала, зажмурившись, то ли от страха, то ли от застенчивости. Хотя чего уж там жеманиться, если сама напросилась. По крайней мере, Тамара считала именно так. Едва у Тамары после всех разочарований начала налаживаться личная жизнь, как объявилась эта Зэлла со своей невинностью! Будто назло. Справедливости не было ни в одном из двух миров.

Граф наклонился… Долгий-долгий-долгий поцелуй, причем целовал он не Тамару, а конкурентку. Хотя через несколько минут Тамаре тоже перепали кое-какие ласки. А потом граф положил Тамарину руку на пышную грудь Зэллы.

— Она такая нежная… Убедись сама.

Ну да, нежная. И никакого силикона, разумеется, не та эпоха. Встречаются же подобные дары природы… Округлые плечи и бедра, тонкая талия, едва заметный пушок на лобке и умильная мордашка. Что ж, Зэлла была лакомым куском для кого угодно. Повинуясь графу, Тамара провела кончиками пальцев по гладкой молочной коже, коснулась сосков, напоминавших розовые бутоны. Зэлла глубоко вздохнула… Собственно говоря, идея овладеть девственницей на столе оказалась на редкость удачной, он был словно нарочно сколочен для такой ответственной операции. Чтобы лишить невинности забредшее на огонек очаровательное создание, не обязательно располагаться на мягких тюфяках и подушках. Тамара и глазом не успела моргнуть, как единственная преграда на пути к наслаждениям перестала существовать. Ну, это если выражаться высокопарно. А на деле граф вскрыл девственницу легко и быстро, не стал оттягивать момент, пробовать, останавливаться в нерешительности… Зэлла взвизгнула и крепко обхватила руками бедра своего первого любовника. Может, боялась, что на этом всё, и он ее сразу же покинет? Но тут страх был совершенно напрасным, граф никуда не собирался исчезать. Продолжал начатое с явным удовольствием. Ласково шепнул: