В бой на штурмовиках

* * *

Тем временем группа болгарских солдат пробиралась через чащу леса к месту падения штурмовика. Они не знали, что с противоположной стороны спешат в этот район и гитлеровцы. Одни стремятся спасти, другие — захватить советского летчика.

Разумеется, Вандалковский и Сальников ничего об этом не знали. Тревога их охватила лишь к вечеру, когда они услышали где-то внизу за поляной шум танковых моторов.

Павел решил перебраться с командиром подальше в глубь леса. Осторожно взвалив капитана на спину, он медленно пополз на восток. Оружие держал наготове. Время от времени он ложился на землю, затихал, ловя каждый звук. Шум моторов постепенно удалялся.

На очередном таком привале Павел вдруг услышал шорох и треск сучьев. Вместе с капитаном он укрылся в кустах. Мимо них пробежали три гитлеровца. Слева и справа послышалась немецкая речь. Павел осторожно положил командира на землю, вынул из кобуры капитана пистолет и положил рядом с собой. Теперь он был готов драться с врагом. Два пистолета и четыре обоймы.

Неожиданно впереди и сзади раздались автоматные очереди. Пули свистели над головами. Это болгарские солдаты встретились с фашистами и вступили с ними в бой. Треск автоматов наполнил горный лес.

Группа солдат быстро ползла к кусту. Они изредка стреляли. Павел взял оба пистолета в руки.

«Кто они?» — тревожно подумал старший сержант.

Павел уже отчетливо различал их смуглые лица, пилотки, тужурки, перехваченные ремнями. Он вскинул пистолет, но прежде чем стрелять, крикнул:

— Кто вы?

— Братушки, летчики! — радостно крикнул один из солдат.

«Болгары, — догадался Сальников, — ищут, нас ищут!» — Братцы, сюда! — крикнул Павел.

Болгарские солдаты кинулись на зов. Подбежав, они принялись обнимать Павла, потом склонились над раненым.

— Пить, — простонал летчик.

Рыжие волосы, опаленные огнем, прилипли к его потному лбу. Он дышал прерывисто, тяжело.

Один из болгарских солдат снял с ремня флягу, поднес ее к губам капитана. Вандалковский сделал глоток, другой. Вот он открыл глаза и тихо произнес:

— Спасибо… Кто вы?

Сальников пояснил ему. Вандалковский снова впал в забытье.

Совсем рядом послышался топот. Болгары быстро переползли меж кустов и залегли. Из-за деревьев показались два фашиста. Ничего не разбирая, они бежали вниз по склону горы, к дороге.

Рядом с болгарскими солдатами лежал и Павел. Подпустив гитлеровцев метров на двадцать, они выстрелили. Как бы споткнувшись, оба фашиста упали замертво.

Солдаты быстро смастерили из палок, ремней и тужурок носилки, положили на них Вандалковского и понесли к своим.

Внизу у шоссейной дороги все еще шел бой. Наши танки, спустившись в долину, окружали остатки колонны и добивали врага.

Болгары принесли летчика на медпункт своей роты. Вандалковскому быстро перевязали раны, обработали обожженные места, сделали уколы, и он сразу уснул.

Командир роты рассказал Сальникову, что после того как они были сбиты, над полем боя появилась шестерка советских штурмовиков. Их атаковали два «фоккера». И когда один из них пристроился к подбитому штурмовику, то балгарский солдат Георгий Пенчев выстрелил из противотанкового ружья и сбил фашиста.

На следующий день Борис Вандалковский был доставлен во фронтовой госпиталь, а Сальников вернулся в полк.

Добрался до части и Антипов с воздушным стрелком Андросенко, которым также помогли болгарские солдаты.

После ударов наших штурмовиков на гитлеровцев обрушились танкисты и пехотинцы. В результате успешных совместных с болгарами действий в этом районе была разгромлена крупная группировка противника.

Через день над городом Прокупле взвился красный флаг освобождения. Наступление продолжалось.

Летчики 707-го Краснознаменного штурмового авиаполка уже летали в такие места, где воздух был пропитан пряными запахами Адриатики.

«Друга спасти — это высшая честь»

В широкой долине железную дорогу с высоты видно далеко. Кроме отсвечивающих на солнце двух серебристых нитей — рельсов, хорошим ориентиром служили и пирамидальные тополя, росшие вдоль полотна.

Два самолета Ил-2 летят над долиной, вдоль железной дороги, к югославскому городу Скопле.

Задача летчиков — обнаружить отходящие части противника. Разрозненными группами гитлеровцы уходят на север, рассчитывая соединиться с основными силами своей оперативной группировки.

Ведущий двадцатидвухлетний лейтенант Михаил Антипов медленно перекладывал самолет с одного крыла на другое, чтобы иметь хороший обзор всего пространства впереди и под самолетом. Его ведомый младший лейтенант Дорохов повторяет все его эволюции. Серебристые крылья и фюзеляж блестят в лучах солнца.

— Что-то не видать нигде фашистов, — с беспокойством передал по радио лейтенант Антипов своему ведомому.

— Ия ничего не вижу, — подтвердил Георгий Дорохов.

«Интересный человек лейтенант Антипов», — оглядывая местность, с уважением подумал Дорохов о своем ведущем. У Георгия это был лишь двенадцатый боевой вылет, и он радовался, что фронтовая судьба свела его с таким опытным летчиком-штурмовиком.

Командир звена Михаил Антипов действительно был одним из лучших летчиков полка. Он, как говорят летчики, имел свой почерк полета. Всегда спокойный, вежливый с товарищами, он был заметен и тем, что очень любил читать книги. Про него в полку все говорили: «не летчик, а красная девица».

Была у него одна слабость — любил играть в преферанс. Лишь выдастся свободный час, Антипов тут же организует «пульку». Нет партнеров — сидит, уткнувшись в книгу.

Впереди показался полустанок — несколько домиков, белеющих среди облитых золотом тополей.

— Командир, на полустанке эшелон, — доложил Дорохов.

— Вижу! — ответил Антипов и направил самолет в пикирование. Пара «илов» понеслась стремительно вниз, в долину, зажатую двумя хребтами гор.

— Атакуем эшелон, — приказал Антипов.

Ведущий довернул самолет влево — голова эшелона оказалась в перекрестии прицела. Два реактивных снаряда с воем сорвались с направляющих балок. Четыре пятидесятикилограммовые бомбы накрыли эшелон.

Вражеские зенитки открыли сильный огонь. Черные шапки разрывов возникли вокруг штурмовиков.

Состав горел в трех местах. Яркое пламя бесновалось на ветру. Сверху было отчетливо видно, как разбегаются гитлеровцы, ища укрытия.

— Повторяем заход, — приказал Антипов.

Пушечно-пулеметный огонь, реактивные снаряды обрушились на разбегавшихся фашистских солдат. За второй атакой последовала третья, потом четвертая. Сброшены последние бомбы.

Снизу продолжали неистово бить зенитки. На выходе из четвертой атаки в мотор самолета Антипова попал вражеский снаряд. Машина содрогнулась, обороты двигателя резко упали. Вкладывая все свое мастерство, Антипов повел самолет над долиной, выбирая подходящую площадку для вынужденной посадки.

В кабине уже запахло гарью. Штурмовик окутался дымом. Михаил отдал ручку от себя. Высота около ста метров. Антипов увидел прямо перед собой зеленый луг, за которым белели домики небольшой деревушки.

— Дорохов, иду на посадку, мотор отказал, — сообщил Антипов.

— Прикрою, не волнуйся, — успокоил ведомый.

Антипов оценивающе посмотрел вперед. Травянистая площадка, которая расстилалась перед ним, примыкала к небольшой речке, вероятно это был заболоченный луг. Выпускать шасси в таком случае очень рискованно, и Михаил решил садиться на фюзеляж.

Штурмовик коснулся земли, прочертил глубокий след в мягком грунте и наконец остановился. Антипов вытер со лба пот и глянул вверх. Его ведомый сделал круг над площадкой и передал по радио:

— Иду на посадку!

Это было последнее, что услышал в наушниках Антипов. Он выключил радио, вынул пистолет. Сухо прозвучали два выстрела, брызнуло горючее из пробитого бензопровода. Бензин вспыхнул и самолет загорелся.

Тяжело, очень тяжело летчику уничтожать свою боевую машину, тем более что на этом самолете имеется надпись: «XXV лет Башкирской АССР». Но и отдать его врагу нельзя.

Дорохов шел на посадку. Вот его самолет мягко коснулся земли. Георгий быстро вылез из кабины. К нему подбежали Антипов и его стрелок.

— Товарищ командир, садитесь на мое место, а я со стрелками умещусь в задней кабине. Быстрее, от станции сюда бегут немцы.

— Хорошо, садись к стрелкам! — Антипов легко вскочил на крыло, сел в кабину. Сзади, скорчившись, кое-как уместились два стрелка и Дорохов.

Лейтенант Антипов глянул вперед, туда, где горел эшелон. Медлить нельзя. Михаил дал полный газ, отпустил тормоза, но самолет вперед не двинулся. Он быстро передвинул вперед до отказа рычаг форсажа. Мотор взревел, самолет затрясло, но какая-то сила удерживала на месте.

«Неужели все?» — Лейтенант снял шлем, выбрался из кабины. Воздушные стрелки и Дорохов тоже спрыгнули на землю. И тут все стало понятно — колеса зарылись в мягкий грунт.

— Приготовиться к бою! — приказал лейтенант своим трем подчиненным.

И вдруг… Издалека донесся гул самолетов, а следом из-за облачка вынырнули два краснозвездных истребителя.

— Наши, наши! — закричали стрелки и стали махать руками.

Да, это были капитан Колдунов и ведомый лейтенант Степанов. Они тоже вели разведку. Опытный разведчик Александр Колдунов внимательно наблюдал за всем происходящим на земле. Они сразу увидели два самолета, один из которых горел, и поняли, в какую беду попали летчики.

— Виктор, это наши штурмовики! — передал он по рации ведомому и направил истребитель в пикирование.

По белой полосе на фюзеляжах «илов» Колдунов определил, из какой части эти самолеты.

— Атакуем противника! — подал команду Александр.

Одновременно с Колдуновым ударил по врагу и Степанов. Меткими очередями они прижали фашистов к земле.

Колдунов и Степанов сделали двенадцать заходов на врага. И этим самым помогли штурмовикам выиграть необходимое время.

Дорохов, еще раз осмотрев самолет, крикнул:

— Командир, занимай место в кабине.

Дорохов со своим стрелком приподняли за консоль левое крыло, стрелок Виктор Андросенко кинул под колесо два больших булыжника. То же сделали и с правым. Антипов дал газ, самолет рванулся и, разрезая дерн, пошел вперед.

— Давай на дорогу! — кричал Дорохов, показывая летчику направление. В реве мотора его голоса, конечно, не было слышно, но Антипов по его жестам понял замысел. Самолет, содрогаясь, пробирался к шоссе.

Качнувшись с крыла на крыло, штурмовик выкатился на шоссе. Антипов убрал газ, нажал на тормоза. Самолет по инерции клюнул носом и остановился. Дорохов и стрелки мигом влезли в кабину.

Над шоссе, словно показывая дорогу на взлет, с ревом пронеслись два истребителя. Михаил увидел на фюзеляжах голубые полосы.

— Эти ребята с нашего аэродрома! — радостно закричал Антипов и дал газ. Набирая скорость, самолет легко побежал по шоссе. Минута — и он уже в воздухе. Убрано шасси — раздался щелчок замков.

Истребители подошли вплотную к самолету Антипова слева и справа. Летчики стали пристально рассматривать друг друга.

Лейтенант Антипов тут же узнал в ведущем пары истребителей известного всему 3-му Украинскому фронту летчика Героя Советского Союза Александра Ивановича Колдунова. Высокий, статный, храбрый и умелый воздушный боец, он не знал поражений в боях. Не раз он приходил на помощь штурмовикам и бомбардировщикам, прикрывая их от атак «мессершмиттов».

Штурмовик, эскортируемый истребителями, быстро набрал нужную высоту, чтобы у города Ниш перевалить через горный хребет и выйти на свой аэродром.

— Саша, спасибо за выручку! — взволнованно передал по радио Антипов.

— Мы с Виктором сделали двенадцать заходов, — сообщил довольный Колдунов. — Доведем вас до дома.

Время полетов для штурмовиков истекало, и потому в полку все пребывали в тревожном ожидании.

И вот над аэродромом показались самолеты. Их было три. Антипов, вопреки установившимся правилам, первым приземлил самолет, за ним произвели посадку истребители.

Антипов подробно доложил подполковнику Шевригину о результатах боевого вылета и о том, как его сбили и как к нему на помощь пришел летчик Дорохов, а затем летчики-истребители Колдунов и Степанов. Командир полка внимательно выслушал доклад. Глаза его радостно заблестели. По всему было видно, что доклад взволновал и тронул его.

— Молодцы, товарищи! Я очень рад, что вы благополучно вернулись и завтра вместе со всеми будете праздновать великий праздник Октября, — с трудом скрывая волнение, сказал он.

Подполковник Шевригин помолчал, потом, повернувшись к Дорохову, продолжил:

— Товарищ младший лейтенант, за спасение командира в бою объявляю вам благодарность и представлю вас к ордену.

— Служу Советскому Союзу! — отчеканил младший лейтенант Дорохов.

Они обнялись крепко, по-мужски. Шевригин сказал:

— Хоть ты и молодой, но решительный! Вечером приходите на концерт в клуб и приглашайте всех товарищей.

Когда летчики ушли, Шевригин снял трубку телефона, позвонил командиру истребительного полка и выразил ему искреннюю благодарность за благородный поступок летчиков-истребителей Колдунова и Степанова.

* * *

Антипов и Дорохов вошли в столовую. В зале было шумно. В углу за отдельным столиком сидели Колдунов и Степанов. Увидав их, Антипов радостно улыбнулся и быстрыми шагами направился к ним.

— Саша, дорогой, еще раз большое тебе спасибо!