Помоги проекту - поделись книгой:
Говоря о боях на Наро-фоминском направлении, нельзя не вспомнить написанную 28 января 1942 г. Г.К. Жуковым характеристику на командующего 33-й армией. В ней, в частности, были следующие определения: «Оперативный кругозор крайне ограничен. Во всех проведенных армией операциях неизменно нуждался в постоянном жестком руководстве со стороны командования фронтом, включительно тактического применения отдельных дивизий и расположения командного пункта армии. Приказы выполняются не в срок и не точно. Приходится все время подстегивать, за что имеет выговор в приказе»[86]. Общий вывод из характеристики можно назвать убийственным: «Должности командующего армией не вполне соответствует. Целесообразно назначить командующим войсками внутреннего округа».
За этими строками вполне явственно проступают эпизоды боев под Наро-Фоминском в октябре 1941 г. (хотя именно они, очевидно, не стали единственной причиной именно такой характеристики). В качестве требовавшего дополнительных указаний сверху «тактического применения» можно смело назвать использование 1-й гв. мед и танков 5-й тбр в боях за город.
М.Г. Ефремов на момент вступления в должность командующего армией располагал куда большими силами и средствами, чем, например, К.К. Рокоссовский. В его распоряжении находилась комплектная 110-я сд, мотострелковая бригада, два посредственно укомплектованных соединения (222-я и 113-я сд), с Юго-Западного фронта в район Наро-Фоминска перебрасывалась элитная «Пролетарка», усиленная 5-й тбр, располагавшей тяжелыми танками КВ.
В какой-то мере М.Г. Ефремову просто не повезло: вскрытие плацдарма у Боровска немцы начали до того, как прибыла 1-я гв. мед. Прибытие на пару дней раньше могло спасти 110-ю сд от сокрушительного разгрома.
Малоярославец. Принцип домино
Малоярославецкий УР. О случившейся под Вязьмой катастрофе в находившемся в тылу укрепрайоне узнали уже через несколько дней. В ночь с 4 на 5 октября начался неорганизованный отход сначала одиночек, а затем групп все возрастающей численности через позиции Малоярославецкого УРа. Комендантом УРа полковником И.И. Смирновым принимается решение задерживать отходящих и заставлять их занимать оборону. В итоге к 6.00 6 октября на Ильинском направлении были посажены в оборону до четырех рот с тремя станковыми пулеметами и 6 противотанковыми орудиями. Также задерживались и ставились в оборону отходящие артиллерийские части (62-й ап и 64-й гаи). Однако устойчивую оборону такими силами создать не представлялось возможным.
К 6.00 6 октября для обороны УР прибыли курсанты Подольского пехотного и артиллерийского училищ (ППУ и ПАУ). ППУ (оно же стрелково-пулеметное училище) генерал-майора В.А. Смирнова прибыло на позиции 37-го УРа в составе четырех батальонов, насчитывавших, впрочем, всего 569 человек[87]. Оно располагало 32 ручными и 23 станковыми пулеметами. Именно В.А. Смирнову было поручено командование сводным отрядом двух училищ. Отряд ПАУ под командованием полковника И.С. Стрельбицкого состоял из двух стрелковых батальонов и сводного артиллерийского полка (13 45-мм пушек и 6 76-мм полковых орудий) и насчитывал 560 человек[88]. Сам полковник Стрельбицкий уже успел получить боевой опыт в боях с немцами в июне 1941 г. в качестве командира противотанковой артиллерийской бригады. Артучилище обучало командиров артиллерии конной тяги, собственный автотранспорт отсутствовал. По воспоминаниям курсантов, для перевозки училища на фронт выделялись мобилизованные автомашины с пожилыми водителями, многие из которых оставались в гражданской одежде.
От штаба Московского военного округа в 37-й УР направили 301-й и 303-й пулеметные батальоны[89], посаженные в ДОТ и ДЗОТ на участке Константиново (к северу от шоссе), Ильинское. Также в состав УРа прибыли четыре роты ФОГов – фугасных огнеметов. В течение 6–8 октября задерживаются и ставятся в оборону отходящие подразделения, наиболее сильным из которых являлся 475-й полк 53-й сд. Это уже позволяло отбить натиск передового отряда с танками. Днем 7 октября в штабе УРа побывал С.М. Буденный, а в ночь на 8 октября – Г.К. Жуков, приказавший организовать разведку всеми силами и средствами, имевшимися у коменданта. Вперед на 20 км высылается разведка, правда, частично безоружная.
Хорошие новости поступают 9 октября, когда на участок 37-го УРа прибывает командир 312-й сд. На следующий день к ДОТам укрепрайона выходят подразделения 312-й сд. Это была уже серьезная сила – более 11 тыс. человек, 106 станковых и 162 ручных пулемета (практически по штату). 312-й сд не хватало противотанковых орудий (6 шт. 45-мм пушек против 18 шт. по штату), но это с избытком компенсировалось наличием на участке обороны 222-м и 395-м артполков ПТО – по восемь 45-мм и восемь 85-мм орудий в каждом.
312-я стрелковая дивизия формировалась приказом САВО от 12 июля 1941 г. в г. Актюбинске в Казахстане. В распоряжение Ставки ВГК соединение по завершении формирования и принятия присяги бойцами передается спустя месяц, 18 августа 1941 г. Несмотря на формирование в Казахстане, соединение трудно назвать «национальным». Из 10 705 человек численности рядового состава 312-й сд 4460 человек составляли русские, 2012 украинцы, 3556 казахи, 212 узбеки, 184 татары. Командиром дивизии был назначен полковник Александр Федорович Наумов. На Северо-Западном фронте соединение в бой не вводилось и понесло лишь незначительные потери от авиации противника. С 6 по 10 октября 312-я сд перевозилась по железной дороге в район Малоярославца. 10 октября на станции Ворсино под удар с воздуха попал артполк дивизии, потерявший 12 человек убитыми и 32 ранеными, но в целом переброска соединения прошла благополучно. На подступах к Малоярославцу 312-я сд с приданными ей 108-м запасным стрелковым полком, Подольскими пехотным и артиллерийскими училищами (ППУ и ПАУ) заняла оборону в Малоярославецком УРе. Комендант УРа, правда, отмечал, что: «Войска неохотно занимали для обороны ДОТы и ДЗОТы ссылаясь на малую видимость, т. е. отсутствие кругового обзора и обстрела»[90].
Располагая не только подразделениями своей дивизии, полковник А.Ф. Наумов счел необходимым 1081-й стрелковый полк выделить в резерв, расположив один батальон в Детчино, фактически в тылу УРа, прикрывая левый фланг. Как показали дальнейшие события, это оказалось весьма дальновидным решением. Детчино лежало на разделительной линии 5-й армии слева, но фактически левый фланг армии висел в воздухе. В Детчино к исходу 10 октября уже находилась рота курсантов ППУ и батарея ПТО.
К моменту прибытия 312-й сд на позиции, бои на подступах к Малоярославецкому УРу уже шли полным ходом. Прибывшие части 312-й сд сразу же подверглись ударам с воздуха, что обошлось уже в десятки человек убитыми и ранеными. Высланная 11 октября в разведку в направлении Медынь мотострелковая рота[91] 312-й сд успеха не имела, потеряв 1 человека раненым, 11 пропавшими без вести и 8 человек захваченными в плен противником. 13 октября комендант УРа сдал командование участком полковнику Наумову и отправился в тыл для строительства следующего рубежа обороны нар. Протва.
Задачи наступавшего на Малоярославецком направлении LVII корпуса на тот момент определялись приказом № 50 от 22.15 10 октября. Для немцев не было секретом наличие впереди оборонительного рубежа, во вводной части приказа прямо указывается: «Противник перед фронтом армии отступает на ближайший оборудованный московский оборонительный рубеж, в общем проходящий по линии Калуга – восточнее Медыни – Можайск, где следует ожидать упорное сопротивление». Прорыв предполагалось осуществить севернее Варшавского шоссе на смежных флангах 258-й ид и 3-й мд. Причем последняя нацеливалась на Боровск: «3-я мд прорывает оборонительный рубеж противника в районе северо-восточнее Медыни и затем захватывает мост через Протву у Боровска». Вместе с тем наиболее сильные подвижные соединения пока оставались в тылу: «19-я тд пока остается на прежних позициях западнее Юхнова, как и 20-я тд». Лишь танковый полк 20-й тд использовался для усиления 258-й ид.
К сожалению, занятие обороны Малоярославецкого УРа частями 312-й сд прошло небезупречно, что способствовало частичному выполнению задач приказа № 50 LVII корпуса. Как указывалось в докладе коменданта 37-го УРа, «от Юрьевское до Павлищево передний край был занят противником, так как полк 312 дивизии перепутал направления и не успел выйти на передний край УР»[92]. Оборонявшиеся на этом участке рабочие батальоны были рассеяны, имелись убитые и пропавшие без вести.
Подробности по этому эпизоду обнаруживаются в отчете 21-го танкового полка, приданного 3-й мд. Усиленный артиллерией, мотоциклистами и мотопехотой полк вышел на рубеж реки Ксема у деревни Ищеино в 13.30 11 октября. В отчете о действиях полка указывается: «Позиции противника находились на несколько более высоком северном берегу. Главным препятствием являлся противотанковый ров шириной и глубиной несколько метров и искусственно сделанные отвесным берега реки [так называемые «эскарпы». –
Скорее всего, не у всех в УРе было оружие, отсюда и разная реакция на атаку. В ходе часового боя одна из рот танков при поддержке стрелков форсирует реку, нащупывает слабое место рва и переправляется через него. В итоге был образован плацдарм глубиной около 1 км. Попытка его расширить натолкнулась на сопротивление советских частей. Однако советская контратака на плацдарм во второй половине дня также успеха не имеет, она была отражена огнем танков и противотанковых пушек. В 20.00, уже в темноте, на плацдарм прибывает батальон 8-го мп 3-й мд.
Вполне традиционно прорвавшийся немецкий отряд сочли «десантом». В отчете 22-й тбр есть такие строки: «В районе Ищеино выброшен десант силою до 30 танкеток и около 300 чел.»[94]. Первоначально против него были высланы две мотострелковые роты, которые, естественно, усиленный 21-й тп разгромить не могли. Однако первая попытка немцев прорваться с захваченного плацдарма также проваливается. Как указывается в отчете 21-го тп, «в 10 часов после серьезных потерь наступление было прервано». Подтянутые к плацдарму подразделения полка 312-й сд дали бой. Тем не менее, потеряв сильные, заблаговременно построенные позиции, удержать широкий фронт правофланговый полк 312-й сд уже не мог. Потерпев неудачу, немцы меняют направление прорыва, на этот раз они атакуют на север и поворачивают на северо-восток на Боровск. В 17.45 начинается наступление на Боровск. Этот прорыв стоил немцам 4 Pz.38(t) и 1 Pz.IV.
Итогом промаха с занятием обороны стал захват плацдарма и перспектива прорыва частей 258-й пехотной и 3-й моторизованной дивизий немцев на Боровск. Город на тот момент оставался практически беззащитным. Более того, ситуация имела тенденцию к дальнейшему ухудшению ввиду перемалывания выдвигавшихся на линию обороны частей. Так, по немецким данным, 12 октября у деревни Балдаково на дороге к Боровску им удалось поймать в засаду и разгромить батарею зениток и роту пехоты, итогом боя стал захват 4 орудий, 32 разбитых грузовика и 80 пленных[95]. В переговорах Западного фронта действительно упоминается «истребительный отряд», вооруженный 8 85-мм пушками и 20 пулеметами, следовавший через Боровск на Тишнево.
Одним из значимых источников сил и средств для восстановления фронта становятся так или иначе избежавшие окружения соединения и части. В случае с малоярославецким направлением таковыми стали 17, 53, 113, 149 и 173-я стрелковые дивизии. В наилучшем состоянии на момент завязки боев на линии Можайского У Ра находилась 113-я сд, на 12 октября она насчитывала 6853 человека личного состава, 73 станковых и 156 ручных пулеметов, но при этом всего 1 (одно) орудие[96]. Сбор частей дивизии происходил в районе Воробьи. Для сравнения, 149-я сд на тот же момент насчитывала… 621 человека. Относительно состояния 17-й сд временно назначенный командиром дивизии полковник М.П. Сафир докладывал: «Комначсостава и бойцов бывшей 17 сд по состоянию на 10.00 14.10 прибыло всего около 500 человек. Поступление продолжается, но в ничтожных размерах»[97]. 60-я сд на 13 октября начитывала 1050 человек, 503 обычных винтовки, 3 СВТ, 5 пулеметов «Кольт» и 2 ручных пулемета. 149-я сд на 15 октября (возможно, с учетом пополнений) недалеко от нее ушла – 1810 человек и ни одного пулемета.
Реальную силу из перечисленных соединений составляла только 113-я сд (бывшая 5-я ДНО Москвы). Именно ее выдвигают на подступы к Боровску, где соединение вступает во встречный бой с противником, вышедшим к исходу 13 октября к рубежу Сатино, Бутовка и лес южнее Бутовка. До Боровска оставалось рукой подать. Одновременно на Боровск частью сил наступала 258-я ид. Устойчивость пережившей вяземскую катастрофу дивизии существенно повысил высланный вечером 12 октября из 22-й тбр 5-й армии отряд под командованием капитана Кожанова в составе одной танковой роты (12 машин) и роты мотострелков. Он произвел большое впечатление на немцев, его численность немецкой стороной существенно завышается. В ЖБД LYII корпуса имеется запись: «Западнее Боровска около 30 русских танков атакуют подразделения 3-й мд»[98].
Действительно, боевая группа 3-й мд, усиленная 21-м тп, еще в 2.30 ночи 13 октября начинает двигаться по шоссе от деревни Балдаково на Боровск. В 2 км от Тишнево немцы натыкаются на позиции, занятые советским отрядом с зенитками. После длительного огневого боя с немцами, оставив три зенитки, советская пехота отходит. Какому подразделению принадлежал этот отряд, не вполне понятно. Уже при свете дня немцы сталкиваются с группой Кожанова. В отчете 21-го тп столкновение с отрядом 22-й тбр описано следующим образом: «Чуть западнее Будоски [так в документе, правильно «Бутовки». –
Отряд Кожанова по итогам боя претендовал на 7 уничтоженных танков противника, потеряв 2 Т-34 и 2 БТ[100]. 21-й тп в явном виде потери матчасти в этот день отрицает. Одновременно в ЖБД LVII корпуса по итогам дня признавалось: «Наши потери в сегодняшних боях местами значительны. Три участвовавших в боях батальона 3-й мд потеряли свыше 100 человек каждый, танковый полк 20-й тд потерял всех командиров рот»[101].
Помимо танков из 22-й тбр наступление 3-й мд на Боровск замедлялось удержанием правофланговым полком 312-й сд своих позиций, несмотря на неудачу с выходом в назначенные узлы обороны укрепрайона. В ЖБД LVII корпуса на этот счет имеется замечание следующего содержания в записи за 13 октября: «Особенно неблагоприятно влияет на дальнейшее продвижение 3-й мд тот факт, что русские по-прежнему удерживают южный и восточный берег Лужи в районе Юрьевского и южнее. Для уничтожения этой группы противника приходится задействовать крупные силы дивизии»[102]. Здесь же, на фланге, задействовался 458-й полк 258-й пд. Оборонявшийся в районе Юрьевского 1083-й полк дивизии А.Ф. Наумова действительно создавал угрозу флангу и тылу немецкой группировки на подступах к Боровску. Против него выставляли заслон и планировали сокрушить угрозу наступательными действиями.
Боровск. Задействование на Боровском направлении сразу двух соединений позволяет немцам продолжить наступление на город, несмотря на оставшиеся в тылу узлы сопротивления. Утром 14 октября в Боровск с севера врывается пехота 258-й пд и завязывает уличные бои. При этом наступающий на город боевая группа из 21-го тп и мотопехоты 3-й мд вела бой чуть западнее Боровска с упорно обороняющимися частями 113-й сд, для которых перестрелка в тылу не стала поводом бросать позиции. Как подчеркивается в ЖБД корпуса, только «после упорного боя» в 19.00 берлинского времени 3-й мд и 258-й ид удается овладеть Боровском. В отчете 21-го тп относительно боя за город указывалось: «В ходе многочасового боя при эффективной поддержке 1-го дивизиона 92-го ап удалось разгромить крупные силы пехоты противника, упорно оборонявшиеся на прекрасно оборудованных позициях в районе Красного и западнее»[103]. Т. е. основным аргументом стали артиллерия и танки, взаимодействие который было сильной стороной немецких войск. Промахом обороняющихся стал мост через Протву, который достается немцам неповрежденным.
После захвата Боровска 258-я пд начинает продвигаться дальше, к Наро-Фоминску, доходит до Митяево, где неожиданно встречает жесткое сопротивление. Противником немецкой пехотной дивизии становятся вчерашние московские ополченцы – переброшенная с левого фланга Западного фронта, из района Осташкова, 110-я сд. Как уже говорилось выше, первоначально дивизия предназначалась для Можайского направления. По факту на рассвете 11 октября первые эшелоны с частями 110-й сд прибыли в Наро-Фоминск. Наметившаяся угроза прорыва на боровском направлении приводит к появлению вечером 12 октября приказа выдвинуть дивизию из Наро-Фоминска на рубеж Митенино, Башкардово, Рябушки, Русиново. Тем самым формируется заслон фронтом на запад, прикрывающий подходы к Киевскому и Варшавскому шоссе со стороны Боровска и, частично, Вереи. К утру 13 октября штаб соединения с батальоном связи, 1289-м и 1291-м стрелковыми, 971-м артиллерийским полками выходят на назначенные позиции. Первое столкновение с немцами состоялось уже утром 14 октября, причем, по советским данным, захватываются пленные, что позволяет установить, кто находится перед ополченцами.
Представление о возможностях 110-й сд можно составить по донесению, датированному 18 октября (т. е. уже после первых потерь в боях под Боровском). Дивизия насчитывала 10 309 человек из 11 625 человек по штату. При этом дивизия не являлась невооруженной толпой призывников: соединение располагало 5819 обычными и 2418 самозарядными винтовками, 94 станковыми и 159 ручными пулеметами, 154 ППД[104]. Артиллерия 110-й сд включала 8 152-мм гаубиц и 27 76-мм пушек всех типов. Беззащитной ее назвать трудно. Из московских ополченцев июльского формирования к октябрю сделали хорошо оснащенное соединение.
После сдерживания первого натиска прорвавшегося через Боровск противника 110-я сд получает задачу перейти в наступление 16 октября. Не будет лишним сказать, что 258-я ид после захвата Митяево находилась на расстоянии всего 80 км по прямой от юго-западной окраины Москвы.
Серьезно пострадавшая в боях за Боровск 113-я сд отошла на юго-восток от города, в район Тимашево и Городня, отряд численностью примерно 800 человек занял оборону на рубеже Лапшинка, Кривское (по берегу Протвы). ВЖБД 43-й армии утверждается, что отход происходил «без управления штабами дивизии и полков, группами и в одиночку». О падении Боровска в штабе Западного фронта узнали от начальника штаба Резервного фронта Анисова, причем только утром 15 октября. В 8.50 начальник оргпланового отдела Резервного фронта Горский по телефону сообщил о поступившей от тыловых (!) частей 113-й сд информации об оставлении Боровска. В штабе 43-й армии о случившемся еще ничего не знали, а рация 113-й сд не отвечала. Жуков сразу же приказывает направить к Боровску обе имевшиеся на малоярославецком направлении танковые бригады (17-ю тбр и 9-ю тбр) одну – на Боровск, вторую – на Воробьи.
Фактически 17-я тбр к тому моменту, утром 15 октября, уже задействуется в интересах борьбы за Боровск. Угроза Боровску осознается еще в ходе немецкого наступления на город 13–14 октября. Соответственно командованием 43-й армии 17-я танковая бригада разворачивается на Боровск превентивно, до получения информации об оставлении города. Причем 17-ю тбр не стали гнать кружным путем через Малоярославец на Боровск. Бригаду полковника Клыпина и часть сил 53-й сд просто развернули назад, спиной к позициям укрепрайона, и отдали приказ атаковать противника во фланг и тыл. С одной стороны, это позволяло достаточно быстро перейти в наступление. Также 17-я тбр не уводилась далеко от шоссе. Возможность вернуть ее обратно имелась, пусть и с некоторой задержкой. Впрочем, в случае быстрого развития событий эта задержка могла стать роковой. Сама по себе замена танковой бригады на оси шоссе на Малоярославец на 12-й полк 53-й сд представляется совсем не равноценной заменой. Первоначально (об этом есть запись в ЖБД Западного фронта) для противодействия противнику в Боровске предполагалось задействовать 9-ю тбр, но она в этот момент оказывается скована боями южнее, на фланге УРа, предотвращая его обход немецкой пехотой (см. ниже).
Главной проблемой 17-й тбр как подвижного резерва 43-й армии в тот момент стало снижение числа боевых машин в строю. По состоянию на 12 октября боеготовыми числились только 8 Т-34 и 12 Т-40, еще 13 Т-34 и 8 Т-40 находились в ремонте, еще 2 Т-34 бригада отправила в заводской ремонт[105].
13 октября бригада подверглась ожесточенной бомбардировке с воздуха, в результате которой вышли из строя еще три «тридцатьчетверки»1. Поэтому в ночной марш для контрудара вышли достаточно скромные силы, хотя надежда на успех еще имелась. Все зависело от того, насколько успешно смогут противостоять советским танкам выставленные в качестве заслона немецкие пехотные подразделения.
На исходные позиции 17-я тбр вышла с 2-часовым опозданием, к 8.00 15 октября. Целью наступления стала деревня Абрамовское. При первом взгляде на карту выбор именно Абрамовского выглядит странно – почему не сразу на Боровск с тыла? Однако на мелкомасштабной карте хорошо видна череда оврагов, делавшая деревню Абрамовское на берегу реки Лужи одним из немногих реальных вариантов для контрудара во фланг противнику. Удар шести танков совместно с 475-м полком 53-й сд и мотострелковым батальоном 17-й тбр по Абрамовскому поначалу произвел сильное впечатление на немцев, докладывалось «о мощной атаке противника при поддержке тяжелых танков и артиллерии». Однако сбить с позиций 458-й полк 258-й пд танкистам 17-й тбр все же не удается. Более того, потери в ходе достаточно короткого боя составили 4 Т-34. Каким образом немецкой пехоте удалось отразить эту атаку? Первым ходом стало отсечение от танков пехоты, на эту задачу пехотный полк в Абрамовском израсходовал почти весь свой запас боеприпасов. Далее «тридцатьчетверки» обездвиживаются огнем по ходовой части. Последующая борьба с обездвиженными машинами хотя и потребовала времени, но уже составляла чисто техническую проблему. Так, например, забрасывание подрывного заряда на корму одной из машин не дало никакого эффекта. При этом обездвиженные Т-34 продолжали вести огонь и уничтожили, по крайней мере, одно противотанковое орудие. К слову сказать, 21-й тп 20-й тд в этом бою с 17-й тбр не участвовал – он готовился к наступлению на позиции под Юрьевским.
Совсем не вдохновляющие результаты первого контрудара по флангу немцев, занявших Боровск, заставляют генерал-лейтенанта С.Д. Акимова переносить острие удара ближе к Боровску. 17-я тбр рокируется на северо-восток, к деревне Городня к югу от Боровска. Предполагалось взаимодействие танкистов с 223-м полком 53-й сд, но на сбор бойцов и командиров тратится почти весь день 16 октября, атака оказывается сорванной. В 17-й тбр в строю к тому моменту оставались 2 Т-34 и 4 Т-40. Присоединившиеся к бригаде Клыпина два Т-34 из отряда капитана Кожанова (22-я тбр) принципиально ситуации не меняли.
Ответом германского командования на контрудар по Абрамовскому 15 октября стало планирование собственного наступления с целью ликвидации очага сопротивления советских войск к югу от Боровска, практически у себя в тылу. Причем предполагалось даже задействовать для этой цели выведенную ранее в резерв 20-ю тд и даже начали ее подтягивать к Медыни. До прибытия свежих сил в контрударе задействовали уже имевшиеся в районе Боровска войска. В первой половине дня 16 октября происходит перегруппировка сил 3-й мд, за которой следует удар с использованием приданного 3-й мд танкового полка. Также в контрнаступлении участвует частью сил 258-я ид. Причем согласно отчету 21-го тп 16 октября он потерял 2 Pz.II и 1 Pz.IV. В бою за Боровскни одного.
Одновременно 16 октября на занятые пехотой 258-й ид позиции севернее Боровска переходят в наступление ополченцы 110-й сд (4-й ДНО). Задачей дивизии являлся удар правым флангом с охватом Боровска с северо-запада (в расчете на удар 113-й сд). В ЖБД LVII корпуса эти атаки описываются фразой: «258-я ид отразила несколько сильных атак противника на линии западнее Отрепьево [правильно Атрепьева. –
Достаточно напряженная обстановка в районе Боровска и его удаленность от штаба заставляет командира LVII корпуса генерала Кунце отдать приказ о создании «боевой группы Яна», с временным подчинением 258-й пд командиру 3-й мд генерал-лейтенанту К. Яну. В целом 17 октября стало переломным в боях за Боровск. В этот день остатки 17-й тбр участвуют в ударе на Боровск вместе с подразделениями отброшенной ранее от города 113-й сд. К 7.00 17 октября 5 Т-34 и 4 Т-40 сосредоточились в деревне Тимашево на дороге к югу от Боровска. Несмотря на отсутствие артиллерийской подготовки танкистам и пехоте удается пробиться к окраине Боровска и даже захватить трофеи и пленных. Для того чтобы «дожать» противника в Боровске, не хватило совсем немного. В ЖБД LVII корпуса по итогам дня 17 октября появляется запись: «Русские продолжают атаковать Боровск при поддержке танков, находящимся там небольшим силам 3-й мд приходится тяжело».
223-й полк 53-й сд собрать для контрудара на Боровск не удалось. В ЖБД 43-й армии на этот счет имеется замечание: «223-й си не выполнил приказ командования – наступление на Боровск, отошел и сосредоточился в районе Доброе [Дуброво, к северу от Малоярославца. –
Изучение документов противника позволяет сделать вывод о несостоятельности обвинений в адрес командира 223-го полка 53-й сд. В районе Дуброво 17 октября шел бой с 458-м полком 258-й пд, причем его характер заставил германское командование задуматься о повороте в этот район части сил 7-й пд от Вереи (ответ от соседа, правда, последовал отрицательный: «Дивизия в настоящий момент не может поддержать 258-й пд у Дуброво»).
Тем временем в районе Юрьевского продолжаются бои с 1083-м полком 312-й сд. День складывается достаточно неудачно для немецкой мотопехоты. В отчете 21-го тп на этот счет сказано: «II батальон 8-го пп получил приказ выдвинуться перед танковым полком в западном направлении, а затем повернуть на север для атаки на Юрьевское. Батальон сильно отклонился к югу, чтобы использовать прикрытие лесного массива южнее и юго-западнее Тапино. При этом он ввязался в ожесточенный бой в лесу, из которого не мог выйти, в связи с чем продолжить запланированное наступление не мог. Батальон понес значительные потери и в середине дня отошел на северо-восток»[108]. Танки 21-го тп действуют во взаимодействии с пехотой 258-й пд.
Удар 110-й сд к северу от Боровска постарались усилить за счет передачи соединению танков из 152-й мотострелковой бригады и пушечного полка РГК (557-го пап). Однако оба средства усиления прибывали уже днем 17 октября (это даже оговорили в приказе) и эффективное их использование изначально оказывается сомнительным. В качестве причин невыполнения поставленных задач частями 110-й сд назывались «отсутствие взаимодействия с соседями, недостаточное и неумелое маневрирование артогнем и действиями танков»[109]. Времени на оттачивание воинского мастерства у ополченцев уже не оставалось. Вскоре на малоярославецком направлении развернулись события, заставившие забыть об атаках на Боровск. В целом можно сделать вывод, что советским войскам удалось добиться относительно стабилизации положения, предотвратить обвал фронта в результате обходного маневра противника на Боровск.
Детчино. Еще одной угрозой для 312-й сд представляло продвижение с юга в обход Малоярославецкого УРа. Во-первых, угроза создавалась ввиду продвижения на восток и северо-восток 98-й пехотной дивизии. Уже 13 октября передовой отряд 98-й ид выходит к Верхним Горкам, в 3 км на юго-запад от Детчино. Продвигаясь дальше, отряд обнаруживает «глубокие противотанковые рвы, выкопанные в песчаной почве, мощные безлюдные дорожные заграждения и пустые укрепленные позиции»[110]. Т. е. подготовленные позиции линии обороны оказываются здесь не занятыми. Через Детчино действительно проходил строящийся рубеж Московской зоны обороны, проходивший восточнее 37-го Малоярославецкого УРа. К 14 октября к Детчино подходят 282-й и 289-й пехотные полки 98-й ид, но пока еще запаздывает тяжелая артиллерия. Несмотря на это, принимается решение атаковать Детчино – промедление давало возможность советским частям укрепить оборону.
Наступление немецкой пехоты на Детчино начинается с артподготовки в 14.00 (берлинского времени, 15.00 московского)
14 октября, и через полчаса поднимается в атаку пехота. Попытка захватить мост через р. Суходрев, пользуясь фактором внезапности, проваливается – мост взлетает на воздух. Атака застопоривается, а быстро наступающие сумерки делают ее продолжение бессмысленным. Следующая решительная попытка овладения Детчином планируется на следующий день, 15 октября. 98-й пд обещана поддержка авиации.
Задержки с сосредоточением артиллерии приводят к тому, что наступление начинается в полдень 15 октября, оставляя в распоряжении атакующих несколько часов светлого времени. Обещанный удар «Штук» из-за снегопада отменяется. Форсирование р. Суходрев на резиновых лодках проходит успешно, но переправленная рота попадает под огонь обороняющихся, ее атаки терпят неудачу, потеряв 51 человека, она отходит на исходные позиции. Артиллерийская подготовка атаки 289-го полка силами 105-мм орудий оказывается недостаточной для разрушения превращенных в опорные пункты зданий. Также атакующих встречают струи фугасных огнеметов и залпы реактивных минометов. В истории 98-й пд описывается неизгладимое впечатление, которое произвели на атакующих ФОГи: «Моральное воздействие убийственное, некоторые ударяются в панику. Каждый пытается как-то спастись, выскочить, спрятаться». Атака срывается, пехотинцы отходят к противотанковому рву. Относительно «катюш» оценка оказывается намного сдержаннее: «Вначале эффект «сталинского органа» производит должное впечатление. Но вскоре ошеломление проходит. Лишь малое осколочное действие – вот и все, что остается от видимости впечатляющего выступление многоствольной реактивной установки»[111]. Более эффективное воздействие оказывал огонь обычной артиллерии и «хорошо организованный огонь пехоты». Итог дня для 98-й пд оказывается разочаровывающим: «Почти треть личного состава остается лежать на поле боя. Дальнейшее наступление бесперспективно»[112]. После двух суток боев принимается решение перегруппироваться и атаковать Детчино с запада.
На угрожаемое направление стягивается 1081-й полк 312-й сд практически в полном составе. Командовал 1081-м полком в тот момент 42-летний полковник Корней Михайлович Андрусенко. Его судьба окажется весьма драматичной – командование 329-й сд в изолированной 33-й армии М.Г. Ефремова в начале 1942 г., трибунал за неудачу с обходом фланга дивизии, назначение на 115-ю стрелковую бригаду и оборона Сталинграда (выступ в районе Орловки), звание Героя Советского Союза за форсирование Днепра и Маньчжурия в августе 1945 г. Детчино стало для К.М. Андрусенко первым опытом современной войны, и он выдержал это испытание.
Второй угрозой обхода с фланга Малоярославецкого УРа являлось продвижение на восток 34-й пехотной дивизии. В ЖБД 312-й сд есть сетования на невыход назначенного соседа слева, 9-й тбр подполковника И.Ф. Кириченко в назначенный для нее район на левом фланге дивизии. Однако эти претензии не вполне обоснованны. В действительности 9-я тбр 12 октября получила задачу выдвинуться в район Прудки (к юго-востоку от Детчино) как раз для прикрытия открытого левого фланга 312-й сд и всего 37-го УРа. В ходе очередных переговоров начштаба Резервного фронта А.Ф. Анисова с Г.К. Маландиным по Бодо первому передается распоряжение командующего фронтом: «в связи с образовавшимся разрывом между 43 и 49 армиями поднять по тревоге 9 танковую бригаду и форсированным маршем направить через Недельное район Прудки, Дольское, Барановка с задачей закрыть образовавшийся прорыв, не допустив прорыва противника в восточном и северо-восточном направлениях»[113].
Утром 13 октября разведка 9-го тп бригады в составе взвода Т-40 и взвода Т-34 у деревни Якимовка, еще не доходя Прудков, напоролась на огонь артиллерии противника. В результате один Т-34 был подбит, хотя экипаж сумел в полном составе покинуть машину, и в этот раз обошлось без людских потерь. Надо сказать, воспоминания командира 9-го тп И.А. Вовченко довольно слабо коррелируют с ЖБД полка. В мемуарах Вовченко привязывает первый бой к деревне Недельное, однако, по документам, он состоялся все же западнее, у Семиндяево. В эту деревню отошла разведка после столкновения с противником у Якимовки. Танки бригады собираются в Недельном, и в 10.00 майор И.А. Вовченко принимает решение атаковать противника силами 5 танков КВ, взвода Т-34 и взвода мотострелков с задачей «уничтожить противника в районе д. Екимовка и Башмаковка». И.А. Вовченко лично возглавил собранную группу, которая в 12.00 вступила в бой, длившийся четыре часа. Танкисты претендовали на 27 уничтоженных орудий, 3 минометные батареи, до 400 пехотинцев. Противником 9-й тбр в этом бою являлась 34-я пехотная дивизия, продвигавшаяся от Калуги. Собственно, в районе Якимовки находился 253-й пехотный полк соединения, задачей 34-й ид в целом являлось образование плацдарма на р. Суходрев.
Для двигавшейся в тыл Малоярославецкого УРа немецкой пехоты атака танков стала неприятным сюрпризом. ВЖБД 34-й ид события описываются следующим образом: «внезапная атака 17 вражеских танков (в том числе сверхтяжелых 52-тонных) вынудила полк остановить наступление и перейти к обороне. Противотанковые средства 14-й роты 253-го пп и 1-й роты 34-го птд не смогли сдержать 52-тонные танки, которые прорвались через Якимовку на запад и раздавили три орудия находившейся там 6-й батареи 34-го ап и все ПТО 1-й роты 34-го птд. Орудия продолжали вести огонь по 52-тонным танкам еще на дистанции в 10 метров, однако без всякого успеха! Шесть легких и средних танков удалось подбить, остальные отошли, однако четыре сверхтяжелых танка остались на позиции на окраине населенного пункта и не позволяли продолжить продвижение»[114]. В мемуарах И.А. Вовченко пишет про уничтоженные танковой атакой «тяжелые «берты», предназначенные для обстрела Москвы», в количестве восьми штук раздельной возки, но жертвой КВ и Т-34 стали стандартные тяжелые полевые гаубицы 150-мм sFH18 пехотной дивизии.
По существу, под Якимовкой развернулись бои, напоминающие хорошо многим известное противостояние под Расейняем в Прибалтике в первые дни войны, когда один танк КВ осложнил положение боевой группы 6-й тд, фактически блокировав ее на плацдарме на р. Дубисса. Здесь, под Якимовкой и Недельным, в октябре 1941 г. несколько КВ 9-й тбр сдерживали продвижение 34-й пехотной дивизии. ВЖБД 34-й ид прямо признавалось: «сложилась ситуация, когда из-за отсутствия подходящих средств борьбы со сверхтяжелыми танками вся дивизия вынуждена была остановиться. Попытка уничтожить танки дивизионом тяжелых гаубиц и полученным утром 2-м дивизионом 41-го артполка[115] не была предпринята, поскольку оба дивизиона не смогли вовремя прибыть по причине исключительно плохих дорог и нехватки горючего»[116].
Нельзя не отметить, что содействие танкистам 9-й тбр оказывал гарнизон Детчино. Помимо того, что занимавший его полк Андрусенко не позволял обойти Детчино с севера (а попытка предпринималась, в том числе корпусным передовым отрядом XII АК), советская артиллерия из района Детчино вела огонь по расположение 34-й ид, который, как признается в ЖБД, «задерживал продвижение тыловых подразделений». Т. е. своими активными действиями советские части помогали соседу, даже не имея о нем (соседе) достоверных сведений и даже считая несуществующим.
Дальнейшее развитие событий также сильно напоминает происходившее летом в Прибалтике в районе Расейняя. Существенная разница заключалась в том, что на этот раз немцам противостояли несколько танков КВ и они не были обездвижены. На ночь КВ отошли от Якимовки под прикрытие пехоты, а утром вернулись на прежние позиции. К 14 октября вся 34-я ид собралась в районе Прудков, Голухино, Башмаковки. 107-й полк соединения занимал позиции фронтом на юг, прикрывая тыл от отходящих от Калуги разрозненных советских частей. Ранним утром 14 октября здесь разгорелся бой, крупный отряд советских окруженцев напал на обоз одного из батальонов 107-го полка. Как указывается в ЖБД 34-й ид: «Эта операция русских, отходящих на северо-восток перед фронтом 17-й дивизии, была проведена так умело, что большая часть транспорта и лошадей из состава обоза были потеряны».
Еще одним отличием от Расейняя являлось присутствие в районе боевых действий мотострелков 9-й тбр. Это придало танкам дополнительную устойчивость. 14 октября 34-я ид организует «операцию ударных групп, чтобы ликвидировать сковывавшие всякое продвижение вражеские танки». Причем полку 34-й ид для этой операции придается не только артиллерия, но и бронетехника – батарея 177-го дивизиона штурмовых орудий. Несмотря на достаточно серьезную подготовку, операция проваливается, 34-я ид остается стоять под Якимовкой. Вместе с тем нельзя не отметить, что еще одним отличием от Расейняя не в пользу немцев стало отсутствие 88-мм зенитных орудий, которые не удается подтянуть на передовую. Также из-за плохой погоды утром 14 октября не состоялся удар по советским танкам пикирующих бомбардировщиков (впрочем, под Расейняем в применении «Штук» тоже было отказано). В изложении событий советской стороной также упоминается рейд взвода Т-34 и взвода мотострелков в направлении леса восточнее Башмаковки.
Поделиться книгой: