Попаданка для всех

Распрощавшись таким образом со своей подопечной, господин управляющий развернулся и бодро зашагал в обратном направлении. А Тамара подошла к трем особам в фартуках, поджидавшим ее у следующего поворота коридора. Тамаре ничего не объясняли, просто молча повели ее дальше. Вскоре все они зашли в светлое помещение с высокими потолками. Все здесь было отделано мрамором с нежно-розовыми прожилками, так что зрелище оказалось впечатляющим. Тамара не успела толком сориентироваться в белом пространстве, но ее уже проворно освободили от мешковины и подвели к ступеням, обрамлявшим овальную ванну.

«Обалденное тут у них джакузи», — восторженно подумала Тамара и беспрекословно забралась в ванну.

Да, это было не какая-то жалкая подделка под натуральный камень, неизвестно из чего замешанная китайскими производителями. Одна из женщин повернула металлический диск, торчавший из мрамора, и тотчас из крана в виде драконьей пасти хлынула вода. Сразу стало понятно, что вода горячая, по воздуху моментально распространилось влажное тепло.

Тамаре вода уже доходила почти до колен, но в ванне было еще полно свободного места, такой глубокой она была. Становилось жарковато, кожа порозовела, и тогда кто-то повернул диск в другую сторону. Температура воды почти сразу понизилась, стала чуть теплой. Тамаре очень хотелось полюбопытствовать, как работает система водоснабжения в замке, однако она промолчала и отложила расспросы на потом.

В воду что-то плеснули, и под струей начала вырастать пышная шапка пены, благоухающая ванилью. Собственно, аромат был сложный, присутствовали еще какие-то ароматы — то ли миндаль, то ли мед, но ваниль преобладала. И тут Тамару принялись отмывать с такой энергией, будто она не принимала душ накануне вечером, а по крайней мере пару недель обходилась без воды и мыла. Она пыталась объяснить, что так яростно драить ее не обязательно, но к ее пожеланиям никто не прислушивался. Крепкие полные руки без перерыва терли ее мочалками, обдавали горячей водой и так снова и снова по кругу. Голову ей тоже вымыли, причем неоднократно.

— Может, хватит уже? — взмолилась Тамара. — Я теперь абсолютно чистая, даже кожа скрипит!

Старшая из суетившихся вокруг женщин ответила:

— Нам ведь надо полностью вывести запах бергамота.

— Да какой там бергамот?! От меня самой скоро ничего не останется, не то что от бергамота!!!

Женщина приблизила к Тамариной шее нос. Тщательно принюхалась.

— Кажется, бергамот уже испарился. Ну, тогда еще чуть-чуть, и скоро можно будет выходить из ванны.

В общем, эта особа не обманула. Через каких-нибудь десять минут, которые показались Тамаре вечностью, ее действительно перестали отдраивать. Несколько раз окатили душистой кристально-прозрачной водой и завернули в о мягкое полотнище, как в кокон.

Потом Тамару вывели из ванны, подложили под ноги пушистый белый коврик, долго вытирали, сушили волосы (дорогостоящее ламинирование наверняка давно приказало долго жить). Словно заново родившуюся Тамару облачили в нечто вроде длинного воздушного белоснежного пеньюара. А на коврик поставили белые туфельки с помпонами. Утомившиеся служанки (Тамара только сейчас сообразила, что это были именно служанки, а не какие-нибудь важные особы, от которых многое зависело) добродушно заулыбались. Старшая взялась проводить Тамару наверх. В спальню графа, как добавила она шепотом.

Тамара ничего не имела против, да и в целом жизнь как будто потихоньку налаживалась. Собственная кожа казалась совсем новенькой, натуральный шелк нежно ласкал кожу, каблучки изящных туфелек весело стучали по каменному полу. Путь наверх не занял много времени. Кстати, Тамара заметила, что в круглом окне на лестничной площадке небо уже было иссиня-черным. Быстро же наступил вечер, ведь когда она угодила в стог, солнце еще стояло в зените. Впрочем, дорога в замок была долгой. И в купальне тоже наверняка пришлось провести не один час. На стенах и под потолком виднелись лампы. Возможно, масляные или на еще каком-то горючем. Горели они ровно, мягким теплым светом. Это тоже радовало, ведь свечи и факелы, хоть и смотрятся романтично, зато не очень-то пожаробезопасны. А Тамара была исключительно бдительной девушкой. В офисе именно ее назначили ответственной за пожарную безопасность.

Служанка четыре раза постучала в дверь в конце коридора на третьем этаже. Быстро открыла ее и легонько подтолкнула Тамару вперед. Потом дверь закрылась, а Тамара осталась у порога просторной комнаты. Разумеется, это была графская спальня — с дубовыми панелями, хрустальными светильниками и грандиозной кроватью под балдахином, застеленной роскошным шелковым бельем. Хозяин спальни уже поджидал гостью, полулежа и облокотившись на подушку. Тамара на почве стресса не обратила внимания, как был одет граф во время первой встречи в кабинете. Кажется, одежда была темной, не вычурной и не бросающейся в глаза. А сейчас на нем оказался лишь шелковый халат цвета старого красного вина.

«Как много у них, однако, натуральных материалов», — с удовольствием подумала Тамара.

Судя по выражению лица, настроение у графа было вполне позитивное.

— Познакомимся поближе? — произнес он. — Подойди, я не кусаюсь.

Тамара без лишних возражений шагнула к кровати. Граф улыбнулся и медленно распутал свой небрежно завязанный пояс. Халат ленивой шелковой волной потек вниз, обнажил сначала плечи, потом весь торс графа, потом бедра… Тамара как бы случайно бросила взгляд меж его ног и взвизгнула от неожиданности. В мозгу яркой вспышкой промелькнуло давнее школьное воспоминание из курса алгебры. Так вот он какой на самом деле — квадратный трехчлен…

Глава 4

Тамара застыла на месте. Такого мужского богатства ей видеть еще не доводилось, и она никогда не предполагала, что подобное существует в природе. Их было действительно ТРИ, и у Тамары не троилось в глазах, необыкновенная графская оснастка оказалась совершенно реальной. Насчет «квадратного» Тамара, пожалуй, слегка промахнулась, все три члена по отдельности и в целом выглядели стандартными по форме. Два крайних чуть меньше центрального, однако тоже вполне боеспособные, по крайней мере, внешне. Удивительно, но все вместе смотрелось не уродливо, а очень даже гармонично. Просто такая милая особенность, с кем не бывает…

— Какие впечатления? — осведомился граф. — Хочешь попробовать на вкус?

Тут Тамара вспомнила, что прекрасные пленницы, угодившие в логово властного насильника, сперва принимаются заламывать руки, сопротивляться и требовать пощадить их невинность. Правда, даже остатков невинности на данный момент в наличии не имелось, но главное ведь вовремя заявить о своем целомудрии. Не ломать же привычный и одобренный тысячами читательниц сюжет. Тамара отрицательно тряхнула головой и попробовала заломить руки. Получилось не слишком убедительно, во всяком случае, граф не поверил.

— В чем дело? — сердито бросил он. — Если что-то не нравится, можешь убираться куда глаза глядят. Задерживать и упрашивать не стану.

На такую реакцию Тамаре не рассчитывала, поэтому быстренько откорректировала свое поведение, опустила руки и сказала:

— Просто, просто… непривычно как-то сразу это вот все…

— Да неужели?

Похоже, граф иронизировал или скорее даже издевался над растерявшейся пленницей. Впрочем, когда никто насильно не удерживает, это уже какая-то неправильная пленница получается. Пауза затянулась. Тамара кашлянула и переступила с ноги на ногу.

— Так и собираешься простоять всю ночь? — спросил граф. — На кровати гораздо удобней, между прочим.

Что тут оставалось делать? Ждать когда приглашение повторят дважды или трижды? А если не повторят?

Тамара тихо и скромно присела на самый край постели. Начала водить носком туфельки по ковру с причудливыми узорами. Потом услышала вопрос заданный вполне добродушным тоном:

— Разве ты боишься на меня взглянуть?

В голосе графа уже не было ни насмешки, ни вызова. Даже какие-то грустные нотки слышались. Хотя не исключено, что Тамаре это почудилось. У нее временами пробивалось излишне богатое воображение. Она обернулась к соседу по кровати. Что ж, граф был достоин того, чтобы разглядывать его во всех подробностях. В меру мускулистое тело с довольно смуглой гладкой кожей, безупречное сложение. Если очень-очень придираться, можно было подметить, что талия чуть расплылась. Однако это если специально настроиться на жесточайшую критику, поскольку талия все равно имелась.

С учетом того, что граф был брюнетом, и эпоха вокруг царила явно не современная, легко было предположить: тело сплошь покрывают густые заросли. Однако в реальности оказалось совсем не так. Совершенно гладкая кожа, только на лобке аккуратный островок коротких темных волос. Вот и все. То ли сама природа постаралась, то ли в здешних краях успешно развивались альтернативные методы эпиляции. И интимные стрижки тоже практиковались.

— Раздевайся, — сказал граф уже безо всяких грустных интонаций.

Тамара развязала кружевные тесемки пеньюара, скинула на пол туфли, уселась на кровати поудобней. Прозвучал вопрос:

— С чего начнем?

Вопрос оказался риторическим. Тамара и опомниться не успела, как оказалась притянутой к уже оживившемуся члену графа. Это был центральный член, боковые пока вели себя смирно, зато тот поднимался буквально на глазах. А что может быть приятней ровненького ствола красивой формы, с розовой головкой, нежной чистой кожей и чуть проступающими венками? Во всяком случае, Тамару зрелище настолько заворожило, что она моментально позабыла свои сегодняшние неприятности и туманные перспективы в чужом мире.

Наша легкомысленная современница не стала оттягивать удовольствие и легко коснулась языком головки, потом прошлась по всему стволу. Заметила, что графу явно пришелся по душе легкий массаж, который виртуозно проделывал умелый язычок. Граф тихо застонал и прикрыл глаза. Тамара на секунду отвлеклась и с завистью подумала о том, что некоторым мужчинам совершенно незаслуженно достаются длинные пушистые ресницы. Тысячи девушек годами мажут реснички разнообразными средствами, пьют витамины, тратятся на тушь. Отчаявшись, идут в салон и отдают последние деньги за наращивание, которое выглядит все равно неестественно, да еще и не позволяет спать, уткнувшись в любимую подушку. А мужчинам все достается даром. Никакой справедливости.

Она начала потихоньку заглатывать твердый горячий ствол, старалась доставить его хозяину побольше удовольствия. Да и себя, конечно, побаловать. Одна рука графа безвольно лежала на постели, другая ласково погладила Тамару по плечу. Теперь он был в ее руках, вернее в губах. Продолжалось это довольно долго, наконец Тамара почувствовала, что финал близок. Она выпустила член изо рта, полюбовалась головкой, блестевшей от собственной смазки и Тамариной слюны. Из-за боковых членов добраться до яичек оказалось не так-то просто, однако Тамарин язык достиг и этой цели. Потерлась щекой о бедро партнера, ощутила прохладный шелк халата, который собрался крупными складками на постели. Потом вернулась на прежнюю позицию. Сильная рука легла на макушку Тамары, так что ее лицо прижалось вплотную к паху. Вскоре мышцы живота графа напряглись, он негромко вскрикнул, и рот Тамары заполнился спермой.

Тамара послушно проглотила всю порцию. В конце-концов, хоть какая-то белковая пища, а то ведь незадачливая гостья из далекого мира с самого завтрака ничего не ела.

Через пару минут она услышала:

— Умница, прекрасно справляешься. Понравилось?

Тамара искренне ответила:

— Еще как.

— А вот моя законная супруга не ценит такого счастья. Впрочем, супруга — это скучная тема.

— А можно узнать, почему у тебя… ну… такое необычное строение тела?

— Фамильная особенность. Передается через поколение. У моего деда тоже самое было, у прапрадеда, и так далее. Одного из основателей рода Кьянофорров настолько сильно полюбила могущественная фея, что одного члена ей показалось маловато. Хотела не отпускать от себя любовника сутки напролет. И ему дать возможность как следует любить свою фею. Это произошло восемьсот лет назад, если верить легенде. Подарок феи сохранился в поколениях, тройной член исправно работает.

Граф закинул руки за голову.

— Отдохнула? А теперь продолжим. Посмотрим, как ты справляешься уже не ртом, а кое-чем другим.

Он легко коснулся своего тройного члена.

— Который выбираешь?

— А можно выбрать?

— Конечно.

Тамара подошла к выбору серьезно. Глаза разбегались, однако центральный член она уже опробовала в деле, причем даже на вкус. А вот боковые… это было перспективно и интригующе. Только на каком остановиться — правом или левом? Все-таки выбрала правый, а близкое знакомство с левым решила отложить на потом. Внутренний голос подсказывал: у нее еще будет достаточно возможностей. Например, завтра.

— Вот этот.

Она показала пальчиком. Граф положил ее руку на свой пах. Точнее, на правый член. Тот сразу отозвался на ласку, затвердел, увеличился и пришел в полную боевую готовность. Пока Тамара размышляла, как бы поудобнее устроиться на партнере, он в один миг перевернул ее на спину, и партнерша оказалась внизу. Что ж, всадницей побыть не удалось, но миссионерская поза тоже имеет свои плюсы. К тому же, надо отдать графу должное, он старался удерживать свой вес на руках, и на хрупкую партнершу давил не слишком сильно.

Совсем скоро Тамара поняла, что собственное тело ее вот-вот предаст. То есть она и так не имела ничего против кайфа от оргазма. Однако героини романов почему-то получали наслаждение именно вопреки своим желаниям. Странные девушки… Тамара плавилась под разгоряченным партнером, перед ее глазами мелькали цветные мушки, розочки и звездочки. Чуть смещенное из-за особенностей члена сопряжение давало роскошные ощущения. Видимо, из-за воздействия на непривычные точки внутри. Но этот вывод можно было сделать, если призадуматься. А сейчас Тамара ни о чем серьезном думать уже не могла. Они кончили с графом одновременно…

В эту незабвенную ночь тело предавало Тамару еще шесть раз. На седьмой — не выдержало и взмолилось об отдыхе. Неутомимый граф (могущественная фея знала толк в мужской физиологии и не зря презентовала роду своего любовника такой очешуительный подарок), пошел ей навстречу.

— Ладно, давай спать, — согласился он. — Хватит на сегодня.

Тамара поймала подушку, которую он ей кинул, и юркнула под набитое пухом шелковое одеяло. Правда, ей мечталось уснуть на одной подушке с графом, но настаивать она не стала. А тот повернулся на бок и вроде бы не горел желанием пообщаться после секса. Обычное дело, чего уж там…

— Подожди, — поспешно сказала Тамара, пока партнер не задремал. — Как называется страна, в которую я попала?

— Королевство Цекробэжаль, — пробормотал граф и немедленно закрыл глаза, будто отключился.

— Цекробэжаль… — повторила Тамара. — Да уж, занесло.

Впрочем, уснула она вполне счастливая и с ощущением сладкой усталости во всем теле. Среди ночи проснулась. Луна заглядывала в спальню сквозь неплотно задернутые портьеры, заливала простыни серебряным светом. Граф чему-то улыбался во сне и казался удивительно милым. Ведь спящие мужчины (которые не имеют привычки храпеть) не уступят по части милоты даже спящим и мурлыкающим кошакам.

Глава 5

Лунный свет сменился солнечным. Тамара открыла глаза, потянулась… Она была совершенно одна на огромной кровати. А где же благодарный, полный нежных воспоминаний о прошедшей ночи любви партнер? Такового поблизости не имелось. Комната тоже была пуста. Неприятно, однако не смертельно. Возможно, граф просто вышел куда-то по хозяйственным делам. Ведь у него на руках целое поместье, а управляющий так себе. Вот сейчас откроется дверь, и страстный брюнет появится вновь, да еще и лично принесет очаровательной подруге чашку кофе или хотя бы компота…

В дверь тихонько, нерешительно постучали. Вряд ли это был граф. Судя по поведению, подобная деликатность ему не была свойственна.

Тамара закуталась в одеяло и крикнула:

— Заходите!

В спальне появилась девушка в бледно-голубом платье, кружевном фартучке и белоснежном чепчике, из-под которого выглядывали светлые кудряшки. Она расправила платье, присела (получился прямо придворный реверанс, из тех, что можно наблюдать в исторических фильмах).

— Доброе утро, госпожа Тамара. Как изволили почивать?

— Ооочень хорошо, — не сразу отозвалась госпожа Тамара.

Так ее еще ни разу не называли. Даже в шутку.

— Господин граф распорядился отвести вас в вашу комнату. А я поступаю в ваше полное распоряжение. Меня зовут Беларетта.

Девушка снова присела. Вот это да. До сегодняшнего дня Тамара сама находилась в полном распоряжении начальства. А теперь у нее появилась собственная служанка, которая смотрит на госпожу преданными глазами и искательно улыбается. Действительно наступили великие перемены.

— У меня будет своя комната? — переспросила Тамара.

— Совершенно верно. В западном крыле замка. Позвольте вас проводить?

— Конечно.

Тамара высунула из-под одеяла руку, отыскала скомканный пеньюар, который валялся на краю кровати, принялась надевать.

— Я помогу вам, — вызвалась девушка.

— Да я и сама прекрасно справлюсь.

Даже странно было, что кто-то рвется ей помогать. Тамара кое-как разобралась в рукавах и тесемках, влезла в туфельки. Теперь она была готова к путешествию в собственные апартаменты. Служанка повела ее по длинному коридору. Это действительно было небольшое путешествие, ведь замок впечатлял своими размерами. А спальня графа находилась в противоположном восточном крыле.

Они оказались в комнате с широкой кроватью, не таких грандиозных масштабов, как графская, но все же вместительной. Стены были обиты атласной тканью с цветочным узором, на окнах — воздушные светлые шторы. Круглый стол с бархатной скатертью, три кресла с обивкой в тон стенам. У одной стены стоял диванчик с резной спинкой, у другой — длинный шкаф с зеркальными дверцами. Недалеко от кровати — ширма, затянутая тканью с какими-то игривыми изображениями. На досуге можно было бы рассмотреть эту любопытную живопись на ткани поподробней. В глубине виднелась еще одна дверь, белая, украшенная орнаментом, а по стенам висели пейзажи в золотистых рамках. Очень милая оказалась комната, веселая и нарядная, как раз по Тамариному вкусу.

— Сейчас принесу вам завтрак, — сказала служанка.

Как уж ее звали? Бела… Беларетта. Приятная девушка. Только как-то неудобно было, что она Тамаре выкает, хотя едва ли намного младше по возрасту.

— Можешь называть меня на «ты», — предложила Тамара. — К чему этот официоз?

— Ну, что вы! Кто я такая? Простая горничная. А вы наверняка станете постоянной любовницей графа, все в замке так считают. Госпожа Клэрминда, которая жила здесь до вас, всегда требовала к себе уважительного отношения.

Значит, обитатели замка уже были в курсе появления Тамары и вовсю обсуждали ее перспективы. Беларетта скрылась. Вернулась довольно быстро, с увесистым подносом в руках. Опустила его на стол, аккуратно расставила посуду, положила на край вышитую салфетку.

— На завтрак куропатка, мороженое и фрукты. Если пожелаете чего-то еще — только прикажите, я мигом принесу.

Честно говоря, проголодавшаяся Тамара обрадовалась бы и дошираку, могла бы даже схрумкать его в сухом виде, не заваривая кипятком. Ведь на одной графской сперме долго не протянешь и сыта не будешь. А тут такие соблазнительные предложения. Разумеется, Тамара не стала заставлять себя упрашивать и быстренько уселась за стол. На часах в корпусе из розового мрамора — уже половина двенадцатого. В это время в офисе как раз начинали украдкой перекусывать, стараясь не попадаться на глаза шефу. Из сумок извлекались вафли, бутерброды и чипсы. Вся эта сухомятка запивалась корпоративным кофе — бесплатным, хотя и отвратительного качества. Параллельно приходилось отбиваться от привычных неприятностей. Фирма занималась установкой пластиковых окон, их качество было таким же отвратительным, как и у дарового кофе. То и дело звонили разгневанные клиенты, осознав, что заказ был ошибкой, и деньги выброшены напрасно. Иногда в офис наведывались замерщики и установщики, которым регулярно задерживали зарплату. Текучка в фирме была жуткая, некоторые мастера уходили с шумными скандалами и темпераментными матерными высказываниями. Начальство в подобных случаях устранялось и делало вид, что мелкие проблемы его не касаются, а отдуваться надо было рядовым сотрудникам. Ровно без четверти двенадцать Тамара заваривала кофе персонально для Виктора Леопольдовича и доставляла чашку в его тесный кабинетик. Если шеф пребывал в игривом настроении, то в качестве благодарности хватал преданную секретаршу за задницу. Так что трудовые будни складывались не особенно радужно и со сплошными стрессами.

Зато теперь еду доставляли самой Тамаре да еще и с реверансами. Дивная птица лежала на фарфоровой тарелке с золоченой каемочкой. Так вот как выглядит куропатка, оказывается… Нежнейшее мясо в прозрачном желе было украшено сердечками, вырезанными из ломтиков каких-то неизвестных плодов, мелко нарезанной зеленью и пахло соблазнительно. Тамара вооружилась вилочкой и изящным ножиком (конечно же, серебряными, можно не сомневаться). Она многократно слышала, что дичь едят руками, однако в здешнем мире это сомнительное правило, вероятно, не работало. Ну и отлично.

Мясо было нежнейшим не только на вид, но и на вкус, желе тоже. Тамаре все больше и больше нравилось на новой территории. Покончив с первым блюдом, она вытерла губы салфеткой и задала Беларетте вопрос, который возник еще раньше, но пока болтался где-то на заднем плане.

— А что это за госпожа Клэрминда?

— Бывшая любовница графа. Она здесь долго продержалась, почти три года. Но на прошлой неделе граф с ней поссорился и выгнал из замка. Говорят, Клэрминда уехала не слишком далеко, остановилась в гостинице в ближайшем городке. Ждет, когда граф позовет ее обратно. Мне кажется, не дождется, она графу давно надоела. Наверное, нехорошо так думать, но я рада, что госпожа Клэрминда вряд ли сюда вернется. Она была такая надменная, то и дело придиралась и повышала голос. Вот вы совсем другая. Сразу видно, что не из тех хозяек, что кричат на горничных и бьют их по щекам.

— Само собой не такая, — поспешила заверить Тамара. — У нас дома так не принято.

— Какие замечательные бывают дома, — отозвалась горничная. — Так чудесно, что граф остановился именно на вас. Ведь некоторым дамам так сложно угодить. Стараешься-стараешься, и все равно оказываешься виноватой.

Тамара ее прекрасно понимала, сама часто оказывалась в подобной ситуации. Однако оставался еще один вопрос, который требовалось срочно прояснить.

— А где живет жена графа?

— Насчет нее не беспокойтесь. Графиня уже давно перебралась на второй этаж. Они с супругом вообще редко пересекаются. У нее свои интересы, у него свои. Конечно, вам желательно лишний раз не попадаться графине на глаза, но замок большой, так что едва ли вы встретитесь. Да и чем она вам сможет помешать?