Ключ от вечности

Они вошли в ресторан. Надежда старательно пряталась за свою подругу, что было несложно, учитывая Алкины габариты и вызывающий цвет пальто.

Проскользнув через зал, подруги устремились в туалет.

Здесь, к счастью, никого не было. Надежда поспешно освободилась от своего сомнительного наряда и начала одеваться в то, что принесла ей Алка.

Для начала она надела брюки – очень большие, оранжевого цвета.

– А другого цвета у тебя не нашлось?

– Вечно ты недовольна! – обиделась Тимофеева. – Зато эти самые маленькие, какие у меня нашлись. Я подумала, что они тебе будут впору, я в них уже не влезаю.

– Впору?! – возмущенно воскликнула Надежда, придерживая штаны, которые спадали с талии, поскольку были велики размера на четыре.

– Ну, не совсем… – смутилась Алка. – Но ничего страшного, я прихватила несколько булавок…

При помощи булавок они кое-как закрепили злополучные штаны. Куртка, которую принесла Тимофеева, была тоже велика, но она хотя бы не сваливалась. Надежда кое-как привела в порядок лицо и волосы, оглядела себя в зеркале и тяжело вздохнула.

– Какой фингал у тебя на щеке, – позлорадствовала Алка. – Кто это тебя так?

– Видела бы ты его раньше, – отмахнулась Надежда. – Сейчас уже просто желтый стал, мазь помогла.

Затем, после недолгих колебаний, она снова напялила позаимствованную у Степаныча бейсболку – в целях конспирации, а также чтобы прикрыть недостатки прически.

В это время в туалет заглянула долговязая девица, вся в черном, с траурной обводкой вокруг глаз. Окинув подруг испуганным взглядом, она тут же ретировалась.

– Ладно, лучше все равно не будет! – вздохнула Надежда. – В таком виде я могу хотя бы до дома доехать. А вот попасть внутрь ты мне поможешь…

– Попасть внутрь? – удивленно переспросила Алла. – Да в чем проблема-то?

– Проблема в том, что если соседи увидят меня в таком виде, по дому пойдут сплетни и слухи.

– А что? По-моему, нормальный вид!

– Это по-твоему… К тому же у меня ключей нет.

– Надька, если тебя не ограбили, тогда у меня только одно объяснение. Значит, ты напилась до поросячьего визга и потеряла всю одежду и ключи от квартиры! – в полном восторге закричала Алка, несмотря на больное горло.

– Самой не смешно? – холодно поинтересовалась Надежда.

Они вышли из туалета. Надежда направилась к выходу, Алка шла за ней – медленно, как будто ноги ее налились свинцом, и то и дело оглядывалась на стойку.

– Может, мы что-нибудь съедим? – озвучила она наконец заветное желание.

– В таком виде? – Надежда выразительно взглянула на свое отражение в зеркале.

– Да что такого-то? Мне нужно поддержать силы. Я еще не совсем поправилась. Чашка кофе меня поддержала бы… и один или два пончика… я сегодня почти не завтракала…

– Я тебя дома кофе напою! – пообещала Надежда и вытащила подругу на улицу.

По дороге домой Надежда набрала телефон своей соседки Антонины Васильевны, у которой имелся запасной комплект ключей от ее квартиры, и проговорила:

– Антонина Васильевна, дорогая, к вам сейчас моя подруга придет, Алла… вы ведь ее помните?

– Помню, конечно, – с чувством собственной значимости ответила соседка. – Полная такая…

– М-да… – пробормотала Надежда. – Так вы ей дайте ключи от моей квартиры. Ей там нужно кое-что взять. Что-то ей для урока нужно, я забыла что…

– Конечно, Надя, конечно! А как там в Москве-то? Ты еще не скоро вернешься?

– Пока еще не знаю! Ой, что-то связь плохая… – и Надежда поспешно отключилась, пока любознательная Антонина не начала задавать неудобные вопросы. Соседка была в полной уверенности, что Надежда с мужем уехали в Москву.

Алка, которая слышала весь их разговор, обиженно проворчала:

– Надо же – полная! А сама-то! Можно подумать, что фотомодель!

Подъехав к дому, подруги спрятались в кустах, чтобы выбрать диспозицию.

Антонина Васильевна, как всегда, была на посту – она прогуливалась возле подъезда, оглядывая всех входящих и выходящих. Антонина всегда была в курсе всего, что происходит у них в доме, за что получила неофициальное прозвище Недреманное Око. В хорошую погоду она отиралась возле подъезда, в плохую – сидела на балконе, мимо нее ничто и никто не могло пройти незамеченным. С Надеждой, правда, она дала маху – в тот раз сериал смотрела, вот Надежда и проскочила незаметно.

– Так я и думала… – проговорила Надежда, прячась за кустами. – Мимо нее не проскочишь. А если она увидит меня в таком виде, потом разговоров не оберешься.

– Да какой уж такой вид? – обиженно протянула Алка. – Я тебе принесла самое лучшее… можно сказать, от себя оторвала…

– Ну да, ну да… – не стала возражать Надежда. – Я тебе, конечно, очень признательна. Только мы сейчас сделаем вот что…

Через минуту Алла Тимофеева вышла из-за кустов и с независимым видом направилась к подъезду. Здесь она как бы неожиданно столкнулась с Антониной Васильевной и изобразила радостное удивление:

– Антонина Васильевна! Как удачно, что я вас встретила! А вам Надя звонила? Надя Лебедева…

– Звонила, звонила! – закивала Антонина.

– Мне нужны ключи от ее квартиры, – тараторила Алла. – Я у нее сочинения забыла…

Алла сказала первое, что пришло ей в голову, и неудивительно, что этим первым оказались школьные сочинения.

– Сочинения? – переспросила любопытная соседка. – Какие такие сочинения?

– Восьмого класса, – ответила Алла, честно глядя в глаза Антонине. – Про луч света в темном царстве. Мне их до пятницы проверить нужно, а Нади нет…

– Про луч света? – переспросила соседка. – Хорошее дело… У меня вчера пробки вылетели, так целый вечер без света сидела, прямо как в том темном царстве… Ну, пойдем, у меня ключи дома.

Они поднялись на лифте, Антонина Васильевна вынесла Надеждины ключи. Тимофеева открыла дверь, вошла в квартиру подруги. Антонина Васильевна хотела было последовать за ней, но Алла недвусмысленно проговорила:

– Я потом сама закрою и вам ключи принесу.

Антонина ничего на это не ответила и отправилась на свой наблюдательный пункт.

Оставшись в квартире одна, Тимофеева приступила ко второй части разработанного Надеждой плана. Она открыла окно, выходящее на заднюю сторону дома, и выглянула наружу.

Дело в том, что в дом Надежды Николаевны можно было попасть двумя путями: или через основной подъезд, в котором находился лифт, висели почтовые ящики и которым все обычно пользовались, или через запасный, так называемый черный ход, который выходил на обычную, довольно крутую лестницу, предназначенную для экстренных случаев вроде пожара.

Черным ходом практически никто из жильцов не пользовался – кому охота пешком подниматься по крутым ступенькам на седьмой, а то и на десятый этаж!

Этой-то лестницей и хотела воспользоваться Надежда, чтобы незаметно попасть домой, поскольку дверь черного хода находилась вне зоны, которую контролировала Антонина Васильевна. Ключ от двери, закрытой на электронный замок, был на общей связке.

Итак, Алла Тимофеева выглянула в окно и внимательно оглядела окрестности. Сначала она никого не заметила, но потом увидела, как шевельнулся один из усыпанных желтыми листьями кустов, росших по краям дорожки. Внимательно присмотревшись, она разглядела среди желтых листьев пятно несколько другого оттенка и поняла, что это – бейсболка подруги.

Алла высунулась в окно, насколько смогла, и энергично замахала руками.

Надежда опасливо выглянула из-за кустов и ответно махнула рукой, чтобы показать, что контакт установлен и пора приступать к следующему пункту плана.

Алла завернула ключи в лист бумаги и выбросила в окно, стараясь кинуть как можно дальше. Однако как раз в это время усилился порыв ветра, он подхватил бумажку и отнес в сторону, к краю дорожки.

Надежда бросилась следом и принялась искать ключи среди кустов и травы. Алла, свисая из окна, жестами направляла подругу.

В это время в дальнем конце дорожки показался высокий, наголо бритый мужчина спортивного вида. Перед ним на поводке бежал крошечный песик породы чихуахуа.

Мужчину звали Константин, он жил в трехкомнатной квартире на третьем этаже. По слухам, когда-то давно Константин был бандитом, но с тех пор остепенился, цивилизовался и занялся легальным бизнесом. Соседи говорили, что он регулярно посещает выставки, театральные премьеры и прочие культурные мероприятия. А еще Константин завел песика, которого назвал Эркюлем в честь знаменитого литературного персонажа. Песик заменял ему жену, детей и прочих близких, в него Константин вложил все теплые чувства, на какие был способен.

При виде соседа Надежда снова спряталась в кустах – в ее планы не входила встреча с ним.

Эркюль с гордым видом бежал по дорожке, вдруг остановился, принюхался и громко залаял.

– Эркюль, дружок, что такое? – забеспокоился хозяин.

Песик залаял еще громче, а потом бросился к кустам.

– Там что, крыса? Не ходи туда, она тебя может укусить! И вообще, крысы – разносчики опасных заболеваний!

Однако Эркюль не обратил внимания на слова хозяина. Он подбежал к кусту, что-то схватил и вернулся к хозяину, держа находку в зубах.

Алла, у которой было очень хорошее зрение, разглядела, что это бумажный кулечек, тот самый, который она выбросила в окно. Алка ахнула. Их план грозил провалиться из-за непредвиденных обстоятельств.

Константин наклонился к песику и недовольно проговорил:

– Эркюльчик, что это у тебя? Гадость какая-то! Брось сейчас же! Кому я говорю!

Однако Эркюль не хотел расставаться со своей находкой. Он настроился как следует поиграть, отбежал в сторону и игриво взглянул на хозяина – попробуй отними!

Алла заметила, как зашевелились кусты, в которых пряталась Надежда. Нужно было срочно что-то делать.

Тимофеева прибежала на кухню, открыла холодильник и нашла там начатую упаковку сосисок. Достав одну сосиску, она вернулась к окну, тщательно прицелилась и бросила сосиску как можно ближе к кусту, за которым пряталась Надежда.

К счастью, ветер в это время стих, и сосиска попала точно в цель.

Эркюль заметил ее, а также почувствовал аппетитный запах. Бросил свою первую добычу и схватил новую.

– Эркюль, детка, что ты там подобрал? – кричал ему вслед хозяин, безуспешно пытаясь остановить любимца. Видя, что песик не реагирует на его слова, он бросился за ним.

Эркюль воспринял это как новую увлекательную игру и отбежал в сторону. Склонив голову, он посмотрел на хозяина, откусил кусок сосиски и проглотил его.

– Эркюль, не ешь! – вскрикнул в ужасе Константин. – Это гадость, гадость! Ты никогда не ешь сосиски! В них неизвестно что подмешано! Там может быть соя и даже ГМО!

Эркюль радостно подпрыгнул на всех четырех лапах и громко тявкнул. Игра нравилась ему все больше и больше.

Алла отвлеклась от песика и перевела взгляд на то место, где он бросил бумажный кулечек. Как раз в это время из кустов высунулась женская рука, схватила кулечек и тут же исчезла.

Константин наконец разобрался со своим четвероногим любимцем и скрылся за углом. Тут же из-за кустов выбралась Надежда, подбежала к двери черного хода, открыла его и вошла в дом.

Тимофеева облегченно вздохнула.

Через несколько минут входная дверь квартиры тихонько скрипнула, и в прихожей возникла Надежда.

– Дом, милый дом! – проговорила она с облегчением. – Наконец-то я у себя!

– Может, теперь ты наконец расскажешь мне, что с тобой стряслось? Хотя нет, сначала мне необходимо выпить чашку кофе и хоть что-нибудь съесть, а то у меня будет голодный обморок.

– Сама там разберись! – Надежда сбросила верхнюю одежду и удалилась в ванную.

Алка отправилась на кухню и произвела ревизию всех продовольственных запасов. Кофе она нашла и заварила в медной турке хорошую порцию, а вот с едой было хуже – в холодильнике нашелся кусок черствого сыра, а в кухонном шкафчике завалялся пакет ванильных сухарей. Были еще две сосиски явно пенсионного возраста, даже удивительно, что песик польстился на такое старье.

– Как можно так жить! – ужаснулась Тимофеева, когда Надежда, умывшись, вышла из ванной. – Ты – семейная женщина, у тебя в доме всегда должны быть запасы еды! Мало ли что случится…

– Я семейная женщина, а не бурундук! – проворчала Надежда. – И вообще, о каких запасах ты говоришь, если меня несколько дней не было дома? И муж в командировке, и даже кот в отъезде, для кого мне готовить-то?

Тимофеева не стала спорить, все равно от этого не было проку. Она налила огромную чашку кофе, положила в него три ложки сахара, подумала и добавила еще одну. Перехватив неодобрительный взгляд Надежды, проворчала:

– Что ты смотришь? Мне нужно снять стресс, а в таком случае сладкое незаменимо!

– Это у тебя-то стресс? – возмутилась Надежда. – Что же тогда обо мне говорить?

И она рассказала подруге, как поехала на свадьбу к новым родственникам Ленки Пеночкиной, как выдержала в этом кошмаре один день и полночи, как попала в аварию на рейсовом автобусе и очнулась в сельской больнице через сутки…

Про дальнейшие свои приключения Надежда предусмотрительно промолчала. Вместо этого взяла на душу грех и выдала подруге версию, не слишком соответствующую действительности, но зато более правдоподобную:

– А из больницы я просто сбежала. А что мне там было делать? Условия ужасные, лечения никакого, а выписывать не хотят. Вот я и спряталась в машине, которая ехала в город, и была такова! Остальное ты уже знаешь…

Надежде было неловко перед славным персоналом васильковской больницы, но она решила, что они никогда не узнают о ее невинном обмане.

К чести Алки, она не стала посмеиваться над внешним видом подруги. Особенно эти сапоги сорок пятого раздвижного размера… Нет, Алку волновало другое.

– Надежда! – строго проговорила Тимофеева, макая в кофе последний сухарь. – Я, конечно, всегда знала, что ты авантюристка, но тут уж, извини, перешла все границы! Ведь у тебя травма головы, а с ней не шутят! Надо же – сбежать из больницы! А если у тебя гематома? Или, не дай бог, сотрясение?

– Но ты не представляешь, как там было скучно! Поговорить не с кем, читать нечего. И говорю же – лечения никакого, условия – каменный век… ну, ты все это уже слышала. Теперь я наконец уже дома – благодаря тебе, конечно! А ты же знаешь, дома и стены помогают, так что теперь быстро поправлюсь! Голова не кружится и не болит, – соврала Надежда, – значит, нет никакой гематомы!

– Это ничего не значит! – безапелляционно сказала Алла. – С головой так бывает – все ничего, ничего, а потом – раз! – и летальный исход! Ой, извини, Надя, я не хотела…