Спаситель

Отбросив тело последней жертвы, Мёрдер развернулся и встал перед парой металлических клеток. Они были примерно шести футов в ширину, пятнадцать футов в длину и шесть футов в высоту, и сквозь плотную плетеную сталь, обернутую вокруг них сверху донизу, в левом углу он увидел обнаженного мужчину, возле него стояла миски для еды и контейнер с водой, словно, черт возьми, перед животным.

В другом загоне была женщина…

Дева дражайшая, она была на последних сроках беременности.

И когда ее взгляд, полный тоски и безысходности, упал на него сквозь плетение из стальных лент, ее рот приоткрылся в шоке.

Его мир перевернулся.

Лицо в священном стекле. Из волшебной чаши.

Это была она.

— Не прикасайся к решеткам, — сказал мужчина под вой сигнализации и рассеивающийся дым. — Они под напряжением.

Мёрдер заставил себя вернуться к реальности. Мужчина стоял на ногах, но выглядел настолько истощенным, что его, вероятно, придется тащить на себе. А беременная женщина пребывала в еще худшем состоянии — она сидела на коленках, и он боялся, что на иное она не способна.

— Вон там, — произнес мужчина, указывая на электрическую коробку, установленную на стене. — Для клеток есть автоматический выключатель.

Не было времени разбираться с пробками. Мёрдер сменил один из своих кинжалов на пистолет и сделал шесть выстрелов в металлическую панель. Полетели искры, вспыхнул небольшой взрыв, в лаборатории стало еще больше дыма.

— Отойдите назад, — приказал он.

Мужчина понял, что он задумал, и бедняга убрал свое хрупкое тело подальше, когда Мёрдер направил дуло пистолета на механизм блокировки на клетке. Пуля, которую он выпустил, расколола корпус, несколько металлических деталей упали на пол.

Пленник широко распахнул дверь и вывалился из клетки на своих тощих ногах, которые так сильно дрожали, что колени ударялись друг о друга. Его волосы были выбриты, а к черепу прикреплены электроды.

Мёрдер сосредоточил внимание на беременной женщине.

— Мы не можем оставить ее. — Сработала противопожарная сигнализация и на них обрушилась вода. — Мы должны…

Он не мог тащить их обоих, к тому же ему нужна свободная рука под оружие. И в таком ослабленном состоянии ни один из них не мог дематериализоваться.

— Я ее спасу. — Голос не походил на его собственный. — Это моя судьба.

Когда Мёрдер приблизился к клетке, женщина подошла к откидной панели с обратной стороны. Она сжала пальцы вокруг прутьев решетки, ее рот двигался, голос был слишком слабым, чтобы перекричать сигнализацию, шум воды, но он словно слышал этот внутренний крик внутри своей головы.

Ее волосы тоже были сбриты. Синяки на плечах. Из уважения к ее скромности, он не стал опускать взгляд ниже.

— Она не выживет, — сказал мужчина треснутым голосом. — Она скоро родит.

— Похрен, — сказал Мёрдер, когда он потянулся к защелке. — Я унесу ее, а потом мы обеспечим ей медицинскую помощь.

Охранники проскользнули в дверной проем, трое мужчин в синей форме, вооруженные автоматами. Мёрдер выстрелил, спрятав мужчину за своей спиной. Перевернув рабочий стол, он взгромоздил на него металлический застекленный стеллаж, из которого повалились и разбились всевозможные мензурки и пробирки. Сменив обойму, он продолжил стрельбу, но уже бесцельно.

Мужчина вскрикнул:

— В меня попали.

Еще больше охранников у двери. Мёрдер посмотрел на другую клетку, на женщину. Она сжалась в дальнем углу, как могла, ее огромный живот накренился в сторону, взгляд был прикован к нему, как будто женщина знала, что он был ее единственным шансом выбраться из этого кошмара.

Он посмотрел на мужчину и проанализировал риски в своей голове. Дважды.

Не было ни единого шанса вытащить ее из клетки, и пока он находился в лаборатории, вокруг летали пули.

— Я вернусь за ней. Я приведу с собой Братьев. Клянусь своей честью.

Еще одна свинцовая пуля просвистела у него над головой. Еще две вошли в стол и стеллаж, глухие, металлические удары обличали хрупкий характер их укрытия.

Они оба посмотрели на женщину. Она еще не пострадала, но совершенно ясно, что она могла прочитать то, что было написано на их лицах. Ее рот широко раскрылся, когда она вцепилась в прутья решетки, ее отчаявшийся взгляд открывал всю глубину ада, в котором она находилась…

***

Автомобильный гудок, напоминавший крик той испуганной женщины, вернул его в настоящее. Он стоял посреди снежной улицы и, повернувшись на звук, был мгновенно ослеплен фарами. Мёрдер поднял руку, чтобы прикрыть глаза, но не тронулся с места.

Машина врезалась в него изо всех сил, шины пытались сцепиться с заснеженным покровом дороги, ускорение не ослабевало на скользкой дороге… и его тело врезалось в капот и влетело в лобовое стекло. Перед глазами мелькнул кусок ясного зимнего неба, он прокатился по крыше авто, а затем приземлился на дорогу позади машины лицом вниз в позе морской звезды.

Выругавшись, он дал себе секунду, чтобы оценить уровень ущерба, и, к тому же, снег приятно холодил горячую щеку. Смутно он отметил звук открывающихся дверей машины… их было трое?

— Вот дерьмо, отец меня убьет…

— Тебе не надо было так гнать, чувак…

— Какого хрена, Тодд…

Мёрдер повернул голову и сосредоточил взгляд на трех пареньках, стоящих возле заднего бампера очень дорогого «БМВ».

— Я в порядке, — сказал он им. — Уезжайте.

— Ты серьезно? — спросил один из них.

И вдруг тогда он ощутил запах, который не чувствовал годами. Подступили слезы, и он закрыл глаза.

— Если он мертв, — он услышал жесткий голос Хекс, — Я убью каждого из вас. Медленно.

Глава 5

Хекс не должна была оказаться рядом с этой автомобильной аварией по целому ряду причин. Во-первых, ей полагалось быть в «тЕнЯх», как главе службы безопасности контролировать очередь желающих попасть в клуб… и, учитывая, что была полночь субботы, там сейчас царило веселье. Во-вторых, ее никто не приглашал в Королевской Дом для аудиенций, предназначенный только для дел Братства.

И, в третьих, она совершенно точно не хотела видеться с Мёрдером.

Однако, как бы то ни было, она оказалась на этом дурацком шоу и погрязла в нем слишком глубоко, чтобы вырваться.

Естественно, все три идиота, что вывалились из папочкиной «БМВ», уставились на нее так, словно она была их влажной мечтой, упакованной в черную кожу. Отчего захотелось мгновенно вправить им мозги и научить хорошим манерам. Но времени на это не было. Брат, с которым она думала уже никогда не пересечется, лежал посреди дороги лицом вниз, словно парализованный… и, учитывая, что дом, перед которым он валялся, кишел вампирами, а сам особняк располагался в районе богатеев, что держали охрану на территории и не расставались с айФонами даже в туалете, важнее было очистить сцену.

— Убирайтесь на хрен отсюда, — приказала она парням. — Или я звоню в полицию.

Тодд Первый, Второй и Третий посмотрели друг на друга, словно общались телепатически, или же были настолько ошеломлены ее внешностью, что потеряли способность говорить.

— В темпе, — рявкнула она.

Все трое заторопились, поскальзываясь на льду, пытаясь вернуться в машину, и тот, что сидел за рулем, вдарил по педали газа так сильно, что снег из-под шин прилетел прямо ей под ноги.

Она повернулась к Мёрдеру, с надеждой, что сейчас он встанет на ноги. Нет. Он все еще лежал на животе, его лицо повернуто в сторону, глаза закрыты, а темные ресницы лежали на острой скуле.

Опустившись на корточки, она тяжело сглотнула, пытаясь просканировать его состояние. Несмотря на общую темноту, по переулку равномерно светились фонари персикового цвета, весь район горел так, словно богатство домовладельцев было вывезено на бордюры и сложено в виде золотых слитков. И в этом освещении Хекс видела все его нюансы.

По крайней мере, Мёрдер дышал, и, убедившись в этом, она обратила внимание и на другие вещи: его черные волосы были такими же длинными, их украшали красные пряди. И он все еще был очень большим. И его аромат не изменился.

Боже… столько всего. Она и Мёрдер пережили столько всего вместе, и так мало хорошего.

— Тебе нужна медицинская помощь? — хрипло спросила Хекс.

Она словно обращалась к незнакомцу, которого сбила машина. А не к мужчине, с которым побывала в аду и вернулась обратно.

Ну, на самом деле, эта гипербола не совсем отражала реальность. Она вернулась к жизни. А вот он нет.

— Мёрдер? Ты умер? — когда Хекс прошептала эти слова, ее дыхание вырвалось облачком холодного воздуха и уплыло вверх.

— Странный вопрос, — прохрипел он.

В ее глазах вспыхнуло облегчение, Хекс посмотрела в направлении, в котором исчез из вида «БМВ».

— Так я понимаю, что ответ — нет.

Мёрдер открыл глаза и посмотрел на нее. Непролитая слеза заставила радужку его глаз мерцать.

— Ты ничуть не изменилась.

Они смотрели друг другу в глаза, и влияние их общего прошлого было настолько велико, что буквально сбивало с ног… Хекс села задницей на холодный снег, ее мозг не смог остановить поток воспоминаний: как он ворвался в то помещение в колонии симпатов, считая, что спасает ее из плена. Его шок, когда он понял, что она пришла туда добровольно… чтобы увидеть свою кровную семью.

Что означало, что она была не той, кого из себя изображала.

А затем ворвались ее родственники и поняли, что их она тоже обманывала.

Симпаты и вампиры не заводили отношений в те дни. До сих пор не заводят.

То, что произошло после того, как истина раскрылась, стало чередой кошмаров. Ее родственники пытали его так, как умели только симпаты, проникая в подсознание и влияя на каждый кирпичик того, кем являлся Мёрдер как мужчина, как вампир, как смертное существо. Затем они изгнали ее из колонии… и не просто выгнали на улицу, ее продали людям в качестве лабораторного животного, на котором можно проводить эксперименты.

И на этом история не закончилась.

— Я не должен был приходить, — сказал он хрипло.

Когда Джон Мэтью написал ей, что собирается на дежурство с Блэем, потому что у Братства запланирована особенная встреча в Доме для аудиенций? Она должна была просто ответить как обычно «Береги себя. Люблю». Затем ей следовало положить свой телефон в задний карман и продолжать следить за толпой в баре, танцполом и дальними коридорами, где были расположены уборные. Ей следовало остаться на своем месте, потому что у нее, как и у любого другого вампира, не входящего в ряды Братства, не было ни одной гребаной чёртовой причины появиться здесь.

Но как симпат, она чувствовала беспокойство в особняке в течение последних нескольких ночей. Тревога была глубокой, душевной, и каждая из эмоциональных решеток Братьев была одинаково выведена из строя. Объяснение могло быть лишь одно, и хотя она пообещала себе, что не будет использовать способности своего вида на вампирах, которые стали ее семьей, она проникла в голову одного из воинов.

Мёрдер направлялся сюда из Южной Каролины…

Мужские голоса привлекли ее внимание, и она подняла голову. Члены Братства высыпали из старого особняка Дариуса на заснеженную улицу, их тяжелые тела покрывали свободные плащи, скрывая оружие.

— Помощь уже в пути, — сказала она, поднявшись на ноги.

— Не уходи.

Когда она отвернулась, в груди кольнуло чувство вины, и совсем не потому, что она оставляла его на улице.

— Удачи с твоими Братьями.

— Я больше не один из них.

Хекс дематериализовалась, злясь на то, что ее засекли. Все Братья были в курсе, что связывало ее с Мёрдером еще до того, как она в тот последний раз отправилась в колонию, и сейчас они засекли ее поблизости с этим мужчиной.

А что касается Джона Мэтью, то да, он знал кто-что-где-когда-и-как она проводила время с Мёрдером, но для него это так и осталось на уровне «газетных заголовков». В конце концов, она — как они это называли — «переварила» произошедшее, в том числе и то, что с ней сделали, при каких обстоятельствах Мёрдер потерял рассудок и все, что мужчина сделал после.

Все кончено. И точка. Все прошло, двигайся дальше, сосредоточься на будущем.

И не было никаких причин что-то снова начинать…

И все же она пришла сюда. Увидеть его.

Хекс удивилась, узнав, что он жив.

Джон не знал, что она разыскивала Мёрдера… хотя, совершенно очевидно, не для того, чтобы заняться сексом, сблизиться, взять его кровь или что-то подобное… и это казалось предательством по отношению к супругу. Потому надо было признать, между ней и Братом, который впал в безумие, осталось незаконченное дело, как бы ненавистно ей это ни было, как бы она не желала, чтобы это было неправдой.

Дело, которое угрожало каждой крупице жизни, которой она так дорожила.

***

Не так он хотел вернуться, подумал Мёрдер: мордой об асфальт. Глаза на мокром месте. Горло свело.

Когда Хекс дематериализовалась, и Братство приблизилось плотным строем, Мёрдер подумал, что совсем не так он хотел снова встретиться с этой женщиной… хотя ему было трудно определить, при каких условиях он бы выбрал встречу с ней. Она была отправной точкой его падения, эпицентром шторма, который ввел его в безумие, катализатором, хотя и не точной причиной его распада.

Учитывая все обстоятельства, было облегчением встретиться с Братьями… это о многом говорит, ведь у него же не было никакого желания видеть их.

Мёрдер приподнялся с заснеженной поверхности и, перевернувшись, сел на задницу. Посмотрел на мужчин, подошедших к нему. Он узнал всех, кроме двух, и заметил, что двоих не было: например, Рофа, да и Дариуса он не видел… несомненно, потому что последний остался внутри, чтобы охранять первого.

Он попытался подняться на ноги и понял, что его правая бедренная кость, вероятно, сломана. Боль, которая ощущалась при движении ногой так, словно бензопила резала спину вверх вдоль позвоночника и пронзала мозг, его зрение то пропадало, то снова появлялось, пока он пытался встать на ноги. И он снова оказался на заднице.

Поэтому просто застыл, глядя на всех, когда они обступили его кругом.